Не его история

      После ссоры Гарри словно начал избегать сестру. Нармо пыталась убедить себя, что всё нормально. Просто у Гарри появились новые друзья, новая жизнь. Ещё недавно они делили одну комнату на двоих, а теперь с трудом могли перекинуться парой фраз. Ей бы стоило радоваться за брата, но почему-то было очень тоскливо.       Со вторника у первокурсников начинались уроки полётов на мётлах. Малфой большую часть утра рассказывал всем о том, как летает с пеленок и что обязательно попадёт в сборную по квиддичу.       — Ты же слышал директора, — сказала Нармо, — в команду можно попасть только со второго курса.       — Для остальных — может быть, — усмехнулся Малфой. — Просто никто ещё не видел, как я летаю. Хотя откуда тебе знать — ты ведь метлу, наверное, никогда в жизни не видела.       Это была правда.       Наверное, поэтому мысль о полётах пугала не меньше, чем завораживала. Нармо казалось, что подняться в воздух — это почти как почувствовать вкус свободы. Сколько раз, сидя во дворе у Дурслей, она смотрела в небо и наблюдала за птицами.       Но ведь это птицы… они рождены, чтобы летать. А как быть людям? Пусть даже волшебникам. Потерять твёрдую опору под ногами было страшно. И всё же, если Малфой не врал и при этом до сих пор не разбился, значит, люди всё-таки как-то справлялись с этим.

***

      Утро выдалось ясным и ветреным. Трава у тренировочной площадки тихо шуршала под ногами. Слизеринцы пришли первыми, и Нармо молча встала рядом с остальными, разглядывая лежащие на земле мётлы.       Вскоре показались и гриффиндорцы.       Гарри шёл рядом с Роном. Они о чём-то разговаривали, и Рон активно размахивал руками, пока Гарри слушал и иногда улыбался. Нармо поймала себя на том, что просто смотрит. Потом быстро отвела взгляд.       — Ну, чего вы ждёте?! — раздался резкий голос.       Мадам Трюк стояла перед ними, уперев руки в бока.       — Каждый встаёт слева от метлы — давайте, пошевеливайтесь.       Мётлы лежали прямо на земле.       Нармо опустила взгляд на свою. Кривая, с торчащими прутьями. Казалось, она развалится в любую минуту.       — Вытяните правую руку над метлой! — скомандовала мадам Трюк, встав перед строем. — И скажите: «Вверх!»       — ВВЕРХ! — крикнуло двадцать голосов.       Метла дрогнула и прыгнула ей в руку. Нармо не ожидала, что получится так легко.       Дальше всё смешалось: голоса, движения, попытки удержать метлу, чьи-то смешки. Мадам Трюк показывала, как правильно держаться, как садиться, как не соскользнуть.       — А теперь, когда я дуну в свой свисток, вы с силой оттолкнётесь от земли, — произнесла мадам Трюк. — Крепко держите метлу, старайтесь, чтобы она была в ровном положении, поднимитесь на метр-полтора, а затем опускайтесь — для этого надо слегка наклониться вперёд. Итак, по моему свистку — три, два…       Но Невилл — нервный, дёрганый и явно до смерти боявшийся остаться на земле один — рванулся вверх раньше, чем мадам Трюк поднесла свисток к губам.       — Вернись, мальчик! — крикнула мадам Трюк, но Невилл уже стремительно поднимался вверх. Он напоминал пробку, вылетевшую из бутылки. Два метра, четыре, шесть… А потом соскользнул.       БУМ!       Тело Невилла с неприятным звуком рухнуло на землю. Его метла ещё несколько секунд поднималась вверх, а потом лениво поплыла в сторону Запретного леса и исчезла из виду.       Мадам Трюк склонилась над гриффиндорцем, лицо её было даже белее, чем у него.       — Сломано запястье, — услышала Нармо её бормотание.       Когда мадам Трюк распрямилась, в её голосе уже снова появилась привычная резкость:       — Вставай, мальчик! Вставай. С тобой всё в порядке.       Она повернулась к остальным ученикам.       — Сейчас я отведу его в больничное крыло, а вы ждите меня и ничего не делайте. Мётлы оставьте на земле. Тот, кто в моё отсутствие дотронется до метлы, вылетит из Хогвартса быстрее, чем успеет сказать слово «квиддич». Пошли, мой дорогой.       Как только они скрылись за поворотом, вокруг сразу загудели голоса.       Нармо поколебалась лишь секунду, а потом всё-таки подошла к Гарри.       — Гарри, я хотела поговорить с тобой…       Но тут их прервал голос Малфоя.       — Смотрите-ка, Долгопупс что-то забыл.       Он держал в руке небольшой стеклянный шарик, внутри которого клубился дым.       — Отдай её мне, Малфой, — негромко сказал Гарри.       Разговоры вокруг сразу стихли. Драко вскочил на метлу и нагло усмехнулся.       — Думаю, я положу её куда-нибудь, чтобы Долгопупс потом достал её оттуда, — например, на дерево.       — Дай сюда! — заорал Гарри.       Малфой и правда умел летать. Метла слушалась его словно без усилий — он легко развернулся в воздухе и завис возле верхушки старого дуба, уверенно покачиваясь на ветру.       — А ты отбери её у меня, Поттер! — крикнул он сверху.       Гарри уже схватил свою метлу.       У Нармо внутри всё резко сжалось. Он ведь никогда раньше не летал…       Но стоило Гарри оттолкнуться от земли, как страх сменился восторгом. Метла рванула вверх так плавно и естественно, словно он делал это всю жизнь, будто он… чувствовал воздух.       Малфой явно не ожидал такого. Он что-то выкрикнул и резко швырнул напоминалку Невилла куда-то в сторону. Стеклянный шарик сверкнул в воздухе и полетел вниз.       Гарри бросился следом. Нармо не могла отвести взгляд.       Напоминалка падала с огромной высоты — не меньше двадцати метров. Гарри спикировал следом. Метла стремительно неслась вниз, ветер трепал его мантию, а земля приближалась с пугающей скоростью. Кто-то вскрикнул.       Ещё секунда — и казалось, он разобьётся. Но у самой травы Гарри резко вытянул руку и выхватил напоминалку. Метла опасно качнулась, но брат сумел удержать её, выровнялся и мягко скатился по траве, сжимая стеклянный шарик в руке.       А потом над площадкой разнёсся яростный крик:       — ГАРРИ ПОТТЕР!       К ним быстрым шагом неслась профессор МакГонагалл. Гарри поднялся на ноги, всё ещё сжимая напоминалку в руке.       — Никогда… никогда за всё то время, что я работаю в Хогвартсе…       Профессор МакГонагалл осеклась, от волнения ей не хватило воздуха, но очки её яростно посверкивали на солнце.       — Как вы могли… Вы чуть не сломали себе шею…       — Это не его вина, профессор…       — Я вас не спрашивала, мисс Поттер…       — Но Малфой…       — Достаточно, мистер Уизли. Поттер, идите за мной, немедленно.       Гарри побледнел и молча пошёл следом за ней к замку.       Нармо стало не по себе. А если его исключат? Тогда Гарри придётся вернуться к Дурслям. Может быть, и ей тоже. Перед глазами сразу возник Дадли. Остаток урока прошёл как в тумане.

***

      После занятий Нармо пошла искать брата. Когда она наконец нашла его, тот уже не выглядел испуганным. Наоборот — его глаза горели так, словно он выиграл в лотерею.       — Меня взяли в команду, — выпалил Гарри, едва увидев сестру.       — В какую команду?       — В команду по квиддичу! Я теперь ловец. МакГонагалл отвела меня не к директору — она познакомила меня с капитаном сборной, Оливером Вудом.       Нармо удивлённо моргнула.       — Подожди… Но первокурсников ведь не берут.       — Вот именно! Вуд сказал, что я стану самым юным игроком в истории Хогвартса за последние сто лет!       Он улыбался так широко и искренне, что Нармо невольно улыбнулась в ответ. А потом просто шагнула вперёд и крепко обняла брата.       — Это же здорово, Гарри.       Брат обнял её в ответ так легко и привычно, будто той ссоры между ними вообще не было.       — Я думал, МакГонагалл меня убьёт, — признался он. — А она вместо этого сказала, что наш отец просто потрясающе играл в квиддич. И что сейчас он бы мной гордился…       Улыбка Гарри дрогнула.       — Жаль, что мы их совсем не помним.       Нармо опустила взгляд.       — Иногда мне кажется, что я почти помню мамин голос, — тихо сказала она. — А потом понимаю, что, наверное, просто придумала его себе.       Несколько секунд они молчали. А потом Гарри вдруг будто вспомнил что-то ещё.       — Кстати, — сказал Гарри, — мы ведь тогда так и не поговорили. После Хагрида.       — А что, что-то случилось?       — Да ничего особенного… хотя вообще-то кое-что произошло. Помнишь Гринготтс? Оказывается, его ограбили в тот же день, когда мы были там с Хагридом. И знаешь, что самое странное? Ничего не украли.       Нармо сразу насторожилась.       — Потому что… сейф уже был пуст? — неуверенно предположила она.       Гарри тут же посмотрел на сестру.       — Вот! Я тоже так думаю!       Он понизил голос:       — Мне кажется, Хагрид тогда забрал оттуда что-то очень важное. Тот свёрток. Помнишь?       Конечно, она помнила. Маленький грязноватый пакет, который Хагрид всё время прятал под плащом.       — Я пытался расспросить его, — продолжил Гарри, — но он сразу начал нервничать и сказал, что это дела Хогвартса и нас не касается.       — Может, и правда не касается. Если это что-то опасное…       — Но тебе ведь тоже интересно?       Она помедлила.       — Немного.       Гарри довольно ухмыльнулся, будто это уже была победа. Но тут к ним подошёл Рон.       — Гарри! Там Фред с Джорджем тебя ищут. Они хотят услышать, как ты чуть не убился.       Гарри рассмеялся.       — Я не «чуть не убился».       — Ага, рассказывай. Пошли, а то они уже ставки делают, сколько раз МакГонагалл тебя отчитала.       Гарри снова повернулся к сестре.       — Ещё увидимся, Нармо!       — Да, увидимся… — тихо ответила она.

***

      Когда Нармо вошла в Большой зал, казалось, там уже все знали о полёте Гарри. Кто-то уже успел рассказать, как он спикировал за напоминалкой, и теперь первокурсники смотрели на него так, будто он выиграл школьный чемпионат по квиддичу прямо в первую учебную неделю. Даже близнецы Уизли несколько раз хлопнули Гарри по плечу, пока тот пытался одновременно есть и что-то объяснять окружившим его людям.       — Поттер сегодня прямо звезда Хогвартса, — протянул Малфой с таким видом, будто сама фамилия была оскорблением.       Крэбб хрюкнул от смеха. Драко продолжал смотреть в сторону гриффиндорского стола, раздражённо постукивая пальцами по кубку.       — Ничего, — вдруг сказал он, резко поднявшись из-за стола. — У меня есть идея. Пошли.       Крэбб и Гойл тут же поплелись следом.       Нармо машинально подняла голову.       Малфой подошёл прямо к Гарри. О чём они говорили, отсюда было не слышно, но улыбка у Малфоя была слишком довольной, а у Гарри — слишком упрямой. Рон почти сразу нахмурился и что-то резко сказал в ответ.       Через несколько минут Малфой развернулся и пошёл обратно к слизеринскому столу. Поравнявшись с Нармо, он только усмехнулся:       — Надеюсь, твой братец не проспит.       И ушёл дальше, явно очень довольный собой.       У Нармо внутри неприятно кольнуло. Что бы Малфой ни задумал, ничего хорошего это точно не означало.

***

      Весь оставшийся вечер она ловила себя на том, что постоянно поглядывает на вход в слизеринскую гостиную.       Малфой появился только ближе к отбою — явно в прекрасном настроении. Крэбб и Гойл тащились следом, переговариваясь и хихикая.       Нармо захлопнула книгу прежде, чем он успел пройти мимо.       — Что ты задумал?       Малфой остановился.       — С чего ты взяла, что я что-то задумал?       — Потому что ты выглядишь так, будто только что подложил кому-то навозную бомбу.       Крэбб заржал. Малфой довольно ухмыльнулся:       — Может, у меня просто хорошее настроение.       Он уже собирался пройти дальше, но Нармо снова окликнула его:       — Что ты сказал Гарри?       Он явно не собирался рассказывать дальше, но пауза затянулась слишком демонстративно. Малфою нравилось, что его слушают.       На этот раз Драко всё-таки остановился. Несколько секунд он молчал, явно наслаждаясь моментом.       — Ничего особенного, — протянул он. — Просто предложил Поттеру встретиться сегодня ночью.       Нармо нахмурилась.       — Зачем?       — А как ты думаешь?       Теперь он смотрел прямо на неё — с тем самым выражением лица, которое появлялось у него всякий раз, когда он чувствовал себя победителем.       — Дуэль, Поттер. Волшебная дуэль, — с удовольствием уточнил Малфой. — Сегодня ночью. В зале наград.       Нармо смотрела на него несколько секунд, а потом холодно сказала:       — Мой брат не настолько глуп, чтобы идти ночью неизвестно куда только потому, что ты его позвал.       Малфой усмехнулся.       — Поттер? Ещё как пойдёт.       Он развернулся и ушёл к лестнице в спальни, а Крэбб с Гойлом тяжело затопали следом. Нармо осталась стоять у камина. Что-то во всём этом казалось неправильным. Слишком уж легко Малфой рассказал про дуэль. Будто специально хотел, чтобы она узнала. Может, он вообще всё выдумал. Просто очередная попытка позлить её из-за Гарри. Или нет.       Лапка мягко запрыгнула в кресло рядом и вопросительно мяукнула. Нармо машинально почесала кошку за ухом.       — Он же не пойдёт, правда? — тихо спросила она. — Это ведь очевидная ловушка.       Лапка моргнула своими жёлтыми глазами и свернулась клубком.       — Но всё же… — пробормотала Нармо.       Она сама не заметила, как начала говорить с кошкой вслух, будто та действительно могла ответить.       В спальню Нармо поднялась позже остальных. Она долго не могла решить — попытаться предупредить брата или на самом деле Малфой просто подшутил над ней. Она решила, что даже если первый вариант — она доверится брату.       Соседки уже спали. За окнами подземелий дрожала чёрная вода озера, и свет от камина едва доставал до кроватей. Нармо ещё долго лежала с открытыми глазами. Мысли снова путались. Гарри. Малфой. Эта дурацкая дуэль.       А потом — совсем некстати — в памяти всплыл другой образ. Низкий, спокойный голос, с привычной холодной насмешкой.       Нармо резко перевернулась на другой бок и натянула одеяло почти до самого носа. Это было глупо. Очень глупо. Закрыла глаза. Голос никуда не делся.       Почему-то именно перед сном мысли снова и снова возвращались к профессору Снейпу. Это было неправильно. И всё же она никак не могла вытолкнуть его из головы.       За окном медленно покачивались водоросли, проплывали мимо равнодушные рыбы. Голос остался.