Юный детектив

Мир для Дже Гена схлопнулся до размеров мутного донышка стакана.Боль от потери матери не утихала, а лишь меняла форму: из острой и режущей она превратилась в глухую,ноющую вину,которую он пытался залить чем угодно,лишь бы не чувствовать.Алкоголь стал его анальгетиком,гнев—единственной эмоцией,на которую у него ещё хватало сил.Дом превратилась в притон.Пустые бутылки скапливались в углах,воздух был тяжёлым и спёртым.Юн Соп теперь вызывал только раздражение.Он был живым напоминанием о том дне,о последнем разговоре с матерью,о её смерти.Каждый раз,видя его,Дже Ген видел молчаливое обвинение.Его вспышки гнева становились всё более непредсказуемыми и жестокими.Он цеплялся к любой мелочи,орал,швырял вещи,а потом мог часами сидеть в ледяной тишине,глядя в одну точку,и эта тишина была страшнее любого крика.Юн Соп терпел,сколько мог,но с каждым днём ему становилось всё труднее дышать рядом с ним.Школа стала для него спасательным кругом,единственным местом,где он мог почувствовать себя нормальным человеком,а не сиделкой при медленно сходящем с ума Дже Гене.Однажды вечером,когда Юн Соп снова задержался на дополнительных,чтобы не идти сразу домой,Дже Ген сидел в одиночестве. Тишина давила,вина жгла изнутри.Ему отчаянно хотелось заполнить эту пустоту, доказать самому себе,что он ещё способен хоть на какое-то чувство,пусть даже самое разрушительное.Он оделся и пошёл в знакомый бар на окраине—место,где всем было плевать друг на друга.Там он встретил его.Парня без имени и возраста,с таким же потухшим взглядом.Они не разговаривали.Просто пили,сидя за липким столом,два корабля, дрейфующих в одном море отчаяния.В какой-то момент, поддавшись внезапному,иррациональному порыву,Дже Ген схватил незнакомца за рукав.—Пойдём ко мне—процедил он сквозь зубы.Это не было приглашением. Это был приказ.Парень пожал плечами. Ему было всё равно.Когда Юн Соп наконец открыл дверь своим ключом,он замер на пороге.Из комнаты Дже Гена доносились голоса и грубый смех.Он заглянул внутрь. На кровати,среди скомканных простыней, сидели Дже Ген и тот самый парень.Оба были пьяны.Дже Ген первым заметил его. На его лице появилась кривая,злая ухмылка победителя.Он демонстративно обнял своего случайного спутника за плечи и посмотрел прямо на Юн Сопа.В его глазах плясало безумие.—А вот и ты!— громко сказал он.—Знакомься.Это...мой парень.Он произнёс это с издевательской торжественностью,наблюдая за реакцией Юна.Это был акт самоуничтожения, последняя пощёчина.Он ждал шока, осуждения,чего угодно,что могло бы оправдать его собственную ненависть к себе.«Смотри, кем я стал!Нравится?».Но больше всего он хотел увидеть боль в глазах Юн Сопа,потому что тогда его собственная боль казалась бы менее одинокой.Юн Соп влетел в свою комнату и с грохотом захлопнул дверь,словно пытаясь отгородиться не только от звуков из соседней спальни,но и от самой реальности.Он прижался к двери спиной, тяжело дыша,как загнанный зверь.Сердце колотилось о рёбра так сильно,что отдавало болью.Звуки не прекращались. Ритмичный скрип кровати,глухие стоны, шорох ткани—всё это проникало сквозь тонкие стены,въедаясь в сознание.Это было неправильно.Уродливо.Дже Ген ломал себя прямо у него на глазах,и Юн Соп был бессилен этому помешать.Он чувствовал себя грязным,просто слушая это.Не выдержав больше ни секунды, он сорвался с места.Не надевая куртки,даже не думая обуться,он выскочил из дома. Ему нужен был воздух.Любой ценой.Он выбежал во двор.Здесь было холодно и пахло сыростью и окурками,но эта грязь была честной.Она не притворялась чем-то иным.Юн Соп сполз на холодную землю и обхватил голову руками.Он сидел так долго,пока дрожь от холода не стала сильнее внутренней дрожи.Когда паника немного улеглась,превратившись в тупую, ноющую боль,он заставил себя подняться. Возвращаться не хотелось до тошноты,но дверью его ждал дом.Или то, что от него осталось.Он вошёл в дом на цыпочках,словно вор.В коридоре стояла оглушающая тишина.Звуков больше не было.Только мёртвая,звенящая пустота,которая пугала ещё больше.Он медленно подошёл к двери комнаты Дже Гена и осторожно приоткрыл её.Внутри было темно.Свет уличного фонаря выхватывал из мрака смятую кровать.Они были там.Оба.Спали.Они лежали в неловкой позе,сплетясь во сне.Парень уткнулся носом в шею Дже Гена,а тот,в свою очередь,крепко,почти судорожно прижимал его к себе одной рукой.Их дыхание было ровным и глубоким.Во сне лицо Дже Гена утратило своё обычное выражение злой маски;оно казалось беззащитным и совсем юным.Это зрелище было невыносимым.Оно было одновременно и жалким,и пугающе интимным.Юн Соп смотрел на них несколько долгих секунд,чувствуя,как внутри него умирает последняя надежда.Дже Ген сделал свой выбор.И этот выбор сейчас спал в его объятиях.Тихо прикрыв дверь,Юн Соп развернулся и пошёл в свою комнату.Сон не шёл.Юн Соп просидел в темноте своей комнаты до самого рассвета,обхватив колени руками и глядя в пустоту.Звуки из соседней комнаты давно стихли,сменившись тяжёлым дыханием спящих,но эта тишина давила на него ещё сильнее.Когда за окном забрезжил серый утренний свет,он поднялся на негнущихся ногах.Движения были механическими, словно у сломанной куклы.Он надел школьную форму—свою последнюю броню,последний атрибут нормальной жизни,которая рассыпалась в прах.Выйдя в коридор,он замер.Картина,открывшаяся ему,была настолько сюрреалистичной,что казалась насмешкой.Из кухни доносился запах жареного бекона и кофе.Парень Дже Гена,одетый лишь в его старую футболку, суетился у плиты,переворачивая ломтики мяса.А сам Дже Ген стоял перед зеркалом в прихожей.Бледный,с чёрными тенями под глазами,но абсолютно трезвый.Он сосредоточенно поправлял узел галстука, пытаясь придать ему идеальную форму. Дже Ген заметил отражение Юн Сопа в зеркале.Их взгляды встретились в стеклянной глади.На мгновение повисла густая,осязаемая пауза.Затем Дже Ген закончил с галстуком,одёрнул воротник рубашки и,не оборачиваясь полностью, бросил через плечо сухим, будничным тоном:— Ну что, поехали?Это был не вопрос.Это была попытка сыграть спектакль о том,что всё в порядке.Словно вчерашняя ночь была просто дурным сном.Юн Соп ничего не ответил.Он молча переступил порог и вышел из дома. Дже Ген взял ключи от машины и последовал за ним,захлопнув дверь.В салоне машины было холодно.Они ехали в абсолютном молчании,которое нарушали только монотонный гул двигателя и шуршание шин по мокрому асфальту.Юн Соп смотрел в окно,наблюдая за просыпающимся городом,чувствуя себя призраком.До школы оставалось два квартала.Впереди показался знакомый крутой поворот.Дже Ген начал плавно нажимать на педаль тормоза,чтобы сбросить скорость.Педаль провалилась в пол с тошнотворной лёгкостью,издав лишь глухое шипение.Реакция Дже Гена была мгновенной.Его тело напряглось,взгляд стал острым как бритва.Оценка ситуации заняла доли секунды: встречная машина, тротуар, фонарный столб.—Держись— хрипло рявкнул он,выворачивая руль. Машину занесло,развернуло боком.Мир превратился в калейдоскоп из серого неба, серого асфальта и визга тормозов. Раздался оглушительный скрежет металла о металл,звон разбитого стекла...и наступила звенящая тишина.Первым пришёл в себя Юн Соп.Голова гудела,во рту был привкус крови,но он был в сознании. Рядом,безвольно свесив голову на грудь, сидел Дже Ген.Подушка безопасности сработала,но удар об руль был слишком силён.Скорая приехала быстро. Юн Сопа увезли с ушибами и сотрясением. Дже Гена погрузили на носилки и бегом повезли в операционную той самой больницы,где месяц назад оборвалась жизнь его матери.Спустя несколько часов врач вышел к Юн Сопу.Его лицо было серым от усталости.—Ваш друг получил тяжёлую черепно-мозговую травму.Мы сделали всё возможное.Сейчас он стабилен,но...он в коме.Прогнозы пока давать рано.Юн Соп посмотрел на врача невидящим взглядом,а затем уставился на белую стену больничного коридора.Он снова был здесь.Только теперь на больничной койке лежал не труп матери Дже Гена,а сам он.И вся вина,которую так отчаянно пытался залить алкоголем Дже Ген обрушилась на Юн Сопа неподъёмной каменной плитой.Прошло несколько месяцев.Сменилось время года,и за окном палаты теперь шелестел по стеклу осенний дождь,а не весенняя гроза.Время для Юн Сопа остановилось в тот день,когда машина потеряла управление.Оно превратилось в бесконечную,монотонную ленту:школа,больничная палата,сон.И снова по кругу.Каждый день после уроков он приходил сюда.Он приносил с собой книги—сначала учебники,чтобы делать вид,что учится,а потом просто романы и сборники стихов.Он садился на стул у кровати и начинал читать вслух.Он рассказывал Дже Гену всё:о глупых шутках одноклассников,о новой теме по физике,о том,как видел смешную собаку по дороге в школу.Он говорил без умолку,заполняя звенящую тишину палаты звуком своего голоса,потому что тишина была невыносима.Он держал безжизненную руку Дже Гена в своей,надеясь на ответное пожатие,которое так и не приходило.В этот день всё было как обычно.Юн Соп вошёл в палату, поздоровался с медсестрой на посту и открыл знакомую дверь.Но у кровати Дже Гена кто-то стоял.Его парень. Тот самый парень из бара.Он был одет в чистую куртку,но лицо его всё так же хранило печать усталости и безразличия. Услышав скрип двери,он обернулся.Они молча смотрели друг на друга.Парень криво усмехнулся,но в этой усмешке не было ни капли веселья.—А, это ты—тихо сказал он.—Я как раз собирался уходить. Он подошёл к Юн Сопу вплотную.От него пахло сигаретами и дешёвым парфюмом. Он наклонился к самому уху Юн Сопа и прошептал так,чтобы слышал только он:— Прекрати ходить сюда.Ты тратишь своё время.Вряд ли он очнётся.Врачи давно уже ничего не обещают.Он отстранился,окинул взглядом лежащее на кровати тело и вышел из палаты,тихо прикрыв за собой дверь.Юн Соп остался стоять посреди комнаты.Слова парня эхом отдавались в голове,но он отмахнулся от них.Это была просто жестокость от жестокого человека. Это ничего не значило.Он медленно подошёл к кровати и сел на привычный стул.Он взял в свои ладони холодную руку Дже Гена.Пальцы были безвольными,как у куклы.—Привет—прошептал Юн Соп,как делал это каждый день.—Я сегодня...я видел...И в этот момент что-то изменилось. Юн Соп мог поклясться,что ему не показалось.Безжизненные пальцы Дже Гена в его ладони едва заметно,почти неосязаемо дрогнули.А затем ему показалось... или нет?что они сжали его собственный палец.Легчайшее давление, словно последний вздох.Мир для Юн Сопа рухнул.Плотина,которую он так долго выстраивал из рутины и надежды, прорвалась.Слёзы хлынули из глаз потоком,смешиваясь с солёным потом на лице.Он сжал руку Дже Гена изо всех сил.— Дже Ген!—закричал он,и этот крик был полон боли,отчаяния и безумной радости одновременно.—Ты не можешь умереть из-за аварии!Это я должен был тебя убить!Я! Он кричал,не сдерживаясь,выплёскивая всё, что копилось месяцами.Рыдания сотрясали его тело.Он уткнулся лбом в край больничной койки,всё ещё сжимая руку Дже Гена.«Это просто судорога.Мираж.Я схожу с ума»—пронеслось у него в голове. Отчаявшись и обессилев от слёз,Юн Соп поднял голову.Он последний раз посмотрел на лицо Дже Гена—бледное, неподвижное.Пора было уходить.Он медленно разжал пальцы и начал подниматься со стула.И в этот самый момент веки Дже Гена дрогнули.Сначала медленно,словно преодолевая огромный вес.Затем глаза открылись.Они были мутными расфокусированными,не понимающими,где находятся.Взгляд блуждал по белому потолку,по капельнице, пока наконец не остановился на лице Юн Сопа.Губы Дже Гена дрогнули.Он попытался что-то сказать,но из горла вырвался лишь слабый хрип.Но глаза... глаза смотрели осмысленно.В них не было ни гнева,ни безумия.В них было лишь бесконечное удивление и... узнавание.Он был здесь.Он вернулся.Дверь палаты распахнулась с такой силой,что ударилась о стену.В проёме стоял он—парень Дже Гена.Он замер на пороге,и его взгляд метнулся от сидящего Юн Сопа к кровати. Юн Соп не успел даже встать.Увидев открытые глаза Дже Гена,парень издал какой-то нечленораздельный звук— полувсхлип,полукрик—и ринулся вперёд. Он грубо,одним резким движением плеча отпихнул Юн Сопа в сторону.Тот пошатнулся,потеряв равновесие,и едва удержался на ногах,отступив на пару шагов назад.Его сердце пропустило удар не от толчка,а от того,что он увидел за спиной вошедшего.Парень уже был у койки.Он упал на колени перед Дже Геном,схватил его за плечи,но тут же отдёрнул руки, словно боялся причинить боль.—Ты меня видишь?—хрипло спросил он,наклоняясь так низко,что их лица оказались совсем рядом.—Слышишь?Дже Ген медленно моргнул.Его мутный,расфокусированный взгляд нашёл лицо склонившегося над ним человека.Губы снова дрогнули в попытке издать звук.А затем он сделал то, чего никто не ждал: он слабо, почти незаметно кивнул.Этого было достаточно. Парень шумно выдохнул,и по его щеке скатилась слеза.Он больше не медлил. Обхватив Дже Гена под мышками,он с неожиданной для своей хрупкой фигуры силой помог ему приподняться и сесть, подложив под спину подушки.—Тише-тише... лежи,не напрягайся—бормотал он, поправляя одеяло и волосы Дже Гена трясущимися руками.—Всё хорошо.Я здесь.Теперь всё будет хорошо...Юн Соп так и остался стоять там,куда его оттолкнули.Он смотрел на эту сцену,и чувствовал невыразимое облегчение от того,что Дже Ген жив. Он открыл рот,чтобы заговорить,чтобы сказать хоть что-нибудь, но горло перехватило спазмом.Что он мог сказать?«Привет»?Это прозвучало бы глупо и неуместно.Извиниться?Сейчас это выглядело бы как попытка перетянуть внимание на себя.Он молчал,комкая в руках край своей куртки.И тогда инициативу взял тот,кому она принадлежала по праву.Дже Ген,всё ещё слабый,повернул голову.Его блуждающий взгляд оторвался от лица своего парня и начал искать кого-то другого.Он скользнул по белым стенам,по капельнице,пока наконец не остановился на фигуре Юн Сопа.В палате повисла звенящая тишина. Все смотрели на него.Взгляд Дже Гена был тяжёлым,осмысленным.Он долго изучал лицо пытаясь прочитать на нём ответы на все вопросы, накопившиеся за месяцы молчания.Затем, собрав последние силы,он медленно поднял руку.Пальцы дрожали от слабости, но движение было уверенным.Он вытянул руку в сторону Юн Сопа и слабо шевельнул ладонью,подзывая его к себе.Это был приказ.Тихий,но не терпящий возражений. Его парень удивлённо оглянулся, проследив за взглядом Дже Гена,и понял всё без слов.Он немного отстранился, освобождая место.Юн Соп вздрогнул, словно очнувшись от сна.Ноги сами понесли его вперёд.Он подошёл к кровати и опустился на колени с другой стороны, зеркально повторяя позу второго мужчины.Их взгляды встретились.И в глазах Дже Гена не было ни упрёка,ни злости.Только бесконечная усталость и тихое прощение.Собравшись с силами, Дже Ген перевёл взгляд на своего парня, потом снова на Юн Сопа.Он несколько раз моргнул, давая понять,что хочет говорить с ними обоими...Выписка из больницы была тихой и почти будничной.Никаких оркестров,никаких вспышек фотокамер— лишь сдержанные поздравления от врачей и медсестёр,которые за эти месяцы стали свидетелями чуда.Юн Соп нёс небольшую сумку с вещами Дже Гена.Он шёл по больничному коридору на шаг позади, наблюдая за тем,как тот, всё ещё бледный и опирающийся на руку своего парня, медленно переставляет ноги.Каждый шаг давался Дже Гену с трудом,но в его осанке уже не было той сломленности,что царила в палате.Он возвращался в мир живых. Машина Хёну стояла у входа.Это был старый,потрёпанный автомобиль,который казался странно неуместным после стерильной чистоты клиники.Хёну открыл заднюю дверь, помогая Дже Гену устроиться на сиденье,заботливо подложив ему под спину куртку.Юн Соп замер в нерешительности,держа сумку в руках.Он чувствовал себя пятым колесом. Куда ему идти?Домой,где каждый предмет будет напоминать о случившемся?Дже Ген, уже сев в машину,повернул голову. Он нашёл взглядом Юн Сопа через окно и слабо постучал костяшками пальцев по стеклу.Его взгляд был красноречивее любых слов.Хёну,сидевший за рулём, обернулся и посмотрел на друга своего возлюбленного.В его взгляде больше не было прежней враждебности,лишь усталое понимание.—Садись вперёд—бросил он коротко,заводя двигатель.—Не заставляй его ждать.Всю дорогу до дома они ехали молча.Тишину нарушало только урчание мотора и шум дождя,бьющего по крыше. Юн Соп смотрел на своё отражение в тёмном окне,чувствуя странную пустоту. Больница была островком вне времени, местом,где его вина имела смысл—она была топливом для его ежедневного ритуала искупления.А теперь он возвращался в реальность,где нужно было жить дальше.Дом Дже Гена встретил их привычным беспорядком:разбросанная одежда,стопка книг у кровати,полупустая кружка на столе,покрытая тонким слоем пыли.Хёну сразу же принялся открывать окна,впуская холодный,влажный воздух с улицы.Он двигался по дому так, словно жил здесь всегда,включая свет и проверяя комнаты.Юн Соп остался стоять в дверях,не решаясь войти глубже.Он поставил сумку на пол.—Я... наверное, пойду—тихо сказал он,глядя в спину Дже Гену,который медленно обходил гостиную, касаясь знакомых предметов кончиками пальцев,словно убеждаясь,что это не сон. Дже Ген остановился.Он развернулся к Юн Сопу всем телом.На его лице промелькнуло выражение досады, смешанной с непоколебимой решимостью. Он не сказал ни слова.Вместо этого он подошёл к двери,взял Юн Сопа за рукав куртки и с неожиданной силой потянул внутрь дома,подальше от порога.Затем он отпустил рукав,сделал несколько шагов назад и указал пальцем на диван.Это был приказ.«Садись».Юн Соп сглотнул и послушно опустился на край дивана.Дже Ген удовлетворённо кивнул и,шаркая ногами,побрёл на кухню.Через минуту он вернулся,неся банку пива и колу.Он протянул колу Юн Сопу.Тот машинально принял её,удивлённо глядя на холодную колу в своей руке.Кола.Самый обычный жест.Самый нормальный.Из кухни донёсся звук открываемого холодильника и голос Хёну:—Я заказал еды.Будете свои сентиментальные разговоры вести—ешьте без меня,я голодный.Дже Ген уселся в кресло напротив,откинулся на спинку и с громким щелчком открыл свою банку.Он сделал глоток и посмотрел на Юн Сопа поверх края банки.В его глазах больше не было бездны.Там отражались огни вечернего города за окном и спокойная уверенность человека,вернувшегося домой...