Эта проклятая жажда выживания / Это проклятое желание выжить / 这该死的求生欲

Злой дух слегка удивлённо приподнял бровь, затем развернулся и направился к Цзян Ло. Черноволосый юноша приподнял веки и хладнокровно выпустил струю дыма прямо в лицо злому духу. Его алые губы в дымке выглядели завораживающе, словно густо-ароматная роза. Трость Чи Ю упёрлась в пол рядом с ногой Цзян Ло. Запах никотина витал между ними. Но среди густого табачного дыма Чи Ю уловил и запах самого Цзян Ло. Он с явным удовольствием произнёс: – Редкое явление... Ты меня ждёшь? – Если с твоими глазами всё в порядке, то не стоило задавать лишний вопрос, – ответил Цзян Ло. На пальто злого духа не было ни складки, туфли сияли чистотой – он смахивал на старого джентльмена времён Республики. Но от джентльмена едва уловимо пахло кровью – Цзян Ло знал, что это запах крови Ци Юаня. Его взгляд незаметно скользил по Чи Ю – от шляпы до галстука, от галстука до новеньких белых перчаток. Взгляд был скрытным, но откровенным – как будто он разглядывал какую-то забавную игрушку. Чи Ю, не меняясь в лице, медленно поглаживал набалдашник трости: – То, что ты лично меня ждёшь, заставляет меня подозревать, что ты замышляешь недоброе. – Я замышляю недоброе? – Цзян Ло усмехнулся. – Господин Чи, прежде чем говорить такое, вы бы спросили свою совесть. Он ткнул пальцами, в которых была зажата сигарета, в грудь Чи Ю: – Ой, простите, я чуть не забыл – у вас же нет сердца, откуда же взяться совести. Лёгкое прикосновение – и в тот же миг атмосфера стала двусмысленной. Какая-то сухая жара повисла в воздухе, словно давно не знавшая дождя земля, – достаточно одной искры, чтобы всё вспыхнуло. Красивый злой дух, выглядевший как аристократ из старых времён, прищурился, поднял руку и сжал эту руку Цзян Ло. Белые шёлковые перчатки были прохладны. Пальцы злого духа, словно танцуя, легонько заскользили по руке Цзян Ло, от пальцев к запястью. Цзян Ло усмехнулся и резким движением развернул сигарету, намереваясь прижечь руку Чи Ю окурком. Но злой дух быстро перехватил его ладонь, просунув два длинных пальца между пальцев Цзян Ло, и медленно двинулся вперёд, приближаясь к тонкой сигарете, зажатой между указательным и средним пальцами юноши. Он походил на строгого, чопорного, хорошо воспитанного джентльмена, который нахмурил свои красивые брови: – Прижигать сигаретой руку другого человека – очень дурная привычка. Его уста безжалостно поучали, но рука в белой перчатке, продетая между пальцами Цзян Ло, намеренно вызывала тонкое, щекочущее томление. С виду он был воплощением приличия, но Цзян Ло знал, что в каждом его уверенном движении, в каждом взгляде, который он на него бросал, таилась провокация, намёк на желание оказаться с ним в постели. – Тебе не хватает воспитания, – произнёс злой дух. – Но я могу дать тебе несколько базовых уроков этикета. Цзян Ло тоже ощутил лёгкое возбуждение. Он приподнял край глаза и расслабленно прислонился к стене. В такой позе черноволосый красавец выглядел так, будто с ним можно делать что угодно, но Чи Ю знал: это лишь цветок-людоед, временно накинувший безобидное обличие, – на самом деле он весь пропитан ядом, и стоит прикоснуться к нему, как можно умереть. Прекрасный цветок-людоед поднял взгляд на злого духа и лениво произнёс: – Господин Чи, вы такой занятой – пришли на суд, убили Ци Юаня, и теперь ещё хотите потратить время, чтобы бесплатно учить меня манерам? Кстати, это действительно бесплатно? – Для других, возможно, и платно, но для тебя – бесплатно, – злой дух наконец перехватил сигарету из пальцев человека, зажав её между своими, и поднёс к губам. – Всё-таки у нас с тобой далеко не обычные отношения. Последние слова он произнёс с таким сладострастным придыханием, что Цзян Ло, даже с закрытыми глазами, уловил бы скрытое в них возбуждение, словно у извращенца. Черноволосый юноша закатил глаза. – Во-первых, – злой дух с наслаждением затянулся, выпустив дым, отчего его и без того безупречное лицо стало похоже на лик божества, и взглянул сверху вниз, – настоящий джентльмен не курит в общественных местах. Усвоил? Цзян Ло посмотрел на сигарету, зажатую в зубах Чи Ю, и многозначительно ответил: – Теперь усвоил. – Хороший мальчик. Злой дух удовлетворённо кивнул, стряхнул пепел и, подняв трость, легонько хлестнул Цзян Ло по икре: – Во-вторых, в такой обстановке твоя осанка должна быть подобающей – стой прямо. Цзян Ло послушно выпрямился, но вид у него был рассеянный: – Господин Чи, ваши бесплатные уроки ужасно скучны. Вместо этого я лучше хотел бы знать, зачем вы сегодня явились на суд в таком виде? Он серьёзно спросил: – У вас что, приступ безумия? Злой дух великодушно проигнорировал открытую дерзость Цзян Ло и неторопливо проговорил: – Можешь попробовать угадать. Цзян Ло немедленно спросил: – А если угадаю, какая награда? Бледные губы злого духа довольно изогнулись: – Тогда, наверное, ещё один бесплатный урок. – Тогда я теряю интерес, – сказал Цзян Ло. Но, несмотря на это, он с живым интересом принялся гадать: – В зеркальном мире я видел фотографию мужчины, одетого точно так же, как ты сейчас. Это был твой дед, он как-то связан с Ци Юанем? Злой дух вставил трость между ног Цзян Ло: – Когда стоишь, ноги должны быть сомкнуты, без зазора. Трость поползла вверх от икры, но, едва достигнув колена, была зажата бёдрами Цзян Ло и не могла двинуться дальше. Длинные ноги Цзян Ло сомкнулись, не оставляя ни малейшей щели. Он произнёс с деланной улыбкой: – Вот так, что ли? Злой дух, пряча улыбку, вытащил трость: – Именно так. Он снова поддел тростью штанину Цзян Ло у лодыжки и вернулся к предыдущему вопросу: – Продолжай гадать. Цзян Ло вспомнил, как Ци Е под проливным дождём пришёл к нему ночью только ради того, чтобы увидеть Чи Ю. В последние два дня состояние Ци Е было очень странным – он выглядел так, словно его мировоззрение рухнуло, в глазах застыли растерянность и отчаяние. Мысли его потекли дальше. Он вспомнил мучительную смерть Ци Юаня. Чи Ю наверняка что-то сделал с Ци Юанем. Он не убил Чи Чжунъе, а использовал смерть Ци Юаня, чтобы запугать его. Теперь люди из семьи Чи, даже оказавшись в тюрьме, не смогут избавиться от страха, что Чи Ю придёт за ними, и будут жить в постоянном напряжении до тех пор, пока он действительно их не убьёт. По сравнению с Ци Юанем, выжившие члены семей Ци и Чи будут подвергаться куда более тяжёлым ментальным мукам. И в этом и заключалось противоречие. Если уж Чи Ю, после того как его убил ничтожный пешка, используемый другими, жестоко изуродовал его тело, не оставив живого места, то почему же Ци Юань – один из главных виновников – умер так легко? Это было слишком странно. Цзян Ло задумался, а затем вдруг опустил взгляд: – Что ты делаешь? Трость злого духа подняла штанину Цзян Ло до икры, обнажив бледную кожу лодыжки. Злой дух невозмутимо убрал трость и, ведя ею по штанине, провёл по колену и бедру Цзян Ло: – Ну так что, твоя догадка? Цзян Ло многозначительно посмотрел на него: – Ци Юань убил твоего деда? Рука злого духа на мгновение замерла, затем, как ни в чём не бывало, продолжила путь вверх, к паху Цзян Ло: – Почти. Цзян Ло перехватил трость и твёрдо сказал: – Жемчужина Юань Тяньчжу, созданная из твоей души, может усиливать чужие духовные тела. У души твоего деда, должно быть, такой же эффект. Он использовал душу твоего деда, чтобы усилить своё духовное тело. Чи Ю ответил: – Правильно. – В искусстве марионеток семьи Чи самой сильной техникой является очищение души, – рассеянно произнёс он. – Только члены семьи Чи знают, как извлекать чужие духовные тела и использовать душу по максимуму. И, как выяснилось, Ци Юань был «наследником» духовного тела моего деда. Он тихо усмехнулся: – Три поколения гениев в семье Ци – звучит так завидно, не правда ли? Цзян Ло вспомнил унижения, которые Чи Ю перенёс в детстве, и в нём внезапно вспыхнул странный гнев. Он крепко сжал трость и резко дёрнул на себя. Злой дух сделал шаг вперёд, оказавшись вплотную к нему. Дыхание Цзян Ло было горячим, каждый выдох словно намеренно окутывал злого духа. Его алые губы раскрывались, он с насмешкой произнёс: – Господин Чи, какой же вы жалкий. Так вы пришли на суд, чтобы забрать духовное тело своего деда? – И оделись, как он, – это тоже своего рода поминовение? – Удачно подобрал слово, – с серьёзным видом похвалил Чи Ю. – Всё-таки университетское образование. Цзян Ло усмехнулся. Злой дух тихо рассмеялся, стоя прямо перед Цзян Ло. Хотя он был совсем близко, ни одна часть его тела не касалась Цзян Ло. Он выглядел вежливым, благовоспитанным – воплощение джентльменства. Но это было лишь видимостью. На самом деле всю картину знал только Цзян Ло: трость, которую Чи Ю держал в руке, бесстыдно тёрлась о его талию и норовила скользнуть ещё ниже, ещё непристойнее. Цзян Ло, глядя на такое притворство Чи Ю, чувствовал, как у него чешутся руки разбить его показную маску. Он отбросил трость в сторону, унимая непонятно на кого направленный гнев, и произнёс: – Чи Ю, я же говорил, когда мы встретимся в следующий раз, я уничтожу ту одежду, что временно хранится у тебя. Цзян Ло запустил руку в карман пальто Чи Ю: – Ты принёс её с собой? В глазах злого духа мелькнул тёмный огонёк: – Можешь проверить. Цзян Ло без стеснения быстро обшарил оба боковых кармана его пальто: – Здесь нет. Он взглянул на Чи Ю и, просунув руку под пальто, нащупал карманы его брюк. Бёдра Чи Ю были крепкими и длинными, единственный недостаток – они были немного холодными. Цзян Ло, отделённый тонкой тканью, обшарил оба кармана, чувствуя, как ощупывает ноги Чи Ю. Игнорируя всё более горячий взгляд злого духа, он тщательно обыскал его снаружи и изнутри и только потом вытащил руку: – Здесь тоже нет. – Может быть… – Цзян Ло специально заглянул в нагрудный карман Чи Ю, – здесь? Но, проведя рукой и там, он ничего не нашёл. Чи Ю сказал: – Такие важные вещи нужно надёжно хранить. Иначе, если ты их уничтожишь, будет очень жаль. Цзян Ло усмехнулся и убрал руку с его груди. Чи Ю, доведённый до предела, опустил голову, намереваясь поцеловать его. Цзян Ло выставил указательный палец, уперевшись ему в грудь, и, отворачиваясь с улыбкой в уголках глаз, сказал: – Как же джентльмен может целовать кого-то на людях? – Какая разница, – тихо рассмеялся злой дух, показывая свою истинную сущность. – Всё равно меня никто не видит. Цзян Ло снова отвернулся: – Но я не хочу с тобой любезничать. В этот момент из конца коридора донёсся голос: – Цзян Ло, пошли! Офицер Линь тебя ищет! Это были Лу Юй и остальные. Улыбка Цзян Ло застыла. Он в тот же миг вспомнил, как Лу Юй сказал «целовались», а Е Сюнь – «близки». Если сейчас они увидят его в таком положении с Чи Ю, то уже ничем не отмоешься! Цзян Ло безжалостно решил прекратить эту игру. Он хотел оттолкнуть Чи Ю, но, вспомнив, что другие его не видят, побоялся, что его движения могут выдать что-то. Глядя на его лицо, злой дух задумчиво произнёс: – Похоже, ты уже придумал для своих друзей очередной «сюжет». Он провёл пальцем по губам Цзян Ло, с интересом спросив: – Какой на этот раз? Цзян Ло сквозь зубы процедил: – Не двигайся. Но едва он произнёс эти два слова, как злой дух задвигался ещё активнее. Он бесстыдно просунул пальцы в рот Цзян Ло, другой рукой обхватив его талию: – Твои друзья уже идут. Цзян Ло стиснул зубы, но прокусил только перчатку злого духа. Глаза его метали молнии. Перспектива того, что друзья увидят, как он в одиночку смущается под приставаниями злого духа, заставила его глаза покраснеть. Он готов был бросить всё и врезать Чи Ю как следует. – Главное – не двигайся, – наставительно произнёс злой дух. – Они меня не видят, но если ты начнёшь двигаться, они поймут, что что-то не так. – Идиот, – пробормотал Цзян Ло, всё ещё упрямо сжимая зубами перчатку Чи Ю. – Чтоб у тебя стоять перестало. В следующее мгновение он не сдержал приглушённого стона. – Цзян Ло! – друзья уже подбежали на полпути, решив, что он не расслышал, и крикнули громче: – Нам пора! Чи Ю убрал руку и снова положил её на талию Цзян Ло. Он вздохнул: – Какое же злое проклятие. Ты же сам мне говорил о сотрудничестве, во сне первый меня поцеловал, а сегодня так жестоко проклинаешь. Цзян Ло, какой же ты переменчивый. Голос его становился всё тише, переходя в бормотание. Наконец он вытащил руку изо рта Цзян Ло – тот сжимал зубы так сильно, что Чи Ю пришлось пожертвовать белой перчаткой. Он легонько поцеловал губы Цзян Ло, которые всё ещё сжимали перчатку, глядя ему в глаза. В его взгляде сплетались безумие, одержимость и холод. Он прошептал: – Но именно такой ты мне и нравишься. Цзян Ло на мгновение задохнулся. Взгляд злого духа окутал его, как океан. Дышать стало тяжело – словно он погружался в пучину, увязал в трясине, и в груди поднималось смутное, возбуждающее волнение. Мысли на миг помутились, но тут же наполнились тщеславием, гордостью и ещё непонятным удовольствием. Разве не должен я ему нравиться? Я такой замечательный, я ещё стану тем, кто будет им управлять. Цзян Ло думал о всякой ерунде, а поцелуй злого духа вдруг скользнул ему на шею. Шея Цзян Ло вздрогнула – неожиданно для себя он почувствовал возбуждение. Кадык его дёрнулся, и злой дух припал к нему, проводя языком. Пальцы Цзян Ло вцепились в руку злого духа. В следующее мгновение Чи Ю резко поднял голову, ошеломлённо глядя на него. Лицо его потемнело, и он исчез, не успев даже опомниться. Цзян Ло, увидев, что он исчез, выдохнул и выплюнул перчатку, громко рассмеявшись: – Я же сказал – не двигайся. Не послушался – и проваливай восвояси. Остатками ци он написал для Чи Ю иероглиф «проваливай». Хотя одним этим иероглифом он полностью исчерпал только что восстановленную ци, Цзян Ло было чертовски приятно. Он повернулся к товарищам и, сияя, подошёл к ним: – Офицер Линь меня ищет? Отлично, пошли. Но товарищи странно смотрели на его лицо. Цзян Ло не понял, в чём дело. Лу Юй, как всегда прямой, спросил: – Цзян Ло, у тебя лицо красное? Улыбка Цзян Ло застыла. Он посмотрел на стеклянную стену. В отражении было видно его слегка раскрасневшееся лицо. Но это было не самое страшное. Самое страшное – это застывшая на его губах улыбка, которую он не успел спрятать, и взгляд, в котором читалась любовная истома, – вид человека, который только что занимался чем-то очень бурным. Цзян Ло: «…» --- Цзян Ло кое-как отделался от друзей с помощью лжи и привёл их к офицеру Линю. Офицер Линь нашёл отдельный кабинет и изложил им свой план. Государство намеревалось создать ведомство, которое будет привлекать таланты из метафизического мира и заниматься исключительно метафизическими делами – чтобы раз и навсегда разбить сложившийся в этом мире треугольник сил и взять метафизический мир под полный контроль. Это ведомство не будет широко известно простым людям, основную роль в нём будут играть специалисты из метафизического мира. Для обеспечения их работы будет создана служба поддержки – специальная полиция и медики. Остальные детали государство возьмёт на себя. Сейчас главная проблема – нехватка людей, готовых сотрудничать с государством. Раньше государство взаимодействовало с двенадцатью университетами опосредованно, через них давая студентам задания. Теперь же государство само набирало кадры – это было совсем другое дело. Из восьми человек только Чжо Чжунцю ещё колебалась; остальные, кого семьи никогда не контролировали, проявили неподдельный интерес к сотрудничеству. Цзян Ло задумался на мгновение: – Как будет называться это ведомство? Офицер Линь смущённо усмехнулся: – Мы следуем вашим традициям – полное название «Научно-исследовательское бюро естественных и социальных наук». В последние дни мы привыкли называть его «Научно-исследовательское бюро». Цзян Ло: «…Неплохое название». – Если вам не нравится, можете подать заявку на переименование, – любезно предложил офицер Линь. – Что вы думаете? Есть желание сотрудничать? Как только вы присоединитесь к нам, вы станете первыми членами-основателями. Мы полностью уважаем ваше мнение и идеи, вы получите государственные льготы и сможете участвовать в оплачиваемых выездных мероприятиях – разве это не здорово? Гэ Чжу загорелся, толкнул Куан Чжэна в бок: – Меня это заинтересовало. Куан Чжэн просмотрел контракт – на его лице тоже появилась неуверенность. Он тихо сказал: – Мои родители с детства мечтали, чтобы я стал учителем или государственным служащим. Кроме Цзян Ло и Чжо Чжунцю, остальные явно были готовы согласиться. Но они не торопились и ждали решения Цзян Ло и Чжо Чжунцю. Чжо Чжунцю нахмурилась. Она сама была молода и, в отличие от того, чтобы просто унаследовать дела клана Чжо, предпочла бы строить что-то своё. А уж участвовать в создании нового ведомства с нуля вместе с государством – это было настолько круто, что она просто не могла отказаться! Она не выдержала, подсела к Цзян Ло: – Цзян Ло, ты ученик особняка Небесного учителя. Что думаешь? Цзян Ло опустил взгляд: – Я собираюсь уйти из особняка Небесного учителя. Эти слова ошеломили всех. Даже Чжо Чжунцю, опешив на несколько секунд, растерянно переспросила: – Почему? Потому что он и Фэн Ли – не те люди, которые могут ужиться друг с другом. Контролирующая натура Фэн Ли вызывала у Цзян Ло отвращение с самой первой встречи. Фэн Ли относился к нему неплохо, и если бы так продолжалось и дальше, Цзян Ло бы, возможно, и смирился с ролью ученика и выполнял бы его указания в благодарность за вложения. Но тот взгляд, которым Фэн Ли смотрел на него в горах, вызвал у Цзян Ло глубинное, желудочное отвращение. Если Фэн Ли больше не смотрит на него как наставник, то и Цзян Ло не будет относиться к нему как к учителю. Он уже решил порвать все связи с особняком Небесного учителя, и предложение о сотрудничестве от государства было для него лучшим следующим шагом.