Проклятие молчания

Сиреневый туман в ущелье пах сыростью, палой листвой и едва уловимым, приторно-сладким ароматом тления. В этом месте не было слышно ни единого звука: ни шороха ветра в кронах старых сосен, ни стрекота ночных цикад. Местные жители шепотом рассказывали на постоялых дворах, что в заброшенной усадьбе на вершине холма поселился демон, который «крадет голоса». Стоило путнику забрести за черную ограду, как он терял способность издать хоть звук, а после — исчезал без следа. ​Верхние Небеса, разумеется, были слишком заняты очередными склоками между генералами, поэтому молитвы несчастных смертных в конце концов долетели до скромного монастыря Водных Каштанов. ​Се Лянь аккуратно переступил через прогнивший порог главного дома, придерживая подол своих простых белых одежд. Рядом с ним, неторопливо и уверенно, шел Хуа Чэн. В полумраке заброшенного поместья его ярко-красное ханьфу казалось багровым, почти черным, а серебряные бабочки лениво кружили вокруг, заменяя им факелы. Раскатистый звон цепочек на его сапогах, обычно такой отчетливый, здесь звучал глухо, словно вата глушила каждый шаг. ​— Саньлан, будь осторожен, — негромко произнес Се Лянь, оглядывая покрытые паутиной гобелены. — Сила этого демона специфична. Кажется, он питается звуками и звуковыми волнами. Чем громче здесь кричать, тем он становится сильнее. ​Хуа Чэн мягко усмехнулся, чуть наклонив голову. По серебряной бабочке, опустившейся на его бледное плечо, пробежала искра. ​— Вашему Высочеству не о чем беспокоиться, — в его голосе, как всегда, не было ни капли страха — лишь безграничная, теплая преданность. — Какая бы тварь здесь ни пряталась, она не посмеет даже дотронуться до вас. К тому же, если она питается звуками, ей крупно не повезло. Мой Эмин умеет убивать совершенно бесшумно. ​Сабля на его поясе согласно задрожала, и единственный рубиновый глаз на эфесе яростно сощурился, высматривая добычу в углах. ​Они прошли вглубь главного зала, где когда-то, судя по остаткам роскоши, пировала местная знать. Внезапно температура в комнате резко упала. Дыхание Се Ляня превратилось в белый пар. Пространство вокруг них сжалось, и из темноты под потолком, со свистом рассекая воздух, появился огромный силуэт. Это существо не имело четкой формы — колышущийся сгусток темного дыма, внутри которого, сменяя друг друга, проступали искаженные в немом крике лица людей. У демона не было рта, но от одного его присутствия закладывало уши. ​Поняв, что перед ним не обычные смертные, а существа куда более опасные, демон бросился вперед, целясь прямо в грудь Се Ляню. ​— Жое! — скомандовал принц. ​Белая шелковая лента сорвалась с его запястья, со свистом метнувшись навстречу твари. Она мгновенно обернулась вокруг дымного тела, намертво стягивая кольца. Демон забился, пытаясь вырваться, но в этот же миг в воздухе сверкнула леденящая сталь. Хуа Чэн атаковал без тени сомнения. Эмин описал идеальную дугу, готовясь рассечь ядро призрака на мелкие осколки. ​Поняв, что спасения нет, демон пошел на последнюю отчаянную меру. Из глубины его дымного тела вырвался концентрированный сгусток фиолетового пламени — проклятие, сотканное из векового молчания его жертв. Снаряд летел прямо в лицо Се Ляню. ​Принц среагировал мгновенно, отклонившись назад, но скорость была слишком велика. Фиолетовая искра лишь на мгновение мазнула по его шее, оставив легкое, покалывающее чувство холода. В следующий миг Эмин опустился на демона, и тварь с глухим хлопком рассыпалась серым, безвредным пеплом. ​Жое послушно вернулась на руку хозяина, свернувшись вокруг запястья. В зале снова воцарилась мертвая тишина. ​Хуа Чэн тут же развернулся, и в его единственном глазу Се Лянь успел заметить вспышку такой дикой паники и ярости на самого себя, что ему стало не по себе. Князь Демонов в один шаг преодолел расстояние между ними и схватил Се Ляня за плечи. Его пальцы, обычно такие спокойные, слегка дрожали. ​— Ваше Высочество! — голос Хуа Чэна сорвался. — Вы ранены? Хранитель Проклятия задел вас? Пожалуйста, скажите что-нибудь! ​Се Лянь поспешно улыбнулся, желая успокоить своего Саньлана. Он открыл рот, чтобы сказать: «Всё в порядке, это просто царапина», но... из его горла не донеслось ни единого звука. Связки словно сковал невидимый, глухой лед. Се Лянь попробовал еще раз, сильнее толкая духовную энергию, но результат был тот же. Воздух выходил из легких абсолютно беззвучно. ​«Ох, — подумал Се Лянь, — значит, это и было его проклятие. Немота. Какая досада». ​Видя, что принц беззвучно открывает рот, а его лицо бледнеет от замешательства, Хуа Чэн испугался еще сильнее. Он бережно, но настойчиво поднес ладонь к шее Се Ляня, прижимая холодные пальцы к тому месту, куда угодила искра. Он пытался прощупать чужие меридианы и проверить поток духовной энергии. ​Чтобы прекратить эту панику, Се Лянь привычно коснулся двумя пальцами своего виска, открывая их личную, закрытую духовную сеть, пароль от которой знали только они двое. ​«Саньлан, не нужно так переживать, честно!» — мягкий, мысленный голос Се Ляня зазвучал прямо в голове Хуа Чэна. «Я совершенно не ранен. Горло не болит, и духовные каналы в порядке. Кажется, этот демон просто наложил заклятие немоты. Думаю, через день-два оно пройдет само. Так что всё хорошо, правда». ​Услышав этот голос, Хуа Чэн заметно расслабился. Напряжение покинуло его плечи, и он облегченно выдохнул, прикрыв глаз. ​— Ваше Высочество... — негромко выговорил он, и в его голосе послышалась бесконечная усталость пополам с облегчением. — Не пугайте меня так больше. Если бы с вами что-то случилось по моей недосмотрительности, я бы... ​Он не договорил, но Се Лянь и так знал, что тот имеет в виду. Хуа Чэн всё еще держал ладонь на его шее. Из-за разницы в росте Князю Демонов пришлось немного наклониться. Теперь его лицо находилось так близко, что Се Лянь мог сосчитать каждую длинную ресницу, обрамляющую его закрытый глаз, и рассмотреть изящный изгиб бледных губ. От Хуа Чэна пахло прохладой, кленовыми листьями и едва заметным ароматом благовоний Дома Блаженства. ​Се Лянь почувствовал, как к щекам приливает тепло. Чтобы скрыть смущение, он опустил руку от виска, официально разрывая духовную связь. ​Он был уверен, что мост между их разумами закрылся. Но его сердце, внезапно застучавшее быстрее, предательски продолжило внутренний монолог. ​«...какой же он всё-таки красивый. Даже когда так сильно хмурится. Боги, его пальцы такие холодные, но мне почему-то совсем не хочется, чтобы он их убирал. Интересно, если я коснусь его волос, он заметит?.. Ой. Ой-ой-ой. Подождите. О чем это я думаю? Мне нужно срочно подумать о чем-то приличном. О ремонте монастыря! Или о сборе мусора... Да, сбор мусора — отличная тема...» ​Се Лянь мысленно зажмурился, молясь всем богам (хотя сам был одним из них), чтобы этот минутный порыв слабости остался его маленьким секретом. ​Однако ладонь Хуа Чэна на его шее внезапно замерла. ​Се Лянь удивленно моргнул и посмотрел на него. Хуа Чэн медленно поднял свой взгляд. На его обычно непроницаемом, идеальном лице отразилась целая гамма чувств: сначала крайнее изумление, затем — секундное замешательство, которое тут же сменилось чем-то невероятно глубоким, темным и... торжествующим. ​Медленно, дюйм за дюймом, губы Князя Демонов тронула едва заметная, дьявольски хитрая лисья ухмылка. Он не убрал руку. Напротив, его большой палец слегка, почти невесомо, погладил теплую кожу на шее принца, прямо над бьющейся жилкой. ​— Ваше Высочество, — протянул Хуа Чэн, и в его голосе зазвучали те самые, знакомые бархатные нотки, от которых у Се Ляня по спине пробежали мурашки. — Вы что-то сказали? ​Се Лянь панически покачал головой, изо всех сил сжав губы. «Я же молчу! Я ничего не говорил!» — прокричал его внутренний голос. ​«...и почему у него такой голос? От него буквально колени подгибаются. Стоп. Нет! Пожалуйста, пусть мне это просто кажется, и он не слышит меня. Если он слышит... я прямо здесь провалюсь сквозь землю и больше никогда не вознесусь», — в панике пронеслось в голове принца. ​Ухмылка Хуа Чэна стала еще шире. Он наклонился еще ближе, так что его дыхание коснулось уха Се Ляня. ​— Хорошо, — тихо прошептал демон, едва сдерживая смех. — Раз вы ничего не говорили, Ваше Высочество... тогда нам пора возвращаться домой. В Доме Блаженства как раз готова теплая купальня. Вам нужно хорошенько отдохнуть. ​Се Лянь застыл, чувствуя, как его уши медленно, но верно окрашиваются в пунцовый цвет. Фильтр между его разумом и духовной сетью был полностью разрушен проклятием демона. И, судя по выражению лица Саньлана, трансляция его мыслей только что началась.