Опыт - трудный сын Ошибки или МЫ ВСЕ УМРЕМ!!!

Лерметт ~Наследник престола~ Учитель или не понимал того, что ему хотели показать или делал вид, или просто не обращал на подергивания Лерметта никакого внимания. Рук своих не отнимал да и сам на месте оставался, словно прирос к полу. И инфант все отчетливей ощущал, что те его истерзанные веревкой места, над которыми прошлись ладони Дахаки, болят значительно меньше. Это открытие заставило принца прекратить свои упрямые вздрагивания и лежать уже более спокойно, сердито сопя и злясь на себя самого за то, что отдается во власть этих касаний и уже желает, чтобы они не прекращались, а, пройдя свой путь от под коленок до поясницы, вернулись назад, забирая с собой остаток его боли. {Ажи-Дахаки: -Найдите ту бутыль с отравой. Я не вспомню в какой из моментов и где я её выронил…} От этого голоса принц подобрался, приготовясь ответить, что не собирается выполнять никаких распоряжений, а кому необходимо найти что-то, то пусть сам это и ищет. Но в этот момент длань Наставника коснулась как раз самого болезненного места вверху бедер и Лерметт невольно закусил губу, чтобы не застонать. {Ажи-Дахаки: - Вылить содержимое вам лучше самому. Не доверяйте никому это. И не смейте даже нюхать! Опасно даже это,} Все еще дыша сквозь сжатые зубы инфант как-то обратил внимание на голос Учителя. Что-то было в нем сейчас такого, что заставило Лерметта осторожно повернуть голову и бросить незаметный взгляд сквозь мокрую челку на Учителя. {Ажи-Дахаки: - Травника, у кого брали яд – сразу в допрос…} "Это уже и без ваших распоряжений будет сделано!" - упрямство, которое родилось в глубине души принца, вкупе с остатками озлобленности на Учителя забурлило с новой силой и Лерметт вновь отвернул лицо к стене, так и не понял, что же в голосе Учителя его насторожило. {Ажи-Дахаки: -Меня не будет пару часов. Всё будет хорошо…} "Да-да! Конечно! Хоть пару дней! А еще лучше - пару столетий!" - продолжал мысленно ерничать принц, не решаясь еще высказать все это Наставнику в лицо. Его тело уже не горело болью, не сжималось в комок, да и темные пятна в глазах уже рассеялись. Теперь бы выровнять дыхание совсем, а те отголоски недавних мучений, что тлеют на бедрах и заду, уже можно терпеть. Вполне даже. И все же он дал возможность Учителю забрать огромную часть боли, не мешая тому вершить свое дело. Приподняться на локтях и с удивлением уставиться на лежавшего на полу Дахаки инфанта заставил неожиданный грохот, раздавшийся в комнате. Инфант замер, совершенно не готовый к такому повороту событий и некоторое время разглядывал лицо своего Учителя. Нехарактерная для него бледность покрывала не только лицо, но и шею Дахаки. И слишком уж выделялась на фоне черных, разметавшихся по полу волос. Учитель не шевелился. Принц выждал еще немного и негромко позвал. - Сэр..Сэр Ажи, - в ответ на этот призыв Учитель даже не шевельнулся. Принцу пришлось встать на четвереньки на лежаке. Это ему удалось не очень ловко. Каждое его движение отдавалось тупой болью на заднице и бедрах и, постанывая сквозь зубы, принц вначале опустил на пол одну ногу, затем другую, все так же не спуская глаз с Учителя и ожидая каждую минуту, что тот отзовется. Но вот уже ноги стояли твердо на полу, а Дахаки все так же лежал обездвиженный. - Сэр Ажи! - теперь в зове инфанта были слышны плохо скрытая тревога и даже страх. - Учитель!!! Вы слышите меня?! - ни бровью, ни одним, даже самым малым движением Дахаки не давал понять, что слышит. Переступив пару шагов и подойдя ближе к Наставнику, инфант опустился на колени перед лежавшим мужчиной и, рванув его камзол и рубаху, приложил ухо к груди Наставника, ловя напряженным слухом биение его сердца. А когда услышал его - выдохнул с облечением. Бьется! Значит - Дахаки жив! Да что же с ним такое? Обморок? Отпрянув от груди Учителя, Лерметт припомнил тот действенный способ, которым возвращали к жизни упавших в обморок. Он взялся за ворот Учителя и встряхнул того, так сильно, насколько хватило его сил. А затем, отпустив полы кафтана, громко произнес:"Простите, Учитель! У меня нет другого выхода!" и, размахнувшись, залепил мужчине пощечину, на всякий случай отпрянув от него в сторону. А вдруг сейчас и очнется! И что подумает? Виданное ли дело - ученик лепит по морде своему Учителю. И даже дело тут не в том, что это необходимость! Так не должно быть. Никогда. Но Дахаки и тут не пришел в себя. Лишь его голова мотнулась от удара и инфант заскрипел зубами. Как же его вернуть к памяти? Как? Где-то была вода! Ах, вот она! Дотянувшись до бурдюка, в котором оставалось еще достаточно нужной влаги, Лерметт набрал полный рот воды и громко пшыкнув, брызнув Наставнику в лицо. - Учитель!!! - теперь в зове Лерметта был слышен откровенный страх. Осознание того, что все же тот странный напиток, изготовителем которого и стал сам Лерметт заставила думать инфанта о том, что случилось непоправимое! Его Наставник уснул крепким сном, который может длиться не один час, а может быть и день. И неделю!!! И виной этому будет он, Лерметт. Прильнув еще раз к груди Учителя Лерметт вновь услышал стук сердца Наставника. Это все же немного успокаивало. Поднявшись, инфант все не отрывал своего взгляда от лица Дахаки, надеясь на чудо. А вдруг? Вот возьмет и очнется прямо сейчас. Время тянулось. Тягостное ожидание отвлекло инфанта от него самого. Он уже совершенно забыл, что совсем недавно этот человек вызывал у него ярость и гнев и что некоторое время назад он был для Лерметта воплощением всего зла на земле. Принц не обращал никакого внимания на то, что стоит сейчас полуголый перед Наставником и босые ноги слишком остро ощущают холод каменного пола. Единственное, о чем помнил сейчас принц, так это о том, что ему не стоит сейчас садиться. Мелькнула быстрая мысль - может стоит перетащить Учителя на лежак? Но оценив свои возможности и вес тела Учителя Лерметт решил, что одному ему справиться с такой задачей сейчас не под силу. Устав стоять и испытывая необходимость куда-нибудь примоститься, инфант опять вернулся на тот же лежак, увалившись на него животом. Тянуло прикрыть веки и забыться в спасительном сне, где темно и тихо. Но Лерметт не смыкал глаз. Ему почему-то казалось, что усни он вот так и никогда уже не увидит прежнего Наставника, а этот, валяющийся на полу, так и будет преследовать его, словно видение, до конца жизни. От нечего делать инфант сначала разглядывал потолок, затем стены комнаты. Хоть бы здесь были песочные часы, которые помогали бы Лерметту знать, сколько же времени прошло со времени отключки Дахаки. А так - совсем не понятно. Сколько же прошло? Час? Два? Вечность? Оказывается, как важны те мелочи, которыми мы пользуемся каждый день и уже перестаем замечать их. А лишившись их, остро ощущаем их нехватку. Инфант периодически опускал руку вниз, теребил Учителя за одежду, зовя его, и не получив ответа принимался опять ждать. Но то ли стон, то ли просто громкий вдох Учителя зародил в голове Лерметта новые жестокие сомнения. А вдруг Наставник очнется и начнется все заново?! "Вы, ваше высочество, поступили непозволительно. И должны быть за это наказаны!" И опять начнется тот ад, в котором даже демоны плачут. Взгляд инфанта упал на веревку, которая валялась тут же рядом. А может? Связать его? А потом сказать, что это было... ради его же безопасности? Что он метался на полу и Лерметт не мог с ним совладать. А ведь это правда! Не совладает! Слишком силен Учитель. А вот когда будут у него связаны руки - что он сможет? Размышляя так, Лерметт вновь подергал Учителя и позвал его по имени. И вновь лишь тишина была ему ответом. Ажи-Дахаки ~Наставник~ В голове гудело. Тело занемело в одних местах и тупо тянуло болью в других. Я потянул руку к лицу, одновременно открывая глаза. Второе получилось, в отличии от первого. Я увидел пол и ножку какой-то лежанки рядом, а рука так и осталась позади, заныв в полувывернутом состоянии. Связанной в запястье с другой. Дернув ногами, понял, что те тоже связаны на совесть. Тело тренированно крутнулось, перекатываясь так, чтобы я обозрел вокруг. Полуосвещенная факелами комната и Лерметт на кровати, так же как я сейчас на него, в упор уставившийся на меня. Память закрутилась, вытаскивая на поверхность сознания то, что было. Тяжелый день, наполненный выматывающими монотонными действиями сбора и зацикливания энергий… Посещение ученика и бутылка с вином… Вкус странный… И рушащийся мир вокруг. Демонские отродья, что нападая не напали… Туман в голове, а потом ярость и свирепая злость, нахлынувшая изнутри. Я поморщился, припоминая жестокие удары по телу Лерметта… много, сильно, грубо. Его крики, странным образом совершенно не трогавшие меня… Кэсс… и снова сердце сжало, как тогда… А потом была обратка моих сил, облегчающая ученику его боль. Да, я отключился. И все помнил сейчас. Только почему же я связан? В моих глазах застыл вопрос. - Лерметт? – обратился к ученику негромко. - Ваше высочество, меня можно больше не опасаться, я не причиню вам вреда. Развяжите. Наверное, стоило бы сказать это более ровным тоном. Но полулежа на полу, в связанном виде, несколько напрягало меня и требование вышло резче, чем было необходимо. Я нахмурился. Лерметт ~Наследник престола~ Очнулся Лерметт от толчка. Нет, он не спал! Вот только что лежал и смотрел на Учителя и... Как свет в комнате погас, перетекая из светлого в самую кромешную тьму, как исчезли тихие звуки собственного дыхания инфант даже заметить не успел. Он задремал? Неужели? Да как же так? Да ведь он все смотрел и смотрел, не отрывая взгляда, на Наставника. Приподняв голову от подушки Лерметт наткнулся на внимательный взгляд пронзительных черных глаз. Очнулся?! Вздох облегчения все же сорвался в губ инфанта. Но еще не успел затихнуть, как в душе Лерметта забурлило. Он задышал громче и быстрей, будто бы резко остановился после жуткого бега. Очнулся! Очнулся..и..? Что же дальше? Эта мысль была такая ясная и простая, что ставила принца в тупик. Что дальше-то?! {Ажи-Дахаки: - Лерметт? - Ваше высочество, меня можно больше не опасаться, я не причиню вам вреда. Развяжите.} Как только раздался этот голос, все сомнения Лерметта исчезли. Растворились в плотном воздухе комнаты, который, казалось, становился вновь осязаемый. Инфант вдруг почувствовал, как у него потеют ладони и начинает ныть поясница. Он отвел взгляд от Учителя и опустил ногу на пол. Коснувшись холодного каменного пола вдруг понял, что все это время, что Дахаки валялся без сознания он, Лерметт, даже не потрудился натянуть свои штаны и так и разгуливает до сих пор в непристойном виде. На лицо инфанта наползла кривая улыбка. Наставник может подумать, что Лерметт до щепетильности послушен. Не получив разрешения одеться он так и валялся на лежаке с голым задом. Это сознание заставило Лерметта встать с кровати и отправиться в тот угол, где лежала его одежда. На Дахаки он старался не смотреть. Где-то в глубине сознания родилась мысль, что веревки, что обхватывают руки и щиколотки Учителя выдержали первое испытание - не развязались и не порвались. Не зря, все же, Наставник вкладывал свои знания в ученика. - Нет, - стоя спиной к Учителю и завязывая завязку на штанах, Лерметт нарушил свое молчание отрывистым, будто злобный собачий лай, отказом. - Вы разве слышали меня, когда я вас просил мне поверить? Так почему же я сейчас должен услышать вас? - на последних словах Лерметт развернулся и вперился взглядом в лицо Учителя, будто спрашивая того :"И что вы мне на это ответите?" Ажи-Дахаки ~Наставник~ Хм. Что-то темное промелькнуло в глазах его высочества, прежде чем он отвернулся. Что-то странное, непонятное мне. Или я просто не хотел понимать чего-то?.. Как медленно, Лерметт! Что же ты не взялся сразу развязывать меня? Я раздраженно пошевелился, наблюдая его размеренные движения, но промолчал. Неужели нельзя одеться после освобождения своего учителя от веревок?! Тянет резину, возится. Это мелкая месть, ученик? Решил уколоть меня? Ну, погоди. Развяжи только, всё выскажу… Знакомая волна гнева снова всколыхнулась во мне. Я гнал её от себя. Вдыхал глубже. И молчал. Его высочество неторопливо натягивал штаны на исполосованные бедра и зад. Сливающееся месиво темных полос. Потерявших свою болезненную воспаленность, но все ещё отчетливых… {Лерметт: - Нет,} В первый миг я опешил. Нет, я не ослышался. Это был ответ. Продуманный и без сомнений. Тон его высочества Лерметта Альтгарда не позволил и мне засомневаться в его решении. {Лерметт: - Вы, разве слышали меня, когда я вас просил мне поверить? Так почему же, я сейчас должен услышать вас?} Я моргнул, но взгляд от него не отвел. Открыл рот, чтобы ответить. Что в слепой ярости был… А ты, ученик, сейчас не в ярости, так с какого?.. Или… все же, сильный гнев владеет тобой? Сдерживаешься… Но, да. Обида… Я куснул губу изнутри. - Если вы считаете, что я был не прав… Зачем же делаете так же? – спокойно задал я свой вопрос, наводящий на правильный ответ. Но он уже прав. Я его тогда не слышал. Не желал слушать. А сейчас я не желаю, что бы он ошибался и поступал так, что будет жалеть потом. Рука, на которую я опирался, приподнимаясь над полом, чтобы не совсем валяться, начала затекать, все сильнее отдавая неприятными ощущениями выше. Я сменил положение, постаравшись сесть, упираясь спиной в край лежанки. Криво, но вышло. Гадкое чувство. Связан, смотрю на мальчишку снизу вверх. А каково ему было? Растянутым на шестах. Полураздетым, беспомощным… - Лерметт… мы можем обсудить это всё и в более цивилизованной обстановке, - предложение прозвучало примирительно, я даже немного растянул губы в полуулыбке. Мне действительно не хотелось усугублять ситуацию, за которую потом нам обоим будет плохо. Лерметт ~Наследник престола~ Вид беспомощно-барахтающегося на полу Учителя рождал у Лерметта пару чувств, которые были абсолютно противоположны друг другу. Одна часть его сознания кричала инфанту о том, что он совершает поступок, который в корне не правильный. Связывать, а теперь еще и смотреть, как Наставник пытается освободиться от веревок, (которые, не подвели и выдержали!) было не очень легко. И хотелось броситься к нему и освободить от пут, помогая подняться с холодного пола. Эти же веревки заставляли его, прежде такого гордого и несгибаемого Учителя, теперь корячиться на полу, даже не разрешая ему мало-мальски ровно сесть. А Лерметт смотрел на это в качестве стороннего наблюдателя и не торопился подходить. Потому, что вторая часть его сознания испытывала великое удовольствие. Если некоторое время назад инфант не думал, что такое может случиться и связывая Дахаки желал лишь одного - чтобы очнувшись Наставник не повторил своего деяния, которое убивало в инфанте человека, заставляя чувствовать себя зверем, которого настигла стая борзых, то сейчас пришло понимание того, что Наставник полностью в его власти. Теперь он, Лерметт, может не только диктовать ему свои условия, но даже может получить большее. {Ажи Дахаки: -Если вы считаете, что я был не прав… Зачем же делаете так же?} Спокойный голос Учителя вызвала в душе инфанта небольшую волну. Она всколыхнулась, будто проведя черту между двумя его желаниями, поднялась ввысь и замерла, решая, на какую же сторону рухнуть?! {Ажи Дахаки: -Лерметт… мы можем обсудить это всё и в более цивилизованной обстановке,} И волна рухнула... В ответ на улыбку Дахаки губы принца разошлись в ехидном оскале. Он по-прежнему смотрел на Учителя и в его глазах стали светиться опасные искорки. - Дааа, Учитель! - покладисто согласился он, кивая головой и шаря взглядом по полу. - Мы с вами сейчас можем многое обсудить! Ведь обстановка как раз располагает! - в конце предложения тон его принял зловещий окрас. - Здесь, мы с вами можем говорить о чем угодно, не опасаясь, что наш разговор будет кем-то услышан! - ах, вот эта мокрая веревица, что пару часов назад впивалась в тело Лерметта. Инфант шагнул ближе и, нагнувшись, поднял ее с пола. - Сейчас уже не так важно, что я считаю, - наматывая один конец веревки себе на кулак произнес принц, специально не глядя в глаза Учителю. Он сосредоточенно разглядывал то, что с такой тщательностью сейчас ложилось ровными кругами на его руку. - Будем считать, что на этот раз вы, Учитель, были сугубо убедительны и я решил перенять ваш опыт сразу же, как только у меня появилась такая возможность, - глянув еще раз на свою руку инфант отпустил свободный конец веревки свисать к полу, прикинул что-то в уме и совершил еще один виток вокруг своей ладони. Последний. - Тратя на меня свои умения вы же ждете от своего ученика примерно такого же умения, не так ли? - снизошел до очередного вопроса, все еще ехидничая, Лерметт. - Так почему же сейчас, я не волен повторить то, что совсем недавно продемонстрировал мне мой Учитель?! - глаза Лерметта сузились и он шагнул ближе сидящему на полу Наставнику. Ажи-Дахаки ~Наставник~ Моя полуулыбка растворилась при виде выражения лица принца. Нехорошее, несмотря на подобие ответной улыбки. Я углядел перелом в глазах ученика. И то, как им начало завладевать темное чувство. И причиной этого был я. Моё недавнее неистовство. Мальчишка не справлялся с собой. Да тут и взрослый бы не каждый осилил. Я смотрел, как он ищет что-то на полу и думал. Его вкрадчивые слова пропускал мимо ушей. Пока он не поднял ту веревку, что до сих пор ещё была влажной. Мой взгляд не отрывался от размеренных наматываний её на руку инфанта и теперь я слушал, что он говорил. Да уж, владеть словом его высочество научился неплохо. Глупо даже отвечать на его рассуждения... {Лерметт: - Так почему же сейчас, я не волен повторить то, что совсем недавно продемонстрировал мне мой Учитель?!} Я помрачнел. Волен, Лерметт. Тем более, что я сам дал тебе это право. Тогда, когда в шоке от содеянного сказал, что виноват, что приму любое твое решение. Так отчего же так гадко внутри? Ну, что Дахаки? Готов платить по счетам? Должен признать, что нет… Потому что это будет неисправимо. Разве я прощу его? Не как подданный и тот, кто признал вину, а как наставник, что всегда прав. Но ведь, Ажи, ты сам признал, что был не прав! И даже сказал это. Твоя слабость. Но расхлебывать придется обоим. А что ты будешь делать потом, ученик? Задать бы вопрос. Направить его мысли в нужное русло. Нужное кому? Мне? Или ему? А нужно ли теперь ему? После всего случившегося. Да, если бы мой ученик был простым мальчишкой, воспитанным в четких рамках воинских традиций, то он бы принял любой мой промах. И даже не стал бы морочить себе голову прав был его наставник или нет. Из таких лепятся непоколебимые воины. Но Лерметт… Не послушное тесто. Он скорее гибкая сталь… Потому и отдается тебе, наставничек, перегнутость в обратку… Мысли месивом мелькали у меня в мозгу, окрашиваясь чувствами и эмоциями. Где моё хладнокровие? Теряю форму… Я напряг кисти ещё раз, растягивая узел. Крепко. Но скоро я все равно буду свободен. Потом спокойно запрокинул голову, не отводя взгляда от лица инфанта. А ведь я могу объяснить ему. Разжевать, указать, научить. Убедить и даже заставить сделать так, как надо. Но это будет не его решение, не его шаг. Сейчас он должен понять и выбрать всё сам. У него уже достаточно для этого зрелости духа и сил. - Собрались выпороть своего наставника, ваше высочество? – язык оказался быстрее мыслей. Сказать нужно было совершенно не это. Но, поздно. И я снова дернул губы в невеселой усмешке. Ну, что ж. Задачка тебе ученик. Да и мне тоже. Лерметт ~Наследник престола~ А Лерметт стоял напротив, в двух шагах, и не отрывал взгляда от лица Наставника. А тот был, что та скала. Внешне спокойный, все тот же взгляд, все те же чуть сдвинутые брови, будто вот-вот собирается нахмуриться. А ему, похоже, и не страшно! Сидит, смотрит. И вроде губы не расползаются в усмешке и во всем его виде вроде нет даже намека на подуськивание "ну, давай-давай! смелее!". Значит, не верит в то, что ученик его может вот так взять и выпороть своего Учителя. И как же неприятно чувствовать себя под этим взглядом дураком, когда вновь легкий ветерок сомнения "а правильно ли я делая?" врезается в сознание, проскальзывает там быстрым сквознячком и... исчезает. Все правильно! Все так и должно быть! Сегодня Наставник через чур перестарался! А значит, Лерметт вправе вернуть ему часть того долга, который получил с лихвой. {Ажи Дахаки: - Собрались выпороть своего наставника, ваше высочество?} Слова нарушили звенящую тишину, что заполняла слух инфанта. Взгляд, все так же прикованный к лицу Учителя, вдруг остановился на маленькой капельки влаги, что образовалась на лбу Наставника, в самом верху. Там, у черных густых волос. И Лерметта вдруг накрыло понимание. А ведь Учитель ....Нет, не боится! Чего бы мог бояться Дахаки инфант себе даже представить не мог. Существует ли нечто, что может зародить в этом Дьяволе хоть крупицу страха?! Наставник нервничал. Скорее, это было вот так. Значит, Лерметт "небезнадежен" в его глазах! Знаачит, Дахаки действительно верить в то, что Лерметт может его выпороть! А Лерметт...? Может..? Может! Ведь это так просто! Подойти. Спихнуть связанного на пол, чтобы тот упал ничком...Побарахтается, конечно! Но что он может-то сейчас, со связанными руками?! А ничего! Ничего не может! Может орать. Взывать к благоразумию. Проклинать. Вот только это ему и остается. Просить пощады? О, нет! Дахаки скорее откусит себе язык. - Да, собираюсь! - с вызовом, скорее для того, чтобы подхлестнуть к действию самого себя, произнес Лерметт и приблизился еще на шаг к Наставнику. - И сейчас мне хотелось бы знать - как давно вас, наставник, пороли в последний раз и кто же это был? - и кулак инфанта стиснул влажную веревку, которой в этот день придется второй раз стать орудием возмездия. Ажи-Дахаки ~Наставник~ Не смутил ученика мой провокационный вопрос. Сожаление лишь краем мазнуло меня своей печалью. Потому что в вызове инфанта был весь он – его упрямое высочество Лерметт. Ещё и бестактно затребовал ответа, когда его наставника драли в последний раз… Хотя, какой уж теперь такт. Я покачал головой, ещё больше запрокидывая её, чтобы видеть лицо придвинувшегося ближе мальчишки. Хочешь знать про мою последнюю порку, значит… Ну, что-же, отчего нет? Перед глазами опять взметнулась плеть, вычертившая концом узкий завиток в дорожной пыли. И в ушах зазвучал медово-ядовитый голос Верховного мастера, разъедающий душу не меньше тех рубцов, что кровоточат на обнаженной спине… Мастеру всегда не нравилось, когда ученики, пусть и старшие, и даже, в чем-то, лучшие, высказывают свое мнение, ставящее под сомнение слово Первого в школе... А я так и не научился в полной мере сдерживать свой язык. Но, если до Главного мастера не донес слова, то надежда, что пара молодых наставников младших задумаются - была… Капли пота, стекая с опущенного лица, падали, оставляя мелкие воронки в тонком песке. Я никогда так грубо не ломал себя, заставляя уткнуть колено и ладони в пыль… А сладкий голос не умолкает. Вымазал своей гадкой приторностью не только меня, но и тех, кто мне дорог… …Зря он Кэса тогда позвал. И приказал такое, зря. Для себя зря… Его вой, вопль осоловевшего от страха и боли… такого Первого, Верховного… с болтающейся, навсегда потерянной для любого движения рукой, до сих пор злорадной музыкой стоит у меня в ушах… Нас не казнили сразу. Видимо, воображение в этот день отказало придумать казнь посвирепее… а потом нас всех бросили в ту деревню… - Давно, Лерметт… - тряхнул я головой, возвращаясь в текущее. Мда, тоже не особо радостное, - Вас тогда ещё и не планировали… - А кто… То существо уже нельзя было назвать человеком. Множество демонов смогли растащить его душу по своим закромам… Первый мастер школы. Остался без руки… А должен был остаться без глотки, - совладать с голосом в конце не удалось, вышло низко и глухо. Я помолчал мгновение, спустив взгляд ниже, на кулак с витками веревки. - Надеюсь, вы сознаете, что я вам это не позволю? – его высочество должен понять, что именно «это». Крутанул связанные запястья, почти сдирая кожу на них. Нет, всё ещё рано. Узлы не слышат меня. Инфант, не осознавая того, вложил правильную цепочку мысле-эмоций, связывая своего учителя. Да. Интуиция у парня достойна гораздо лучшего применения… Лерметт ~Наследник престола~ Лерметт прищурился и затаил дыхание, когда взгляд Дахаки лишь на один короткий миг заволокло поволокой. Инфант видел не раз, как глаза человека иногда способны передавать то, о чем сейчас думает их обладатель. Они могут широко раскрываться, когда хозяин этих глаз чему-то удивляется. Они могут темнеть, когда он злиться. А вот так, когда на них будто набрасывают малопрозрачный полог, бывает в те минуты, когда накатывают воспоминания. Наставник вспоминал. Почему то инфанту казалось, что те события, о которых он сейчас и спросил Учителя, происходили давным - давно. И воспоминания о них лежали где-нибудь скромно в самом тайном и темном уголке сознания Наставника, до тех пор, пока их не потревожили и не заставили выплыть на свет. Инфант напряженно вглядывался в глаза Учителя и не очень-то надеялся, что его удостоят ответом. Скорее всего, ему сейчас бросят в лицо - не ваше дело! И еще и добавят с ехидцей - мал еще, под носом утри. {Ажи Дахаки: - Давно, Лерметт… - А кто… То существо уже нельзя было назвать человеком. Множество демонов смогли растащить его душу по своим закромам… Первый мастер школы. Остался без руки… А должен был остаться без глотки,} Может быть то удивление и как-то отразилось на лице инфанта, когда он услыхал ответ Учителя. Пусть не конкретный. Пусть, даже очень прозрачный. Но позволяющий судить о том, что совершенное им влекло за собой слишком серьезное наказание. А если учесть, что Дахаки не стар, может только старше Лерметта на его же года, тогда выходит, что его пороли в последний раз, когда ему было столько же лет, сколько и сейчас Лерметту. Слова Дахаки про-то, без чего остался тот, кто уронил свою душу в пропасть, вызывали у Лерметта внутренний трепет, который он поспешил запрятать за кривой усмешкой. "Должен был остаться без глотки, а остался без руки". Значит и вы, Учитель, совершали когда-то страшные промахи {Ажи Дахаки: - Надеюсь, вы сознаете, что я вам это не позволю?} И тут с Лерметта упало его оцепенение, которое владело им, пока он разглядывал Наставника и слушал его. А ведь первое правило воина гласит "Решил убить - убивай, а не болтай!". Убивать Лерметт никого не решил, а вот вернуть должок... - А вы думаете, я буду вас спрашивать?! - волна раздражения нахлынула внезапно, захлестнув инфанта. И сразу вспомнилось все - унижение, беспомощность и боль..боль...боль... Лерметт шагнул еще на шаг ближе, оказавшись на таком расстоянии, чтобы Дахаки на смог достать его носком своего сапога. Рука со свисающим в ней концом веревки ушла на замах, за голову. - Вы не сможете! - резкий рывок вернул руку инфанта вперед и веревка своим влажным потяжелевшим концом ударила Наставника наискосок от плеча. - Уже..не сможете! - отдернув руку назад, инфант сразу же отступил на шаг назад, пытаясь вдохнуть. Воздуху почему-то вновь не хватало. Ажи-Дахаки ~Наставник~ Горяч Лерметт. Вспыльчивая натура заглушает голос разума. И я, своим чрезмерным наказанием нарушил то равновесие, что сам так тщательно воспитывал в нем. Он шагнул. Не только ко мне ближе, а вообще на новую ступень. Оставляя, что было до этого удара там, дальше, в прошлом. Изменяя себя бесповоротно. Было ли мне жаль?.. Меня тронула та грусть, что накатывает, когда понимаешь, что не все, в чем ты властен, возможно изменить… Инфант медлителен. Хоть и горят решимостью глаза, а удар вышел неловок. Такой мне нетрудно избежать. Будь сейчас передо мной просто наследник престола, разозленный и жаждущий отмщения, я бы не уклонился от возмездия. Что бы ни было, а я, вступив в должность наставника, являлся подданным Арвионского королевства. И обязан был подчиняться его законам и правителям. Но сейчас на меня поднял руку мой ученик. И позволить ему себя ударить я не мог. Маневрировать связанным в узком пространстве, между упирающейся в спину лежанкой и стоящим передо мной Лерметтом - не очень удобно. Но вполне выполнимо. Для меня. Я склонился вбок и развернул плечо вперед. Веревка шваркнула по краю лежанки, вскользь пройдясь по моей одежде. - Сдержанней, Лерметт. Держите себя в руках. И смотрите в глаза своему врагу. Так, как это делал я. Смотрел ему в глаза, а не на взмахивающую руку. Холодно смотрел. Но говорил, как обычно - ровно и мирно. Наставлять его во время самого вопиющего нарушения основного канона ученичества? Да ты спятил, Дахаки.