«Меридиан: Перезагрузка»

Традиции Хитфилда ​Когда казалось, что официальные тосты лордов наконец-то иссякли, а Лумина успела съесть столько сладостей, что они уже стояли у неё в горле, на середину зала решительным шагом вышла Элион. Глаза девочки горели азартом, а в руках она держала свиток, явно исписанный её аккуратным почерком. ​За её спиной унылой тенью застыл Седрик, на лице которого было написано искреннее страдание — судя по всему, именно его заставили помогать в подготовке этой части программы. ​— Дорогой брат! Лумина! — звонко объявила принцесса, привлекая внимание притихших гостей. — На Земле есть прекрасная традиция. Свадьба — это не просто пир, это праздник веселья! Поэтому я лично подготовила конкурсы для молодоженов и наших гостей, чтобы проверить, насколько хорошо вы готовы к семейной жизни! ​Фобус удивленно приподнял бровь, а Лумина едва не застонала вслух. Земные подростковые конкурсы в главном зале средневекового дворца Меридиана — это было последнее, к чему её аналитический склад ума был готов. Она бросила на Фобуса быстрый взгляд, надеясь, что князь жестко оборвет эту самодеятельность, но тот лишь снисходительно улыбнулся сестре. Для Фобуса было критически важно поддерживать образ любящего брата, поэтому он царственно кивнул: ​— Что ж, Элион... Мы с королевой с удовольствием примем твой вызов. ​Первым пунктом в свитке принцессы значился конкурс для гостей. Элион, не стесняясь, вызвала в центр зала самых напыщенных лордов и наместников окраин Меридиана, заставив их разделиться на две команды. Суть игры, притащенная прямиком из земного Хитфилда, повергла аристократов в культурный шок: им нужно было на скорость передавать друг другу спелое яблоко, зажав его под подбородком, без помощи рук. ​Лумина, забыв на секунду о своей злости, с откровенным, злорадным удовольствием наблюдала за этой картиной. Старые, пузатые графы в тяжелых парчовых мантиях пыхтели, краснели и чуть ли не сталкивались лбами, пытаясь перекатить злосчастный фрукт. ​— Посмотри на наместника Северных земель, — тихо шепнула она Фобусу, прикрывая рот ладонью, чтобы не рассмеяться в голос. — Он сейчас либо проглотит это яблоко вместе с бородой, либо объявит твоей сестре войну. ​— Если он уронит его еще раз, я объявлю ему войну за полное отсутствие координации, — так же тихо отозвался Фобус, хотя его глаза заметно потеплели от вида искренней, пускай и ехидной улыбки жены. ​Но веселье Лумины длилось недолго. Как только лорды, взмыленные и опозоренные, расползлись по своим местам, Элион победоносно посмотрела на королевский подиум. ​— А теперь — конкурс для жениха и невесты! — провозгласила она. — Называется «Узнай свою половинку». Седрик, неси инвентарь! ​Генерал с глубоким вздохом вынес вперед плотную шелковую повязку для глаз. Согласно правилам Элион, Фобусу завязали глаза, а Лумину усадили в ряд с пятью придворными дамами. Князь должен был исключительно по руке — на ощупь — узнать свою новоиспеченную супругу. ​Лумина сидела среди фрейлин, чувствуя, как внутри снова нарастает волна смущения. Фобус медленно шел вдоль ряда. Его слепой шаг был уверенным, он слегка хромал на раненую шпилькой ногу, но двигался с пугающей грацией. Он аккуратно брал пальцы каждой девушки, задерживаясь на пару секунд. Дворянки трепетали и краснели от прикосновения правителя. ​Наконец, его ладонь опустилась на руку Лумины. ​Едва его длинные, прохладные пальцы коснулись её запястья, Лумина внутренне подобралась. Фобус не просто подержал её за руку — он медленно провел большим пальцем по её ладони, нащупывая едва заметные, крошечные мозоли на пальцах, оставшиеся от многолетней работы с механизмами, отвертками и чертежами. Эти руки невозможно было спутать с изнеженными руками придворных дам. ​Фобус замер. На его губах заиграла сытая, торжествующая улыбка. Он не просто держал её руку — он мягко переплел свои пальцы с её пальцами, слегка сжав их, и свободной рукой легким движением сорвал с глаз повязку. ​— Я узнаю тебя из тысячи, даже если магия этого мира ослепит меня, Лумина, — бархатным голосом произнес он, глядя на неё сверху вниз. ​Зал снова разразился овациями, Элион прыгала от радости, крича: «Я же говорила, они идеальная пара!», а Лумина снова почувствовала, как её лицо стремительно превращается в ярко-алый помидор. Этот невыносимый мужчина умудрялся превращать даже детские земные забавы в оружие для её тотального смущения.