Часть 11
6 июля 2026 г., 19:40
Глава 11. ЛЕКСИ
Лекси стояла у окна, не отрывая взгляда от мягкого мерцания городских огней внизу. Она рассеянно обводила пальцем край кружки с кофе — тепло керамики почти не приносило утешения, не в силах унять вихрь мыслей и чувств, терзавших её изнутри. Прошли недели с того разговора с Джозефиной, закончившегося обвинениями во лжи. С тех пор сестра избегала её. Лекси знала, что будет нелегко, но холод в глазах сестры при каждой случайной встрече ранил куда больнее, чем она могла предположить.
Джозефина не проронила ни слова. Тишина между ними стала оглушительной, и Лекси её ненавидела. Она пыталась сделать шаг навстречу, навести мосты, но красноречивое молчание Джозефины говорило само за себя. Это был отказ от всего того, чем, как надеялась Лекси, станут их отношения.
А еще была Кэтрин. Тяга к ней с каждым днем после той встречи в кафе лишь усиливалась — магнетизм, которому Лекси больше не могла сопротивляться. Она пыталась похоронить эти чувства, чтобы спастись от неизбежного хаоса, который они за собой влекли. Но сегодня она больше не могла бороться.
Тем более, когда Кэтрин была здесь, в её квартире. Лекси не ждала, что Кэтрин придет, но она была здесь.
Тишина, воцарившаяся между ними, не была неловкой — она была наэлектризованной. Обе понимали, что вот-вот произойдет, обе осознавали последствия, но ни одна из них не была способна остановиться.
— Лекси, — голос Кэтрин прорезал тишину, звуча неуверенно. — Ты уверена?
Лекси с трудом сглотнула; тяжесть вопроса накрыла её, словно плотное одеяло. Она должна была заколебаться. Должна была сказать Кэтрин, что это ошибка. Но притяжение между ними и то, как отозвалось тело на близость Кэтрин, заглушили голос разума. Казалось, сердце уже приняло решение за неё.
— Не знаю, — тихо ответила Лекси, и в её голосе сквозило нечто большее, чем просто желание. — Но я не могу перестать думать о тебе. И я не могу перестать хотеть этого.
Кэтрин сделала шаг ближе, потянулась к её руке, и когда их пальцы соприкоснулись, по груди Лекси пробежал электрический разряд, разжигая пламя. Взгляд Кэтрин потемнел, дыхание стало прерывистым, и на мгновение Лекси показалось, что она может расслышать голос здравого смысла, напоминающий о том, чем она рискует. Но этот голос быстро угас, подавленный непреодолимой потребностью в Кэтрин.
Прежде чем кто-то из них успел вымолвить хоть слово, Кэтрин сократила разделявшее их расстояние и притянула Лекси для поцелуя. Он был настойчивым, жадным, словно обе они изголодались по тому, в чем слишком долго себе отказывали. Лекси растворилась в этом поцелуе, её тело откликалось на каждое прикосновение, пробуждая нечто глубокое и первобытное. Её руки блуждали, притягивая Кэтрин ближе; этот момент казался началом чего-то, что уже невозможно будет отыграть назад.
Они нетвердой походкой направились в спальню, одежда падала на пол, но им было всё равно. Всё вокруг превратилось в размытое пятно из страсти и спешки. Сердце Лекси бешено колотилось, и с каждым шагом тяжесть содеянного ощущалась всё отчетливее. Тревога подтачивала её изнутри, но тут же сгорала в пламени, вспыхнувшем между ними.
Прикосновения Кэтрин обжигали, посылая волны жара по коже Лекси. Лекси охнула, когда их тела сплелись, и каждый дюйм её кожи остро чувствовал женщину под собой. Они снова целовались, еще неистовее, словно мир мог рухнуть, если они не отдадутся друг другу до конца. Казалось, они пытались поглотить друг друга, их движения были полны отчаянной спешки — это было одновременно так правильно и так преступно.
Они повалились на кровать, переплетясь конечностями и тяжело дыша. Тело Лекси пылало, каждое прикосновение, каждый поцелуй подталкивали её к краю. Потребность в Кэтрин была столь сильна, что она поглощала её целиком. В этот момент она была потеряна — потеряна в страсти, в физической близости, в том шторме желаний, что овладел ею.
Страх, что всё это плохо закончится, вновь всколыхнулся, когда рука Кэтрин скользнула ниже, но Лекси задавила его в себе, отдаваясь теплу их тел. Это было безрассудно, она знала. Это было опасно, она знала и это. Но остановиться уже не могла. Она поймала блуждающую руку Кэтрин, поцеловала ладонь и прижала её к кровати.
— А кто это разрешал? — поддразнила она, глядя сверху вниз на раскинувшуюся под ней Кэтрин. В тумане, заполнившем её разум, она едва заметила, как раздела её, и на секунду даже пожалела, что не сделала это медленнее. Но теперь она уж точно возьмет от этой прекрасной женщины всё.
Она подалась вниз, захватывая губами напряженный сосок и легонько дразня его зубами, отчего Кэтрин извивалась от удовольствия.
— Тише. Будь послушной девочкой.
Из горла Кэтрин вырвался капризный стон; Лекси с трудом сдержала смешок. Удивительно, как же она была зависима от неё.
Её пальцы скользнули между ног Кэтрин.
— Всегда такая влажная для меня, правда?
Она провела пальцами по клитору Кэтрин, прежде чем плавно проникнуть внутрь её влажных складок.
— Такая хорошая для меня. Такая нуждающаяся.
Сегодня Лекси хотелось большего, чем просто секс. Ей хотелось притвориться, что Кэтрин принадлежит только ей, что ей не нужно ни с кем её делить. Она хотела обладать ею полностью.
Спустившись ниже по телу Кэтрин, Лекси расположилась между её ног и начала ритмично двигать пальцами. Она приподнялась на локтях и подалась вперед. Кэтрин была божественна на вкус — такая горячая и скользкая. Укол страсти пронзил её, когда Кэтрин ахнула и вцепилась пальцами в волосы Лекси, удерживая её голову. Лекси сосала и ласкала в такт движениям пальцев, подталкивая Кэтрин к самому краю.
Это было ошеломляюще, и когда Кэтрин наконец достигла пика, мощная волна разрядки едва не сбила их с ног. Грудь Лекси тяжело вздымалась, она прильнула к Кэтрин, чувствуя, как кожа всё еще дрожит от остаточных толчков их близости.
— Я люблю тебя, — прошептала Кэтрин.
Лекси крепче обняла её. — Я тоже тебя люблю, — прошептала она в волосы Кэтрин.
Но когда адреналин схлынул, а мир вокруг замедлил свой бег, тяжесть реальности обрушилась на Лекси. Она лежала рядом с Кэтрин, пытаясь выровнять дыхание, пока мысли неслись в тысячу сторон. Тишина в комнате стала гнетущей, насыщенной осознанием того, что последствия неизбежны.
Лекси закрыла глаза, позволяя себе на мгновение поверить, что всё в порядке, что не будет краха, разбитых отношений, пепелища, оставленного ею позади. Но она знала правду.
Лекси всё еще лежала в постели рядом с Кэтрин, тепло их близости медленно улетучивалось, а разум начинал лихорадочно работать. Тело еще гудело от отголосков случившегося, интенсивность их связи затуманивала мысли. Но тут тишину разорвал стук в дверь.
Сначала Лекси подумала, что это остатки сна, но стук повторился, на этот раз громче. По телу пробежала дрожь ужаса. Она замерла, сердце колотилось, пока реальность восстанавливалась в правах.
— Кто это? — спросила Кэтрин, в её голосе слышалось замешательство.
— Я… я не знаю, — пробормотала Лекси, пытаясь прийти в себя.
Когда Лекси открыла дверь, на пороге стояла Джозефина. Её руки были скрещены на груди, выражение лица — жесткое и непроницаемое. Этот взгляд заставил Лекси оцепенеть: она совсем не так представляла себе их следующую встречу. Только сейчас Лекси поняла, как сильно боялась этого момента.
— Джозефина, — произнесла Лекси, стараясь звучать спокойно, хотя узел в животе затянулся туже, стоило сестре нахмуриться. — Я не ждала…
— Я хотела поговорить наедине, — оборвала её Джозефина холодным тоном, её взгляд скользнул мимо Лекси в квартиру. Увидев полураздетую Кэтрин, она застыла.
Джозефина снова посмотрела на Лекси, лицо её напряглось.
— Знаешь, я пришла поговорить об отце. Признать, что понятия не имею, изменял он маме или нет, и что держалась особняком, потому что не знала, как быть сестрой… но я не ожидала увидеть это.
В её голосе не было ярости — пока что, — но в каждом слове сквозило разочарование. Лекси почувствовала, как сжался желудок, мысли спутались, и она не могла подобрать подходящих слов.
— У тебя хватило наглости выставлять нашего отца злодеем из-за его интрижки, — продолжала Джозефина, изучая лицо Лекси, словно пытаясь во всем разобраться. — Когда ты сама делала то же самое… с Кэтрин Спенсер? — Её голос слегка дрогнул, но она быстро взяла себя в руки. — Я просто… я не понимаю, Лекси.
Сердце Лекси бешено колотилось. Ситуация выходила из-под контроля. В горле пересохло, она переводила взгляд с Джозефины на Кэтрин, которая стояла позади неё, прекрасно осознавая, что происходит. Ей хотелось объясниться, извиниться, но слова застревали в груди.
— Я… это не то, что ты думаешь, — наконец выдавила Лекси, её голос дрожал. — Всё… сложно.
Джозефина сделала шаг вперед, прищурившись.
— Сложно? — повторила она с горькой усмешкой. — Что же здесь сложного, Лекси? Ты хирург, одна из лучших, и ты крутишь роман с другим хирургом. Причем с замужним хирургом.
Лекси вздрогнула от обвинения, слова сестры больно ударили её. Неодобрение Джозефины было удушающим, но Лекси не могла отрицать очевидного — не было простого способа объяснить, как всё это произошло, как одна ошибка повлекла за собой другую. Она никогда не думала, что окажется в таком положении. Но теперь, когда это случилось, она не знала, как это исправить.
Джозефина подошла ближе, лицо её ожесточилось.
— Я избегала этого разговора, Лекси. Избегала тебя, потому что не знала, что сказать. Не знала, как принять тот факт, что ты моя сводная сестра и я даже не знала о твоем существовании. — Она замолчала, перевела дыхание, опустила взгляд в пол, а затем снова посмотрела на Лекси с такой холодностью, что та почувствовала, как сердце ушло в пятки. — Но теперь я знаю. И я не собираюсь делать вид, что понимаю это… это… что бы это ни было между тобой и Кэтрин. — Теперь она говорила тише, хотя горечь всё еще чувствовалась в каждом слове. — Я думала, мы сможем по-настоящему поговорить. Начать с чистого листа. Но теперь я вижу то, что ожидала увидеть, когда впервые тебя встретила.
Лекси открыла рот, пытаясь найти верные слова для объяснения, но Джозефина подняла руку, призывая к молчанию.
— Нет, Лекси. Я разочарована, — сказала Джозефина. — Я думала, ты другая. Думала, что тебя на самом деле волнует эта семья, то, что мы здесь строим. Но я явно ошиблась. — Она покачала головой, словно не веря своим глазам. — Это… это совсем как он.
Дыхание Лекси перехватило. Слова Джозефины ударили, как физическая пощечина. «Совсем как он». Роман её отца разрушил так много в их семье, оставив Лекси и её мать искалеченными, каждую со своими шрамами от этих обломков. И теперь Джозефина бросала в неё то же самое обвинение.
— Ты точно как наш отец, — выплюнула Джозефина, её глаза сверкали гневом. — Спишь с замужней женщиной. Бегаешь за спинами других людей. Видимо, яблоко от яблони недалеко падает, правда?
Слова были ядовитыми, каждое из них больнее предыдущего. Сердце Лекси разрывалось под их тяжестью. Услышать такое от Джозефины — той самой сводной сестры, которую она едва успела узнать и с которой надеялась построить хоть какие-то отношения — было хуже удара под дых.
— Я никогда не хотела быть похожей на него, — прошептала Лекси, едва сдерживая слезы. Вина душила её, но потребность оправдаться была сильнее. — Но я не знаю, что ты хочешь от меня услышать, Джозефина. Я никогда не планировала, что всё так обернется.
Глаза Джозефины были холодны, лицо напряжено от ярости.
— А что ты хочешь, чтобы я сказала, Лекси? — парировала она. — Думаешь, я не знаю, как тяжела жизнь? Я годами управляю клиникой «Феникс Ридж». На моих плечах груз ответственности за то, чтобы всё не развалилось. Мне не нужно, чтобы ты всё усложняла. — Её взгляд снова метнулся к Кэтрин, осуждение в нем было острым как бритва. — И мне уж точно не нужно, чтобы ты спала с коллегой, особенно с замужней.
— Я не хотела причинить тебе боль, — голос Лекси сорвался. — Я просто хотела узнать тебя. Я никогда не хотела доставлять тебе новые страдания.
Выражение лица Джозефины на мгновение смягчилось, но лишь на миг. Она резко выдохнула, плечи её опустились, словно ноша стала слишком тяжелой.
— Ну, у тебя неплохо получилось, не так ли?
Бросив последний леденящий взгляд, Джозефина развернулась и ушла; её шаги затихли вдали. Лекси стояла неподвижно, дверь все еще была открыта, и тишина между ней и Кэтрин стала удушающей.
Джозефина ушла. Теперь она верила, что Лекси — её сестра, но ущерб был нанесен.
И Лекси не знала, как это исправить.
