Точка невозврата

Теперь, когда ему всё было известно и лишающий дыхания стыд прошёл, знаки, указывающие на близость («И весьма активную», — с каким-то болезненным торжеством подметил он) отца и крёстного стали столь заметны и многочисленны, что поначалу Драко решил, что сам себе их придумывает, чтобы порадовать своё извращённое воображение. Мимолётная улыбка, будто рассеянный взгляд, остановившийся на миг на своём визави, наклон головы, как бы случайное прикосновение к своим губам или чужому предплечью, чуть затянувшаяся пауза между словами... Всё говорило о том, что эти двое — не просто старые друзья, а их близость — не вынужденность, а желанность. И на фоне всего этого становящийся всё более вожделенным и притягательным образ человека, которого прежде Драко даже и не думал воспринимать по-другому. Но сейчас... Он с удивлением заметил: какие у Северуса густые и длинные ресницы; как он чуть прикрывает глаза, задумываясь над вопросом; какие изящные и, наверняка, чуткие у него пальцы; какая стройная и гибкая фигура; насколько он умён и внимателен к деталям; какой он чувствительный и чувственный... Впрочем, последнее, скорее всего, Малфой-младший себе уже надумал. Но даже без этого Снейп оказывался просто эталоном мужчины, которого можно желать, которому хотелось отдаться.