Счастливый Несчастный случай

      Новый день для Чимина начался с бесконечных анализов и обследований. Всё утро его возили на коляске с этажа на этаж, многочисленные кабинеты так и мелькали перед глазами. На шестом или седьмом он уже перестал ориентироваться, куда именно его везут и что будут с ним делать. О существовании некоторых обследований до сегодняшнего дня он даже не догадывался, а если бы ему рассказали, просто не поверил бы. Потеряв всякую надежду, что это когда-нибудь закончится, Чимин устало спросил у сопровождающей медсестры:       — На сегодня ещё много? Есть хочу очень...       — Это последнее, — ответила не менее уставшая женщина. — Сама впервые вижу такое количество в назначениях.       «Так вот в чём дело, — догадался Чимин. — Я думал, извинений было достаточно...»       Как только он вернулся в палату, Чимину принесли завтрак. С огромным воодушевлением он взял палочки, пододвинул поднос ближе и замер. На тарелке лежала отварная брокколи, две галеты и стакан воды. Он растерянно повернулся к парню, который принёс ему еду.       — Это что?       — Всё соответствует заявленной карте. Там указан подробный список всех продуктов, на которые у вас аллергия. — медбрат сочувственно вздохнул. — Эх, бедный, чем же вы питаетесь?       — У меня аллергия? — переспросил Чимин. — А, да. Верно.       Он подхватил палочками зелёный кусочек и закинул его в рот. Фу, гадость. Преснятина.              «На такой диете я долго не протяну...» — заставляя себя проглотить, а не выплюнуть, он мысленно вертел пазл из огромного количества назначенных исследований и непонятно откуда взявшейся аллергии. Кусочки головоломки сочетались, как родные.       «Ну, хорошо... В эту игру можно играть вдвоём, дорогой доктор Мин», — подумал он.

***

      Позвонив на работу, Чимин как мог объяснил сложившуюся ситуацию, волнуясь и извиняясь. Руководитель, поживший жизнь и зная её неожиданные повороты, отнёсся с пониманием, пожелал выздоровления и пользоваться в будущем услугами такси. Они обговорили возможность выполнения части работы удалённо, из больницы. К счастью — для обработки информации присутствие в офисе не так уж и обязательно. Анализ данных и аналитику он сможет проделать удалённо.       Чимин достал из тумбы принесённую Тэхёном пачку печений, в сотый раз прокручивая в голове разговор с доктором. Аллергия аллергией, но есть-то хотелось.       Юнги зашёл в палату как обычно — с картой в руках и с печатью скорби всего человечества на лице. Для нового пациента это утро должно было быть о-о-очень интересным, и он ожидал в ответ истерики. Почему-то ему казалось, что злиться и угрожать Чимин точно не будет.       — Доброе утро. Как ваше самочувствие? Я посмотрел по карте и заметил, что в графе назначения вчера пропустил несколько особо важных обследований. Прошу простить мне мою оплошность, завтра утром вы пройдёте все оставшиеся.       Юнги смотрел на Чимина и ждал взрыва. Это была бы нормальная реакция человека, которого несколько часов крутили, вертели, обследуя буквально каждый миллиметр тела, а потом сообщили, что ещё не всё посмотрели. Но пациент оставался совершенно спокойным и, демонстративно подняв руку с зажатой в ней печенькой, улыбнулся:       — Конечно, я понимаю. Обследование — это важная часть перед началом лечения. — И, не стесняясь, продолжил хрумкать печенье.       — Мы так же обсуждали и строгую диету, если вы помните, — Юнги усмехнулся. Ответная игра ему понравилась не меньше, чем одному играть на нервах пациентов. Одного конкретного пациента.       — Верно. Но моя обширная аллергия почти не позволяла мне раньше попробовать огромное количество вкусной еды. А под вашим чутким наблюдением я могу наконец-то хоть что-то отведать, о чём мечтал всю жизнь. В случае чего — вы же меня спасёте? Правда? — уже откровенно улыбаясь, глядел прямо в глаза доктору Чимин.       Юнги только хмыкнул. Провёл все необходимые манипуляции — проверил движение пальцев на ноге с переломом, рефлексы. Задумчиво посмотрел на стройные ноги, светлую гладкую кожу в коротких широких шортах.       — Почему вы не в больничном костюме? Вы нарушаете регламент. Если вам станет плохо, мы потеряем драгоценное время, пока будем разрезать вашу одежду.       Чимин задержал дыхание, когда руки Юнги взяли его ступню, сгибая и разгибая пальцы.       «Ну ничего себе как там всё чувствительно...» — мягкие руки неожиданно принесли расслабляющую волну, прокатившуюся по телу. Когда он смог нормально дышать, до него наконец дошли слова доктора. Чимин посмотрел на свои шорты и футболку, пытаясь найти в них признаки опасности.       — Передам на пост, чтобы вам принесли переодеться, — с этими словами и победной ухмылкой Юнги покинул палату, фантомно ощущая в руках гладкую ступню с маленькими пальчиками.

***

      Не прошло и нескольких минут, как в палату вошёл медбрат:       — Я помогу вам переодеться.       Он раздел Чимина и, разорвав упаковку, стал разворачивать комплект медицинской пижамы. Чимин смотрел, как парень разворачивает и разворачивает, разворачивает и разворачивает... Понимая, что в это его можно завернуть если не в три, то в два раза точно, решился уточнить:       — Вы не ошиблись с размером? Это явно больше, чем нужно.       — Нет, доктор Мин сказал, что нужен самый большой. У вас же проблемы с кровообращением и крапивница на одежду?       «Аллергия на одежду? Такое вообще бывает? А доктор - затейник...»

***

      Чимин сидел на кровати, прижимая плечом телефон к уху:       — Тэ, я тебе реально говорю. Он меня достал. Я сижу одетый, словно подушка в пододеяльник.       Смех в трубке подозрительно напоминал откровенный гогот.       — Благодаря ему в моей карте появилась аллергия практически на всё.       Чимин не понимал, что происходит там, с другой стороны. Грохот, шуршание, вой какой-то странный. Потом прорезался голос Чонгука:       — Привет, Чимин, как ты? Извини, Тэхён сейчас не в состоянии говорить. Скажи, что тебе привезти? Я перед работой заскочу.       — Спасибо, Гук. И передай своему придурку, что теперь это он — парень моего друга.

***

      В сердцах сбросив вызов, Пак открыл ноутбук и принялся за работу. Загрузил рабочие программы, просмотрел почту. Во входящих висело несколько писем от господина Ли. Пробежавшись по строчкам, начал заполнять таблицы цифрами.       Юнги вошёл в палату с подготовленной шуткой про безделье и бесцельно потраченные дни жизни, но при виде этой картины застрял на пороге.       Чимин сидел на кровати, приподняв изголовье. Пальцы быстро бегали по клавиатуре, взгляд сосредоточенно скользил по экрану. Медицинская одежда висела на нём как папин пиджак на трёхгодовалом сыне.       Он подошёл ближе, но Чимин был настолько погружён в работу, что даже не повернул головы. На экране мелькали сложные диаграммы, столбцы цифр, графики. Парень прикусил губу, нахмурился, сверяя данные в таблице и пролистывая диалоговое окно с информацией. И, судя по внезапной ухмылке, нашёл то, что искал. Внёс изменения, простучав по клавиатуре.       — Ты что, работаешь? — с каким-то непонятным удивлением спросил Юнги.       Чимин отвлёкся буквально на мгновение — поправив сползшую с плеча рубашку, мельком глянул на доктора.       — Конечно, работаю. Мне, как и всем, нужно платить по счетам и взносы за квартиру. Питаться, одеваться и кормить питомца. Я обычный человек, доктор Мин.       — У тебя сотрясение, тебе нельзя напрягать глаза и мозги.       — Что? — не расслышав, переспросил Чимин, в очередной раз отвлекаясь от работы.       — Делай почаще перерывы. Если заболит голова — работу на некоторое время придётся отложить.       — Хорошо, я понял, — спокойно ответил Чимин, возвращая внимание экрану.       Юнги постоял ещё какое-то время, глядя на пациента. Сейчас он выглядел как-то совсем по-другому. Совсем не тот человек, который несся, смеясь, на самокате.

***

      Неделя в больнице пролетела быстро. Чимин под непрекращающиеся подколки доктора учился ходить на костылях, продолжал проходить какие-то анализы и обследования. Работал и вёл приятную борьбу с доктором. За это время чего только не происходило — не только бесящие, но и добрые милые моменты. Например когда Юнги принёс большое ароматное яблоко, пусть и с лекцией о пользе фруктов и вреде сладкого, но это было приятно. Или когда ночью Чимин усиленно пытался уснуть и лежал с закрытыми глазами, дверь палаты открылась и Юнги поправил сползшее одеяло. Чимин узнал его по запаху парфюма. А еще он посоветовал интересный фильм когда увидел на экране список "лучшие фильмы чтобы не умереть от скуки" и они долго разговаривали делясь понравившимися когда-то фильмами.       — У вас на сегодня ещё одна консультация, — с этими словами медсестра завезла коляску в палату.       «Что он ещё задумал? Какая к чёрту, опять консультация?»       Путаясь в огромной пижаме, Чимин уже самостоятельно пересел в придвинутое кресло на колёсах.       — Почему я не могу дойти на костылях? Я уже давно могу сам передвигаться.       — Регламент больницы, — заученный ответ сорвался с губ медсестры на автомате.

***

      Чимин смотрел по сторонам. Этот кабинет мало походил на все остальные, в которых он перебывал за эти дни. Тут не было медицинской аппаратуры и безликой стерильности. Здесь было уютно. Стояло несколько кресел, шкаф у стены с книгами, небольшой столик.       — Здравствуйте. — мужчина без уже привычной медицинской формы подошёл, перехватывая управление коляской: — Спасибо, дальше я сам. — Он выпроводил медсестру и подкатил Чимина к столику. — Не волнуйтесь, мы с вами просто поговорим.       Он сел в кресло напротив. Обычные брюки, светлая рубашка, тонкая оправа очков.       — Я Ким Намджун. Расскажите немного о себе.       — О себе? — Чимин растерялся. — Ну, я Пак Чимин, мне двадцать пять лет. Родился в Пусане.       — Спасибо. А можно подробнее о том дне, когда вы… — Намджун аккуратно подбирал слова, — когда вы попали в больницу.       — Это замечательный день, — Чимин смутился. — Не весь, конечно. Как можно назвать замечательным, если я теперь в больнице... Как бы объяснить? Я очень устал.       — Вы устали, понятно, — Намджун сделал короткую запись в блокноте. — А от чего?       — Да я два дня разбирал коробки.       — Коробки?       — Да, я только недавно въехал в новую квартиру. Знаете, это так волшебно, когда начинаешь самостоятельную жизнь.       — Вы не справляетесь?       — Справляюсь. Мне родители помогли, конечно, на первый взнос. Но меня приняли в штат. У меня квартира, работа и Орео, — с гордостью проговорил пациент.       — Печенье? — Намджун полностью потерялся.       Молодой человек, сидящий напротив, был неожиданно жизнерадостным, и с воодушевлением рассказывал о своей жизни. Кого другого, может быть, и стоило бы отправить к психологу за одну уже только подобную жизнерадостность, но у этого паренька она выглядела ужасно органично.       Чимин рассмеялся:       — Орео — это мой хомяк. Я как раз ехал в магазин за морковкой, чтобы отпраздновать новоселье.       — Вот мы и дошли до главного. Что случилось, когда вы ехали на самокате? Что поменялось?       — Поменялось? Да ничего. Я просто засмотрелся на своё отражение. А когда повернул голову — увидел человека. Я растерялся. Поэтому и врезался.       — То есть, вы не увеличили намеренно скорость, и не ехали с закрытыми глазами?       — Нет, конечно. Это какая-то шутка?       Намджун снял очки и потёр переносицу.       — Если я правильно вас понял, то это был несчастный случай, а не попытка покончить с собой?       — Конечно, случайность! — воскликнул Чимин. — Кто вам такую чушь сказал?       — Ваш лечащий доктор настаивал на обязательной консультации.       Это было последней каплей, взорвавшей терпение Чимина. Ладно ещё, что в его медицинской истории появлялись всё новые и новые диагнозы, но повесить на него табличку «суицидник» было уже явным перебором.       Он-то думал, что уже всё успокоилось. Они стали общаться лучше. Сразу вспомнился спокойный вечер, когда Юнги сам посоветовал интересный фильм. А на самом деле...       Теперь было больно. Чимин отвернулся к окну, пряча слёзы, торопливо вытирал предательские мокрые дорожки.       Намджун тактично промолчал. Он встал, налил две чашки чая, поставил их на разделяющий его с пациентом столик и отошёл. На столе возникла тарелка с десертом.       — Чимин, можно я с вами поговорю? — мягко сказал Намджун, возвращаясь. — Не стоит обижаться на доктора Мина. На самом деле он хороший человек. Я знаю его ещё со студенческих времён.       — Он меня ненавидит за то, что я сбил его, — глухо ответил Чимин. — И в моей карте каждый день появляется всё больше новых диагнозов. Боюсь, что с таким анамнезом, да ещё теперь и психологически склонный к самоубийству, я скоро потеряю работу.       — Не стоит за это переживать. Всё, что не является правдой, будет удалено. Я в этом уверен на все сто процентов. — Намджун помолчал. — А вот по поводу ненависти я сомневаюсь. Не стал бы доктор Мин тратить столько сил на человека, который ему неприятен.