Shattering a Heart of Darkness

— Твайлайт? Почему бы тебе не присесть, душа моя? Король Сомбра восседал на троне из черных кристаллов, протянув к ней копыто в латной перчатке и указывая на меньшее кресло рядом с собой. Его клыкастая пасть растянулась в хищной улыбке. Твайлайт ахнула, обнаружив, что на ней переливающееся небесно-голубое платье, сияющее, как сапфир. Она метнула взгляд к ближайшему хрустальному зеркалу: на голове у неё оказалась розово-фиолетовая тиара, челка зачесана назад, а грива ниспадает на плечи. Она выглядела как... принцесса. И очень красивая. — Конечно, ты красива, — улыбнулся Сомбра, словно прочитав её мысли, и облизнулся. — Но, с другой стороны, ты всегда была красивой. Просто у тебя никогда не было возможности это показать, верно? Твайлайт хотела бежать, закричать на него – но поняла, что парализована его словами, тело онемело от его пронзительного взгляда. Пони обычно ходят голыми, но его похотливый взгляд заставлял её чувствовать себя слишком обнаженной – будто он раздевает её глазами. Теми алыми глазами, что, казалось, горели собственной жизнью… Твайлайт тряхнула головой, сбитая с толку теплом, которое разливалось под её шкурой. Она хотела сказать Сомбре, чтобы он засунул свои предложения в одно место, но вместо этого почувствовала, что плывет к королю, протягивая копыто, будто тянется к нему. Она ахнула, когда его большое копыто коснулось её – и к её удивлению, прикосновение было мягким, даже нежным. Темно-серые губы поцеловали край её копыта с легкостью пера, и у Твайлайт подогнулись колени – всё тело молило о его прикосновениях. Не стой же столбом; прикоснись ко мне, проклятье! — она тряхнула головой, ошеломленная этой агрессивной мыслью и её значением. Она знала, что такое секс; она читала книги, даже время от времени (ладно, часто) любовные романы. Хотя сама никогда этого не испытывала, втайне она этого хотела – но только если появится правильный жеребец, который закружит её, как героинь её книг. — Сомбра? Она на миг запаниковала, когда умбрум исчез, но выдохнула с прерывистым облегчением, когда он оказался у неё за спиной – его копыта сомкнулись под её грудью и поперек живота. — О, Сомбра… Эти его копыта, которые, без сомнения, творили невообразимые ужасы, теперь скользили по её телу, заставляя ноги неудобно сжиматься, а самое сокровенное место раскалялось, словно печь. Из губ Твайлайт вырвался слабый скулёж – не от страха, а от чистого возбуждения. Нет, нет, нет! Это неправильно! Это же король Сомбра! Ты не можешь наслаждаться этим… Эти мысли умолкли, когда упомянутый жеребец развернул Твайлайт к себе и глубоко заглянул ей в глаза, в самую душу – со смесью тоски и нежности, каких она никогда прежде не видела. Тем более от поклонника – а такие у неё были, когда она ещё училась в университете. — Твайлайт… Одно это слово почти уничтожило её. То, как её имя слетело с языка Сомбры, словно молитва, послало сладостную дрожь по позвоночнику Твайлайт. Он наклонил голову вперед, и – к собственному шоку – она встретила его. — Твайлайт… Кобылка распахнула глаза, вцепившись в простыни. Несколько глубоких вдохов – и она осознала, где находится. Она вернулась в свою комнату, и к её облегчению, вся эта сбивающая с толку ситуация оказалась всего лишь сном. Простыни были скользкими от пота – без сомнения, из-за… интенсивности… сна – и Твайлайт мысленно зареклась никогда не есть коричный кофейный пирог на ночь. Она пошевелилась, засунула копыто под одеяло, чтобы вытереть пот с бедер, и – к своему бесконечному стыду и ужасу – поняла, что между её ног было влажно совсем не от пота. Твайлайт кубарем выкатилась из кровати и рухнула на пол, замотанная в кокон из одеял. — О милая Селестия! После того как слуги сменили потные простыни на свежие, а она приняла ледяной душ, Твайлайт яростно растерлась полотенцем и заметалась по комнате, пытаясь осмыслить свой сбивающий с толку эротический сон. Конечно, у неё и раньше были такие– у какой кобылы в её возрасте их нет? Просто никогда прежде они не были настолько яркими. И, разумеется, предметом сна стал злобный психотический теневой демон. Желая разобраться в своих странных чувствах, Твайлайт помчалась в библиотеку и сгребла все книги, какие нашла, по символике снов и психологии секса. Последнее вызвало удивленный взгляд библиотекарши, которая знала Твайлайт много лет и никак не ожидала, что та, самопровозглашенный книжный червь, примется за такую тему. Ага, теперь мне это никогда не забудут. Психология и сексуальность были темами, которые Твайлайт никогда не интересовали, но прочитанное оказалось... умопомрачительным. Как выяснилось, многие кобылы, которых тянет к «плохим жеребцам», делают это из-за инстинктивной потребности найти сильного партнера – того, кто защитит их и станет отцом здоровых жеребят. С психологической стороны факторов много: желание запретного или недостижимого; влечение к жеребцу уверенному, страстному и обаятельному; притягательность власти и авторитета. А еще – если самец кажется сломанным или травмированным, самка может верить, что исцелит его любовью и заботой. Плюнув на тему, Твайлайт переключилась на Сигмунда Гриву и прочих психологов сновидений в надежде найти подходящий ответ. Она узнала, что влечение или секс во сне не обязательно означают сам акт – скорее, они символизируют стремление наладить связь с этим пони или уладить разногласия. Так, уже теплее. Она прочла, что некоторые аналитики считают: связь во сне с тем, кого ты ненавидишь или не знаешь, может символизировать твои собственные фрустрации или даже конфликтующие части личности, которые ты пытаешься подавить. Вместо того чтобы бороться с этими недостатками, следует найти способ их объединить – достичь внутреннего равновесия. Также это может означать, что ты боишься будущего и должна не прятаться от него, а приготовиться и встретить лицом к лицу. Хм. Значит, я боюсь своей ситуации с Сомброй, но он будто представляет то, что мне во мне самой не нравится? Твайлайт застонала и стукнулась лбом о стол. Мне нужно место, чтобы проветрить голову. Но куда пойти? Луч света из окна упал ей на мордочку. Твайлайт подняла взгляд – и в голове зародилась идея. Это может сработать.

***

С балкона самой высокой башни замка Кантерлот раскинулся перед Твайлайт, точно муравейник под взглядом птицы. Внизу пони смеялись, работали, ели и играли, занимаясь своими повседневными делами, даже не подозревая о грозящей всем им смертельной опасности. Твайлайт слышала поговорку «меньше знаешь – крепче спишь», но до конца осознала её смысл, только прочитав письмо короля Сомбры. Она испустила долгий вздох – казалось, все тяготы мира легли на её плечи. Впрочем, учитывая, что судьба Эквестрии зависела только от неё, это было недалеко от истины. — Я так и знала, что найду тебя здесь. Только по одному этому материнскому тону Твайлайт поняла, что к ней присоединилась Селестия, хотя единорожка не знала, как долго её наставница уже стояла рядом. Она услышала движение справа и почувствовала, как аликорн садится рядом, – юную кобылу мгновенно окутало тепло и уют. Она ожидала, что Селестия начнет изрекать мудрые советы, но та просто молча сидела и смотрела на толпу внизу. Они долго не говорили ни слова, пока потоки занятых пони то усиливались, то редели: кто-то продавал или покупал товары, кто-то просто бродил по прекрасному городу, глазея по сторонам. Было в этом странное утешение – видеть, что обычные, нормальные пони Кантерлота просто живут своей жизнью. Никаких злых королей, духов хаоса или вторжений чейнджлингов. Просто живут. Через час Селестия наконец заговорила: — Знаешь, когда я была примерно в твоём возрасте, я тайком приходила сюда, смотрела на простых пони и придумывала про каждого из них историю. Когда Твайлайт не ответила, аликорн продолжила: — Я представляла себе их жизнь. Думала, счастливы ли они и была бы я счастливее, если бы не была принцессой. Может, я была бы школьной учительницей, спешащей на урок, или продавщицей фруктов, или юной кобылкой, проводящей день с мужем и жеребятами. Твайлайт повернулась и посмотрела на Селестию с удивлённым любопытством. — Но в конце концов я возвращалась внутрь замка и возвращалась к своей жизни. Я поняла, что, воображая другую жизнь для себя, я отвлекаюсь от той жизни, которая у меня есть, – а я не могу уклоняться от своих обязанностей. Нравится мне это или нет, но я принцесса, а это значит, что целая страна смотрит на меня и ждёт, что однажды я поведу её за собой. Твайлайт кивнула и вздохнула, уловив суть того, что говорила Селестия. — Я знаю, что должна делать, но… мне просто очень страшно. Сомбра – чудовище, существо с чёрным сердцем, точно такое, как вы и говорили. И почему-то он выбрал меня в свои королевы, в свои жёны! Она умоляюще посмотрела на свою наставницу. — Почему я? Я никто. Ничего особенного во мне нет. А затем добавила шёпотом: — Я не вы. Селестия обняла Твайлайт крылом, притянула к себе и посмотрела прямо в глаза. — Посмотри на меня. Ты – не никто. Ты смелая, умная, мудрая и сострадательная юная кобылка. Ты победила Найтмер Мун и вернула мне мою сестру. Ты перехитрила Дискорда и остановила его, когда у меня не хватило на это сил. И не забывай, что именно ты одна дала отпор королю Сомбре и сумела ускользнуть из его лап. Настоящий «никто» не смог бы сделать всего этого. И нет, ты не я. Но меня это обстоятельство только радует. Твайлайт потрясённо замерла при этих последних словах. — Вы… вы правда так считаете? — Конечно, считаю. Твайлайт, хочешь верь, хочешь нет, но я совершала ошибки. Из-за моего статуса любая моя ошибка имеет далеко идущие последствия для всей Эквестрии и каждого, кто здесь живёт. Пока что ты исправила каждую ошибку, которую совершила я, и сделала больше, чем от тебя требовалось. Возможно, ты не принцесса, но у тебя сердце и дух принцессы. Подавляя желание расплакаться, Твайлайт шмыгнула носом и просияла, глядя на Селестию. — Спасибо. Но… почему Сомбра так сильно хочет сделать меня своей королевой? Он сказал, что его не устроит ничего, кроме моего копыта в браке. Я просто не понимаю. Селестия задумалась – она была так же озадачена. — Знаю, я не говорила этого раньше, в основном потому, что говорить об этом до сих пор больно, но Сомбра и я… когда-то мы были помолвлены. Очень давно. — ЧТО?! Вы… вы и Сомбра, Сомбра и вы? Как это… чего? Селестия усмехнулась: — Да, но, как я и сказала, это было очень давно. Тогда Сомбра был другим. Он был… на самом деле хорошим жеребцом. У него была чудесная улыбка, и то, как он обнимал меня… Она печально опустила голову, дав словам повиснуть в воздухе, пока Твайлайт сама складывала кусочки мозаики. — Вы любили его, да? Боль утраты была написана на лице Селестии. — Да. Когда он превратился в… это существо, меня пронзила такая глубокая боль, которую тебе невозможно себе представить. Я не знаю, почему он так зациклился на тебе, но вот что я могу сказать: он не выбрал бы тебя, если бы не увидел в тебе что-то особенное. Несмотря на всю его злобу, Сомбра не из тех, кто заводит гаремы или наложниц. Я действительно верю, что он искренне хочет именно тебя – и только тебя – в жёны и королевы. — Вы хотите сказать, что мне следует пойти с ним? — спросила Твайлайт негромко и неуверенно. — Я говорю, что каким бы ни было твоё решение, знай: я его поддержу. Затем Селестия копытом приподняла лицо Твайлайт и с печалью посмотрела на неё – голос её дрогнул. — Но если ты решишь стать королевой Сомбры, знай, что ты… ты для меня гораздо больше, чем просто лучшая ученица, которая у меня когда-либо была. Она обняла Твайлайт копытами, а крылья сомкнулись над ними обеими. Кобылы рыдали, прижимаясь друг к другу. — Селестия? — всхлипнула Твайлайт. — Я знаю, что должна сделать.