Shattering a Heart of Darkness

Погодите... Погодите-ка. Что-то тут не так... В бессонном мареве Твайлайт почувствовала, как чьи-то копыта трясут её, а голос – одновременно близкий и далёкий – снова и снова повторяет её имя. Она попыталась отмахнуться от назойливого присутствия, но тряска лишь усилилась, и голос зазвучал громче. Веки Твайлайт дрогнули и раскрылись; взгляд сфокусировался на встревоженной Эмбер, что нависала над ней, вцепившись копытами в плечи и в последний раз встряхивая полусонную кобылку. Со стоном Твайлайт села, потирая голову и смаргивая остатки дремоты. — Эмбер? К чему такая паника? Кристальная пони ответила тем, что сдёрнула с неё одеяло и рывком поставила на копыта, попутно торопливо приглаживая спутанную после сна гриву и шёрстку. — Вы забыли о королевском ужине? Он через час! Твайлайт уставилась на неё с недоумением. — То есть я весь день проспала? — Ну... Его Величество решил, что вы утомились с дороги и вам нужно время для себя. А я-то думала, вы просто приляжете! — воскликнула Эмбер, хватая полотенце из гардеробной и подталкивая Твайлайт к ванной. — А теперь быстро в душ и давайте выбирать платье! Король Сомбра требует пунктуальности от всех, а от будущей королевы – тем более! Судя по испуганному тону служанки, та своего повелителя откровенно боялась, и Твайлайт решила хоть немного унять её страхи, быстро ополоснувшись. Фарфоровая ванна стояла на старомодных витых ножках, напоминающих лапы. Медные бра на стенах и плитка тёмно-шоколадного цвета с яичной скорлупой придавали комнате дорогой старинный вид. Это было временное дизайнерское решение, с которого Кейденс и Шайнинг Армор начали ремонт, и Сомбра ещё почти ничего в нём не изменил. Включив воду из лейки в форме блюдца, Твайлайт намыслилась мылом с жасмином и промыла гриву ягодным шампунем. При всей своей вспыльчивой грубости Сомбра позаботился о простом комфорте для неё. Скромные, без показного блеска дары. Может, в нём и правда что-то есть? Стоп, откуда вообще ЭТА мысль взялась?! Обмотав голову и талию полотенцами, она вернулась к гардеробу, где кристальная пони судорожно перебирала платья. Первое – чёрное кружевное, в таком хорошо ходить роковой вдове. Затем пышное тёмно-синее с рюшами у декольте-сердечка и ещё одно – облегающее алое, с вызывающим разрезом. Для кого он их покупал, для эскортницы? Решив не искать ответа, Твайлайт замерла перед длинным бордовым платьем с длинными рукавами, кулиской на груди и корсажем. Не только самое сдержанное из всех – в нём она выглядела бы как принцесса. Или как королева. — Оно прелестно, правда? — Да... сойдёт, — без воодушевления ответила Твайлайт, заранее страшась предстоящего ужина и лелея далёкую, почти угасшую надежду на то, что Сомбре понравится её выбор.

***

Держась за копыто Эмбер, Твайлайт направилась в обеденный зал, минуя тёмную часть замка с полуосвещёнными комнатами, стенами из чёрного кристалла и мрачными статуями – куда более подходящее жилище для Короля Теней. На мгновение она задержалась взглядом на скульптурах, размышляя, не обязана ли их пугающая реалистичность тому, что некогда эти изваяния были живыми пони. Тут же поёжившись, она решила, что лучше ей не знать правды. Они остановились перед двустворчатыми дверями тёмно-пурпурного и ониксового цвета. По бокам замерли королевские гвардейцы Сомбры – единственным признаком их жизни было мерное вздымание грудных клеток. Насколько Твайлайт могла судить, это были кристальные пони. Поскольку у Сомбры едва хватило времени на создание собственной армии, она предположила, что они находятся под контролем сознания. Такое вполне соответствовало его методам, но от самой мысли об этом всё равно пробирала дрожь. Каково это? Они вообще осознают, что с ними делают? — Прошу прощения? Принцесса Твайлайт Спаркл прибыла на ужин с королём! — Эмбер махнула копытом страже, и гвардейцы шагнули от дверей, развернулись лицом друг к другу единым механическим движением, и стук их окованных сталью копыт разнёсся эхом по коридорам. — Ой, э-э... с-спасибо. Иди, Твайлайт. Двери со скрипом и глухим стуком распахнулись, и не требовалось гадать, чья магия их открыла. Ладно, вперёд. Бояться нечего. Глубоко вздохнув, Твайлайт медленно прошла мимо стражей, чувствуя, как мурашки бегут по коже при виде этих неподвижных фигур, чьи зелёные глазные щели, казалось, провожали каждый её шаг. Эмбер ободряюще кивнула и улыбнулась, хотя её страх ощущался почти физически, и Твайлайт с облегчением поняла, что боится не она одна. Двери захлопнулись за спиной, заставив её слегка вздрогнуть, и в тишине раздался зловещий, но притягательный голос: — Добрый вечер, моя innamorata Божественно выглядишь. Обладатель голоса сидел во главе массивного дубового стола; бокал вина, подвешенный телекинезом, плавно вращался у его груди. Сделав короткий глоток, он поставил бокал, поднялся и неторопливо обогнул стол, направляясь к гостье. Вместо привычной брони и плаща на Сомбре были тёмно-бордовый жилет и брюки, чёрный сюртук и шейный платок – настоящий аристократ восемнадцатого столетия. Впрочем, тысяча лет, проведённых во льду, видимо, накрепко законсервировали его в иной эпохе. Он взял копыто Твайлайт, прикоснулся к нему поцелуем – невесомым, как перышко, – и впился в её глаза пристальным взглядом. От этого гипнотического взора у единорожки чуть не подкосились колени. Стоп, прекратить! Ты не какая-то там влюблённая дурочка! Возьми себя в копыта, ради всего святого! — Ой, э-э... спасибо, Сомбра. Ты тоже хорошо выглядишь. Глаза жеребца, казалось, осветились при этих словах, и он негромко рассмеялся: — Благодарю, но похвалы, без сомнения, заслуживаешь ты. Ты взяла простое платье и возвысила его до чего-то ангельского. — Щёки Твайлайт запылали – и от комплимента, и от его взгляда. Не то чтобы она никогда не получала похвал от жеребцов, просто это обычно был какой-нибудь дерзкий школяр, желавший выпустить пар после большой контрольной. Сомбра же, казалось, каждый слог наполнял смыслом, сверля её взглядом так, словно она – единственная, кто существует на свете. Это льстило – нет, прямо-таки будоражило, – но и вызывало некоторую неловкость. Она едва не выдохнула с облегчением, когда Сомбра отпустил её копыто, чтобы отодвинуть для неё стул. — Прошу, моя леди. Твайлайт неторопливо подошла к своему месту и сглотнула, когда Сомбра задвинул стул, придвинувшись носом к самому её уху и вдохнув аромат шампуня. Он что, всерьёз нюхает мою гриву? Но ещё сильнее смущало то, что это не вызывало в ней полного отторжения, и она смотрела, как он усаживается слева от неё – походка широкая, уверенная. Большинство таких жеребцов, встреченных ею прежде, оказывались неуверенными в себе заносчивыми хамами, прикрывавшими комплексы показной бравадой, но в случае её хозяина... Он действительно верил в себя и жил этим – качество воистину достойное восхищения. Если бы не его колоссальное эго, это могло бы показаться, ну... притягательным. Уф, я только что назвала Короля Сомбру «притягательным»? — Повара приготовили отличную пасту путтанеска с салатом «Капрезе» на гарнир и бокалом Каберне Совиньон. — Вообще-то, можно мне стакан воды? — спросила Твайлайт, предельно настороженная сомнительными намерениями короля, особенно в том, что касалось алкоголя. — Я не пью... вино. Сомбра усмехнулся, показав клыки над нижней губой. — Разумеется, Твайлайт. Айвори Рук! — Светло-жёлтый кристальный пони с голубой гривой впорхнул в зал, пытаясь сохранить равновесие между быстротой, расторопностью и медлительным достоинством. Он был одет в чёрно-пурпурный смокинг, а на лацкане красовалась брошь с инсигнией Сомбры. — Да, Ваше Величество? — Принцесса желает воды вместо вина. Жеребец кивнул и исчез, чтобы почти сразу же появиться вновь с сервировочным столиком на колёсах. Налив Твайлайт воды, он поклонился и поспешно ретировался. Твайлайт сделала маленький глоток и посмотрела туда, куда убежал Айвори Рук. — Знаешь, я вообще-то не принцесса. Сомбра пожал плечами: — И что? Раз ты обручена с королём, это делает тебя особой королевской крови, не так ли? Твайлайт постучала копытами друг о друга. — Допустим, в этом есть своя логика. В конце концов, брак с представителем патрилинейной династии действительно возводит в ранг... Д-дело не в этом. Мне неудобно от этого титула. — Но, дорогая, — Сомбра улыбнулся, наклоняясь вперёд, — если тебе трудно вынести обращение «принцесса», как же ты собираешься привыкать к титулу «королевы»? Со временем свыкаешься. Уж я-то знаю. Это разожгло любопытство Твайлайт. — А как ты стал королём Кристальной Империи? Я думала, во главе стоит кристальный пони, а не умбрум. — Так она не только получит сведения о Сомбре, но и раздобудет знание из первых копыт об истории теневых пони – теме, которую большинство учебников истории Эквестрии обходят стороной или отделываются односложными фразами. Исследовательская часть её мозга не позволила бы упустить такой шанс. — Я – королевской крови. Мой отец был королём, как и его отец до него, — ответил Сомбра, скучающе разглядывая вино в бокале. — Умбрумы веками жили как патриархальная монархия, за редкими исключениями. Затем мой отец завоевал Кристальную Империю, взял королеву и... появился я. Ничего особенно интересного. — Твайлайт нахмурилась. Такой дерзкий и эгоистичный жеребец, как Сомбра, должен бы, кажется, распинаться о своём происхождении и восхождении к власти. Вместо этого он сказал очень мало и, казалось, почти стыдился своих корней. Нечто вроде ходячего противоречия, да? Поняв, что он закончил говорить, Твайлайт обвела взглядом комнату в поисках темы для разговора и заметила портрет в золочёной раме, висевший над камином. Она припомнила, что, хотя находилась в замке не так долго, других картин на стенах ей не встречалось. На портрете была стройная, прекрасная чисто-белая единорожка; её грива цвета слоновой кости буйно ниспадала на плечи, а ясные голубые глаза смотрели прямо на зрителя. У основания рога виднелась странная розовая родинка в форме звезды, и, хотя она улыбалась, было заметно, что улыбка эта – маска, скрывающая огромную боль и печаль. Словно её заставляли быть счастливой. — Она прекрасна. Кто это? Сомбра проследил за взглядом Твайлайт и ответил глухо: — Моя мать. Королева Люмен Морнингстар. — Твайлайт припомнила, что Сомбра упоминал мать в своём письме. Очевидно, она значила для него очень много, раз он повесил её портрет в этом пустом, обезличенно-безжизненном замке. — Но не будем о ней, — вдруг оживился Сомбра. — Я хочу узнать о тебе. Расскажи что-нибудь о себе. — Столь быстрая смена настроения слегка ошарашила; очевидно, он сделал это нарочно, чтобы уйти от личной темы. Прежде Твайлайт видела в короле лишь жестокого тирана с чёрным сердцем, так что заметить его огорчение было неожиданностью. Она решила подыграть, хотя бы чтобы не касаться неловкого вопроса. — Ну, у меня есть приёмный старший брат, и я... провела большую часть жизни в библиотеке, уткнувшись носом в книгу... — Ах, книжный червь, как я погляжу. Ты и выглядишь как учёная особа. Итак, ты прекрасна и наделена мозгом! Чудесно! — ...Верно. И выросла я в Кантерлоте. Друзей в детстве было мало из-за всей этой затворнической жизни. Сомбра сделал ещё глоток вина. — Мне случалось бывать там в юности. Конечно, тогда «Королевские Сёстры» ещё не правили, едва получили свои крылья. Смотреть там было особо не на что. А, еда прибыла! — Несколько весьма удручённых на вид кристальных пони вразвалочку вошли в обеденный зал с подносами разнообразных блюд. Кроме дымящейся пасты, здесь были салат, хлеб, фрукты, выпечка и какой-то томатный суп. Лишь когда желудок Твайлайт сердито заурчал, она поняла, насколько голодна. Король смерил её веселящимся взглядом и поднял бокал. — Не стесняйся, Твайлайт. Угощайся.