Попав в книгу, злодей может читать мысли

Огонь мгновенно охватил главный зал особняка Е. Гу Шэн обернулся, собираясь спросить Цзян Юня, как ему это удалось, но заметил, что его тело постепенно становится прозрачным. Он опустил голову и увидел, что с Цзян Юнем происходит то же самое. Этот мир был окончательно ими разрушен. В мгновение ока Гу Шэн и Цзян Юнь оказались перед дверью «гостевой комнаты». Сзади к ним поспешно подбежал Лу Ли, на которого они поначалу не обратили внимания. — Вы двое что, всё еще собираетесь войти в ту гостевую комнату, о которой говорил глава семьи? Он посмотрел на Гу Шэна, который с мрачным видом уже потянулся к дверной ручке, но сам не сделал ни шагу вперед. — Гу Шэн, если хочешь сдохнуть — открывай, но не тяни за собой Цзян Юня! Лу Ли поднял голову и замахал Цзян Юню: — Цзян Юнь, этот Гу Шэн рядом с тобой наверняка сошел с ума! Иди ко мне, давай убираться из поместья Е. Похоже, собственная жизнь заботила Лу Ли куда больше, чем спрятанный в особняке «фрагмент карты». Однако Цзян Юнь лишь равнодушно взглянул на него и не шелохнулся. Лу Ли не верил своим глазам: — Цзян Юнь? — Неужели карта вам дороже жизни? Словно почувствовав перемену в настроении собеседника, Лу Ли замолчал и несколько секунд пристально смотрел на него. Гу Шэн обернулся и саркастически усмехнулся: — Раз уж брат Лу такой робкий, можешь подождать здесь, пока мы с боссом благополучно вернемся. Хотя вряд ли их жизням сейчас угрожал какой-то заговор, было бы лучше, если бы Лу Ли перестал за ними таскаться. Это избавило бы их от необходимости приглядывать за лишним человеком. Бросив это, Гу Шэн проигнорировал Лу Ли и принялся изучать «гостевую комнату». Глава семьи Е нагло их обманул. Гу Шэн, уже дважды побывавший здесь, прекрасно всё понимал. Говорили, что гостевых комнат три, но на деле все двери вели в одно и то же место. — Босс, это комната, в которой Е Ваньэр жила до свадьбы, — Гу Шэн указал на знакомую дверь. — Глава семьи Е наверняка знал, что это место непростое, поэтому и устроил здесь комнаты для гостей. Какое коварство! Оставалось только гадать, где сейчас те несчастные, которых затянуло в этот мир до них. — Гу Шэн, что ты несешь? — выкрикнул Лу Ли, подслушавший их разговор. — Раз вы знаете, что это обитель призрака, зачем всё равно туда лезете?! Лу Ли так и не решился сделать ни шагу вперед: — Ты что, совсем с катушек съехал? — Разве это безумие? Рука Гу Шэна, уже готовая толкнуть дверь, замерла. Он подумал, что прежние планы можно подкорректировать. Присутствие Лу Ли могло только помешать им с Цзян Юнем в определенных ситуациях. — Брат Лу, хочешь узнать, что такое настоящее безумие? Гу Шэн усмехнулся, убрал руку от двери и направился к Лу Ли. — Ты что задумал? — Лу Ли настороженно следил за ним, шаг за шагом отступая и явно догадываясь о его намерениях. — Хочешь затащить меня с собой? Ни за что! Лу Ли вскрикнул и попытался оттолкнуть руку Гу Шэна, но тот всё равно его перехватил. — Почему же «ни за что»? Подтащив сопротивляющегося Лу Ли к двери, Гу Шэн обернулся к Цзян Юню: — Босс, Лу Ли просто горит желанием пойти первым и проверить обстановку! Пусть заходит! Цзян Юнь согласно кивнул, словно и не заметил подвоха: — Хорошо. И вот, под истошные крики, Лу Ли впихнули в «гостевую комнату». Гу Шэн на мгновение задержался у порога. Убедившись, что все странные лепестки в комнате осыпались на Лу Ли, он помахал Цзян Юню. — Порядок, босс. Внутри всё чисто, заходим. Когда Гу Шэн писал эту сцену, лепестки доставляли ему немало хлопот. Поскольку первым в это приключение по сюжету отправлялся именно Лу Ли, Гу Шэн не хотел, чтобы тому всё далось слишком легко, и придумал несколько «небольших препятствий», чтобы его проучить. Лепестки, осыпавшие бедолагу, действовали по принципу маленьких «ножей» с небольшой силой удара. Одиночное попадание почти не чувствовалось, но когда их становилось много, они причиняли ощутимый дискомфорт. Кроме этого, лепестки не имели никакого другого эффекта, и неприятные ощущения вскоре проходили сами собой. Если бы Лу Ли не мешал им войти, Гу Шэн и вовсе забыл бы о существовании этой ловушки. К счастью, память его не подвела. В глубине души он даже поблагодарил Лу Ли за то, что тот, как истинный главный герой, принял весь «удар» на себя. Вообще-то, Гу Шэн сам не понимал, откуда в нем столько неприязни к герою, которого он же и создал. По идее, так быть не должно. Но осознав, что теперь он — тот самый книжный «Гу Шэн», и предвидя, сколько бед этот персонаж принесет Цзян Юню в будущем, он решил, что немного «пострадать» Лу Ли точно не помешает. — Ой, мне так жаль! Рука соскользнула, и я случайно толкнул брата Лу, — произнес Гу Шэн, медленно входя в комнату и глядя на распластавшегося на полу бедолагу. — Но почему на вас так много лепестков? Неужели госпожа Е устроила вам такую торжественную встречу? Лу Ли, всё еще мучаясь от неприятных покалываний, только и смог выдавить: — Гу Шэн, заткнись! Живо вытаскивай меня отсюда! Если бы не эта его «случайность», он бы сейчас здесь не лежал. И что это за странные лепестки, от которых всё тело ломит? — Так не пойдет! — Гу Шэн покачал головой, указывая на лепестки, которые мелко дрожали на одежде Лу Ли, но не спешили осыпаться. — Похоже, они просто так не отстанут. Если я начну помогать тебе неосторожно... боюсь, на брата Лу их навалится еще больше. Гу Шэн «мудро» отступил на шаг и развел руками: — Брат Лу, будет безопаснее, если ты встанешь сам. Цзян Юнь, стоявший рядом и слышавший, как мысли Гу Шэна разительно расходятся с его словами, едва сдерживал смех. Он молча замер за спиной помощника, пряча довольную улыбку. Лу Ли, всё еще лежащий на полу, мог только мысленно выругаться: «Ха-ха. Если не хочешь помогать, так и скажи. К чему этот цирк?» Как только действие лепестков ослабло, Лу Ли вскочил и рванул к выходу, надеясь поскорее покинуть это жуткое место, но обнаружил, что дверь запечатана неведомой силой. — Мы заперты! Ему ничего не оставалось, кроме как вернуться к остальным. Гу Шэн и Цзян Юнь тем временем уже подошли к «невесте» и заговорили с ней. — Девятый день девятого месяца — день моей свадьбы с Ци Е, — тихо произнесла Е Ваньэр. Она всё так же сидела перед бронзовым зеркалом в алом подвенечном уборе и расшитой вуали. — Сначала я думала, что отец устроил этот турнир, чтобы дать моему возлюбленному шанс войти в семью Е. Я и не подозревала, что состязание станет лишь прикрытием для сговора между отцом и Ци Е. Из её слов стало ясно: тот самый противник, с которым Ци Е сражался на арене, и был возлюбленным Е Ваньэр.