Попав в книгу, злодей может читать мысли

Едва Ци Янь замолчал, как обнаружил, что на него уставились сразу две пары глаз. Один взгляд принадлежал Цзян Юню, а второй — Гу Шэну, которого окончательно разбудил резкий треск от влетевшей стрелы. Ци Янь испуганно вскинул руки и заискивающе улыбнулся: — Ребята, клянусь, это не моих рук дело! — К чему так нервничать, раз ты тут ни при чем? — Гу Шэн сладко зевнул и вдруг осознал, что всё еще находится в крепких объятиях Цзян Юня. Он попытался аккуратно выскользнуть из этого захвата и сесть поудобнее, но Цзян Юнь лишь сильнее прижал его к себе. — Босс? — Гу Шэн озадаченно оглянулся, на мгновение запутавшись, кто из них двоих адекватнее оценивает обстановку. — В нашем положении, если прилетит еще одна стрела, увернуться внутри тесной кареты будет чертовски сложно. Парень опустил глаза, прикидывая их с Цзян Юнем позицию. Они забились в самый угол повозки, где было больше всего укрытий. Но если следующий выстрел пробьет заднюю стенку, их может просто прошить насквозь одной стрелой. Осознав, насколько близко его лицо сейчас находится к лицу Цзян Юня, Гу Шэн смущенно опустил глаза, а его уши предательски порозовели. При других обстоятельствах эта поза была бы просто идеальной для чего-то большего… Гу Шэн чисто рефлекторно облизнул губы и тут же поймал на себе пристальный, обжигающий взгляд босса. Парень смущенно поджал губы, но, встретившись с Цзян Юнем глазами, не удержался и глуповато улыбнулся: — Хе-хе… Цзян Юнь с легким вздохом оттащил глуповато хихикающего Гу Шэна в глубь кареты, а Ци Янь поспешно устроился поблизости, стараясь не отсвечивать. К счастью, новых стрел снаружи не прилетало, и внутри повозки на мгновение воцарилась зловещая тишина. Экипаж уже давно замер как вкопанный. Судя по всему, напуганный кучер попросту сбежал при первых же звуках выстрела. Цзян Юнь опустил глаза, чутко прислушиваясь к шорохам снаружи. Спустя пару секунд его взгляд переместился к дверце кареты. Тук-тук. Кто-то вежливо, почти издевательски постучал в деревянную панель, и из-за нее раздался знакомый голос: — Господа, мы не виделись всего день, а я уже соскучился. Не хотите пригласить меня войти и присесть? Все трое мгновенно узнали этот тон. Ци Усяо. Значит, те наемники, что окружили их на рынке, тоже были людьми из зала Цзючжоу? Гу Шэн потрясенно вскинул голову, безмолвно одними губами спрашивая Цзян Юня: «Босс, что делать?» Парень никак не ожидал, что засаду устроит лично заместитель главы зала Цзючжоу. Раз Ци Усяо самолично явился перерезать им пути к отступлению, значит, он окончательно удостоверился: фрагменты карты спрятаны именно у них. Не дождавшись немедленного ответа от Цзян Юня, Гу Шэн хмуро уставился на дверь. Стоявший за ней Ци Усяо проявлял завидное терпение, будучи абсолютно уверенным, что добыча никуда не ускользнет. — Всё в порядке, — Цзян Юнь спокойно покачал головой, успокаивая Гу Шэна, после чего решительно протянул руку и отодвинул плотную штору. — Раз заместитель главы зала Ци пришел лично, разумеется, мы просим вас войти. Гу Шэн лишь шире распахнул глаза, наблюдая, как Ци Усяо уверенно шагает внутрь тесной кареты, а за его спиной вырастают фигуры вооруженных конвоиров. В этот раз гость не стал разыгрывать привычное дружелюбие. Он холодно окинул взглядом присутствующих и, убедившись, что все птички в клетке, коротко бросил подчиненным: — Обыскать их. Прежде чем Гу Шэн успел среагировать, его перехватили двое подручных Ци Усяо и бесцеремонно принялись обыскивать. Изначально он планировал дать отпор. В конце концов, пусть врагов и было много, прорваться силой не казалось невыполнимой задачей. Но Гу Шэн перевел взгляд на Цзян Юня, которого тоже удерживали, и заметил, что босс даже не пытается сопротивляться. Более того, он едва заметно подмигнул парню. Этот знак ясно говорил: не будь импульсивным. Гу Шэн: … В итоге парень послушно замер, позволяя стражникам себя обыскивать. Ци Усяо тем временем вольготно устроился на сиденье кареты. Он не мигая гипнотизировал взглядом абсолютно спокойного Цзян Юня, тщетно пытаясь разгадать, какую уловку тот затеял. Если полученные им сведения верны, фрагменты карты должны быть при Цзян Юне. Почему же этот человек сейчас так поразительно хладнокровен? Пока Ци Усяо лихорадочно соображал, обыск подошел к концу. Он махнул рукой, подзывая подчиненных, чтобы взглянуть на «плоды их трудов». Однако Ци Усяо никак не ожидал, что стражники вернутся с пустыми руками. Такой исход шокировал не только самого Ци Усяо, но и Гу Шэна, который застыл рядом в ожидании худшего. Парень медленно опустил голову, пряча победную улыбку. Хоть он и понятия не имел, куда босс умудрился припрятать карту, тот был просто невероятен! Ци Усяо от досады едва не растерял всё свое самообладание. Спустя пару секунд гробового молчания он нацепил обратно свою фирменную безобидную улыбку и уставился на Цзян Юня. — Мои люди уже доставили господина Е и Ци Е в зал Цзючжоу. На допросе вскрылась любопытная деталь: вы двое что-то утащили у Ци Е. Будьте добры, верните чужую вещь законному владельцу. Услышав это, Гу Шэн презрительно фыркнул: — Заместитель главы зала Ци, вы ведь сами уверяли, что путь до столицы неблизкий и займет уйму времени. Как же так вышло, что эти двое умудрились доехать до столицы и расколоться на допросе всего за один день? Какая топорная ложь! Сомнений не оставалось: он явился исключительно ради фрагментов карты. Ци Усяо нахмурился, собираясь выдать очередное оправдание, но Цзян Юнь напротив него лишь насмешливо выгнул бровь и негромко произнес: — Неужели именно ради этих басен заместитель главы зала Ци посреди дороги перехватил наш экипаж и устроил обыск без всяких на то оснований? Гу Шэн тут же поддакнул: — Так вот, значит, какие порядки царят в хваленом зале Цзючжоу! Ци Усяо: … — Не стоит утрировать, — он предпочел замять тему незаконного обыска и весомо добавил: — Ци Е лично подтвердил, что вы забрали его имущество. Если вы прямо сейчас выдадите мне местонахождение этой вещи, зал Цзючжоу закроет глаза на вашу дерзость, и мы разойдемся миром. А вот если вы промолчите… Ци Усяо снова взмахнул рукой, и подчиненные, повинуясь приказу, мгновенно взяли под стражу всех троих. — В таком случае мне придется пригласить вас в зал Цзючжоу в качестве почетных гостей, — Ци Усяо снисходительно улыбнулся. — На этот раз отказаться уже не получится. Забившийся в угол Ци Янь только открыл рот, собираясь что-то возразить, как тяжелый взгляд Ци Усяо переключился на него. — А что касается этого… Замглавы зала Цзючжоу пару секунд пристально разглядывал книжника, затем, словно вспомнив о чем-то, понимающе кивнул: — Заберите его за компанию. ------------------------------ Поскольку Цзян Юнь по-прежнему не давал знака к действию, никто из троих не стал оказывать сопротивления. Их прежний экипаж после обстрела был поврежден и для дальнейшего пути не годился, поэтому Ци Усяо велел пересадить пленников в кареты своего конвоя. Ци Яня упрятали в отдельную повозку, а вот Цзян Юня и Гу Шэна усадили в основную — прямо под нос самому Ци Усяо. Похоже, тот был абсолютно уверен в собственном превосходстве и силе своей стражи. Он ни капли не боялся, что парни выкинут какой-нибудь фокус, поэтому даже приказал ослабить узлы на их путах. Размариваемый полуденным зноем Гу Шэн сладко зевнул и потянулся. Веревки на его запястьях затрещали и в следующую же секунду ворохом соскользнули на пол. Парень слегка опешил от такой халатности и осторожно покосился на Ци Усяо. Заметив, что мужчина лишь лениво приподнял веки и даже не шелохнулся, Гу Шэн со спокойной совестью проигнорировал упавшие путы. Ур-р-ру… Время близилось к полудню, и пустой желудок Гу Шэна снова завел свою привычную голодную песню. Посмотрев на невозмутимого Ци Усяо, которому, казалось, было глубоко плевать, сбегут они с Цзян Юнем или нет, парень набрался наглости и прямо спросил: — Заместитель главы зала Ци, я проголодался. У вас не найдется чего-нибудь перекусить? Заместитель главы зала Ци поднял глаза и странно посмотрел на парня: — Гу Шэн, ты вообще понимаешь, в каком статусе сейчас здесь находишься? Гу Шэн лихорадочно закивал: — Всё я понимаю. Но, заместитель главы зала Ци, голод — не тетка. Вы ведь не хотите, чтобы я на полпути к залу Цзючжоу испустил дух от истощения? К тому же, если я действительно помру с голоду, босс точно не скажет вам, где спрятана та штука. Ци Усяо выслушал эти абсурдные доводы и с явным интересом перевел взгляд на сидевшего напротив Цзян Юня: — Цзян Юнь, и это правда? — Разумеется, — поддержал напарника Цзян Юнь. Он лениво откинулся на спинку сиденья и после короткой паузы весомо добавил: — Думаю, заместитель главы зала Ци взял с собой в дорогу приличные запасы. Самое время проявить гостеприимство и поделиться. Ци Усяо: … Разумеется, Ци Усяо не поверил ни единому слову этой парочки. Однако, выслушав ответ Цзян Юня, он не стал спорить и во время остановки на ужин всё же приказал выделить им нормальной еды. ------------------------------ Когда конвой наконец прибыл к залу Цзючжоу, ночь уже полностью вступила в свои права. Гу Шэна и Цзян Юня вывели из кареты с завязанными глазами. Когда же повязки наконец сняли, парни обнаружили себя взаперти в мрачной тюремной камере. В этот раз путы на теле Гу Шэна затянули на совесть — он не мог даже пошевелиться, не говоря уже о том, чтобы применить силу и освободиться. Он повернул голову к Цзян Юню, сидевшему у противоположной стены, но обнаружил, что босс просто прикрыл глаза, будто происходящее его совершенно не касалось. Они оказались в плену в самом сердце зала Цзючжоу, так почему же Цзян Юнь оставался настолько безмятежным? — Босс… Размышляя об этом, Гу Шэн невольно спросил: — Почему мы должны были просто смириться со своей судьбой и позволить Ци Усяо притащить нас сюда? У нас ведь был явный шанс сбежать на той карете, а теперь мы заперты. Что нам делать, если фрагмент карты действительно попадет к нему в руки? Гу Шэн понимал, что его тон звучит излишне резко для младшего, но Цзян Юнь не придал этому значения. Он открыл глаза, подошел к тюремной решетке и, бегло осмотрев замок, наконец ответил на вопросы парня: — В зале Цзючжоу тоже спрятан фрагмент карты. Так что нам в любом случае нужно было сюда попасть. Эти слова ошеломили Гу Шэна. Впрочем, сейчас у него не было времени гадать, откуда у босса такие точные сведения. Но даже если их цель — обрывок карты, стоило ли так безрассудно рисковать собственными жизнями? Гу Шэн нахмурился и озвучил свои сомнения: — Но, босс, мы ведь могли проникнуть в зал Цзючжоу десятком других способов… А из-за этого плана они теперь даже сбежать толком не могут. — Потому что наша цель здесь — не только фрагмент карты, — Цзян Юнь, казалось, был полностью доволен тем, как повернулось дело. На его губах заиграла загадочная улыбка. Гу Шэн окончательно запутался. — У тебя есть какая-то другая цель? — Да, — кивнул Цзян Юнь. Под ошеломленным взглядом Гу Шэна он вновь играючи освободился от веревок и бросил их на пол. Это резкое движение тут же привлекло внимание тюремного охранника. Тот со злобным видом двинулся к решетке, но вовремя вспомнил суровое предупреждение заместителя главы зала насчет этого пленника и поспешно отступил на пару шагов, стараясь держаться на безопасном расстоянии. К несчастью для него, в следующую же секунду пущенный со свистом камешек пробил ему шею. Хлынула кровь, и бедолага кулем рухнул на землю, мгновенно потеряв сознание. Цзян Юнь просунул длинную руку сквозь прутья решетки, ловко снял с пояса стражника ключи и отпер дверь камеры. Всё прошло настолько гладко, что Гу Шэн готов был зааплодировать. Цзян Юнь обернулся и быстро развязал веревки на Гу Шэне, но уводить его из темницы не торопился. — Зал Цзючжоу далеко не так справедлив, как болтают в народе. Большинство тех, кто гниет в этих застенках — абсолютно невинные люди. Но из-за колоссального влияния этой организации они так и не смогли добиться правды. Гу Шэн тоже был наслышан о темных делах ордена, поэтому лишь согласно кивнул: — Так какой у тебя план, босс? — Такая сила этому миру больше не нужна. Раз уж мы здесь, почему бы не устроить в этом гадюшнике знатный переполох? Цзян Юнь говорил об этом поразительно будничным тоном, но в душе Гу Шэна его слова отозвались настоящим восторгом. Надо же, босс задумал провернуть такое грандиозное дело!