Попав в книгу, злодей может читать мысли

Ци Янь был заперт в другой камере по приказу Ци Усяо. Парни быстро отыскали его, отперли дверь и развязали, после чего «заодно» освободили и всех остальных невинных узников. В одно мгновение из застенков хлынула бесчисленная толпа. Поднявшийся шум и давка до смерти перепугали стражников у ворот тюрьмы. Когда Ци Усяо прибыл на место, там уже царил абсолютный хаос. — Что здесь происходит?! Он лично бросился на выручку охранникам, которых вот-вот готова была растерзать разъяренная толпа, и одновременно приказал подтянувшимся силам взять ситуацию под контроль. Заключенные слишком долго пробыли в неволе и были истощены. Жестко разобравшись с бунтовщиками, Ци Усяо сразу же отправился проверять камеры Цзян Юня и Гу Шэна. Пусто. Сбежали. — Проклятие! — процедил он сквозь зубы. Потирая побелевшие от злости виски, он повел выживших подчиненных вглубь коридоров. В это же время с другой стороны. Выпустив всех узников на волю, Гу Шэн и Цзян Юнь, сами того не подозревая, углубились в самые потайные ходы подземелья. Дорога впереди становилась всё уже и темнее, обычные тюремные камеры давно закончились, но двое беглецов не останавливались и вскоре уперлись в тупик. В самом конце коридора высилась глухая каменная стена, из-за которой доносились едва различимые, приглушенные крики. Гу Шэн осторожно сделал несколько шагов вперед, прислушиваясь и убеждаясь, что звук действительно идет изнутри. Каменная кладка была толстой и почти не пропускала звуки. Если бы не идеальная тишина вокруг, парень ни за что не заметил бы этой аномалии. — Босс, слышишь? Кажется, за этой стеной кто-то есть. Цзян Юнь шагнул к нему, прислушался на мгновение и согласно кивнул: — Угу. Он протянул руку и постучал по камню. Звук оказался глухим и пустым, а крики по ту сторону после стука стали заметно громче. Тщательно ощупав кладку, Гу Шэн обнаружил едва заметные зазоры между камнями, которые тонкими линиями очерчивали контур потайной двери. Неужели за стеной скрывалась какая-то секретная пыточная? Гу Шэн отступил на полшага и осторожно прижал ладонь к скрытой двери. Когда они только пробирались сюда, они успели мельком оценить общую планировку подземелья. Все стандартные атрибуты и инструменты, используемые для допросов в зале Цзючжоу, были аккуратно расставлены в строго определенных залах. Те помещения и служили официальными допросными. Для каких же тогда жутких целей предназначалось это спрятанное от чужих глаз место? В памяти Гу Шэна не всплывало абсолютно никаких зацепок об этом месте. Он ненадолго задумался и слегка толкнул каменную плиту перед собой — дверь со скрипом поддалась. Без замка? Неужели защита этого тайника настолько слаба? Гу Шэн и Цзян Юнь молча переглянулись. Такой поворот превзошел все их ожидания: никто и подумать не мог, что в самых глубинах охраняемого подземелья скрывается незапертая комната. Но стоило им заглянуть внутрь, как у Гу Шэна подступил тошнотворный ком к горлу. Вся комната была забита обнаженными людьми: мужчинами, женщинами, стариками и детьми. Каждого из них подвесили высоко в воздухе, опутав грубыми железными цепями, которые с каждой минутой медленно и неумолимо сжимались на их телах. Пол под ними был залит запекшейся кровью и какой-то зловонной мутной жидкостью. Гу Шэн резко нахмурился, чувствуя, как подкашиваются ноги. Он судорожно развернулся, прижался лицом к плечу Цзян Юня и его шумно вывернуло прямо на каменный пол. Из-за этого приступа парень даже не заметил фигуру, сидевшую в самом центре этого кошмара. В глубоком каменном бассейне, посреди багровой жижи, восседал человек. Его изначально белые одежды к этому моменту полностью пропитались чужой кровью. Услышав посторонние звуки у входа, он медленно приоткрыл глаза, в которых хищно полыхнул багровый отсвет, и атмосфера в зале мгновенно переменилась. В ту же секунду десятки тяжелых цепей со скрежетом натянулись. Подвешенные в воздухе люди начали задыхаться, их головы безжизненно опустились, и тела с глухим треском посыпались на окровавленные плиты. Цзян Юнь, наблюдая за происходящим, лишь холодно выгнул бровь. Спасать их было уже слишком поздно. За считанные мгновения, не считая его самого, Гу Шэна и безумца в бассейне, все пленники в этой комнате были мертвы. Цзян Юню был слишком хорошо знаком этот жуткий метод — приношение человеческих жизней в жертву ради мгновенного взлета собственной духовной силы. В мире культиваторов это считалось самой грязной, запретной черной магией. Он никак не ожидал, что праведный зал Цзючжоу промышляет подобными зверствами за закрытыми дверями. В прошлой жизни, когда Цзян Юнь перевернул этот зал вверх дном, он даже не подозревал о существовании этой тайной комнаты. И уж тем более он не думал, что зачинщиком этой кровавой вакханалии окажется тот, кого он прекрасно знал лично. Нынешний верховный глава зала Цзючжоу, носящий фамилию Ци. Глава Ци медленно поднялся из бурлящего бассейна. Окинув ледяным, безумным взглядом двух незваных гостей, он неторопливо двинулся к ним, хищно протягивая вперед окровавленную руку. — Раз уж вы двое посмели это увидеть… — Тогда даже не думайте уйти отсюда живыми! Голос главы Ци прозвучал леденящим эхом, но Гу Шэн даже не обернулся. С трудом подавив новый приступ тошноты, он резко перевел взгляд на Цзян Юня и рванул в сторону. Его первоначальным планом было отвлечь безумца на себя, чтобы они вдвоем получили хоть какой-то шанс на побег, но стоило ему сделать всего несколько шагов, как перед глазами ослепительно полыхнула вспышка белого света. Когда зрение наконец вернулось, Гу Шэн с изумлением осознал, что мрачные застенки подземелья бесследно исчезли. ------------------------------ Вокруг простиралось бескрайнее царство льда и снега. Мороз слегка покусывал кожу, но сам пейзаж выглядел невероятно чистым и умиротворяющим — разительный, почти нереальный контраст с той кровавой баней, которую он видел секунду назад в зале Цзючжоу. Что это за место? Гу Шэн растерянно огляделся по сторонам. Позади него высилась глухая каменная стена, а впереди сиротливо виднелись увядшие, припорошенные снегом цветы. Всё это до боли напоминало чей-то старый задний двор. Явной опасности вокруг не ощущалось, но, помня о зловещих словах главы Ци перед самым перемещением, парень не спешил расслабляться. Он настороженно сканировал окружение, как вдруг в поле его зрения появилась крошечная фигурка. Маленький человек, крепко сжимая что-то в кулачке, шаг за шагом целеустремленно бежал прямо в его сторону. Гу Шэн прищурился. Ему упорно казалось, что черты лица этого ребенка до безумия ему знакомы. И когда фигурка приблизилась почти вплотную, догадка громом поразила его. Цзян… Юн? Рассмотрев беглеца поближе, парень не только заметил, что малыш сжимает в ручонке недоеденный румяный пирожок, но и окончательно убедился в своей правоте. Это действительно был Цзян Юнь! Гу Шэн задумчиво потер подбородок, мысленно подсчитывая время. Судя по росту и пухлым щекам, маленькому Цзян Юню сейчас было от силы лет восемь или девять. Значит, неведомая сила забросила его в прошлое… примерно на десять лет назад? Какая редкая удача! Если бы Цзян Юнь в детстве встретил его, Гу Шэну точно удалось бы уберечь своего будущего босса от многих детских невзгод и страданий! Парень довольно заулыбался, слегка присел и широко раскинул руки, готовясь поймать бегущего на него мини-босса. Однако в следующую секунду ребенок, даже не замедлив шаг, насквозь прошел прямо через его тело. Маленький Цзян Юнь внезапно замер на месте и слегка наклонил голову, словно уловив мимолетное дуновение теплого ветерка. Но погруженный в шок Гу Шэн даже не заметил этой реакции мальчика. Он потерянно опустил голову и уставился на собственные ладони — его тело было абсолютно прозрачным. «Цзян Юнь меня не видит… И я ни к чему не могу прикоснуться?» — парень озадаченно прикинул масштаб катастрофы, но уже через мгновение его плечи мелко задрожали, и он тихо, предвкушающе рассмеялся. А ведь это даже к лучшему! Раз он стал невидимым духом, это открывало просто невероятный простор для веселья! Хотя Гу Шэн понятия не имел, почему глава Ци, обещавший им верную смерть, забросил их с Цзян Юнем на десять лет назад, парень был безумно рад такому повороту. Возможность тайком понаблюдать за маленьким Цзян Юнем идеально восполняла его давнее сожаление о том, что в детстве их пути не пересеклись. От этих мыслей плечи Гу Шэна задрожали от беззвучного смеха еще сильнее. Вдоволь нахихикавшись, он вскинул голову и весело зажмурился, но тут же почувствовал, как что-то начало мешать обзору. Оказалось, с неба крупными хлопьями повалил густой снег. Гу Шэн попытался поймать пушистую снежинку, но она, не задерживаясь, пролетела сквозь его прозрачную ладонь. Поначалу он не придал этому значения, но, засмотревшись на снегопад и сопоставив факты из сюжета оригинальной новеллы, парень внезапно замер от озарения. Этот день в календаре был особенным. На дворе стояло зимнее солнцестояние — день, когда родился Цзян Юнь. Гу Шэн перевел взгляд на малыша, который бережно баюкал в ладошках тарелку с кособокими, явно сделанными неумелыми детскими руками пирожными. В памяти парня всплыла деталь из канона: именно эти сладости испек для него маленький «Гу Шэн» из этого времени. Всё идеально сходилось, и дни рождения Цзян Юня из прошлого и его босса из настоящего праздновались в один и тот же день. Гу Шэн прекрасно понимал, что мальчик его не видит, но всё равно с теплой улыбкой поднял руки над головой, складывая пальцы в аккуратное сердечко для маленького Цзян Юня. «С днем рождения, Цзян Юнь!»