Сеанс Томления

Мы наконец вышли в вестибюль. Свет здесь был ярче, но я всё равно чувствовала себя оголённой. Гаррет не убрал руку с моей талии. Он вёл меня к выходу медленно, будто наслаждаясь каждым шагом. — Тебе понравился фильм? — спросил он спокойно, будто ничего не произошло. Но его пальцы на талии слегка сжались, напоминая о себе. — Я… почти ничего не запомнила, — призналась я тихо, чувствуя, как щёки снова горят. Он тихо усмехнулся — низко, с той самой харизмой, от которой у меня подгибались колени. — Я так и думал, — сказал он, наклоняясь ближе. — Зато я запомнил всё. Как ты дышала. Как сжимала бёдра. Как смотрела на меня краем глаза, когда думала, что я не вижу. — Первое свидание окончено, — сказал он тихо, проводя пальцем по моей щеке. — Но вечер ещё нет. Гаррет шёл спокойно, не торопясь, будто весь этот шум вокруг нас не имел никакого значения. Он слегка наклонил голову, глядя на меня сверху вниз, и в его глазах мелькнула та самая тёмная, харизматичная искра. — Не стоит так быстро заканчивать вечер, — сказал он низким, бархатным голосом, с лёгкой, уверенной усмешкой. — Фильм был хорош, но я ещё не наелся твоей компанией. Давай зайдём в торговый центр рядом — там фудкорт с отличным видом на фонтан, можно взять что-нибудь сладкое или горячее. А по дороге заглянем в магазин видеоигр. Я видел там новые поступления… и мне интересно, что ты выберешь, если я дам тебе полную свободу. Его пальцы на моей пояснице медленно, почти незаметно провели небольшой круг, прижимая меня чуть ближе к себе, когда мимо прошла шумная группа. Я почувствовала тепло его тела, твёрдость мышц под рубашкой, и жар внутри меня вспыхнул с новой силой. Он слегка наклонился, его губы почти коснулись моего виска, дыхание обожгло кожу. — Или ты хочешь сразу домой? — спросил он спокойно, но в голосе была та самая острая, дразнящая нотка. — Я не буду настаивать. Но мне кажется, ты тоже не хочешь, чтобы этот вечер так быстро заканчивался. Я почувствовала, как щёки снова вспыхивают, как внутри всё сжимается от его слов. Он говорил так уверенно, так харизматично, будто уже знал мой ответ. И я действительно не хотела, чтобы вечер заканчивался. — Фудкорт и магазин игр, — тихо сказала я, глядя на него. — Звучит… заманчиво. Гаррет улыбнулся — медленно, удовлетворённо — и его рука на моей пояснице слегка прижалась сильнее, притягивая меня к себе, когда мы шли через толпу к торговому центру. Торговый центр встретил нас ярким, тёплым светом, гулом голосов и лёгким ароматом свежей выпечки и кофе, который витал в воздухе. Люди неспешно прогуливались, смеялись, рассматривали витрины — обычный вечерний поток, полный жизни. А я шла рядом с Гарретом, чувствуя, как его ладонь уверенно лежит у меня на пояснице, пальцы слегка прижимаются сквозь тонкую ткань платья, будто он не собирался отпускать меня даже на миг. Каждый его шаг, каждое лёгкое касание бедром о моё заставляло меня остро ощущать своё тело — жар внизу живота, лёгкую дрожь в ногах, влажность, которая не проходила с момента в кинотеатре. Он вёл меня спокойно, уверенно, как будто весь этот шум вокруг нас не имел никакого значения. Иногда его пальцы медленно проводили небольшой круг по моей пояснице, иногда просто лежали, тяжёлые и горячие, напоминая о своём присутствии. Я чувствовала, как от этих прикосновений по коже разбегаются мурашки, как внутри меня снова вспыхивает тот самый сладкий, тягучий жар. — О вон тот магазин видеоигр, — сказал он низким, бархатным голосом, слегка наклоняясь ко мне, так что его дыхание коснулось моего виска. — Я видел там новые поступления. Хочу посмотреть, что ты выберешь, если я дам тебе полную свободу… и, возможно, немного подразню тебя, пока ты будешь решать. Его рука на пояснице слегка прижалась сильнее, притягивая меня ближе, когда мы проходили мимо шумной группы подростков. Я почувствовала тепло его тела, твёрдость мышц под рубашкой, и жар внутри меня стал ещё интенсивнее. Мы зашли в магазин видеоигр, и сразу окунулись в шумный, яркий мир — полки с глянцевыми коробками тянулись до потолка, цветные обложки переливались под яркими лампами, из колонок лилась энергичная музыка. В зале было довольно многолюдно: подростки в капюшонах толпились у стендов с новинками, пары медленно бродили между рядами, несколько консультантов в фирменных футболках ходили по залу, помогая посетителям. Воздух был наполнен запахом пластика, картона и лёгким ароматом кофе из автомата в углу. Гаррет вёл меня за руку, пальцы переплелись с моими уверенно и тепло. Он шёл медленно, будто у нас было всё время мира, и иногда слегка притягивал меня ближе к себе, когда мимо проходила шумная компания или кто-то резко поворачивался. Его тело касалось моего — плечом, бедром, иногда грудью, когда он наклонялся показать какую-то коробку. Каждый такой контакт заставлял меня вздрагивать. Жар внутри не утихал. Наоборот — от его близости, от запаха его кожи, от того, как он спокойно, но собственнически держал меня рядом, он только усиливался. В этот момент к нам подошёл молодой консультант — высокий парень в фирменной футболке с логотипом магазина. — Добрый вечер! — сказал он бодро. — Подсказать что-нибудь? Ищете что-то конкретное? Новинки, классику, кооператив? Гаррет даже не отстранился. Он продолжал держать меня прижатой к себе, его рука на талии осталась на месте, пальцы слегка поглаживали ткань платья. Голос его был спокойным, уверенным, с лёгкой харизматичной улыбкой. — Спасибо, мы сами разберёмся, — ответил он ровно, глядя на консультанта, но я чувствовала, как его тело слегка прижимается ко мне сильнее. — Хотя… если моя девушка выберет что-то особенно интересное, я обязательно скажу. Моя девушка. Слова ударили в грудь горячей волной. Я почувствовала, как кровь приливает к щекам, к шее, к самым кончикам пальцев. Сердце пропустило удар, а потом забилось где-то в горле, тяжело и часто. Моя девушка. Он сказал это так легко, так уверенно, будто это было само собой разумеющимся. Я тихо выдохнула. Жар внутри стал почти невыносимым. Я чувствовала, как его тело прижимается ко мне сзади — твёрдое, горячее, контролирующее. Как его рука на талии медленно, едва заметно скользит по боку, как его дыхание обжигает кожу у виска. Между ног пульсировало, влажно и настойчиво. Я сжимала бёдра, пытаясь унять это ощущение, но только усиливала его. Я хочу, чтобы он сделал это снова. Чтобы он снова назвал меня своей. Чтобы он прижал меня к себе так сильно, чтобы я забыла, где нахожусь. Я хочу, чтобы он перестал сдерживаться. Мы продолжили ходить между полками. Гаррет иногда прижимал меня к себе, когда мимо проходили люди, иногда просто держал за талию, но каждый раз его прикосновения были уверенными, собственническими, полными скрытого желания. Он показывал мне разные игры, тихо комментировал, наклоняясь так близко, что его губы почти касались моего уха.