Вступление в отношения для чайников

                              Голова категорически отказывалась работать весь день. Тэхён честно пытался включаться в ленивый мозговой штурм пиар-отдела, но все его мысли плавно, но неудержимо сползали к событиям прошедшей ночи. Абсолютно каждое слово, произнесённое коллегами за круглым столом переговоров, так или иначе было связано с Чонгуком. — …нужно обязательно рассмотреть это предложение, — вещала ведущий специалист. — Наша пара будет просто шикарно смотреться в интерьере этого кафе. Только представьте…       «Наша пара». Эти слова отозвались внутри глухой вспышкой, мгновенно вернув его в сегодняшнее утро. Завтрак, язвительная Минсу, поникшие Чимин и Чонгук… Упрямый оленёнок, который ещё несколько часов назад плавился под его пальцами на диване, а за столом — нежно коснулся руки Чимина. Внутри тогда взметнулась такая дикая злость, что он не смог сдержать себя. Тэхён был уверен: мальчишка заметил его недовольство. Заметил, и чёрт его знает, какие выводы сделал! — Что думаете по этому поводу, директор Ким? — Думаю? — Тэхён медленно поднял на девушку тяжелый взгляд. — Да. Эти глубокие диванчики, парные коктейли и милые концептуальные десерты, — менеджер Сон предвкушающе захлопала в ладоши. — Кстати! Там совсем недавно проходила промо-презентация нового сезона манхвы «Логическая ошибка». И вообще, это культовое место обожает наша потенциальная аудитория.       Тэхён на секунду устало закрыл глаза и с силой сжал пальцами ноющие виски. Злость на самого себя начисто отравляла ему день. — «Логическая ошибка»?       Его собственная ночная несдержанность — вот главная логическая ошибка. Его неконтролируемое желание, его первобытный голод… Сам Чон Чонгук — одна сплошная логическая ошибка. — …у Джеёна ведь было абсолютно всё: талант, идеальная внешность, чёткие правила, — продолжала увлечённо тараторить менеджер Сон. — Но стоило ему столкнуться с Сану, как вся его жизнь превратилась в одну большую, неразрешимую проблему. — Это точно… — Тэхён коротко, горько хмыкнул под нос. — Вы явно увлечены этой историей. — Я обожаю эту манхву! И дораму тоже. Мы с девочками недавно собирались и… — Понятно. Назначайте съёмку. И пусть для прессы всё выглядит как чистая случайность. Нам не нужны подтверждения совместного проживания, это может оттолкнуть инвесторов. — Гениально, директор Ким! — воскликнула Сон, быстро делая пометку в планшете. — И ещё кое-что, — Тэхён плавно поднялся со своего кресла. — Пришлите мне на почту ссылку на эту вашу «ошибку».

***

      Вернувшись в свой кабинет, Тэхён первым делом запер дверь на замок, отсекая от себя весь этот удушающий, суетливый корпоративный мир и Минсу. Госпожа президент сегодня заходила к нему трижды. Каждый раз под самыми нелепыми предлогами: кофе, внезапная идея нового запуска, фальшивые жалобы на экономический отдел… Всё! Хватит! Если это повторится ещё раз, он просто не выдержит.       Тэхён подошёл к столу, устало швырнул планшет на полированную поверхность, сбросил пиджак на спинку кресла и буквально рухнул в его глубокое сиденье. — Что за день… — он ослабил узел галстука на пару сантиметров и глубоко вздохнул. Ноутбук тихо звякнул, оповещая о новом письме. На экране высветилось имя отправителя: «Менеджер Сон. Ссылка на манхву «Логическая ошибка“». — Детский сад! Я и манхвы… Может, это кризис среднего возраста? — раздражённо буркнул Тэхён под нос. — Ладно… Налив себе воды из высокого графина, он сделал глоток и кликнул по ссылке.       На мониторе открылась первая глава цифрового комикса. Яркая, аляповатая рисовка, студенты, подростковые проблемы… Тэхён лениво водил пальцем по тачпаду, искренне не понимая, неужели дамы из его пиар-отдела тратили драгоценные часы рабочего времени на это. Но уже через пять минут его взгляд намертво прирос к экрану, а разум ухватился за сюжет.       Сану. Невыносимо упрямый парень в чёрной кепке и безразмерной толстовке взбесил Тэхёна с первой главы. Его отношение к субординации, то, как он рушил чужие планы и разговаривал со всеми, будто делал великое одолжение, — откровенно триггерило.       «Что за невоспитанный мальчишка? — Тэхён нахмурился, подпирая подбородок кулаком. — К чему эта агрессия на пустом месте? Кто вообще так ведёт себя с людьми, от которых зависит его будущее? Абсолютно нереалистичный персонаж».       Он сделал ещё глоток воды, прокрутил скролл ниже, и внутри противно заскребло. Его взгляд зацепился за фрейм, с которого на него в упор смотрел Сану. Этот колючий прищур до зуда внутри напомнил оленёнка. Нет, не напомнил! С экрана на него смотрел Чон Чонгук. И дело было вовсе не в визуальном сходстве… Тут всё сложилось. Сану был точно такой же, как Чонгук — дикий, взвинченный, прячущий за глухой оборонительной позицией свою уязвимость. — Нет… Нет, нет, нет…       Тэхён замер на секунду, потом несколько раз моргнул, пытаясь развеять это наваждение, и раздражённо, с силой провёл пальцами по тачпаду, листая ленту вебтуна дальше.       В кадр вошёл Джеён. Безупречный, чертовски красивый студент-дизайнер старших курсов. Перфекционист с выверенным до мелочей стилем, у которого всегда всё было под контролем. Ровно до тех пор, пока он не столкнулся с этим парнем в кепке. — Как это вообще возможно?! — Тэхёна начинало откровенно бомбить.       Он читал, как Джеён вместо того чтобы заниматься своей учёбой и планами продолжить её за границей, начал устраивать Сану пакости, преследовать его, крутиться вокруг и придумывать идиотские предлоги, чтобы просто лишний раз побыть с ним вдвоём. — Идиот, — произнёс Тэхён в пустой тишине кабинета, качая головой. — Тебе уже двадцать, ты умный, взрослый парень. На кону твоё будущее. А ты тратишь время на то, чтобы караулить его и беситься из-за того, что этот малец тебя игнорирует? Это же чистая клиника. У тебя напрочь отсутствует логика, Джеён.       Тэхён занёс руку над крышкой ноутбука, собираясь закрыть эту глупость, но его пальцы застыли в воздухе. Его словно обухом по голове ударили. — …       В горле мгновенно пересохло. Сердце забилось сильнее от оглушительного осознания… Он критиковал сейчас не нарисованного студента. Он критиковал самого себя.       Себя! Тридцатилетнего взрослого мужчину, пиар-директора международной компании, управляющего многомиллионными контрактами и глобальными стратегиями. Того, кто последние дни вёл себя в точности, как этот одержимый мальчишка из комикса.       Это он ночами не спал, гипнотизируя взглядом свет в окне на втором этаже резиденции Пак. Это он ждал встреч, отсчитывая минуты. Это он сегодня утром чуть не раздавил в кулаке дорогую фарфоровую чашку, сходя с ума от ревности. Это его лихорадило от мысли, что Чонгук не так прочитал вынужденную холодность за завтраком и поэтому больше не позволит…       Не позволит чего?       Смотреть на него? Прикасаться? Целовать, цепляясь зубами за это чёртово металлическое кольцо в губе? Вбиваться в его податливое тело, сходя с ума от дикой, злой страсти своего оленёнка?       Да, его! Чонгук был его!       Логическая ошибка Джеёна: он ломал свою идеальную жизнь просто потому, что не мог совладать с телом и разумом. Потому что по уши влюбился в того, в кого влюбляться ему было категорически нельзя.       Логическая ошибка Тэхёна… Он неожиданно для себя за каких-то пять дней намертво увяз в двадцатилетнем пацане.       Но разве подобное вообще возможно? Разве его чувства бывают такими? Тэхён сомневался.       Тогда, в Нью-Йорке, с Уиллом… Сколько он присматривался, думал… Месяц? Два? Они сближались медленно, можно даже сказать — робко. Узнавали друг друга, разговаривали… Секс тоже был особенным, «на ощупь», как говорил Уилл. Два года тихих, спокойных отношений. Любви, которая не мешала карьере, к человеку, чётко знавшему, что такое личные границы.       И Тэхёна целиком устраивал этот предсказуемый расклад. Даже когда они расстались, всё прошло именно так — спокойно.       Что же пошло не так сейчас? Почему он потерял контроль? Ведь он честно пытался держать профессиональную дистанцию. Пытался быть строгим. Пытался игнорировать…       Взгляд Тэхёна снова вернулся к фрейму, с которого его в упор сверлил взглядом Сану-Чонгук.       Тэхён почувствовал подавляющий его прилив эмоций. Что это было за чувство, буквально душащее изнутри? Голодное, дикое, но в то же время удивительно тёплое. Чувство, которое он никогда не испытывал с Уиллом. Да и вообще, с кем-либо в этой жизни… Что это? Любовь?       Он закрыл глаза. Мысли лихорадочно метались, а тело внезапно ослабло от смеси дикой усталости и жгучего желания. Всё, чего он хотел прямо сейчас — оказаться в гостевом домике, открыть дверь, схватить Чонгука за руку, потащить в кровать, а затем… никогда не отпускать. Брать его снова и снова, ловить на приоткрытых губах рваное «директор Ким» и сладкое, нетерпеливое «ещё». А потом проспать целый день, крепко прижимая его к себе, впитывая кожей запах… — Чёрт… — хрипло выдохнул он, закрывая лицо ладонью, и неловко, обречённо засмеялся. Пальцы с силой вцепились в волосы, нещадно ломая идеальную причёску. — Я — Джеён…       Да… Нарисованный красавчик и он, Ким Тэхён, были слишком похожи. Действия, сломы, чувства… Только вот у нарисованного Джеёна в его уютном подростковом мире не было Пак Минсу с её ультиматумом: «Либо вы мой — либо вы никто». У Джеёна на кону стоял всего лишь дурацкий учебный проект. У Тэхёна — международная репутация, которая по одному щелчку холёных пальцев госпожи президента могла превратиться в ничто.       Тэхён с силой захлопнул крышку ноутбука, погружая кабинет в глубокий полумрак. — Да… — он медленно подошёл к панорамному окну, глядя сверху вниз на бурлящий, залитый вечерними огнями Сеул. — И что нам с этим делать, директор Ким? М?       Мозг, который всю жизнь работал бесперебойно, как швейцарские часы, сейчас упрямо выдавал только одну, абсолютно нелогичную идею — напиться. Сопротивляться Тэхён не стал и согласно кивнул сам себе. Достал из кармана телефон, быстро набрал знакомый номер. — Хён, ты занят?       В трубке на секунду повисла глухая тишина, после чего прозвучало уверенное: «Свободен». — Встретимся в нашем баре. Через час.       Тэхён сбросил вызов и крепко сжал смартфон в ладони. Неделя, данная ему Минсу на ответ, стремительно подходила к концу. Таймер заведённого механизма тикал всё громче, а он стоял рядом и смотрел на провода.«Красный или синий?» — нельзя перепутать. Ему было необходимо время… Время, чтобы окончательно всё взвесить и перепроверить.       Нельзя позволить себе совершить ещё одну логическую ошибку.

***

      Ужин без Тэхёна оказался неожиданно тихим.       Госпожа Пак сидела во главе стола. Чёрное узкое платье, нить жемчуга… как всегда безупречна. Чимин, казалось, изо всех сил старался быть незаметным: лишь изредка предлагал Чонгуку что-то из блюд и снова замолкал. Чонгук послушно соглашался, подставляя тарелку — правда, сам совершенно не понимая зачем… Вкуса еды он не чувствовал, но усердно продолжал двигать палочками. «Всё это из-за пустого кресла напротив». — Директор Ким сегодня задержится, — заметив его взгляд, ровным тоном произнесла Минсу. — Деловая встреча.       Она окинула парней мимолётным взором и аккуратно промокнула губы белоснежной салфеткой. — Так что занятий у вас, господин Чон, сегодня нет. Сегодня у вас свободный вечер, и вы вольны делать всё, что хотите. Кстати, Чимини, может, ты покажешь своему парню наш кинозал? Он наверняка оценит твою коллекцию BL. — Хорошая идея, — тихо отозвался Чимин, не поднимая головы. — Спасибо, мама. — Ох. А помнишь, ты как-то показывал мне фильм… как же его… — она несколько раз щёлкнула пальцами, пытаясь вспомнить название. — Про плантацию дурианов… — «Терновый рай». — Да. Точно… «Терновый рай». Довольно примечательная картина. Вам стоит уделить ей внимание, Чонгук. — Я с удовольствием посмотрю её, — Чонгук коротко кивнул и снова опустил взгляд в тарелку.       После ужина они спустились на цокольный этаж, в просторную тёмную комнату, где во всю стену тянулся матовый экран, а перед ним в два ряда стояли глубокие, объёмные кресла. — На них, при желании, спать можно, — Чимин завалился в одно из них, закидывая ноги на пуфик рядом. — Если хочешь, можем включить что-то из DC или Marvel. — Не нужно… — Чонгук сел прямо на широкий подлокотник соседнего кресла и уставился на белое полотно экрана. — Запускай свой BL. Я готов.       Однако вся его решительность разобраться в сюжете растаяла в первые же минуты. Кадры один за другим сменялись на экране, а мысли упрямо блуждали где-то у тёмных окон дома для гостей. «Интересно. Где сейчас директор Ким? С кем он?» — Чонгук в очередной раз нервно поёрзал на широком подлокотнике. — Так! — Чимин резко нажал на паузу, останавливая фильм, и повернулся к другу. — Ты либо сядь нормально, либо иди к нему. — Ты о чём? — Ой, не делай вид, что не понимаешь. У тебя же всё на лице написано! Прям неоновая вывеска: «Хочу, чтобы директор Ким вызвал меня на ковёр». — Чимин посмотрел на экран телефона. — Десять пятнадцать. Мать уже точно спит, у охраны на территории как раз пересменка. Тебя никто не заметит. Так что иди! — Идти, значит? А кто сегодня утром говорил, чтобы я ждал от него первого шага? — И что? — Чимин всплеснул руками. — Ты же хочешь его увидеть! Вон, места себе не находишь! Весь плед под собой в узел смял! — Я не уверен, что… — Не уверен?! — Чимин запнулся и закусил губу. — Да я бы сейчас всё отдал, чтобы сбежать к тому, кого хочу видеть! Но я не могу. А ты — можешь. Так что забей на всё. Нет во всей этой гордости никакого смысла.       Чонгук хотел бы побежать к домику в саду, хотел бы увидеть Тэхёна. Он даже встал, но, посмотрев на Чимина, сел обратно. Всегда яркий, громкий, Чимин показался ему сейчас неестественно маленьким в этом огромном кожаном кресле. Он был похож на экзотическую редкую птичку, которую заперли в клетке. И кто? Собственная мать. Чонгук сглотнул и подвинулся ближе к другу. — Чимини. — Всё в порядке. Иди.       Он забрался с ногами в кресло и укутался в плед до самого подбородка. Чонгук заметил, как влажно заблестели глаза Чимина в блёклых отблесках света от экрана. И тут же подался вперёд, крепко обнял друга за плечи и поцеловал в макушку. Чимин шмыгнул носом и спрятал лицо у него на груди. — Ты что, плачешь?.. Гадство! Знаешь что… Чёрт с ними со всеми. Давай досмотрим эту драму, потом совершим налёт на кухню и завалимся спать. М? — Нет. Иди. Правда. В этом доме единственный, кто может делать то, что хочет, — это ты, Гуки. А я… я поработаю сегодня твоим прикрытием. Досмотрю фильм. Наслежу за двоих на кухне… и буду ждать тебя в твоей комнате. Всё! — Он нежно толкнул Чонгука в плечо.       Чонгуку вдруг стало чертовски совестно за свой эгоизм, за дурацкие загоны, за «гей-панику»… за желание быть рядом не с другом а с Ким Тэхёном. Его лучший друг прямо на глазах тихо ломался изнутри, а он… — Ты уверен? — Да, — Чимин снова шмыгнул носом, но тут же ярко улыбнулся. — Беги к своему директору и хорошенько его там… Попробуй римминг. Думаю, тебе понравится. — он дернул бровями и подмигнул. — Придурок… — Зато лучший в мире придурок, — Чимин удобнее устроился на кресле и щелкнул на «плей». — О! Выходить лучше через гараж. Там сегодня дежурит Юнсин. Он всегда спит как убитый. — Спасибо, Чимин. — Ва… ли… И не мешай мне наслаждаться моим Джеффом.

***

      В гостевом домике было темно. Чонгук постучал один раз — никто не открыл. Коротко толкнул дверь. Ничего. Тогда он осторожно нажал на ручку. Дверь бесшумно поддалась, и он вошёл внутрь. — Директор Ким?       В комнате тускло горела всего одна лампа. На столике стояла початая бутылка виски. Пиджак был небрежно брошен прямо на пол, галстук свисал с подлокотника дивана. Там же валялась рубашка.       Сам же Ким Тэхён сидел в кресле у самого окна. С закрытыми глазами и со стаканом в руке.       Чонгук подошёл ближе. — Директор Ким?       Тэхён медленно приоткрыл глаза. Посмотрел на него, сильно прищурившись. — Оленёнок? — произнёс он совсем тихо. — Ты пришёл. А я караулил… ик… твоё окно. Света не было… Я думал, ты у Чимина. Почему ты бросил своего псевдо-парня? Из-за меня? — Вы пьяны. — Не-е-ет… Немного, — Тэхён заторможенно опустил взгляд на стакан. — Я совещался… — С бутылкой виски? — С Намджуном-хёном и бутылкой виски, — вздохнув уточнил Тэхён и отчего-то рассмеялся. — Вы как старик! — …что? — Старик! Вы всегда шутите странно… — А ты — Бемби. Стоишь смотришь своими большими глазками и боишься сделать шаг.       Чонгук даже не улыбнулся. Окинув взглядом растрёпанные волосы Тэхёна, его небрежную позу и неряшливо подвёрнутые до колен брюки, он тяжёло вздохнул. — Вставайте. — Зачем? — Вам нужен душ.       Тэхён хмыкнул и прищурился. — Это приказ? — Это забота, — Чонгук забрал у него стакан.       Тэхён встал не сразу. Он с минуту смотрел на Чонгука, потом, бормоча что-то себе под нос, медленно поднялся. Чонгук протянул было руку, чтобы помочь, но, увидев, что в вертикальном положении Тэхён выглядит вполне устойчиво, опустил её и отвернулся. — Идёмте.       В ванной Чонгук включил воду. Подождал, пока она нагреется, и обернулся к мужчине. Тот стоял у раковины, смотрел на своё помятое отражение и, по всей видимости, завис. — Вам помочь раздеться? — Я справлюсь сам, — тихо ответил он и принялся расстёгивать ремень.       Чонгук почувствовал, как уши мгновенно потеплели. Он мысленно приказал себе не краснеть, отвернулся, открутил кран чуть сильнее. — Ты… пойдёшь со мной? — Хотите сказать, что теперь моя очередь вас мыть? — Нет. Просто спрашиваю… хочешь? Со мной?       Это было нечестно. Зачем спрашивать так… ранимо? И как после такого отказать? Чонгук, закусив пирсинг, на мгновение замялся, а затем едва заметно кивнул.       Одним движением стянув с себя толстовку, он быстро сбросил оставшуюся одежду и бельё, оставаясь совершенно обнажённым.       Свет в ванной казался слишком ярким, отчего Чонгуку на секунду захотелось прикрыться. — Посмотри на меня, — раздался шёпот за спиной.       Горячий, с легким запахом алкоголя, он пьянил, выгоняя из мыслей последние сомнения. Чонгук судорожно сглотнул и обернулся.       Тэхён стоял слишком близко — без рубашки, без пиджака, без всего, что обычно делало его безупречным директором Кимом. Просто обнажённый мужчина. С глазами, полными усталости и обжигающего тепла. — Зачем же ты пришёл?.. — Не заметно, что вы против…       Тэхён резко притянул Чонгука к себе и шагнул вместе с ним в душевую кабинку.       Горячие струи мягко били в плечи, и Чонгук почувствовал, как наконец расслабляется каждая мышца, которую он держал в напряжении весь сегодняшний день.       Высвободившись из рук Тэхёна, Чонгук потянулся за флаконом с гелем. Выдавил немного на ладонь и уверенно принялся намыливать Тэхёна.       Плечи, лопатки, шея… Чонгук двигался медленно, осторожно, без спешки. Только его руки. Только горячая вода. Только этот сильный мужчина, который сейчас послушно стоял и позволял о себе заботиться. — Я вообще-то не пью…       Руки Чонгука на секунду замерли на чужой спине. — Просто был зол… — Я заметил, — Чонгук не отрывал взгляда от лопаток Тэхёна. — Из-за меня? — Что? Нет, — поспешно произнёс Тэхён.       Чонгук медленно обошёл его, скользя мыльными ладонями по подтянутой коже, и встал прямо перед ним. Очень близко. Вода крупными каплями стекала по лицу Тэхёна, его волосы полностью намокли и рваными прядями упали на лоб. Без привычной безупречной укладки он сейчас выглядел намного моложе. Проще. Беззащитнее. — На себя? — тихо спросил Чонгук, заглядывая в его глаза.       Тэхён кивнул. — Я… я никогда не ревновал, оленёнок, — он медленно поднял руку и аккуратно убрал намокшую челку со лба Чонгука. — А ты… Ты так легко коснулся его… Не боялся. Не сомневался. Со мной не так… — Разве? — Чонгук подался вперёд, медленно проведя ладонями вниз по мокрой спине Тэхёна. — Вы чувствуете, что я боюсь, директор Ким?       Чонгук прижался всем телом, открыто наслаждаясь тем, как ощущались под пальцами скользкие от пены изгибы чужого тела. Это было так приятно, что остановиться было выше его сил. — Чонгук… Ты… зачем? — казалось, Тэхён окончательно терял способность дышать. — Остановись сейчас, или я не смогу держать себя в руках. — Не держите.       Шшш… шш… шш…       Тэхён замер. Его взгляд впился в глаза Чонгука. Тяжелое дыхание и мерный шёпот душа смешались воедино. — Я… хочу любить тебя, Чонгук. — Тогда заткнитесь и любите… — Чонгук потянулся вверх и отчаянно поцеловал его.       Тэхён застонал сквозь зубы, вплёл свой язык в приоткрытые губы Чонгука и тесно прижался к нему, рвано двинув бёдрами так, словно уже был внутри. Чонгук судорожно всхлипнул в поцелуй, чувствуя, как между их животами твердеет чужое возбуждение. — Директор Ким, только… — он попытался отстраниться. — Молчи… — Тэхён оборвал его, мягко прижимая к влажной стене душевой. — Ты разрешил. Теперь молчи.       Они целовались долго, глубоко, жадно. Вода шумела, заглушая тихие стоны. За матовым стеклом кабины плотными клубами расплывался белый пар, а в голове Чонгука один за другим взрывались снопы искр.       Рука Тэхёна скользнула вниз по мокрой спине, пальцы собственнически сжали ягодицы и тут же отпустили. Чонгук застонал, требовательно подаваясь навстречу чужим ладоням. Тэхён отреагировал мгновенно: его мыльные пальцы скользнули между ягодицами и уверенно принялись ласкать, расслабляя и проникая внутрь. Заставляя Чонгука крупно дрожать. — Дир…ректор…       Воздуха. Чонгуку катастрофически не хватало воздуха от такой интенсивности. Он не успевал опомниться от одного прикосновения, как Тэхён уже нежно прикусывал его шею, плечи и ключицы, спускаясь губами всё ниже и ниже.       Когда Тэхён горячим языком очертил сосок, Чонгук рвано выдохнул. В голове туманным эхом зачем-то всплыли слова Чимина: «Иногда достаточно лишь этого, чтобы кончить». И сейчас Чонгук понимал это как никогда остро. Тэхён втягивал чувствительную плоть в рот, дразнил языком, слегка прикусывал. Чонгук неловко выгибался в его руках, умирая от удовольствия и подставляясь снова и снова. — Такой отзывчивый… — низко усмехнулся Тэхён, отстраняясь от его груди.       Чонгук смог ответить лишь стоном. Он окончательно терял связь с реальностью. Тэхён был везде: его губы и мокрые ладони обжигали грудь, торс, живот, пах… Вот его лицо оказалось совсем рядом с пульсирующим возбуждением. Чонгук зажмурился, ожидая, но Тэхён резко остановился. Он лишь лениво провёл пальцами по внутренней стороне бедра, намеренно избегая самого главного. Чонгук, умоляюще подался бёдрами вперёд. — Нетерпеливый… — Что?..       Тэхён не ответил. Потоки теплой воды шумно стекали по его плечам и спине, но он, казалось, совсем не замечал этого. Его мокрые пальцы бережно обхватили ствол, а язык коснулся головки. Он влажно прошёлся по уздечке. Ещё и ещё… Слизывая капли воды, он скользил по горячей плоти, обводя кончиком языка налитые вены.       Чонгук тяжело оперся ладонями о стену, из горла вырвался низкий, хриплый стон, а бедра непроизвольно двинулись навстречу чужим губам. Тэхён уловил это мимолетное движение и замер, глядя на него снизу вверх сквозь пелену водяного пара. Чонгук, не в силах выдержать эту пытку прерванной близостью, требовательно дернулся вперёд. — Пожалуйста… — прохрипел он. — Не останавливайтесь…       Тэхён хищно улыбнулся, сжал пульсирующую плоть у самого основания и плотно, до самого предела погрузил в свой горячий рот. — Блять… — Чонгук резко наклонился вперёд, словно от удара в живот, и хрипло, надрывно застонал.       Первое же движение губ начисто лишило его рассудка, газа непроизвольно закрылись, а пальцы с ещё большей силой впились в гранитную плитку.       Губы Тэхёна двигались пугающе уверенно: сжимали, отпускали, дразнили… И с каждым движением Чонгуку до безумия хотелось большего. И он отпустил себя. Пальцы сами собой запутались во влажных волосах на затылке Тэхёна, он натянул их фиксируя его голову и начал сам с силой подаваться бёдрами вперёд. Он наслаждался скольжением внутри чужого рта, его гладкими стенками, шершавостью языка и хриплым стоном, что рождался каждый раз когда головка упералась в горло. Он ловил сумасшедший кайф от пальцев Тэхёна, которые продолжали ласкать его внутри, раз за разом касаясь простаты.       Он хотел, чтобы это продолжалось вечно...       Но в какой-то момент всё вокруг перестало существовать. Остались только бьющие сверху горячие струи, чужие губы, сводящие с ума прикосновения и сбитое дыхание. А в следующий миг дикое, невыносимо сладкое напряжение намертво сковало тело. — М-нх… Т… Тэхён…       Чонгук кончил.       На мгновение всё перед глазами поплыло, пространство душевой накренилось, и ему показалось, что он сейчас просто рухнет на кафель. Но крепкие руки вовремя ухватили его за плечи, удерживая на ногах. Теряя силы, Чонгук уткнулся лбом в мокрое плечо Тэхёна тихо, прерывисто повторяя его имя.       Они долго стояли под стеной воды и молчали, восстанавливая дыхание. Чонгук отчётливо слышал, как в чужой груди загнанно бьётся сердце, чувствовал надёжные ладони у себя на спине и крепкое, давящее в бедро чужое возбуждение. — Вода уже остыла, — негромко сказал Чонгук наконец.       Тэхён тихо, низко засмеялся, и Чонгук ответил на его смех слабой, немного усталой улыбкой. — Останься, — Тэхён плавно потянул его за подбородок вверх, заставляя заглянуть в глаза. Он ласково коснулся губами мокрой, распаренной щеки. — Сегодня.       Чонгук промолчал. Возвращаться в главный дом ему и правда не хотелось. Внутри зрело отчаянное желание напрочь наплевать на все правила, приличия и остаться здесь, с Тэхёном. Но… — Я не могу… Чимин… он ждёт меня.       Тэхён удивлённо приподнял бровь, в его взгляде промелькнула тень холода. — Вы только не подумайте ничего такого, мы просто… — тут же затараторил Чонгук, теряясь под этим взглядом. — Я бы правда хотел… я хочу. — Жаль, что ты не можешь делать то, что хочешь… — негромко, с едва уловимой горечью отозвался Тэхён.       Чонгук посмотрел в потемневшие глаза напротив и опустил голову. В ушах вновь зазвучал голос Чимина: «В этом доме единственный, кто может делать то, что хочет, — это ты, Гуки». «Да! Могу!» — мысленно огрызнулся он. «Могу!»       Горячий зуд желания, который, казалось бы, совсем недавно полностью схлынул, с новой, безумной силой проснулся где-то глубоко внизу живота. Чонгук почувствовал, как Тэхён крепче сжал пальцы на его запястье, словно отсчитывал последние секунды до его ухода. — Вы не правы. Я могу. И я хочу. — Чего же? — Тэхён опасно сузил глаза. — Чтобы сегодня вы любили меня, директор Ким, — Чонгук сделал шаг вперед и решительно вытолкнул Тэхёна из душевой кабины. — Мой оленёнок… — глухо рыкнул Тэхён, перехватил Чонгука за талию и, не заботясь о стекающей с них воде, потянул за собой в спальню.