Спор, который вышел боком

Лес Птицеловного холма гудел от летней духоты. Вэй Ин, завязав глаза чёрной повязкой, сбил очередную мухоловку — четырнадцатую за час. Спор с Цзинь Цзысюанем был выигран ещё на старте, но Вэй Усянь продолжал охоту просто потому, что ему нравилось чувствовать ветер и острые ощущения без помощи зрения. Устав, он легко запрыгнул на толстую ветку древнего дерева, раскинув руки и откинув голову на ствол. Ноги болтались в воздухе. Тишина. Он почти задремал. А затем чьи-то губы накрыли его рот. Вэй Ин замер. Тёплые, настойчивые, чуть шершавые, особенно на кончиках пальцев. «Ого, смелая девушка!» — пронеслось в голове. Он даже не испугался — скорее заинтриговался. Он уже открыл рот, чтобы пошутить про навязчивость, но язык собеседника скользнул внутрь, и шутка вылетела из головы. «Девушка» целовала так, словно ждала этого тринадцать жизней. Глубоко, жадно, с лёгким прикусом нижней губы. Вэй Ин вдруг понял, что у него кружится голова. Это не был трюк повязки. Это был первый в его жизни поцелуй, от которого ныли колени и почему-то горела грудь. Он попытался поднять руку к повязке, чтобы увидеть нахалку, но его запястье перехватили и прижали к шершавому стволу. Сильно, почти больно. А затем вторая рука обхватила его за поясницу, прижимая к твёрдому телу от которого пахло приятно. Поцелуй стал глубже — язык незнакомки двигался неторопливо, но так, что у Вэй Ина перехватило дыхание. — Ммф... — выдавил он в губы. Ветка треснула. Они рухнули вниз, перекатившись в мягкий мох. Вэй Ин оказался сверху, всё ещё в повязке, и тут же прикоснулся к ней пальцами, но его снова перехватили. «Девушка» легко перекатилась, нависнув сверху. Вэй Ин охнул. — Девушка, вы сильны... — хрипло усмехнулся он. — Но я обычно сверху. Вместо ответа его губы снова накрыли поцелуем, а рука «девушки» скользнула под пояс ханьфу. И тогда Вэй Ин почувствовал чужую эрекцию через тонкую ткань. — Чего?! — выдохнул он в губы. — У девушек... откуда...? «Девушка» молчала. Её пальцы уже расстёгивали штаны Вэй Ина. Тот дёрнулся, попытался оттолкнуть коленом, но его поймали за бедро и развели ноги в стороны. — Стой! Я не... я с мужчинами никогда... — Вэй Ин завозился, но повязка мешала, а сильные руки «девушки» были как капкан. — Послушай, красавица... Ладно. «Красавица» не слушала. Один палец, смазанный слюной, вошёл в него. Вэй Ин выгнулся, вцепившись ногтями в мох. Потом два. Растягивающие, методичные движения, от которых внутри разгорался чужой, невозможный жар. «Девушка» одновременно ласкала его сосок — через ткань, прикусывая, оставляя засосы на шее и ключицах. Вэй Ин то стонал, то ругался сквозь зубы. Его член был твёрдым, чего он никак не ожидал от того, кому сейчас растягивают анус. — Ты... ты ненормальная... — прошипел он, когда третий палец заставил его выгнуться дугой. «Девушка» наконец заговорила — шёпотом у самого уха. Голос низкий, хриплый, определённо мужской, но Вэй Ин в своём шоке решил, что это просто очень низкий женский голос. — Терпи. Член вошёл медленно. Вэй Ин замер, чувствуя, как его наполняет толстый горячий ствол, и зарыдал от смеси боли и неожиданного удовольствия. Тогда «девушка» сняла с себя налобную ленту и аккуратно, но крепко связала его запястья над головой. — Теперь не снимешь, — тихо сказала она и начала двигаться. «Девушка» двигалась ровно, глубоко. Вэй Ин потерял счёт времени. Каждый толчок отдавался в позвоночнике. Он кусал губы, но стоны вырывались с каждым входом. Затем «девушка» остановилась. Выпрямилась. Вэй Ин услышал шорох ткани. — Что ты делаешь? — спросил он, дёргая связанными руками. Вместо ответа послышался звук падающей одежды. А затем тело, полностью голое, горячее, прижалось к нему. Кожа к коже. «Девушка» начала расстёгивать пояс Вэй Ина. Стянула верхнее кимоно с его плеч. Затем нижнее. Вэй Ин остался голым — бледная грудь, узкие бёдра, твёрдый член, стоящий колом. Он не видел этого, но чувствовал, как чужая ладонь провела по его груди, животу, ниже, сжала член у основания. — Уже твёрдый, — констатировал низкий голос. — Ты меня только что трахнула, — прошептал Вэй Ин, — конечно, я твёрдый. И откуда у тебя чле-? «Девушка» накрыла его рот поцелуем. Одновременно её пальцы скользнули между ягодиц, нащупывая влажное, раскрытое отверстие. Всё ещё скользко от первого раза. — Легко войдёт, — пробормотали в его губы. Член вошёл одним плавным движением. Без пальцев, без подготовки — только скользкий член, входящий до конца. Вэй Ин выгнулся, застонав прямо в рот «девушке». Внутри всё горело, но не больно — пугающе приятно. «Девушка» начала двигаться. Медленно. Каждый толчок заставлял член Вэй Ина дёргаться и биться о чужой живот. Влажные звуки смешивались с цикадами. Затем губы опустились на его сосок. Укусили. Вэй Ин вскрикнул. Его тут же лизнули, оставили красный засос, перешли к другому соску. Куснули, засосали, одновременно трахая глубоко и ровно. — Ещё... — прошептал Вэй Ин, не веря сам себе. — Ещё, девушка... «Девушка» ускорилась. «Девушка» вышла и подтянула его ноги к себе на плечи. В такой позе он чувствовал, как открывается вход — влажный, покрасневший, сжимающийся от воздуха. А затем что-то тёплое и влажное коснулось его ануса. Язык. Вэй Ин закричал. Чужой язык скользнул внутрь, обводя края, проникая глубоко, возвращаясь к головке его члена и обратно. «Девушка» лизала его так, словно это был рот — неторопливо, смакуя. Вэй Ин извивался в траве, но связанные руки мешали оттолкнуть её. — Ты... ты... — он не мог говорить, только всхлипывать. Язык исчез. А затем член вошёл снова — легко, сразу до основания. И «девушка» начала трахать его, прижимая ноги Вэй Ина к его груди. В таком положении каждый толчок был глубже, чем раньше. Вэй Ин кончил на свой живот, не дотрагиваясь. Брызнуло на грудь, на ключицу, на подбородок. «Девушка» наклонилась и слизала каплю с его губ. Она взяла его второй раз, затем третий, не выходя, просто замедляясь и снова ускоряясь. Внутри Вэй Ина было мокро, горячо, и от каждого толчка раздавался неприличный влажный звук. И вдруг — голоса. За деревьями. «Девушка» замерла. Вэй Ин тоже услышал шаги и смех. Его подхватили на руки и прижали спиной к стволу того самого дерева. В такой позе его ноги обхватили чужую талию, а член вошёл полностью. — Не шуми, — прошептали ему в ухо. Вэй Ин закусил губу. За деревьями вышли двое заклинателей из Цзинь. — Я всего четырёх поймал, — сказал один. — А я трёх, — вздохнул второй. — А где этот Вэй Усянь? «Девушка» начала двигаться. Медленно, но глубоко. Каждый толчок заставлял Вэй Ина вжиматься в кору, и она царапала спину, но он не мог издать ни звука — он сам зажал себе рот связанными руками. — Может, он вообще не охотится? — усмехнулся первый. — Болтается где-нибудь. Второй засмеялся. Голоса удалялись. «Девушка» ускорилась. Толчки стали жёстче, дерево ходило ходуном. Вэй Ин не выдержал — застонал, громко, и ему закрыли рот ладонью. Вторая рука держала под зад, помогая двигаться вверх-вниз. Вэй Ин скрутил пальцы — и каким-то чудом сумел сдвинуть повязку на лоб. Он увидел Лань Чжаня. Лань Ванцзи, второй нефрит Гусу, был перевозбуждён до дрожи: покрасневшие уши, растрёпанные волосы, безумный блеск в глазах. На шее — пот. Губы припухшие. Весь голый. Как не позволительно, был бы здесь дядя Лань, то наказал бы Лань Чжаня, если его сердце перед этим выдержало, Вэй Ин это представил и воздержался от смеха. Рядом на земле валялись их кимоно — оба полностью раздетые. Вэй Ин уставился на него. Расширенными глазами. Открытым ртом. — Л-лань... Ч-чжа...? — выдохнул он. Он сжался от шока — и кончил, прямо глядя в эти безумные золотые глаза. Лань Чжань зарычал от неожиданности и кончил следом, внутрь, горячо, толчками. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. Тяжело дышали. — Ты, — сказал Вэй Ин осипшим голосом, — ты Лань Чжань? Целомудренный нефрит, который никогда... который... Лань Чжань заткнул ему рот поцелуем. Грубым, страстным, с языком. Они снова занимались сексом, но уже на земле. Лань Чжань перевернул Вэй Ина на живот, приподнял бёдра. В такой позе анус был полностью открыт — красный, раскрытый, из него медленно вытекало. Лань Чжань смотрел на это несколько секунд. — Ты... прекрасен, — сказал он тихо и вошёл снова. Вэй Ин вцепился в мох, зарыдал. Лань Чжань трахал его глубоко, не спеша, но с силой. Каждый толчок заканчивался ударом бёдер о ягодицы. Влажные шлепки разносились по лесу. Лань Чжань наклонился, кусал лопатки, оставлял засосы на пояснице, на ягодицах. Засасывал кожу так, что оставались тёмные следы. — Ты мой, — прошептал он. — Теперь ты знаешь. Ты мой. Вэй Ин пытался ответить, но вместо слов получались только стоны. Лань Чжань кончил в него, замерев глубоко внутри. Лань Чжань опустился на спину. Вэй Ин всё ещё был со связанными руками, но налобная лента болталась свободно. Лань Чжань развязал её — запястья Вэй Ина покрывали красные следы. Лань Чжань поцеловал каждый, медленно, водя губами по ссадинам. — Теперь сам, — сказал он. Вэй Ин сел на него сверху, лицом к лицу. Медленно опустился на член, контролируя движение. Смотрел в глаза. — Теперь я сверху, — сказал он. Лань Чжань не спорил. Вэй Ин начал двигаться — сначала медленно, потом быстрее. Его член тёрся о живот Лань Чжаня, влажные волосы прилипали к животу. Он положил ладони на грудь Лань Чжаня. — Тебе нравится, когда я сверху? — прошептал Вэй Ин, ускоряясь. — Да, — выдохнул Лань Чжань. — Да. Вэй Ин кончил на грудь Лань Чжаню. Лань Чжань кончил внутрь. Тепло растеклось по внутренностям, и Вэй Ин упал на него, мокрый, дрожащий. — Ты мой, — прошептал Лань Чжань ему в макушку. — И ты мой, — ответил Вэй Ин. Они не останавливались. Лань Чжань перекатил его на бок, сам лёг сзади, приподнял ногу Вэй Ина и вошёл снова. В такой позе член входил под другим углом, глубже, чем раньше. Вэй Ин выгнулся, вцепился в траву. — Ещё... — прошептал он. — Ещё. Лань Чжань обхватил его член рукой, массируя в такт толчкам. Внутри Вэй Ина всё горело, сжималось, требовало. Лань Чжань ускорился, зарычал, кончил в него — в который раз? Вэй Ин потерял счёт. Он кончил в руку Лань Чжаня, выгибаясь и крича в мох. Луна поднялась высоко. Они лежали в траве, голые, мокрые, покрытые засосами и следами пальцев. Лань Чжань гладил спину Вэй Ина. — Ещё, — прошептал Вэй Ин. — Устал? — спросил Лань Чжань. — Неважно. Лань Чжань улыбнулся — впервые за весь вечер. Медленно, нежно вошёл в него. Без спешки, без силы. Просто двигался внутри, чувствуя каждый миллиметр. Вэй Ин обхватил его руками, прижался всем телом, зарылся лицом в шею. — Ты дурак, — прошептал он. — Мог просто сказать, что это ты. А не прикидываться девушкой. — Я не прикидывался, — ответил Лань Чжань. — Ты сам решил, что я девушка. — Потому что у меня была повязка! — Вот именно. Лань Чжань поцеловал его в висок. Кончил глубоко, медленно, почти нежно. Вэй Ин кончил следом, беззвучно, только дрожа. Они замерли так на несколько минут. Вэй Ин натянул кимоно кое-как, перепутав полы. Лань Чжань оделся идеально за три секунды — как будто ничего не случилось. На шее Вэй Ина алели засосы, которые невозможно было спрятать. Он собрал сорок три мухоловки, разбросанные по поляне, и вернулся в лагерь, широко расставляя ноги и слегка прихрамывая. — Вэй Ин, ты где пропадал? — спросил Цзян Чэн, подозрительно косясь на Лань Чжаня. — Охотился, — хрипло ответил Вэй Ин и бросил на стол кучу мухоловок — больше, чем у всех остальных вместе взятых. — Я выиграл. — Какой выиграл?! Ты пропал надолго! Мы тебя искали! Думали, что ты попал в беду! — Цзян Чэн снова завёл свою шарманку. Не смотря на его скверный характер, он бы любящим братом. Вэй Ин сел у костра, стараясь не морщиться. Лань Чжань сел напротив, такой же невозмутимый, как всегда. Их взгляды встретились. Вэй Ин улыбнулся, прикусил губу и медленно развязал ворот кимоно, демонстрируя следы на шее. Лань Чжань покраснел до корней волос, но не отвернулся. — Завтра, — одними губами прошептал Лань Чжань. — Завтра, — так же тихо ответил Вэй Ин, — я снова выиграю. И повязку не сниму. Посмотрим, что ты тогда придумаешь. Лань Чжань опустил глаза, но уголки его губ дрогнули в улыбке. Цзян Чэн переводил взгляд с одного на другого, ничего не понимая, но чувствуя, что произошло нечто, после чего их мир больше никогда не будет прежним.