Реконвалесцент

Драко вышел из камина в приёмном отделении Святого Мунго. Он протискивался через толпу больных волшебников и их родственников ко входу в отделение интенсивной терапии, когда услышал знакомый голос: — Драко! Клодин налетела на него с объятиями, чуть не сбив с ног. Её глаза были красными от недосыпа. — Мы с твоей мамой так волновались! Не спали всю ночь! Мне даже пришлось накапать ей это её зелье… Мы думали, ты уже в Азкабане! Отправил бы Патронуса… Драко автоматически похлопал Клодин по спине, чувствуя себя неловко. — Я… Если честно, все мысли спутались… Прости… Отправишь Патронуса маме, ладно? Я… На работу опоздал, мне надо бежать. Но Клодин не выпускала его из объятий. За её спиной прошла Гермиона — Драко поймал её взгляд, и она картинно закатила глаза. — Что произошло? Зачем тебя вызвали? — настойчиво спросила Клодин. Драко через силу выбрался из её объятий и нехотя ответил: — Это из‑за смерти Рона Уизли. Герой войны, друг Поттера. А тут я рядом оказался. Ну, ты понимаешь… Клодин задохнулась от возмущения: — Какая подлость! Как они могли подумать о тебе такое! — Ну, ничего страшного, ответил на пару вопросов — и всё… Слушай, мне правда надо бежать… — Драко попытался выдавить из себя вежливую улыбку, но она вышла натянутой. — Ладно… — Клодин выглядела потерянной, но он не остановился, чтобы утешить её. — Малфой? Вы же заболели? — Уилкинсон явно не ожидал увидеть его. Они уже закончили обход, и вместе с Альфи делали назначения в картах пациентов у поста медсестёр. — Я соврал, сэр, — выдохнул Драко. Брови Уилкинсона поползли вверх. — Ночью меня вызвали на допрос в Министерство. Из‑за этого я опоздал. Уилкинсон и Альфи отложили перья. Сестра Эванс, которая почитывала «Пророк» на посту, навострила уши и даже чуть наклонилась вперёд. — На допрос? — Да, сэр. По поводу обстоятельств смерти Рона Уизли. Уилкинсон непонимающе нахмурился, но Драко интересовал Альфи. Тот смотрел перед собой, его оттопыренные уши наливались краской. Драко это делал специально. Если он хотел «быстро, одним глазком» заглянуть в сознание Альфи и увидеть то, что ему нужно, Альфи должен был об этом думать. — А вы-то причём? Драко закатал левый рукав. — Дело в этом. На лице Уилкинсона мелькнул страх, сестра Эванс, казалось, сейчас упадёт со стула — так старательно она тянулась, чтобы взглянуть на руку Драко. Он не скрывал своего прошлого, но обычно и не рассказывал об этом каждому встречному. — Присутствие человека с таким прошлым в момент смерти героя войны, друга Гарри Поттера, неизбежно вызвало интерес. Я отношусь к этому спокойно. Ответил на пару вопросов под веритасерумом и Непреложным Обетом — и стало ясно, что я только лишь выполнял свою работу. Так же, как и вы. — Непреложный Обет? Дикость какая! — возмущённо воскликнул Уилкинсон. Альфи же выглядел так, будто его сейчас стошнит. — Ладно, э‑э‑э… Малфой, возьмите третью и четвёртую койки, нам с Бейлом и правда понадобится лишняя пара рук. Да, и зайдите оба к заведующей, она просила помощников зайти к ней. — Целительница Грейнджер уже вернулась на работу? — изобразил удивление Драко. — Не совсем, пришла поработать с документами… Думаю, ей одиноко одной в доме… Ну, неважно. Идите, я пока побуду в палате, а то потом у меня обед… Допрос… Целителя на допрос, ну надо же, подумать только… Хороши порядки… — продолжал бубнить себе под нос Уилкинсон. — Идём, — Драко взглянул на Альфи. Тот кивнул. До кабинета они шли в молчании. Драко постучал, дождался приглашения и открыл дверь, пропустив Альфи вперёд. Когда он зашёл, Гермиона незаметно и осторожно наложила на дверь запечатывающие чары и Оглохни. — Альфи, — тихо позвал Драко. Альфи поднял на него взгляд серо‑голубых глаз. Драко сосредоточился и мягко проник в сознание Альфи. Он стоял в палате интенсивной терапии. Драко увидел себя со спины, заходящего к одному из последних пациентов, у которого он был на обходе в тот день. Из отсека, где лежала женщина с исчезательной болезнью, раздался хлопок — одна из сестёр бросилась туда. — Марта, мне нужна помощь! — послышался её голос, и вторая сестра поспешила к ней. Альфи стоял у входа в отсек Рона. Он осторожно отодвинул занавеску и вошёл. Встал над Роном, над которым всё ещё висели диагностические чары Драко, указывая на низкий, но некритичный уровень кислорода в крови. Рон находился в исцеляющем сне, на нём были охлаждающие чары — они помогали защитить его тело от недостатка кислорода. Альфи простоял так пару минут. Затем он достал палочку и выключил аппарат, серебристые меха которого наполняли лёгкие Рона особой газовой смесью, частично нейтрализовывающей действие токсина и позволявшей кислороду проникать в кровь. Диагностические чары демонстрировали драматическое падение уровня кислорода в крови. Губы, кончик носа и кончики пальцев, а затем и остальная кожа Рона окрасились в синюшный оттенок. Альфи стоял и смотрел на него. Шли минуты. Затем он подошёл ближе, наклонился к нему и тихо произнёс: — Это за отца. И за мать. Из палаты послышались приближающиеся голоса сестёр. Альфи быстро взмахнул палочкой, включив аппарат. Он лишь недавно начал ротацию в отделении интенсивной терапии и пока не умел их настраивать. Альфи торопливо вышел из отсека Рона и закрыл занавеску. Драко увидел себя, вылетающего из кабинета Гермионы, когда он понял, что Поттер тоже там. Драко из воспоминаний приложил ладонь к груди, помотал головой и снова зашёл в кабинет. Для Альфи прошли всего пара секунд. Воспоминание было на самой поверхности — вряд ли он почувствовал воздействие легилеменции. Драко взглянул на Гермиону и кивнул. Она мгновенно отправила Патронусов. Альфи заметил это. Его глаза расширились от ужаса. Пламя в камине Гермионы окрасилось зелёным, из камина вышел Поттер в аврорской мантии. Альфи бросился к двери, но Драко сделал шаг, перегородив ему выход, и ловко выхватил палочку из рук Альфи. — Гарри, это Альфред Кроткотт, сын Реджа и Мэри. Я подозреваю, что он убил Рона, — чётко сказала Гермиона. Они договорились, что не будут упоминать легилименцию Драко. В конце концов, она и правда подозревала его и без этого. Гарри направил палочку на Альфи — его руки сковали наручники. Сделав пару шагов, Гарри фирменным аврорским жестом направил палочку в основание затылка съежившегося Альфи. Пламя камина снова окрасилось зелёным — из него вышел Кингсли с двумя аврорами. — В чём дело? — пробасил Кингсли. — Подозреваемый в убийстве Рона, — ответил Гарри. Кингсли вопросительно взглянул на Альфи, а потом на Драко. Драко кивнул на Гермиону: — Гермиона объяснит. Я лишь… Она попросила подстраховать до вашего прибытия. — Интересный выбор, — Поттер приподнял бровь. — Я заберу его в Аврорат. Гермиона, ты тоже со мной. Малфой… — Мистер Малфой может быть свободен. Я допросил его сегодня ночью, — прервал его Кингсли. — Гарри, я всё понимаю, но должны быть соблюдены стандартные процедуры. Ты ведёшь это дело, но подозреваемый и свидетель должны быть оформлены как полагается. — Вы допросили Малфоя без моего участия? — возмущённо воскликнул Гарри. — Да, потому что решил, что ты не сможешь быть беспристрастен на этом допросе. И по твоему тону я понимаю, что прав. Я всё ещё Министр Магии, Гарри. Джонсон, Стивенс — зачитайте свидетелю и подозреваемому права и задержите подозреваемого, оформите всё как полагается. Мистер Поттер проконтролирует транспортировку в Аврорат. Мистер Малфой, прошу вас покинуть эту комнату, спасибо за вашу помощь.