2. «Что со мной не так?»
21 июня 2026 г., 19:00
Ньют вырос без родителей. Они отдали его в детский дом в совсем малом возрасте. Он совершенно не помнил их. Хотя, на самом деле, Ньют в целом мало что помнил из своей жизни. Даже детство не запомнилось ему яркими красками ребячества и глупых подколов тех, кто был его друзьями.
Работа для Ньюта является не только способом получать средства на жизнь. Она помогает отвлечься от своего одиночества. Пусть он устаёт каждый день, страдает от недосыпа и бесится из-за коллеги, но он никогда не даст мыслям о своём положении проснуться вновь.
***
Ньюту было 9 лет. Мальчишка улыбался, бегал с ровесниками по этажам под крики воспитательниц. Тогда у него были друзья. И даже лучший друг. — Минхо, постой! — Давай догоняй! Нечего было на завтраке не делиться! — Минхо убегал от Ньюта быстрее, сжимая в руках чужую тетрадь. Это был личный дневник Ньюта, который стоил дороже жизни хозяина, как он сам считал. Ньют приостановился, немного запыхавшись. Он согнулся, опираясь ладонями о колени. Его азиатский друг обернулся, наблюдая за ним. Ньют поднял голову и выпрямился, всё это время глядя ровно в глаза Минхо. Улыбка проскользнула на лицах обоих. Минхо подошёл к другу, примирительно протягивая руку с блокнотом. Ньют выждал несколько секунд, пытаясь найти в глазах напротив него уловку. Но тот лишь ждал. Ньют с еле заметным удивлением забрал своё сокровище. Они вместе ушли в свою комнату. Старались быть тише, ведь через минуту наступало время сна. Всю эту дорогу мальчик думал о том, как ему повезло иметь такого друга как Минхо. Он знал, что тот его не предаст, что ему можно доверять. В тот момент маленький Ньют понял: он бы доверил Минхо жизнь.***
Ньюту 12 лет. К этому времени он уже успел испытать все прелести игнорирования и издевательств со стороны ровесников. Ему повезло — всё же не обращать на него внимания им нравилось больше, чем знакомить с кулаками. Что ещё было ожидать худому тихому мальчику, у которого есть секреты от соседей по комнате? Однажды Ньют забылся и вышел за дверь, оставив свой дневник открытым, и один из задир — Галли — успел прочесть вслух несколько строк. Только Минхо решился остановить его и захлопнул тетрадь друга, даже не зная, какие именно тайны он хранит. После того случая он вместе с Ньютом стали изгоями на некоторое время.***
Ньюту 15. По своей привычке он бежит за Минхо по коридору. Это место уже перестало казаться таким же широким и бесконечным, как было ещё несколько лет назад. Между ними — небольшое расстояние в пару метров, они улыбаются, глядя друг на друга, смеются. Позади слышны возгласы мадам Пейдж, но Ньют уже не разбирает её слов отчётливо. Внезапно дверь слева — в их комнату — открывается. Выходит Галли, окидывая коридор взглядом, таящим в себе ненависть. Минхо успел пробежать мимо него, увеличивая расстояние между собой и Ньютом. Второй как раз оказался у двери. Ради забавы Галли выставил носок вперёд. Ньют на своей скорости не успевает этого заметить и уже в следующее мгновение проезжает носом по ковру. Мадам Пейдж вскрикивает и подбегает к воспитаннику. Она помогает ему встать и спешит отвести мальчика в медицинское отделение. Минхо с ужасом оборачивается, не успевая понять, что произошло. Галли лишь усмехается и хочет уйти назад, но на его плече оказывается рука азиата, совсем его обездвиживая. — Зачем ты это сделал? — с читаемой угрозой в голосе спросил бегун. — Не понимаю, о чём ты. Минхо рывком поворачивает к себе собеседника: — Ты думаешь, это смешно? — Минхо, я правда не понимаю, о чём речь, — Галли строит невинное и заинтересованное лицо. — Хватит, Галли. Что с тобой не так? На последнем вопросе Галли и вправду перестаёт делать из себя идиота и принимает свой обычный вид со зло поднятыми бровями. — Со мной что не так? — он отталкивает азиата к противоположной стене, — Ты бы лучше поинтересовался, что с твоим ненаглядным не так! — Хватит называть его так. С ним всё нормально, — твёрдо произносит Минхо. — Уверен? — Галли снова ухмыляется. По нему видно, что он знает больше, чем положено. И больше, чем Минхо. Тот в свою очередь действительно пугается. В глазах читается тревога. — Ты это о чём? — неуверенность всё же проступает в его голосе. — Ты реально в дневник его не заглядывал? Минхо непонимающе смотрит на оппонента. «Что он имеет в виду? Когда он успел взять дневник Ньюта? Он рассказал остальным, что прочёл?» — мысли вихрем проносятся в его голове. Галли словно знал, о чём он думает: — Так ты не читал… Ну что, рассказать тебе, какой Ньют у нас романтик оказывается? — Что?.. Галли поворачивается по направлению к комнате и показывает рукой следовать за ним. Минхо соглашается с опаской. Хотя внутри него всё протестует, он не может не идти за соседом. В комнате не было никого, кроме них — об этом с облегчением думает Минхо. Они медленно проходят к кровати его друга. Там, из-под подушки Галли достаёт тетрадь со вклеенными листами. Она подписана без всяких дополнительных сведений: «Принадлежит Ньюту». Когда Галли начинает листать её и искать нужную страницу, Минхо всё ещё сомневается в своём негласном решении узнать, о чём пишет его лучший друг. Он уже понимает, что речь пойдёт о делах сердечных и, возможно, даже сокровенных, но и это не остановило его предчувствие. Галли остановил поиск, проводя указательным пальцем по странице, изучая материал. Вскоре стал зачитывать: — Я не понимаю, что со мной не так, — Галли специально выдерживает паузу и мельком смотрит на Минхо, намекая, что он буквально цитировал Ньюта. Затем продолжает, — Я не думаю, что могу рассказать своим друзьям о том, что происходит в моей голове. И, кажется, в сердце. Недавно я стал замечать, что все они говорят о девочках. Знаю, что это возраст и вполне нормальные мысли, но что-то мне не даёт покоя. Я не могу поддерживать их разговоры об отношениях. Это так странно. То есть, я думал, что, может быть, ещё не дорос до подобного, у всех ведь в разное время случается этот период. Но это не так. Мне неинтересно говорить именно о… девочках (?). Когда я впервые задумался об этом, мне и самому стало смешно. Кто же мне ещё может нравиться. Но я стал обращать внимание на друзей. На лучшего друга, — Галли снова прервался, давая время Минхо подумать и предположить в своей голове, что же пойдёт дальше. Тот в это время молился о том, чтобы в этих записях не было его имени, — Минхо, — "рассказчик" не сдерживает смешка, — И тут я понял, что мне действительно не хочется думать о ком-то из наших девочек в романтическом плане. Безусловно, все они прекрасны, пусть мне и стыдно говорить им комплименты. Но мне гораздо больше нравится думать о Минхо. Проводить с ним время каждый день, бегать по коридору и ругаться с мадам Пейдж. Его глаза, его бег и его отношение ко мне… Хотя я вижу, что он скорее относится ко мне как к брату. А я бы так не хотел на этом останавливаться, — Галли совершенно перестаёт сдерживать смех, обрывая фразу. Смотрит на красного Минхо и смеётся ещё сильнее. В эту минуту дверь снова открывается и туда тихо заходит Ньют с ватой в носу, прихрамывая на левую ногу. Он с благодарностью перекидывается ещё парой фраз с мадам Пейдж, стоящей за дверью, и закрывает комнату. Увидев картину со сгорающим от неловкости и стыда Минхо и ржущем во весь голос Галли с его дневником в руках, Ньют сразу понимает, что здесь только что было. Вор тайн бросает тетрадь на его подушку, выходя из помещения со слезами смеха. Он оставил вдвоём романтика, которому самому было стыдно признавать свои мысли даже на бумаге, и того, кому была посвящена страница. Самая красивая страница, над оформлением которой Ньют старался больше остальных. Минхо с разочарованием смотрит на друга. Он понимает: теперь уже бывшего друга. Гомофобия внутри него разрастается. И Ньют это знает. Чувствует. Азиат ещё смотрит в его глаза несколько секунд, а потом будто сдаётся и идёт к двери тоже. — Минхо, я… — Не надо ничего объяснять. Ты гей и этим всё сказано, — он, лишь немного повернув голову, но не оборачиваясь полностью, вышел и захлопнул дверь.***
Факт того, что Ньют был влюблён в своего лучшего друга, разлетелся за пару дней по всему дому. Даже воспитатели и директор откуда-то это услышали. Каждое утро Ньют вставал раньше всех и быстро шёл в душ, смывая с себя кровь и пытаясь оттереть синяки, появлявшиеся за ночь от рук его милых друзей. Издевательства после недобровольного каминг-аута усугубились. Но теперь у мальчика не было защиты. И друзей тоже не осталось. Вскоре Минхо забрала новая семья. С того момента, как он узнал секрет Ньюта, они больше не говорили. Ньют пытался остановить его в коридоре или смотрел на него в столовой и на уроках. Но больше никогда не ловил взгляд азиата в свою сторону. Только когда Минхо собрал все вещи для переезда в новую жизнь, он повернулся к Ньюту. В тот момент у второго был фингал под левым глазом, а правая щека вся в ссадинах. Глаза Минхо сказали, что ему было жаль, но прощания так и не прозвучало с его уст.***
Ньют в очередной раз вернулся с работы. Когда он уже лежал на кровати и почти засыпал, его мысли забрели в угол памяти, где тёплым воспоминанием хранился образ его лучшего друга из детского дома. Он помнил, как Минхо всегда были неприятны и отвратительны шутки, что они встречаются. Азиат избегал подобных подколов и всё их окружение знало об этом. Они относились к нему больше с уважением, а потому и не затрагивали эту тему. И Ньют знал об этом. Он никогда не планировал признаваться другу. Но его заставили жить так, как это произошло. А ведь его тайна была оглашена даже не им самим. Каждый раз, вспоминая свою жизнь в детском доме, у Ньюта наворачивались слёзы, начинались фантомные боли, а левую ногу сводило, как в момент получения травмы. Он всё ещё хромал после подножки Галли, и врачи не утешали его, говоря, что с большой вероятностью он таким и останется. «Вот он, никому не нужный, больной и любящий неправильно Ньют» — последние его мысли перед сном, когда подушка уже успела стать неприятно влажной, а нога дёргается то ли от нервов и воспоминаний, то ли от настоящей судороги.
