晚安， 敲门者 («Спокойной ночи, стучащий в дверь»).

- Юэсинь… Гэ… - Ммм? – нехотя отвлекается он от чувствительного места над левой тазовой костью Хуан Цзыхунфаня у края пижамных штанов, поднимая голову и оценивая результат своих трудов. Карту эрогенных зон парня можно увидеть с одного взгляда по многочисленным засосам на груди, боках и вокруг ключиц. Девственно чистая длинная шея приглашающе белеет в полумраке, и Ван Юэсинь сглатывает вязкую слюну, подавляя тихий рык и скребущее под ребрами разочарование, вновь напоминая себе об уговоре. Он намеренно игнорирует очевидный бугор под штанами младшего, придерживая его искусанные в попытках приглушить стоны предплечья и не давая возможности получить разрядку. - Я… Мне нужно… - Полные губы маняще зовут к себе, и мужчина поднимается к ним, проезжаясь по чужому паху своим, чувствуя, как приподнимаются бедра под ним вслед за этим действием, и заглушая стон парня очередным поцелуем. Ван Юэсинь просовывает свое бедро между ногами младшего, потираясь сосками о его соски, продолжая дразнить, и начинает поглаживать правой рукой его живот чуть выше резинки штанов, ощущая дрожь тела под собой. - Прошу тебя, гэ… - всхлипывает Хуан Цзыхунфань, судорожно глотая воздух, - я не могу больше… - Чего ты хочешь? – вкрадчиво шепчет мужчина ему на ухо, - Что тебе нужно? – и он, наконец, накрывает рукой его пах, чуть массируя и слыша протяжный стон в ответ, - Чего именно ты хочешь? Скажи, и я сделаю это. Хуан Цзыхунфань зажмуривается и отчаянно мотает головой, инстинктивно подаваясь бедрами навстречу движениям чужой руки. Ван Юэсинь усмехается, приподнимаясь, убирает руку, игнорируя протестующий стон, и начинает снимать кольца с пальцев. - Гордость Вашего Высочества не позволяет ему озвучивать свои желания? – он смачивает слюной теперь свободную от колец руку, просовывает ее под резинку штанов и обхватывает, наконец, член младшего, с интересом наблюдая за тем, как его с приглушённым вскриком выгибает дугой. – Или это демонстрация выдержки? Тогда как насчет игры? – гладкое, без камней и изгибов, кольцо с левой руки он снимает зубами и, зажав между ними, ведет им по чужой шее, по ключицам, вниз, к горошине левого истерзанного ранее соска, вновь раздражая его и без труда окольцовывая. - Если выдержишь, и оно не соскользнет, - горячим шёпотом на правое ухо он приглашает в ад, - я отсосу тебе. Громкий всхлип разносится по комнате, бедра парня почти взлетают вверх, но он мертвой хваткой вцепляется в одеяло, и грудная клетка с кольцом вокруг соска остаются на месте. Ван Юэсиня всегда привлекал его соревновательный дух и упрямство, то, с каким бесстрашием, граничащем с глупостью, младший погружается в игры с превосходящим по силе противником. Мужчина с восторгом наблюдает за ним, продолжая терроризировать правой рукой, и снова не может не лизнуть шею, чуть обхватив ее зубами. Убедившись, что следа не осталось, он спускается ниже, всем своим существом ощущая дрожь тела под собой и сравнивая его с трепыханием в предсмертной агонии бабочки, пришпиленной к поверхности иглой. Хуан Цзыхунфань, должно быть, понимает, что любое его малейшее действие приведёт к тому, что кольцо соскользнет, и даже дышит через раз и со всхлипом. Вполне ожидаемо, надолго его не хватает. - Гэ… Умоляю… И эта мольба прошивает током возбуждения настолько сильным, что Ван Юэсинь неожиданно для самого себя издаёт глубокий гортанный звук, уткнувшись лбом чуть ниже правой ключицы парня, чуть сильнее проводя пальцем по головке его члена и заставляя с громким криком кончить ему в руку. Позволив парню отдышаться и подняв голову, мужчина с восторгом отмечает, что ткань под пальцами младшего местами разорвалась, глаза полны непролитых слёз, но кольцо осталось на месте. Он вновь подхватывает его зубами и вкладывает в чужую уже разжатую ладонь со словами: «Дарю.» Тот со всхлипом сжимает кольцо и вдыхает полной грудью. - Ты… Ты обещал. - Ваше Высочество, а Вы, однако, ненасытны, - с усмешкой целует его Ван Юэсинь. Тот отвечает, но в глазах горит требование, готовое перерасти в обиду. - … Слушаюсь. И он ныряет вниз, избавляет Хуан Цзыхунфаня от штанов и обхватывает его опавшую плоть губами, придерживая взметнувшиеся вверх и слегка разъехавшиеся в стороны бедра парня. Судя по тому, как реагирует тело под ним, Ван Юэсинь всё делает более чем правильно, помогая себе левой рукой, правой же, влажной от спермы младшего, массируя его тугое и дрожащее колечко мышц под аккомпанемент протяжных стонов. «Вот уж никогда не думал, что практика горлового пения окажется примененной в минете, да еще и такой эффективной,» - думает он, двигая головой и чувствуя чужую дрожь в ответ на свой смешок. Мужчина в очередной раз расслабляет горло, позволяя члену парня медленно скользнуть глубже, и, пользуясь моментом, без труда просовывает палец на две фаланги внутрь между расслабившихся мышц. Бедра под ним ожидаемо вскидываются вверх, точнее, пытаются, вновь удержанные на месте.