Naruto:Dream Merchant

      Итак, что тем временем было в Конохе? А в Конохе была прекрасная погода, даже на удивление. Солнышко хоть грело и сияло слабо, но ещё было лучиком надежды. Маленькие облака курчавились на небе, показывая, что, возможно, скоро, а может и нет, заплачет небо. Глициния, окрашенная в оранжевый цвет, казалась фениксом, который выпустил свои листья наружу, чтобы затем весной снова возродиться. Так и было: мир менялся и возрождался. Около глицинии стоял мужчина, который смотрел вдаль, где процветала деревня и резиденция Хокаге с каменными лицами. Он думал, что, несмотря на все пережитки, Коноха будет возрождаться и жить, как и сейчас глициния, которая распространяла своих иссохших детей вперёд, в путь. Один маленький рыжий листок даже упал на руку мужчины, давая знать, что он скоро вернётся и снова возродится.       На душе от этого становилось даже приятно, особенно когда принюхаешься, и свежий запах летит со всех сторон: — Учитель! — Мужчине не надо было даже смотреть, чтоб понять, что к нему бежал озорной мальчишка, его ученик. Ученик с красными короткими волосами, красивыми зелёными, салатовыми глазами и в боевой одежде, которая поднималась; он тяжело дышал. Его рот был широко открыт, и он дышал, как настоящая собака, а волосы, хоть и были вспотевшие и мокрые, развевались на ветру. Но, несмотря на это, мальчик смотрел на него с азартом, и это не было удивительным, ведь он был из известного клана, который прославился ещё во времена Четвертого Хокаге Минато Намиказе — сам клан Намиказе. Этот клан во времена Шестого Хокаге стал возрождаться и появляться со всех уголков света, ведь раньше, после нападения лиса, Намиказе по большей части ушли из Конохи и долго не возвращались. Но вот их теперь много. Учитель усмехнулся, спросил: — Ты чего бегал? Я же говорил, не рвись в полную силу?! — Я знаю, учитель, но мы хотим увидеть ваши техники, как вы сражаетесь, и ещё: вы правда в юности уже выполняли задания ранга S? — Ученик был на радостях, несмотря на усталость. Учитель усмехнулся своему ученику, он был таким целеустремленным в свои 6 лет: — Тэкехиро! Ты чего сбежал? Ты почему учителя расспрашиваешь, чуть сам не помираешь, дай подлечу! — крикнула девушка, что только что подошла и была взбудоражена.       Она подошла к нему и начала лечить, пока учитель думал. Аруми была как добрая медсестра, которая заботилась о своей команде, поддерживала и в свои годы казалась матерью детей, хотя ей было тоже 6 лет. Это не было удивлением, ведь теперь клан Харуно славился мощными медицинскими техниками и бьякугоу, который стал распространяться после популярности Сакуры. Все в Харуно узнали, что она ученица легендарной Цунаде, так что даже стали ею восхищаться и изучать техники.       Ну и сама Аруми была как Сакура, с розовыми волосами и почти зелёными глазами, но всё-таки они были более салатовые. Однако Аруми была более тихой, чем энергичная Сакура, которая подошла к нему однажы и даже просила набрать вес, ведь Акамичи должны быть пухлыми. Мужчина усмехнулся: — Аруми, но я просто хочу посмотреть на техники клана Акамичи, они же могут стать гигантами даже! — сказал Тэкехиро, пока Аруми лечила его раны. Он иногда шипел, скрипя зубами, и издавал звуки змеи: — Но я не покажу, если ты будешь ранен и уставший! Правда, Сора? — Мужчина взглянул на мальчика, который стоял в сторонке.       У него хоть и был холодный взгляд, что было видно по узким глазам и позе, словно статуя, но он откликнулся чётко: — Так точно, учитель Киджидас! Мужчина не показал этого, но он бы скосил глаза, ведь ему надоело, что его называют полностью, а не учитель или просто Киджидас. Ну и что поделать, ведь черноволосый мальчик с серыми глазами был из клана Сенджу, он даже до сих пор носил лёгкие доспехи, что носили Сенджу ещё когда не основалась Коноха. Мальчик был спокойным и замкнутым, изредка говорил, но, несмотря на это, он помогал всем, кому нужна была помощь, и усмехался: — Сора, учитель не генерал, блин! — Аруми плюнула в траву и закончила лечить Тэкехиро, который наконец-то, скрипя телом, с благодарностью встал. — Ну наконец-то. Учитель, теперь покажите приёмы?       Мужчина усмехнулся, взглянул на красный листок дерева, что уже оказался рядом со вторым листом на руке, затем и третий. Это давало знак, что его ученики ждут и пора продолжать путь. Он встал, немного перекосился, ведь он долго стоял, опираясь о дерево, да ещё доспехи на худом теле тянули вбок. Почему худой?        Дело в том, что раньше, во времена Цунаде, был маленький процент худых, где-то 10%. Этих 10% Акамичи считали просто странными и даже не разговаривали с ними, возведя стену между двумя кварталами, чтоб поделить худых и пухлых. Но постепенно, после того как худые мужчины из клана Акамичи доказали, что они сражаются наравне с пухлыми, во времена Шестого Хокаге их стали уважать. Пухлые и худые стали вместе, и вместе с тем стена была разрушена, а число худых возросло до 30%. А глава клана Акамичи, Чоуза, стал уважать худых и сказал им слушаться будущего главу, его сына Чоджи. Киджидас медленно шёл, наслаждаясь воздухом и листьями глицинии, которые давали ему свободу. Он встал в стойку, прикрыв глаза, и набирал воздух, чтоб показать своим ученикам техники. Ему и без глаз было понятно, что Тэкехиро стремился увидеть техники, чтоб стать сильнее, ведь он хотел стать как Намиказе. Аруми просто смотрела на учителя как на отца, пример, который защищает их. А вот Сора, хоть и сидел отстранённо и казалось, что ничем не удивлён, на самом деле тоже почувствовал азарт: он хотел изучить технику. Киджидас открыл глаза и начал атаку, сначала решив показать технику, вдохновлённую кланом Хьюга: — Воздушный кулак! — Киджидас махнул кулаком, чакра начала крутиться вокруг руки, словно шарик, готовый к игре. Мужчина ударил в воздух, и воздух полетел в сторону цветов, что росли рядом; цветы резко поднялись и были сорваны, словно щетина: — Это же техника, похожая на Хьюга! Вау, так и Акамичи так умеют! — У мальчика Намиказе засияли глаза. — Не только это, мой ученик. Техника увеличения! — Киджидас почувствовал, как его тело начало расширяться, его надувало, словно из сказки про Алису.       Он становился больше, так что даже ученикам пришлось отойти на дальнее расстояние, но в конце концов учитель стал выше Конохи, так что сам он видел красоту. Такая была красота: сплошной лес, Коноха и лица, что были видны издалека. Да ещё всё было рыжим, словно золото. Мужчина улыбнулся и стал уменьшать себя, чтоб в Конохе не подумали, что он сдурел. Когда он стал прежним, ученики вылезли из укрытий. Тэкехиро просто сиял, а Аруми и Сора тяжело дышали, видно было, что они испугались: — Воу, вы таким огромным были, настоящий гигант! — Тэкехиро уже был рядом с учителем. — Ну, теперь вы, сразитесь со мной! Не волнуйтесь, я не буду использовать технику увеличения! — Киджидас улыбнулся, и резко появился сначала ветер, а затем огромные, красивые синие крылья, цвета космоса. Ученики посмотрели друг на друга, поняв, что им будет трудно, но они были готовы. Тэкехиро встал в стойку и мгновенно оказался возле учителя; используя красную молнию и кунаи, он пытался ударить, но учитель взлетел вверх. Затем Сора использовал клинки, запустив их в учителя. Мужчина думал, что мальчик не прост, и это была правда, ведь Сора уже оказался рядом и собирался напасть на учителя. Учитель ударил ученика, но это был клон из огня: — Вот жулики! — Киджидас взмахнул крыльями и ветром оттолкнул мальчиков, но он не заметил Аруми, поняв, что она сзади. — Водяная бомба! — Аруми запустила в учителя водяной шар, который полетел на него. — Отлично, Сора, давай! — Тэкехиро запустил шар огня, а Сора использовал клона и сделал черные иглы из тьмы. Мужчина был рад: он понимал, что из них получится замечательная команда. Почему он взял эту команду?       Потому что он хотел им помочь, чтоб в будущем они стали замечательными родителями, наследниками и передавали традиции своим детям. Техники детей почти долетели до учителя, но тот резко хлопнул руками: — Бомба воздуха! Из его тела вышел огромный ветер, но не такой сильный, чтоб покалечить детей — он срубил только пару веток с цветочками. Дети упали кто куда: Тэкехиро упал около дерева, но вовремя сгруппировался, ведь он мог удариться головой; Сора оказался в воде, но смог подняться; а Аруми просто отлетела на ступеньки, но слава богу, не ушиблась. Учитель, поняв, что переборщил, сделал теневых клонов и подошёл к каждому: — Вы как, целы? — спросил учитель и поднял Сору. — Да, мы в порядке, учитель Киджидас! — Сора был спокоен и отряхнул себя. — Это, это просто было супер, я стану развиваться и когда-нибудь стану как Наруто Узумаки, героем! — Тэкехиро засиял, поднял руки, даже сам себя взбудоражил. — Верим! — Аруми улыбнулась. — Не будоражь тапки, а то убегут они! — Что? — Тэкехиро повернул голову к учителю, пытаясь понять, что тот сказал.       Все засмеялись громким смехом, ведь им было очень весело. Киджидас был рад, что его команда была счастлива, и он запомнил этот день, как и остальные: — Ладно, дети, пойдёмте теперь в Ичираку Рамен! — Да! Кто последний прибежит, тот лапшичный толстяк! — Тэкехиро хотел убежать, но тут его резко схватила Аруми за шею и злобно посмотрела. — Так, пойдём пешком, наш учитель и Сора не успеют, а ты всё сожрешь! — Я и не был против, я не такой голодный! — Сора тяжело вздохнул, почесав затылок. — Дети, не волнуйтесь, пойдёмте, а то придёт Наруто и тогда места не будет! Дети пошли за учителем, а Киджидас почувствовал, что многое ещё впереди.       Итак, Киджидас и ученики дошли до Ичираку Рамен, и слава богу, ещё оставалось три места для учеников. В Ичираку Рамен сидели Какаши Хатаке, как всегда в своей боевой форме, и Ирука-сенсей; на удивление, Наруто не было: — Жаль, Наруто нету, ну да ладно, так даже больше покушать можно! — Тэкехиро сел на стул, весело со всеми поздоровался. — Здравствуйте, дайте, пожалуйста, собу и сомэн! — О, здравствуй, Тэкехиро. Видно, что ты тренировался, и за твоё стремление я дам тебе двойную порцию! — Учитель Киджидас, вы тренировали детей? — спросил Какаши. — Да, господин Хокаге. Вы кушайте, я потом покушаю, сейчас моим ученикам главнее! — Киджидас посмотрел на своих учеников, которые заказали еду. Киджидас посчитал деньги и оплатил, затем посмотрел на Какаши и заметил, что Какаши серьёзно хотел поговорить — даже глаза были прищурены на него. Киджидас ощущал себя так, словно сделал что-то плохое, хотя на самом деле он такого даже не делал. Но всё-таки надо было узнать, что хотел господин Хокаге: — Ирука, Теучи и Аяме, позаботьтесь о моих учениках, а я поговорю с господином Хокаге и вернусь! — Конечно, Киджидас, я приготовлю твоё любимое донбури! — Теучи помахал рукой.       Какаши и Киджидас отошли на пару шагов, чтоб никто не слышал. Хокаге осмотрел территорию: он очень не хотел лишних ушей, и сказал: — Киджидас, я понимаю, что у тебя конфликт с Яманака, но сегодня мне пожаловались из клана Яманака, сказав, что ты не пришёл на миссию ранга A в Стране Воды! — Чего? Какая ещё миссия? Мне никто не сказал, господин Хокаге! — Киджидас не понимал: последние 3 дня никаких вроде бы миссий не было. — Дело в том, что задание было вчера: надо было отправиться в Страну Тумана и помочь Мизукаге! Но мне Яманака сказали, что ты даже не пришёл и просто послал их! — Какаши был очень серьёзен. — Господин Хокаге, но я правда этого не знал! Меня никто не проинформировал и не сказал! — Киджидас был в шоке, как такое может быть? Киджидас и правда не знал, эти 3 дня он занимался с учениками. — Прости, но затем мне Яманака сказали, что конфликт начался с того, что ты оказался слаб и многие ваши товарищи погибли… — Господин Хокаге, это неправда! Они недооценили мои силы. Да, я иногда к ним прям, но я не стремлюсь к конфликту. Я не люблю несправедливость, вот и всё! — Киджидас посмотрел на Какаши.       Какаши разочарованно смотрел, глаза были направлены вниз, а кулаки сжимались. Ветер колыхал волосы Шестого Хокаге. Киджидас понимал, что Хокаге не хотел делать то, что собирался сделать, но другого варианта не было: — Извини, Киджидас. Я поговорил с Ино и Чоузой, и они решили, что пока ты не извинишься перед Яманака, твоя команда будет у меня! — То есть… — Киджидас почувствовал, как во рту появилась горечь; он представил, как его расстроенная команда будет кричать на него. Ведь они так поддерживали его, а тут такое — Яманака пожаловались. — Да, Киджидас, прости, но ты лишаешься команды и не сможешь выполнять задания 6 месяцев, прости! — Какаши видел, что Киджидасу было тяжело: на глазах появились слёзы, он рукой зажал рот и тяжело дышал. Хокаге похлопал Киджидаса по плечу, сказав: — Пойдём, попрощаешься с детьми! Киджидас вытер слёзы, кивнул, понимая, что надо притвориться перед детьми: ведь если он расскажет правду, они расстроятся.       Киджидас медленно шёл, шаги были очень тяжкие, как будто он шёл говорить маме свою плохую оценку. Но эта правда и была тяжкой: он больше не увидит учеников долгое время, да ещё и миссии не сможет брать. Да ещё завтра его день рождения, дети обещали сделать подарок. Но что теперь? Просто больно.       Киджидас шёл очень медленно за Какаши, иногда смотрел на землю, пытаясь подобрать слова для детей.              Они пришли на место, учитель посмотрел на учеников, которые сразу заметили изменения учителя: — Учитель? Хокаге, что вы такое сказали нашему учителю?! — Тэкехиро надул щеки, да ещё сжал кулаки, глаза сияли яркостью, и он хотел напасть на Хокаге, но Киджидас остановил Тэкехиро. — Ученики, вы сегодня будете с Шестым Хокаге, хорошо? По важным причинам! Хорошо, ученики? — Киджидас пытался ложно улыбнуться, но он понимал, что Сора был не глуп и сразу догадался, что дело нечисто. — Ну хорошо! — Аруми посмотрела на Хокаге, который подошёл к детям и забрал их.       Киджидас помахал и ложно улыбнулся, чтоб не расстроить своих бывших учеников. Однако когда они ушли далеко, Киджидас просто не выдержал. Слеза потихоньку стекла по щеке, на языке появилась горечь от слёз. Он потерял всё навсегда. Киджидас взглянул на Теучи и его дочь, которые с сожалением смотрели на него, понимая, что дело плохо. Киджидас просто оставил деньги и резко развернулся, чтоб никто не видел слёз на его глазах. Он ускорился, быстро бегая по крышам, чтоб никто его не видел. В его мыслях была только ненависть к Яманака и стыд за детей, за учеников. Киджидас ощущал, как ветер, словно чувствуя его эмоции, ускорился. Киджидас пошёл на риск, понимая, что ведёт себя глупо и у Акамичи могли быть проблемы, но ему было наплевать. Как посмели Яманака так говорить о нём? А Хокаге, блин, верит им, да ещё главы порешили всё за него: — Бомба воздуха! — сказал шёпотом Киджидас и запустил шар воздуха прямо в квартал между Акамичи и Яманака, а затем сбежал. Дальше Киджидас вошёл в свой дом, тяжело дыша. Состояние было просто хреновым, а завтра его день рождения. Ну и день. Киджидас снял свои доспехи, повесив их на вешалку, и просто лёг на кровать, смотря в потолок.       Киджидас не знал, сколько времени прошло, как к нему постучали, очень сильно. Киджидас понимал, что это было связано с ним. Он не хотел вставать, но что ему делать? Если не встанет, зайдут через окно. Он медленно встал, спина дала о себе знать — аж заскрипела и отозвалась болью. Киджидас не обратил на это внимания и медленно пошёл к двери, думая, что ему станет ещё хуже. Он медленно открыл дверь, которая скрипела, но Киджидасу это нравилось. Перед ним оказались обеспокоенный Какаши, у которого даже глаза были полуприкрыты, затем недовольные Чоуза и Ино, чьи лица даже надулись, а за ними стояли те самые двое ненавистных Яманака. Киджидас, как только увидел их, почувствовал много эмоций, мысли закружились: прикончить, убить, разорвать, заплакать, засмеяться… — Пришли, двое нытиков-придурков! — Киджидас улыбнулся, когда красноволосый Яманака покраснел как помидор и перешёл в атаку. — Кого ты назвал придурком?! — Киджидас! Прекрати своё поведение! Мы знаем, что это ты уничтожил 7 домов между Яманака и Акамичи! Зачем ты это сделал? — упрекал Чоуза. — А чё эти придурки Яманака? Весь клан на меня жалуется и врёт постоянно! Я не знал о миссии, они меня недооценивали, и мы провалили задание из-за них! Да ещё из-за клана я лишился всего! Дайте угадаю, теперь вы пришли лишить меня денег и звания шиноби? Пожалуйста! — Киджидас чувствовал, как голова больше не выдерживает. Он сам не заметил, как со всей дури кинул в двоих придурков доспехи, затем, достав из ящика 800 миллионов рё, кинул их в Хокаге и хлопнул дверью со всей мочи. Это было невыносимо. Киджидас видел всё только мыльным сознанием, чувствовал слабость. Он осел на пол и залился слезами, презирая себя. Он вспоминал прошлую жизнь, что давало ему надежду, но теперь ему никто не поможет, никто. Киджидас лежал на полу и смотрел на пыль, что была так похожа на него — паутина и чернота. Это он был таким.

***

      Киджидас лежал на своей кровати, не выходя на улицу. Он только любовался потолком и, признаться, это ему даже нравилось. Иногда он представлял на нём своих учеников. Иногда ему казалось, что на потолке были светлячки. Но лучше всего было то, что он слился с темнотой, которая окружала его. На удивление, это было приятно. Он взглянул в зеркало, что было напротив. Глаза уже выдавали усталость, под ними залегли мешки, тело казалось уже не таким привлекательным. Особенно сегодня, в его день рождения, 19 лет. Можно сказать, что этот день рождения был самым лучшим, ведь его больше никто не поздравлял в его прекрасный день. Киджидас вздохнул, тело дало о себе знать, ведь много часов он не спал и не ел. Спать ему так и не хотелось, а вот поесть бы… Киджидас встал, ощущая, как ноги дрожали, словно осиновый лист, словно он был никем. Его хрупкие ноги держали его, но слабо. Он тихонько встал, пьяной походкой пошёл до ящика, где был ещё 1 миллиард рё на чёрный день. Может, это и был тот самый чёрный день. Он положил их в сумку, посмотрел в зеркало. И тут в его мыслях появились те воспоминания, крики, гнев:

Посмотрите, худобище! Какие уроды всё-таки есть в клане Акамичи! Вы наши позорища!

Киджидас усмехнулся: сейчас он именно так и думал — он некрасивый, урод. Прекрасное имя. Мужчина, бывший шиноби, шёл медленно, накинул на себя тёмный плащ и вышел на улицу, ничего не замечая. Уже был обед, не самое прекрасное время для него, ну и да ладно, он всё равно не обратит ни на кого внимания. Он шёл, смотря на землю, видел шаги, ноги. Он шёл; многие люди были недовольны, грубили, но Киджидас не обращал на это внимания. Ему важно было просто купить быстрой холодной еды, и всё. Больше ничего не надо, ни подарков, ничего. Он слышал голоса, счастливые семьи — ну конечно, дети же избалованные были. Киджидас шёл, пока не почувствовал прикосновение, лёгонькое, не сильное: — Мужчина, вам помочь чем-нибудь? — Киджидас мельком повернул голову и посмотрел. Этот мужчина не был местным.       Перед Киджидасом стоял высокий, мускулистый мужчина лет тридцати трех, чей облик разительно контрастировал с суетливыми и недовольными жителями деревни. Незнакомец явно не был местным: его смуглая, бронзового оттенка кожа, короткие иссиня-чёрные волосы и свободные тёмные одежды, украшенные массивными ожерельями, выдавали в нём чужака. Голос мужчины, задавшего вопрос, звучал пугающе тихо, медленно и абсолютно уверенно — он не пытался перекричать шум улицы, но его слова сразу приковали к себе внимание, заставив Киджидаса внутренне напрячься. От этого человека веяло чем-то тяжелым, мрачным и опасным, а его лёгкое, обманчиво мягкое прикосновение лишь сильнее подчёркивало скрытую в нём угрозу: — Тихо, не бойтесь, я не враг. Я продавец оружия, увидел вас тут, вы шли просто… — Мужчина убрал капюшон, хотя Киджидас пытался уйти. — О… Дела плохи, спали? — Нет, со вчерашнего дня не спал, если бы не голод, я бы не вышел! Извините, мне надо уйти! — Киджидас хотел уйти, но мужчина прижал его к себе, словно отец. — Я знаю, что эти противные Яманака всем жизнь портят, как и тебе. Я услышал ситуацию и я понимаю тебя, это уже невыносимо с кланом Яманака, а любимые тебя не понимают, я прав? — прошептал мужчина.       Откуда, откуда мускулистый чудак всё это знает? Однако это уже было наплевать: Киджидас просто не выдержал и начал плакать на руках мужчины. Только он понял его, только чудак, который понимает его больше всех на свете: — Я просто хочу, чтобы всё было как раньше! Хочу вернуть своих учеников, выполнять миссии как прежде, чтоб меня понимали и… Быть красивым! — Киджидас почувствовал, как его взяли на руки и посадили на стул, аккуратно. — Тише, я тебе принесу еду, ты только сиди, хорошо, и не уходи! — Мужчина вытер большим пальцем слезу Киджидаса. Тот кивнул. Хоть он и не мог ему доверять, но, возможно, этот мужчина поможет ему, будет просто другом.       Мужчина, что усадил Киджидаса, быстро побежал в направлении Ичираку Рамен, а Киджидас прикрыл себя плащом, чтоб никто его не видел. Он думал о том, можно ли ему доверять, ведь в последнее время ему всегда не везло, а тут ему решили помочь, по-доброму. Прошло пару минут, Киджидас поднял голову и увидел того самого продавца, что принёс ему карри с рисом. Киджидас снял капюшон и опять заплакал: мужчина не предал его, принёс еды, он был таким хорошим в душе. Рев и слёзы заглушали шаги и прикосновения, которые дарил ему мужчина: — Опять милый плачешь. Я с тобой, я не уйду! — Мужчина положил еду на вилку и подсунул ко рту бывшего учителя. Тот, увидев это, просто наслаждался едой, хотя поначалу она была солёной из-за слёз. Затем вкус поменялся и даже стал очень вкусным, нежное мясо: — Вот, ты кушай, а я сделаю тебе подарок, ведь у тебя сегодня день рождения. Не задавайся вопросом, я слышал у горожан! — Мужчина зашёл за лавку, смотря подарок, пока Киджидас, укрыв себя капюшоном, просто приятно ел. Он не обращал внимания на шум горожан, на то, что искал мужчина, пока не услышал голос, как понял он, одного из патрульных: — Господин Куромару, а это кто с вами сидит? — Киджидас вздрогнул, но не повернулся. — А это мой братишка. Решил угостить его из своего приключения, извините, он не показывается чужакам, да и тем более немой! — говорил уверенно Куромару. Киджидас сидел, слушая, как легко и уверенно обманывал Куромару — имя, которое он узнал сейчас, — и даже проверить не захотели: — Ясно. Ты слышал, что изгой из Акамичи до сих пор сидит дома, даже свой день рождения не отмечает? Как-то… Акамичи и многие кланы о нём беспокоятся, даже Хокаге! — Да, виноваты во всём Яманака, они уже обнаглели совсем! Считают, что они наравне с Хокаге из-за способностей, хотя сами могут сказать ложь, и врали, наверное, ещё со времен Тобирамы Сенджу! Я не понимаю, после Иноичи его дочь-дура ничего не сделает и всем верит на слово! — Но у неё же отец умер, ей и так трудно владеть магазином, да ещё быть лидером клана, её можно понять! Эта ситуация вообще непонятная. Хокаге, Ино и Чоуза надеются, что он выйдет хоть сегодня или завтра! Надо же отметить день рождения человека! — Ха, после того, что произошло, он и не захочет. Ему так психику разрушили, что он умереть может! Ладно, держи! — Куромару отдал товар, как слышал Киджидас. Он всё это слушал, осознавал ситуацию и понял, что Куромару был самым близким, он понимал как-никак. Он не будет праздновать день рождения с этими людьми, да и тем более, когда Яманака не уничтожили и не снесли на край земли: — Держи, это тебе подарок, ты молодец, не слушай их. Я тебе хочу кое-что предложить! — Куромару дал черную визитную карточку и кунай. — Кунай тебе как сувенир, ну а это визитная карта в одно заведение. Там ты будешь для всех как брат, родной, и там тебя будут понимать! Я обещаю тебе, там ты будешь любим и красив! Ты мне веришь? Киджидас увидел вместо хитрого и холодного взгляда нежные узкие глаза и красивое лицо. У Киджидаса после увиденного не было сомнений, он верил этому мужчине: — Верю, но я подумаю над предложением! — Конечно, держи визитку, там адрес и название заведения, а вот ещё тебе карта! — Куромару передал Киджидасу всё, что нужно. — Спасибо вам, Куромару! Если что, это я — Киджидас! — Учитель вытер слёзы. — Я уже понял. Ну, теперь куда пойдешь? — спросил Куромару. — Ну, пока домой, мне всё равно нечего делать. Я думал пойти напиться, однако, если я опьянею, не дойду! — Не волнуйся, в десяти шагах рядом со мной два клуба. Если ты опьянеешь, я пойму, что ты там, и заберу тебя, только дай я перемещу вещи в твой дом! — Куромару взял вещи, взмахнул рукой. Киджидас был удивлён, ведь вместо обычной воды он увидел тёмную жидкость, густую, что аж медленно стекла по руке. Даже сам шиноби вздрогнул, пот стекал по лицу, а глаза расширились в испуге. Появился портал, и Куромару кинул туда вещи: — Не бойся, это нефть, моя собственная стихия. В моей деревне, ты как понял, не местный, я из деревни Курогане, там многие владеют этой стихией! — Куромару подошёл к Киджидасу и сказал: — С днём рождения, друг! — Спасибо вам за всё! — Шиноби вытер слезу, надел тёмный капюшон и ушёл, а Куромару, убедившись, что мужчина ушёл, радостно улыбнулся, ведь в его ловушку попал ещё один мужчина, да ещё красивый, из клана Акамичи. — Ещё один! Мой родной брат! — У Куромару засияли жёлтые глаза, так что даже появились клыки, как у настоящего хищника на добычу.

***

      Была ночь. Клуб был очень шумным, особенно когда пришёл Киджидас. За эти пару часов он успел опьянеть, выпив 3 бутылки вина, и потратить 900 миллионов рё; осталось только 100. Киджидас очень сильно гоготал, издавая звуки икания, жаловался новым пьяным друзьям, что Яманака скоты и не должны жить на свете: — Они никто… Лучше бы сгорели, пидоры! — Правильно говоришь, Яманаки всех достали, а Ино слабая наследница своего отца, она вообще… ИК… Не может… — Мужчина икал так сильно, что даже свалился с дивана. — Молодец, давай, Киджидас, за твоё здоровье, и поздравляем с днем рожденья! — Мужчины ударились с Киджидасом бокалами и смеялись. За этим всем наблюдал заведующий из клана Яманака, и он всё слышал: Киджидас уже не вернётся прежним, тем, который не пил. Он променял нормальную жизнь на выпивку, радость, хоть и вышел после вчерашнего из дома. Яманака решил через телепатию сообщить всю правду Ино, пока не стало поздно, помочь Киджидасу. Киджидас радостно встал, ходил пьяно так, что чуть не врезался в стол, махал друзьям: — Всё, пока! — Киджидас снова икал и с трудом, врезаясь об вещи и падая, вышел из клуба. Он не видел ничего, ничего не понимал, только и смог лечь на ступеньки, услышав смешок: — Мой друг, совсем опьянел. Пойдём, тебя ждёт новый дом! — Новый дом? — Киджидас, пьяный и радостный, увидел своего друга Куромару. — Куро! — Я тоже рад тебя видеть, пойдём! — Куромару, сильный и мощный, взял его на руки, перекинул через плечо и понёс. Киджидас не знал куда, ведь он уже отключался, зрение застилала пелена, и он просто провалился в сон, надеясь, что Куромару доведёт его домой.