Глава 4
13 июня 2026 г., 14:40
ИСПОВЕДЬ
Тот, кто не любит Starship, пугает меня.
Я ДЕЛАЮ ЭТО. Я делаю это. Не могу поверить, что, блядь, правда это делаю, — думал Робби, пробираясь сквозь танцующих. Его задача была ясна: найти Эллиота. Он чувствовал, взгляд Джулиана на своей заднице, и поэтому постарался добавить бёдрам дополнительную амплитуду. А время от времени, когда толпа расступалась под определённым углом и вспыхивал свет, он ловил взгляд Приста, застывшего на том же месте, где стоял с самого прихода в клуб. Его глаза были прикованы к Робби. Боже, какой это был кайф — оказаться между ними двумя. Место, которое Робби наверняка понравилось бы еще сильнее, если бы не назойливый голосок где-то на задворках сознания. Но последний коктейль должен был помочь справиться и с этим. Не говоря уже о том, что ему требовалась дополнительная порция смелости для того секса, от которого придется вцепляться в простыни и который, он был абсолютно уверен, эти двое способны ему обеспечить. С того самого момента, как Прист ответил на звонок, Робби уже был возбужден. А когда Джулиан прямо сказал ему, что они хотят видеть его — Робби Бьянки — обнаженным между собой, тут уже все было кончено. Ни один гей на планете не смог бы отказаться от подобного предложения. Да, Прист был невыносимым засранцем, но одного его присутствия хватало, чтобы воображение начинало работать на полную мощность. А еще к нему прилагался чертовски горячий муж. Музыка сменилась на ритм с пульсирующим басом, настроение на танцполе изменилось, и пары начали тереться и вжиматься друг в друга так, будто жалких лоскутков одежды на большинстве из них вовсе не существовало. Робби заметил Эллиота, обвившегося вокруг накачанного блондина в выцветших джинсах и чёрной майке, и похлопал друга по плечу. Эллиот поднял палец, означающий «подожди», своему партнёру и уставился на Робби с ошеломлённым видом — он явно не ожидал, что его друг отклеится от бара. — Ты в порядке? — прокричал Эллиот сквозь музыку, и Робби кивнул. — Да, но я кое-кого встретил. — Или кое-кого в двойном экземпляре. — Да неужели? — Эллиот ухмыльнулся. — Стоило мне оставить тебя одного на... — Тридцать минут, козёл. — Да-да-да. И ты уже успел кого-то подцепить. Что я тебе говорил? Сегодня ты выглядишь просто очаровательно. — Эллиот глянул через плечо Робби. — Ладно, и кто же это? — Бордовый свитер у бара, — сказал Робби, и Эллиот моментально его нашел взглядом. — Погоди-ка. — Отпустив руку своего танцора, Эллиот схватил Робби и оттащил в сторону. — Это тот, о ком я думаю? — Не знаю, — ответил Робби, прекрасно зная, что это именно тот, о ком думает Эллиот. — А о ком ты подумал? — Э-э... Джулиан «Прик» Торнтон. Один из твоих самых грандиозных крашей всех времен. Что он здесь делает? Он только что пришел? Господи! Ты его знаешь? Робби стрельнул глазами по сторонам, проверяя, не подслушивает ли кто. — Длинная история. Но вроде того. Я сегодня буду с ним. Окей? — Окей? — Эллиот посмотрел на него как на сумасшедшего. — Этот парень — из списка «мужики, с которыми все мы хотим переспать». Я уж точно не буду стоять у тебя на пути. Он чистая десятка. Скорее двадцатка, когда открывает рот. — Звякни, если что понадобится, или просто, знаешь, оставь динамик включённым, чтобы мы все могли насладиться твоей охрененной удачей. — Эллиот снова посмотрел в сторону бара. — Ты ведь собираешься его трахнуть? Не будешь же рыдать у него на плече о всех женатых мужиках, которых тебе никогда не заполучить? Э-э… Когда Робби в ответ промолчал, Эллиот прошептал ему на ухо: — Слушай сюда, сучка. Если до завтрашнего утра ты не оседлаешь этого Засранца, я лично надеру тебе задницу. И поверь, тебе явно больше понравится, если она будет болеть по другой причине. Робби рассмеялся, а когда его взгляд переместился на блондина, ожидавшего похищенного партнёра по танцам, он игриво помахал ему ручкой. — Кажется, твой танцор ревнует. Это мило. — Бьянки, — Эллиот схватил Робби за руку. — Иди и повеселись. Это приказ. Господи. Почему сегодня каждый считает своим долгом мной командовать? Но, уходя, Робби услышал, как Эллиот выкрикнул: «И обязательно сделай всё то, что сделал бы на твоем месте я!». И, почему-то, Робби был почти уверен: Джулиан и Прист хотели проделать такое, чего Эллиот не смог бы даже представить, и внезапно это показалось ему самой лучшей из всех дрянных идей.***
ПРИМЕРНО ЧЕРЕЗ полчаса после приезда в «КРАШ» Прист покинул клуб и направился к их «Рейндж Роверу». Теперь он сидел, глядя в зеркало заднего вида, как Джулиан и Робби выходят на холодную ночную улицу. «Выходят» было довольно вольным определением для того, как Робби заплетался ногами и заливисто хохотал. Но разве не за этим они сегодня сюда приехали? Чтобы убедиться, что нетрезвый мистер Бьянки доберётся до дома безопасно? А нетрезв он был в высшей степени. Прист наблюдал, как Джулиан остановил Робби у края тротуара, вытянув перед ним руку, когда мимо проехала машина. Затем они пересекли улицу и направились к чёрному внедорожнику, ожидавшему их в переулке. Видеть их рядом было одновременно интересно и возбуждающе — зрелище, которого Прист желал уже довольно давно. Робби, опираясь на руку Джулиана, не сводил глаз с автомобиля, словно внутри лежала граната. Очевидно, он прекрасно знал, кто ждёт их внутри, и Присту нравилось, что этот маленький огненный ураганчик относится к нему с определённой осторожностью. Возможные причины этой осторожности будоражили воображение, а мысль исследовать их делала его твёрдым, как грёбанный камень. Он посмотрел на часы на приборной панели — уже почти полночь — и задумался, работает ли Робби завтра. Судя по его состоянию, Прист предположил, что вряд ли. Когда пассажирская дверца открылась, Робби заглянул внутрь и заявил: — Сразу проясню: я здесь только потому, что Джулиан сказал, будто в этой машине где-то припрятан «Алмонд Джой». Прист перевёл взгляд на мужа. — Что? Твоего обаяния оказалось недостаточно? Пришлось пообещать конфеты? Джулиан потёр ладони и выдохнул на них, спасаясь от холода. — Проблема была не в моём обаянии. К тому же ты сказал, что предлагать своё тело ещё слишком рано, так что, увы, только конфеты и остались. Прист покачал головой, когда Джулиан ему подмигнул, и обратился к Робби: — Может, сядешь в машину? Затуманенный взгляд Робби заметался между ними, и он указал на заднее сиденье: — Я бы предпочёл сидеть там. Спасибо. — Возможно, — ответил Прист. — Но я предпочту, чтобы ты был на виду. К тому же Джулиан чаще всего предпочитает сзади.***
«ОН ТОЧНО не мог этого сказать», — подумал Робби, глядя на Приста и, очевидно, лишившись дара речи. — Садись, Роберт, — велел Прист. — Пока ты насмерть не замёрз. В Робби обнаружилось ровно столько жидкой храбрости, чтобы ухватиться за чёртову ручку и затащить себя на переднее сиденье. Когда дверь за ним захлопнулась и он оказался запертым в маленьком пространстве наедине с Пристом, Робби огладил джинсы и забарабанил пальцами по бедру. Он оглядывал машину — смотрел куда угодно, лишь бы не на Приста, который просто сидел и смотрел на него, пока Робби наконец не выдохнул: — Ты собираешься разговаривать или просто сидеть? — Просто сидеть. Робби закатил глаза и плюхнулся на сиденье. — Ты такой странный. Когда ответом ему была тишина, Робби повернул голову на подголовнике и уставился на Приста. — Серьёзно? Правда будешь просто сидеть? — Я не «просто сижу». — А по-моему, именно так. — Значит, посмотри поближе. — Ладно, но я кусаюсь, — сказал Робби и развернулся корпусом к Присту. — Припомню это, когда ты протрезвеешь. Джулиан любит чуточку боли в придачу к удовольствию. Когда до Робби дошёл смысл сказанного, его лицо заполыхало, и он заметил, как у Приста дрогнул уголок губ. — Я не это имел в виду. — Знаю, но теперь ты покраснел, а мне это нравится. Абсолютно выбитый из колеи комплиментом, Робби тронул пальцами щёку и пролепетал: — Правда? Но прежде чем Прист успел ответить, задняя дверца открылась, и Джулиан скользнул внутрь. — Merde. Эта холодрыга… Не уверен, что когда-нибудь привыкну. Пока Прист пристёгивался, Робби, оторвав от него взгляд, сделал то же самое, а затем обернулся к Джулиану, который всё ещё потирал ладони: — И не привыкнешь. Я живу тут всю жизнь и до сих пор не привык. — Non? — Нет. Просто становишься мастером многослойности, — Робби размотал шарф. — К тому же это отличный повод скупать столько одежды, сколько влезет. Слои, слои и ещё раз слои, дорогуша. Когда Прист лишь покачал головой, Робби перевёл на него взгляд: — Даже не притворяйся, что не думаешь о том, что на тебе надето, мистер Пристли. Этот прикид облегает тебя так, будто его кроили специально под твоё тело. — Как мило, что ты заметил, — сказал Прист. — Взгляните-ка, мы такие любезные друг с другом. По-моему, это был самый настоящий комплимент. Робби сморщил нос и снова посмотрел на Джулиана. — Он всегда так разговаривает? — А как именно, princesse? — Как будто он с другой планеты. Джулиан усмехнулся, и Робби увидел, как он поднимает глаза к зеркалу заднего вида, куда смотрел и Прист. — Может, так и есть. — Вы двое закончили? — спросил Прист. — Грубо обсуждать кого-то, словно его здесь нет. Робби рассмеялся. — Да, точно с другой планеты. Или, по крайней мере, из другого времени. — И, поскольку алкоголь придал ему куда больше раскованности, чем обычно, Робби выдал свою лучшую имитацию Приста: — Прекратите вести себя неподобающе, вы оба. Или я отправлю вас по разным комнатам. — Почти, — сказал Прист. — Но это в качестве наказания я бы выбрал кое-что другое. — Как и я, — ответил Робби и похлопал ресницами в сторону Приста; дьяволёнок внутри него сегодня так и рвался поиграть. — Твёрдая рука обычно может держать меня в узде. Смех Джулиана с заднего сиденья заставил Робби резко обернуться: тот качал головой. — Ты либо очень храбрый, mon cher petit, либо пьянее, чем я предполагал. Робби лишь ухмыльнулся и прижался щекой к мягкой коже сиденья, наслаждаясь её гладкостью. Он заметил, что Прист ему не ответил. Более того, челюсть Приста была крепко сжата, когда он потянулся и включил стерео, явно чтобы заглушить Робби. — О-о, прости, — Робби сложил ладони под щекой. — Я ведь не ранил твои чувства, нет? Прист переключил передачу. — А ты как думаешь? — Честно? Я не уверен, что у тебя вообще есть чувства. Пока Прист выезжал на дорогу, Джулиан сказал: — Поверь мне. Он чувствует многое. И, уверен, прямо сейчас его переполняют эмоции. Робби посмотрел на Джулиана, который снова буравил мужа взглядом в зеркале, и жар в его глазах ясно давал понять: какое бы чувство Джулиан ни имел в виду, оно было чертовски горячим. Лишь когда машина остановилась на перекрёстке, Робби расслышал, что играет из колонок, и воскликнул: — Фрэнк Синатра? Ладно. Ты серьёзно сейчас? Прист включил поворотник, и, хотя он не смотрел на Робби, тот увидел, как одна его бровь изогнулась в свете фар. — Дай угадаю, — сказал Прист. — У тебя проблемы с Фрэнком Синатрой. — Ну, нет. Алло, я американец с итальянскими корнями. Моя семья бы отреклась от меня, если бы у меня были проблемы с Ol’ Blue Eyes. Но опять же, сколько тебе лет? Моя бабушка слушает этого парня. Руки Приста стиснули руль, и Робби остался весьма доволен собой: наконец-то ему удалось добиться от этого человека хоть какой-то реакции, отличной от каменного выражения лица. — А что бы ты выбрал послушать, если бы мог? Робби выпрямился на сиденье, его глаза расширились от волнения. Он потянулся, готовясь нажать одну из кнопок на магнитоле, но в последнюю секунду что-то его остановило, и он обернулся к Присту, ища разрешения. Ну, это его машина. Я должен хотя бы спросить, прежде чем менять музыку. Правильно? — Можно? — спросил Робби, и когда на губах Приста медленно растянулась улыбка, Робби замер на месте. Чёрт. Когда Прист улыбался, это было… О. М. Г. Он выглядел как абсолютно другой человек, и до чёртиков горячий к тому же. — Да, ты можешь, — разрешил Прист, а затем его лицо вернулось к привычному суровому выражению. Глаза Робби метнулись к Джулиану, который ухмыльнулся, и внезапно джинсы стали гораздо теснее, чем пять секунд назад. — Радио? — произнёс Прист, возвращая обострённое внимание Робби к себе. — Ах, да. — Робби нажал кнопку, и когда из динамиков ударил знакомый мотив, он взвыл от восторга: — О да! Обожаю эту песню! — Затем он прибавил громкость, посмотрел на Приста и во всю глотку заорал первые строчки «We Built This City» в самой прочувствованной манере, на какую был способен. А-ха-ха! Вы только посмотрите на него. Робби едва не расхохотался при виде ошарашенного выражения, застывшего на лице Приста. Вместо этого он выдал все приёмчики из их с сёстрами эпичных битв под фанеру и начал отплясывать в кресле как безумный. Не забыв про богатый арсенал жестов руками, наклонов головы и полную отдачу настоящей дивы, Робби ткнул пальцем назад, приглашая Джулиана присоединиться, и увидел, что тот хохочет над его выходками. Затем Робби перегнулся через консоль и положил руку на плечо Приста, после чего, войдя в образ, театрально привалился к его бицепсу и, глядя на Приста из-под ресниц, пропел припев в невидимый микрофон. Боже, кто же не любит Starship? Когда всё закончилось и сменилось гораздо менее заводной песней, Робби убавил громкость, закрыл глаза и откинулся в кресле. — Полагаю, тебе нравится эта песня? — Прист был так серьёзен, что Робби не мог сдержать улыбку. Чувак реально был до чёртиков странным. — Ага. А разве есть те, кому нет? — Робби открыл глаза, и когда огни приборной панели начали расплываться в мутно-голубые пятна, а голова Приста раздвоилась, Робби заморгал. Усталость вперемешку с алкоголем ударили в голову. Затем он услышал голос Джулиана: — Браво, princesse. Браво. — Merci, — пробормотал Робби, взмахнув рукой, и это было последним, что он помнил, прежде чем закрыл глаза и провалился в сон.
