6. Хрупкое равновесие…
11 июня 2026 г., 19:11
— А то сейчас точно придушу тебя…
Тэхён замер. Потому что вместо угрозы услышал совсем не угрозу.
Что-то усталое, тёплое и удивительно настоящее.
Несколько секунд они так и стояли посреди пустой дороги.
Только ветер трепал волосы.
Где-то вдали шумела ночная дорога.
Огни Мирёна дрожали в темноте, отражаясь в реке.
Тэхён вдруг понял, что Чонгук до сих пор его не отпустил, будто просто забыл об этом. И сердце снова сбилось с ритма.
— Чонгук.
— Что?
Потом Тэхён всё-таки шмыгнул носом.
— Между прочим.
— Даже спрашивать боюсь.
— Ты слишком крепко меня обнимаешь.
Чонгук даже не шелохнулся.
— Терпи.
— Вот ещё.
— Тогда не ной.
— Я не ною.
— Конечно.
— Вообще-то это странно.
— Что именно?
Тэхён наконец поднял голову.
— Вот это.
— Блядь…
— Ты понял.
— К сожалению.
Чонгук устало прикрыл глаза.
— Тэхён…
— Что?
— Говори уже.
— Люди просто так не обнимаются.
Чонгук медленно опустил на него взгляд.
— Серьёзно?
— Да.
Тэхён недовольно нахмурился.
— Я не шучу.
— Я вижу.
— Альфа и омега просто так не обнимаются.
— И?
— Обнимаются пары или супруги.
Чонгук молча посмотрел на него и покачал головой.
— Тэхён.
— Ну что…
— Замолчи.
— А я неправ?
— Потому что ты сейчас несёшь какую-то ерунду.
— Это не ерунда.
— Мы ещё поговорим о том, какого чёрта ты творишь.
— Не угнал.
— Вот поэтому я и говорю — замолчи.
— Ты опять начинаешь.
— Потому что ты вообще не понимаешь, насколько меня напугал.
Тэхён моргнул.
— Машиной?
— Да при чём здесь машина?
Ответ прозвучал слишком резко, и оба сразу замолчали.
Тэхён внимательно посмотрел на него и тихо произнёс:
— Тогда почему ты так разозлился?
Чонгук ничего не ответил.
— Чонгук.
— Что?
— Почему?
— Потому что ты идиот.
— Это не ответ.
— Другого пока нет.
— Ты сейчас специально уходишь от разговора.
— А ты сейчас специально лезешь туда, куда не надо.
— Значит, я прав.
— Иногда мне кажется, что тебе вообще нельзя оставаться наедине со своими мыслями.
— Почему?
— Потому что потом начинаются вот такие разговоры.
Тэхён закатил глаза.
— И всё?
— А тебе мало?
— Очень.
Несколько секунд они молча смотрели друг на друга.
Потом Тэхён тихо произнёс:
— Я видел тебя сегодня.
— Когда?
— Когда ты приехал к Намджуну.
Чонгук нахмурился.
— И?
— Ты выглядел так, будто тебе уже всё равно, чем это закончится.
На несколько секунд повисла пауза.
— А мне не всё равно.
Тихо добавил Тэхён.
— Поэтому я приехал.
Чонгук тяжело выдохнул.
— Знаешь, что меня сейчас больше всего бесит?
— Что?
— Ты умудряешься спорить даже после того, как пять минут назад ревел.
— И вообще…
— Только не смотри на меня так.
— Как?
— Как будто сейчас скажешь что-нибудь раздражающее.
— То есть ты уже заранее на меня злишься?
— Опыт подсказывает, что не зря.
Тэхён уже открыл рот, собираясь возразить и в очередной раз доказать свою правоту.
— Твою мать…
Тэхён сглотнул.
— Ну и что теперь?
Уголок губ Чонгука едва заметно дёрнулся.
— Сам не знаю.
Тэхён почему-то не отвёл взгляд.
Любой нормальный человек уже отвёл бы взгляд. Но Тэхён никогда не был особенно нормальным.
Поэтому продолжал смотреть.
И чем дольше длилось молчание, тем сильнее казалось, что назад дороги уже нет.
— Чонгук.
— Что?
— Ты меня начинаешь тревожить.
— Поздно.
— Почему?
— Потому что я сам уже не уверен, что творю.
Он сказал это без привычной усмешки. Без попытки отшутиться. И именно это заставило Тэхёна замолчать впервые за весь вечер.
Тэхён внимательно посмотрел на него. Чонгук не улыбался.
— Ничего не понимаю.
— Я тоже.
И именно это почему-то прозвучало честнее всего за сегодняшний день.
Никто не двигался. Только ветер трепал волосы, где-то вдали проехала машина, а со стороны набережной доносился шум реки.
Тэхён возмущённо выдохнул, собираясь сказать что-нибудь колкое.
Но Чонгук вдруг посмотрел на него так внимательно, что все слова моментально исчезли.
— Что?
Сразу насторожился Тэхён.
— Ничего.
На этот раз Чонгук всё-таки усмехнулся.
По-настоящему.
Впервые за весь этот безумный день.
И почему-то именно эта улыбка оказалась опаснее всего остального.
Потому что Тэхён вдруг понял — кажется, впервые видит его таким.
Просто Чонгука.
Уставшего.
Живого.
И почему-то именно от такого Чонгука хотелось отвернуться.
Но ещё сильнее — продолжать смотреть.
— Чего?
— Тебе нравятся только молчаливые люди.
Чонгук уставился на него.
— С чего вдруг?
— Ну а что? Каждый раз одно и то же:
— Тэхён, замолчи.
— Тэхён, не спорь.
— Тэхён, не начинай.
— Тэхён, не беси меня.
— По-моему, у тебя аллергия на разговорчивых омег.
Чонгук прикрыл глаза.
— Потому что иногда это единственный способ сохранить рассудок.
— Ясно всё с тобой.
— Тэхён, не беси меня.
— Вот. Опять.
Чонгук шумно выдохнул.
— Вот же заноза…
— Зато тебе не скучно.
— Это ещё спорный вопрос.
Тэхён фыркнул.
— Тэхён.
— Что?
— Тебе девятнадцать лет.
— И?
— И это многое объясняет.
— Ах вот как.
— Именно так.
Тэхён прищурился.
— А я, получается, не подхожу.
— В каком смысле?
— Для твоего списка требований.
— Чувствую, сейчас будет какая-то глупость.
— Да нет. Всё просто прекрасно.
Чонгук насторожился.
— Когда ты говоришь «всё прекрасно», обязательно происходит какая-нибудь ерунда.
— Надо же.
— Тэхён.
— Кажется, тебе нужны омеги постарше.
Чонгук потёр переносицу.
— Да чтоб тебя…
— Нет, серьёзно.
Тэхён ткнул в него пальцем.
— Спокойные и взрослые.
— Которые не спорят каждые пять минут.
— И не устраивают катастрофу из любого разговора.
— Тэхён.
— Мм?
— Твою мать...
— Вот видишь.
— И к чему ты ведёшь?
— Список требований растёт.
Чонгук покачал головой.
— Вот же проблема на мою голову.
— А ты ворчишь как человек, которому уже всё надоело.
— Мне двадцать восемь.
— Для меня почти тридцать.
— Ужас какой.
— Тэхён.
— Всё, молчу.
Пауза длилась ровно секунду.
— Завтра же начну искать тебе серьёзную взрослую омегу.
— Даже не думай.
— Почему?
— Потому что я сказал нет.
— А если я уже решил?
— Тогда я запрещаю.
Тэхён поднял брови
— Ого. Какие громкие заявления.
— В машину.
— Есть, господин Чон.
— Тэхён.
— Уже иду.
Чонгук что-то недовольно пробормотал себе под нос и направился к машине.
Тэхён проводил его взглядом и тихо фыркнул.
— Подумаешь.
И только после этого стало немного неприятно. Совсем чуть-чуть.
Будто слова про возраст были сказаны в шутку, но задели по-настоящему.
Минут через пятнадцать Чонгук свернул на круглосуточную заправку.
— Сиди здесь.
— Ага.
Чонгук даже не стал уточнять, что это означает очередное враньё.
Стоило ему отвернуться, как Тэхён уже выбрался из машины.
— Вот же…
Но догонять его Чонгук не стал.
Пусть идёт.
В магазине было почти пусто.
Только сонный кассир и какой-то альфа возле кофемашины.
Тэхён взял бутылку воды.
Потом ещё сок.
Потом пачку чипсов.
Потом зачем-то шоколад.
— Вы не местный?
Тэхён поднял голову.
Альфа улыбался.
Слишком дружелюбно.
— Почему?
— Раньше вас здесь не видел.
— И что?
— Ничего. Просто красивых омег обычно запоминают.
Тэхён закатил глаза.
Только этого ему сейчас и не хватало.
— Спасибо, наверное.
— Один приехали?
И тут Тэхён неожиданно вспомнил слова Чонгука.
«Если кто-то полезет — используй моё имя».
Ну вот. Сам виноват.
— Нет.
— Тогда с кем?
— С Чонгук-хёном.
Улыбка мгновенно исчезла с лица альфы.
Альфа возле кофемашины заметно напрягся.
А кассир за стойкой как-то подозрительно выпрямился.
— С кем?
— С Чонгук-хёном.
— Чон… Чон Чонгуком?
— Ну да.
На несколько секунд стало подозрительно тихо.
— Понятно.
Альфа резко отвернулся к своему кофе, будто внезапно вспомнил о срочных делах.
Тэхён хмыкнул.
Работает.
Когда он подошёл к кассе, пакет почему-то оказался заметно тяжелее.
— Эм…
Тэхён заглянул внутрь.
Кроме его покупок там обнаружились печенье, два шоколадных батончика, газировка и упаковка мармелада.
— Я этого не брал.
Кассир натянуто улыбнулся.
— Всё нормально.
— Но…
— Всё уже оплачено.
— Кем?
Кассир вдруг отвёл взгляд.
— Вам не о чем беспокоиться.
— Мне начинает казаться, что происходит что-то странное.
— Хорошего вечера.
Тэхён ещё раз заглянул в пакет.
— Ладно… спасибо.
Через несколько минут в магазин вошёл Чонгук.
Кассир заметно побледнел.
— Добрый вечер, господин Чон.
Чонгук нахмурился.
— Добрый.
— И… прошу прощения.
— За что?
— Я не знал, что это ваш младший брат.
Чонгук медленно перевёл взгляд на раздутый пакет в руках Тэхёна.
Потом снова посмотрел на кассира.
— Мой кто?
— Брат.
Чонгук медленно перевёл взгляд на Тэхёна.
— Ясно.
Через минуту они направлялись к машине.
— Брат?
Тэхён невозмутимо открыл бутылку воды.
— А что мне надо было сказать?
— Не знаю.
— Ты сам говорил использовать твоё имя.
— Тэхён.
— Мм..
— Какого чёрта брат?
— А что мне ещё было говорить?
— Даже знать не хочу, какие варианты были у тебя в голове.
Тэхён сделал глоток воды.
— Работает же.
— Это не делает твои методы нормальными.
— Зато эффективными.
— Вот это меня и беспокоит.
Тэхён довольно улыбнулся.
— Вот видишь.
— Блядь…
Чонгук только покачал головой.
Но уже через несколько шагов поймал себя на странной мысли.
Потому что вариант с братом неожиданно оказался самым безобидным из всего, что Тэхён вообще мог ляпнуть.
И это совсем его не успокаивало.
Обратно в машину Тэхён сел непривычно тихим.
Настолько, что уже через пару минут Чонгук начал коситься в его сторону.
Обычно Тэхёна не хватало и на три минуты молчания. Сейчас шла уже десятая.
Тэхён сидел у окна, пил сок и смотрел на огни ночного Мирёна.
Не произнося ни слова.
— Что?
Не выдержал Чонгук.
— Ничего.
Прошло ещё несколько минут.
Чонгуку всё время казалось: вот сейчас Тэхён что-нибудь скажет.
Какую-нибудь глупость, претензию или очередную ерунду.
Но тот продолжал молчать.
— Тэхён.
— М?
— Что ты задумал?
— Ничего.
— Не верю.
— Это уже твои проблемы.
— Вот поэтому и не верю.
Тэхён фыркнул.
Но снова замолчал.
До дома оставалось минут пять.
Когда он вдруг выпрямился, будто только что что-то вспомнил.
— Ладно.
Чонгук сразу напрягся.
— Началось.
— Что началось?
— Давай.
— Что давай?
— Озвучивай.
— Откуда ты знаешь, что я хотел что-то сказать?
— Потому что уже успел тебя узнать.
Тэхён задумчиво покрутил бутылку в руках.
— Научи меня водить машину.
Чонгук едва не поперхнулся воздухом.
— Чего?
— Водить машину.
— Нет.
— Какой быстрый ответ.
— Потому что нет.
— Ладно.
— Мне уже не нравится это «ладно».
— Не хочешь — не надо.
Чонгук подозрительно посмотрел на него.
— Что-то слишком легко сдался.
— А что мне делать?
Тэхён пожал плечами.
— Найду себе нормального инструктора.
— Соболезную инструктору.
— Завидуешь?
— Ему — да.
А то каждый раз выслушивать твои нравоучения — удовольствие сомнительное.
— Если бы ты хоть иногда их слушал, жить было бы проще.
— Кому?
— Мне.
— А, тогда понятно.
Чонгук закатил глаза.
— Ты вообще понимаешь, что сегодня натворил?
— Понимаю.
— Нет, не понимаешь.
— Думаю, понимаю.
— Господи, дай мне терпения.
— Видишь? Поэтому мне и нужен другой инструктор.
— Тэхён.
— Мм..
— Ты без прав угнал машину главы Востока.
— Красиво звучит.
— Это не комплимент.
— Жаль.
Чонгук тихо выругался.
Тэхён невинно улыбнулся, и Чонгук сразу понял, что сейчас будет что-то плохое.
— Мирён вообще-то не из одного тебя состоит.
— Что?
— Инструкторов много.
— Тэхён.
— Договаривай.
— Нормальных инструкторов днём с огнём не найдёшь.
— Очень убедительно.
— А я серьёзно.
— Это и пугает.
Тэхён улыбнулся.
— Почему?
— Потому что я ещё не готов разгребать последствия твоего обучения.
— Как мало веры в мои способности.
— Как много опыта общения с тобой.
Тэхён выглядел подозрительно довольным.
И именно в этот момент Чонгук понял, что привычный Тэхён наконец вернулся.
И почему-то это раздражало куда меньше, чем его молчание.
Тэхён молча поднялся к себе.
Чонгук ушёл в кабинет.
Ни один из них больше не сказал ни слова.
Ночь прошла непривычно спокойно.
Тэхён заперся у себя на третьем этаже.
Чонгук ещё несколько часов просидел в кабинете, разбирая накопившиеся дела.
А потом дом наконец погрузился в тишину.
Но спокойствие продлилось недолго.
На следующее утро Чонгук спустился на кухню и сразу замер.
По дому уже разносился запах еды.
Он остановился в дверях и подозрительно прищурился.
— Это что?
Тэхён даже не посмотрел на него.
— Завтрак.
— Вижу.
— Тогда зачем спрашиваешь?
Чонгук подошёл ближе.
На столе уже стоял полноценный завтрак.
Кофе, тосты, яичница и фрукты.
— Ты меня отравить решил?
— Пока нет.
— Пока?
— Всё зависит от твоего поведения.
— Прекрасно.
— Садись и ешь.
Чонгук замер.
— Даже выбора не оставил?
— Да.
— Совсем страх потерял?
— Ты вчера сказал, что я тебя нервирую.
— И?
— Теперь ты нервируешь меня.
Чонгук молча посмотрел на него.
Несколько секунд они сверлили друг друга взглядами.
Потом он всё-таки сел.
И только тогда поймал себя на мысли.
За последние дни этот омега каким-то образом начал менять правила в его доме.
Трогать вещи, спорить, командовать, передвигать мебель и будить его в шесть утра.
И самое паршивое заключалось в том, что Чонгук всё это позволял.
Несколько минут они завтракали молча.
Чонгук спокойно пил кофе.
Тэхён честно пытался не вмешиваться.
Хватило его ненадолго.
— Быстрее.
Чонгук поднял взгляд от чашки кофе.
— Я ем.
— Еле-еле.
— Нормально.
— Мы с тобой по-разному понимаем слово «нормально».
— Тэхён.
— Что?
— Дай мне спокойно позавтракать.
Тэхён недовольно поджал губы.
— У меня вообще-то важные дела.
— Какие?
— Комната сама себя не доделает.
— Господи…
Тэхён демонстративно посмотрел на часы.
— Ты уже пять минут пьёшь один кофе.
— Потому что мне нравится кофе.
— По-моему, ты его не пьёшь, а ведёшь с ним переговоры.
— Пока что счёт в его пользу.
— Так вот почему ты всё время злой.
Чонгук молча посмотрел на него.
— Продолжай.
— Нет, жить я ещё хочу.
Через полчаса они уже спускались в складское помещение особняка.
Тэхён остановился среди рядов коробок и удивлённо присвистнул.
— Да у тебя тут склад размером с магазин.
— Это и есть склад.
— Ненормальный у тебя склад.
— Я в курсе.
Уже через пять минут он перебирал образцы штор, через десять спорил из-за цвета стен, а ещё через полчаса командовал всем процессом так, будто жил здесь всю жизнь.
— Нет.
— Вот это сюда.
— Почему?
— Потому что у меня есть вкус.
— Очень убедительный аргумент.
— Рада, что ты это признал.
К обеду комната изменилась почти полностью.
Тяжёлые чёрные шторы исчезли.
Стало светлее.
Теплее.
И как-то уютнее.
Даже Чонгук вынужден был признать, что результат оказался лучше ожиданий.
— Вот.
Тэхён довольно оглядел комнату.
— Теперь на человеческое жильё похоже.
— Не преувеличивай.
— Я ещё преуменьшаю.
— Тэхён.
— Что? Теперь хотя бы не кажется, что здесь живёт вампир.
— Раньше тоже было нормально.
Чонгук закатил глаза.
Тэхён победно улыбнулся.
Потом демонстративно хлопнул себя по животу.
— Всё.
— Сдался?
— Я устал.
— Уже?
— Очень.
— Ты весь день командовал.
— Вот именно. Попробуй сам.
Чонгук усмехнулся.
— Конечно.
— Я серьёзно.
Тэхён направился к двери.
— Далеко?
— На кухню. Есть хочу.
Чонгук только покачал головой.
— А ты доделай тут мелочи.
— Какие ещё мелочи?
— Я в тебя верю.
— Тэхён.
— Что?
— Ты обнаглел.
— Немного.
И выскочил за дверь раньше, чем Чонгук успел придумать достойный ответ.
Почти через час Чонгук закончил последние мелочи.
Комната действительно выглядела иначе — будто наконец стала жилой.
Он спустился вниз.
И замер.
Из кухни доносились тихая музыка, фальшивое подпевание, грохот посуды и запах еды.
Очень вкусный запах.
Чонгук нахмурился.
И пошёл на звук.
Тэхён стоял у плиты и что-то помешивал в кастрюле, напевая себе под нос.
Настолько увлечённо, что не заметил его появления.
— Ты фальшивишь.
Тэхён вздрогнул.
— Господи!
— Я решил предупредить.
— Тебя никто не спрашивал.
— Это было слышно даже с лестницы.
Тэхён демонстративно отвернулся к плите.
И кивнул в сторону лестницы.
— Иди в душ.
Чонгук моргнул.
— Что?
— От тебя пылью пахнет.
— Я час мебель таскал.
— Вот именно.
— Полчаса.
— Что?
— Через полчаса всё будет готово.
Тэхён попробовал соус, задумчиво нахмурился, добавил что-то из банки и только потом довольно кивнул.
— Так что марш отсюда.
Чонгук молча посмотрел на него.
Потом вдруг поймал себя на странной мысли.
Ещё месяц назад никто в этом доме не смел отдавать ему приказы.
А теперь какой-то девятнадцатилетний омега выгонял его с собственной кухни.
И самое паршивое заключалось в том, что Чонгук действительно собирался пойти в душ.
Через полчаса они уже сидели за столом.
Тэхён поставил перед ним тарелку и сразу сделал вид, что ему совершенно всё равно на результат.
— Ну?
Чонгук поднял взгляд.
— Что?
— Ничего.
Чонгук спокойно продолжил ужинать.
Тэхён недовольно прищурился.
— Ты специально?
— О чём ты?
— Издеваешься.
Чонгук молча попробовал ещё кусок.
Потом ещё один.
И как ни в чём не бывало продолжил ужинать.
Тэхён терпеливо ждал.
Хватило его ненадолго.
— Между прочим, нормальные люди обычно что-то говорят.
— Например?
— Вкусно.
— Самоуверенно.
— Зато честно.
— Скромности в тебе вообще нет?
— Зато ужин есть.
— Я заметил.
Тэхён довольно фыркнул и наконец принялся за свою еду.
Разговор быстро затих.
Странно, но впервые за долгое время тишина не раздражала.
Чонгук ел и невольно думал, что всё это выглядит слишком непривычно.
У него дома всегда готовили.
Повар и персонал. Люди, которым за это платили.
Никто никогда не стоял у плиты специально для него.
И уж точно никто не выгонял его с кухни, не командовал и не заставлял завтракать или ужинать вовремя.
Странный омега.
Шумный.
Упрямый.
Раздражающий.
Но почему-то дом рядом с ним впервые за долгое время перестал напоминать пустую резиденцию.
Чонгук нахмурился.
Да что за бред.
— Чего завис?
Голос Тэхёна выдернул его из мыслей.
— Ешь молча.
Тэхён фыркнул.
А Чонгук вернулся к ужину.
Больше тему еды они не поднимали.
Впрочем, Тэхёну хватило и того, что Чонгук доел всё до последней ложки.
К вечеру небо над Мирёном окончательно потемнело.
Чонгук выехал из резиденции уже после заката.
На улицах зажглись фонари.
Неоновые вывески отражались в мокром асфальте.
Город жил своей привычной жизнью.
Кто-то заключал сделки, кто-то проигрывал деньги, кто-то врал, а кто-то строил планы на будущее.
Мирён никогда не спал по-настоящему.
Резиденция дома Ким встретила его непривычной тишиной.
Охрана пропустила машину без лишних вопросов.
Слишком многие уже понимали, что сегодня происходит нечто странное.
Глава Востока приехал к главе Запада один.
Без угроз.
Без показательной силы.
И это тревожило куда сильнее любой демонстрации оружия.
Намджун сразу перешёл к делу.
— Я тут подумал.
Чонгук молча посмотрел на него.
— Представь, что завтра мы с тобой окончательно сорвёмся.
— Не сложно представить.
— Объявим войну.
— И что потом?
Намджун откинулся на спинку кресла.
— Совет нас не поддержит.
— Конечно не поддержит.
— Времена другие.
— Старики любят повторять эту фразу.
— Потому что она правда.
Чонгук усмехнулся.
— Иногда хочется проверить.
— А потом получить пулю от Совета?
— Смотря в кого стрелять первым.
Намджун закатил глаза.
— Я серьёзно.
— Я тоже.
Несколько секунд оба молчали.
Потом Намджун продолжил:
— Если мы начнём войну, Совет первым делом поднимет вопрос о смене власти.
Улыбка исчезла с лица Чонгука.
— Продолжай.
— Скажут, что главы больше не контролируют ситуацию.
Что Востоку нужен новый глава.
Что и Западу тоже.
Что город устал от наших конфликтов.
Чонгук медленно кивнул.
Потому что теперь понял.
— И сразу полезут желающие.
— Именно.
— На моё место.
— И на моё.
Намджун посмотрел ему прямо в глаза.
— И вот тогда мы узнаем, кто всё это начал.
В кабинете повисла тишина.
— Потому что человек, который устроил весь этот цирк, обязательно попробует получить выгоду.
— Или сам попробует занять место.
— Или вытащит вперёд своего человека.
Чонгук задумчиво постучал пальцами по столу.
— Неплохая мысль.
Намджун впервые за весь разговор заметно расслабился.
Чонгук поднялся.
— Ладно. Работаем.
— Работаем.
— Но если окажется, что виновника найдёшь раньше меня…
— Что тогда?
— Не трогай.
Намджун прищурился.
— Почему?
— Потому что я хочу сделать это сам.
— Очень на тебя похоже.
— Знаю.
Позже тем же вечером Чонгук без предупреждения появился в резиденции Совета.
Председатель Чхве встретил его тяжёлым взглядом и сразу нахмурился.
— Что случилось теперь?
— У меня вопрос.
— Уже боюсь.
Чонгук сел напротив.
— Прошло уже достаточно времени.
— И?
— Почему вопрос с младшим Кимом до сих пор не закрыт?
Председатель нахмурился.
— О каком именно решении речь?
— О том, которое вы собирались принять вместо меня.
Старик сразу всё понял.
— Чонгук…
— Нет.
Теперь вы меня послушаете.
В кабинете повисла тишина.
— Я глава Востока.
Решение приняли через меня, а обсуждение ведётся без меня.
И почему-то все считают это нормальным.
Председатель устало вздохнул.
— Мы просто рассматривали варианты.
— Больше не рассматривайте.
— Что именно ты предлагаешь?
— Ничего.
Чонгук спокойно посмотрел ему в глаза.
— Тэхён остаётся у меня.
— Ты уверен?
— Более чем.
— Раньше ты говорил совсем другое.
— Раньше многое было иначе.
— Это окончательное решение?
— Да.
— Причина?
— Ни мне, ни Мирёну не нужны новые проблемы.
Сейчас всё работает.
И я не собираюсь это ломать ради очередного эксперимента Совета.
Председатель молчал дольше обычного.
Потом неожиданно усмехнулся.
Потому что прекрасно понимал: пару недели назад Чонгук сам требовал избавиться от Тэхёна.
А теперь пришёл закрывать этот вопрос лично.
— Хорошо.
Чонгук прищурился.
— Так просто?
— Вопрос закрыт.
Чонгук поднялся.
— Отлично.
— И это всё?
— Всё.
— Даже спасибо не скажешь?
— Не привыкайте.
После чего направился к двери.
— Чонгук.
Тот остановился.
— Что?
Председатель некоторое время смотрел на него.
Потом покачал головой.
— Ничего.
Чонгук молча вышел.
Старик ещё некоторое время смотрел на закрытую дверь.
После чего неожиданно улыбнулся.
Хорошие поступки в Мирёне встречались редко.
Особенно если речь шла о таких людях, как Чон Чонгук.
Но сегодня решил обойтись без лишних вопросов.
Иногда человеку лучше самому прийти к признанию, в котором он пока ещё не готов признаться даже себе.
Город затих непривычно рано.
Словно весь Мирён затаил дыхание.
Даже дождя не было.
Только тяжёлые тучи медленно ползли над крышами домов, закрывая звёзды одну за другой.
Чонгук остановился возле окна своего кабинета.
Где-то далеко мигали огни ночных улиц.
Где-то люди обсуждали слухи о войне.
Но сегодня город боялся.
Он это чувствовал.
Потому что Совет должен был решить слишком многое.
Чонгук провёл рукой по лицу.
Усталость давила сильнее обычного.
Последние недели превратились в бесконечную череду переговоров, угроз и чужих ошибок.
А потом появился Тэхён.
И почему-то всё окончательно пошло не по плану.
Он усмехнулся.
— Ну и что мне теперь с тобой делать?
Вопрос растворился в тишине кабинета.
Ответа не последовало.
Как всегда.
Он провёл ладонью по лицу и снова посмотрел на тёмный город за окном.
— Боже…
Несколько секунд он молчал.
— Вот скажи мне.
Чонгук покачал головой.
— Этот Ким Тэхён действительно проблема?
Или проблема в том, что я уже перестал считать его проблемой?
Потом коротко хмыкнул.
Понять Ким Тэхёна с каждым днём становилось всё сложнее.
— Да что за мысли вообще...
За окном вспыхнула далёкая молния.
Грома пока не было.
Но Мирён уже чувствовал приближение грозы.
Слухи расползались по городу быстрее любых новостей.
То и дело всплывали разговоры о Востоке и Западе.
Кто-то клялся, что видел вооружённых людей возле территорий Чон.
Кто-то утверждал, что люди Ким уже готовятся к ответу.
Чем больше становилось разговоров, тем напряжённее выглядел город.
Даже Совет начал собираться чаще обычного.
На этом фоне Чонгук почти перестал появляться дома.
Уезжал рано и возвращался поздно.
Иногда Тэхён видел его всего несколько минут за день.
Поэтому, когда он в очередной раз попросил разрешение съездить в центральную библиотеку, Чонгук неожиданно согласился.
Так в жизни Тэхёна появилась старая библиотека на набережной, пропитанная запахом бумаги и старых книг.
Именно там Тэхён познакомился с Ким Сокджином — сотрудником архивного фонда.
Сокджин оказался удивительно лёгким человеком.
Разговаривал много.
Шутил ещё больше.
И каким-то образом умудрялся знать почти всё, что происходило в Мирёне.
Уже через несколько посещений Тэхён начал невольно искать знакомую улыбку между книжных стеллажей.
— Ты снова взял сразу пять книг.
Тэхён поднял голову и невольно улыбнулся.
Сокджин стоял между стеллажами с очередной стопкой документов в руках.
— Это мало.
— Для нормального человека много.
— Тогда хорошо, что я не нормальный.
— Это я уже понял.
Сокджин тихо рассмеялся.
А потом неожиданно посмотрел куда-то за плечо Тэхёна.
— Твоя охрана опять здесь.
Тэхён обернулся.
Двое людей Чонгука, как обычно, ждали возле входа.
Не мешали.
Не разговаривали.
Просто наблюдали.
— Они всегда здесь.
— Чонгук никому не доверяет.
— Ты хорошо его знаешь?
— Достаточно.
Сокджин пожал плечами.
— Когда-нибудь он либо спасёт весь Мирён, либо окончательно сведёт его с ума.
— А может сразу и то, и другое.
На этот раз рассмеялись уже оба.
В тот же вечер Чонгук вернулся домой далеко за полночь.
Усталый.
Раздражённый.
С очередной папкой документов под рукой.
Но стоило переступить порог кабинета, как телефон зазвонил.
На экране появилось имя Намджуна.
Чонгук ответил сразу.
— Что?
— Кажется, клюнули.
Потом Чонгук медленно опустился в кресло.
— Уверен?
— Да.
— Кто?
— Пока не по телефону.
Голос Намджуна звучал слишком серьёзно для шуток.
— Завтра Совет собирается.
Чонгук усмехнулся.
— Наконец-то.
Он сбросил вызов.
И впервые за долгое время Чонгук почувствовал, что игра подходит к концу.
Утро в Мирёне выдалось пасмурным.
Низкие тучи висели над городом с самого рассвета.
Ветер усилился ещё ночью.
А к полудню по улицам уже поползло знакомое напряжение.
Совет собирался вне очереди.
Такое происходило редко.
Слишком редко, чтобы люди не начали задавать вопросы.
К главному зданию один за другим подъезжали автомобили.
Главы территорий.
Члены Совета.
Люди, привыкшие влиять на чужие судьбы.
Сегодня здесь собрались почти все.
Чонгук приехал одним из последних.
У входа его уже ждал Намджун.
Они молча переглянулись.
Без приветствий.
Без лишних слов.
Оба понимали, ради чего приехали.
Зал Совета встретил их привычной тишиной.
Но сегодня она ощущалась иначе.
Натянутой.
Нервной.
Словно многие уже догадывались, что сегодня всё закончится иначе.
Председатель поднялся со своего места.
— Полагаю, все понимают, зачем мы сегодня собрались.
Несколько человек кивнули.
— Восток и Запад в очередной раз поставили Мирён на грань войны.
— На грань?
Чонгук лениво поднял взгляд.
— А я думал, все уже решили, что война началась.
По залу пробежал едва заметный ропот.
Председатель нахмурился.
— Господин Чон.
— Что?
— Сейчас не время для провокаций.
— Тогда переходите к делу.
Намджун едва заметно помассировал переносицу.
Иногда ему казалось, что Чонгук специально делает всё сложнее.
Иногда он был в этом уверен.
Несколько минут Совет обсуждал ситуацию.
Слишком долго.
Слишком осторожно.
Именно поэтому Чонгук начал терять терпение.
— Хватит.
Голос прозвучал спокойно.
Но в зале мгновенно стало тихо.
— Либо мы обсуждаем проблему.
Либо продолжаем делать вид, что её не существует.
Несколько человек заметно напряглись.
Чонгук это увидел.
И улыбнулся.
Очень нехорошо.
— Забавно.
Он медленно обвёл взглядом зал.
— Особенно учитывая, что виновники сейчас сидят здесь.
Тишина стала абсолютной.
Председатель резко поднял голову.
— Что вы имеете в виду?
— Именно то, что сказал.
Намджун наконец встал со своего места.
— Последние недели кто-то последовательно сталкивал Восток и Запад.
Создавал конфликты.
Подделывал документы.
Передавал ложную информацию.
И очень рассчитывал, что мы начнём войну.
Теперь уже напряглись все.
Кроме двух человек в дальнем конце стола.
Именно этого Чонгук ждал.
Паника всегда приходит первой.
Один из мужчин заметно побледнел.
Второй отвёл взгляд.
Ошибка.
И очень дорогая.
Чонгук усмехнулся.
— Вот они.
В зале послышались удивлённые голоса.
Председатель резко поднялся.
— Что здесь происходит?
— Правда.
Спокойно ответил Намджун.
И впервые за долгое время в его голосе не было ни капли сомнений.
На стол легли собранные доказательства: переводы денег, поддельные приказы, контакты посредников.
Слишком много для совпадения.
Слишком мало для оправдания.
По мере того как председатель перелистывал страницы, его лицо становилось всё мрачнее.
А Чонгук продолжал смотреть только на двух мужчин.
Не моргая.
Как хищник, который наконец дождался нужного момента.
— Ну что?
Тихо спросил он.
— Может теперь расскажете, ради чего всё это было?
Один из мужчин резко поднялся.
— Это ложь.
— Конечно.
Кивнул Чонгук.
— А документы сами себя подделали?
— Вы всё подстроили!
— Да.
Неожиданно согласился Чонгук.
— Последнюю неделю — подстраивал.
Чтобы посмотреть, кто начнёт паниковать первым.
И результат меня полностью устраивает.
Мужчина побледнел ещё сильнее.
Намджун устало закрыл глаза.
Всё.
Теперь оставалось только решить, насколько дорого им обойдётся эта игра.
Молчание в зале стало тяжёлым.
Чонгук медленно поднялся со своего места.
Никто не остановил.
Никто даже не попытался.
Он подошёл к первому мужчине.
Тот нервно поднялся.
— Господин Чон, я могу всё объяснить…
Удар был настолько сильным, что мужчина рухнул обратно в кресло.
По губе сразу потекла кровь.
Чонгук спокойно посмотрел на него сверху вниз.
— Объяснить?
Он коротко усмехнулся.
— Отлично.
Наклонился ближе.
— Тогда объясни мне, какого хрена я последние недели не сплю из-за твоего дерьма?
В зале стало совсем тихо.
Мужчина открыл рот.
Но сказать ничего не успел.
Чонгук уже повернулся ко второму.
— А ты?
Тот отвёл взгляд.
— Господин Чон…
— Нет.
Чонгук покачал головой.
— Мне уже заранее не нравится начало твоего ответа.
Удар оказался ещё сильнее первого.
Кресло с грохотом опрокинулось назад.
Кто-то из членов Совета нервно выдохнул.
Но вмешиваться никто не стал.
Потому что слишком многие уже поняли, насколько далеко всё зашло.
Чонгук провёл рукой по лицу.
Будто пытался успокоиться.
Не получилось.
— Вы вообще охренели?
Голос прозвучал негромко.
Но от этого только хуже.
— Твою мать…
Весь Мирён уже ставки делает, когда мы друг другу головы отрывать начнём.
Он посмотрел на виновников.
— А вы сидели и думали, что самые умные.
Будто провернули гениальный план.
Несколько секунд он просто смотрел на них.
Председатель резко поднялся.
— Господин Чон.
Чонгук даже не посмотрел в его сторону.
— Сядьте.
Странно.
Но председатель действительно сел.
Потому что видел — сейчас лучше не спорить.
Чонгук покачал головой.
— Да вы вообще понимаете, что натворили?
Ещё день-два — и я бы сам приехал к вам домой.
Даже несколько членов Совета отвели глаза.
Потому что возразить было нечего.
В зале кто-то нервно кашлянул.
— Молчать.
Даже это слово прозвучало как удар.
Чонгук ещё несколько секунд смотрел на виновников.
Потом отвернулся.
— Делайте с ними что хотите.
Но если я снова услышу их имена…
Он усмехнулся.
— Тогда уже Совет может не утруждаться.
— Не услышишь.
Намджун поднялся.
— Потому что второй ошибки у вас не будет.
— Господин Ким…
— Замолчи.
Намджун посмотрел на председателя.
— Заканчивайте.
— И уберите их с глаз долой.
Намджун посмотрел на мужчин так, что оба мгновенно опустили головы.
— Потому что если через месяц я снова увижу любую из этих фамилий в документах Совета, Чонгук до вас просто не успеет добраться первым.
Оба мужчины заметно выдохнули.
Слишком рано.
Чонгук тихо усмехнулся.
— Я вас сам закопаю.
И плевать мне будет на Совет.
На правила.
На ваши объяснения.
На всё.
— Блядь…
Председатель тяжело вздохнул.
— Господин Чон…
— Да заткнитесь вы уже.
Впервые за всё заседание Чонгук посмотрел прямо на Совет.
— Несколько грёбаных недель.
Вы собирались, обсуждали, голосовали, искали виноватых.
И что в итоге?
Если бы мы с Намджуном сами не полезли в это дерьмо, вы бы до сих пор сидели здесь и умничали.
В зале никто не ответил.
Потому что ответить было нечего.
Чонгук зло усмехнулся.
— В следующий раз весь Мирён должен хорошо помнить одну вещь.
Он посмотрел на виновников.
Потом на остальных.
— Не надо лезть туда, где вас не спрашивали.
Плохо заканчивается.
Очень плохо.
После этого он развернулся и направился к выходу.
У самой двери остановился.
Не оборачиваясь.
— Живите, твари.
Пока живите.
Дверь с грохотом захлопнулась.
— Чонгук.
Намджун догнал его уже в коридоре.
Чонгук даже не остановился.
— Чего?
— Успокойся.
— Да пошёл ты.
Намджун только закатил глаза.
— Я серьёзно.
Чонгук резко остановился.
— А я нет.
Он повернулся к нему.
— Я из-за них последние недели по четыре часа спал.
Из-за них весь город с ума сходил.
Из-за них половина Мирёна уже решила, что мы войну начинаем.
Намджун молча слушал.
— И самое паршивое…
Чонгук зло усмехнулся.
— Эти придурки реально думали, что всё получится.
Несколько секунд оба молчали.
Потом Намджун тихо произнёс:
— Но не получилось.
— Потому что мы не дали.
Отрезал Чонгук.
— И давай честно.
К чёрту этот Совет.
Они управляют городом только до тех пор, пока мы позволяем им это делать.
Намджун посмотрел на него исподлобья.
— Сейчас кто-то слишком много о себе думает.
— Нет.
Чонгук покачал головой.
— Просто кто-то слишком долго разгребает чужое дерьмо.
Намджун тяжело выдохнул.
Временное перемирие есть.
Виновники найдены.
Войны не будет.
С этим закончили.
Теперь давай к нашей проблеме.
— Когда Тэхён возвращается домой?
Чонгук посмотрел на него.
Намджуну это сразу не понравилось.
— Нет.
— В каком смысле?
— В самом прямом.
— Чонгук.
— Поздно.
Намджун нахмурился.
— О чём ты?
— Пока ты спасал Юнги от его же тупости, я времени зря не терял.
Несколько секунд тишины.
— Что ты сделал?
— Уже сходил в Совет.
Теперь уже Намджун остановился.
— Ты охренел?
— Только сейчас понял?
— Всё официально. Документы уже подписаны.
Намджун несколько секунд просто смотрел на него.
Потом медленно покачал головой.
— Только не говори, что ты серьёзно.
— Тэхён остаётся на Востоке.
Намджун нахмурился.
— Чонгук.
— Мы оба прекрасно помним, с чего всё началось.
— Я помню.
— Тогда ты должен помнить и другое.
Чонгук посмотрел ему прямо в глаза.
— Я не просил Тэхёна приходить.
— Не заставлял его.
— Это было его решение.
В коридоре повисла тишина.
— И ты тогда его принял.
Намджун ничего не ответил.
— Так что сейчас уже поздно делать вид, будто всё можно вернуть назад.
— Он мой брат.
— Поэтому я пошёл в Совет.
— Раньше надо было это обсуждать.
— Теперь уже поздно.
Чонгук пожал плечами.
— Так что привыкай.
Тэхён остаётся на Востоке.
Он направился к лестнице.
— А если соскучишься — дверь знаешь.
Чонгук уже сделал несколько шагов, когда голос Намджуна остановил его.
— Не радуйся раньше времени.
Чонгук обернулся.
— Это ещё почему?
— Потому что вопрос с Тэхёном ты закрыл.
Намджун посмотрел на него долгим взглядом.
— Только не думай, что на этом всё закончилось.
— Переживу.
Намджун покачал головой.
— Вот это меня и беспокоит.
Чонгук нахмурился.
— Что именно?
Намджун приподнял бровь.
— Ты слишком расслабился.
Чонгук закатил глаза.
— Господи.
— Что?
— Спокойствие в этом городе дольше недели всё равно не живёт.
Намджун промолчал.
Чонгук покачал головой.
— Вот именно.
И отвернулся первым.
