Между местью и тобой…

Прошло несколько дней. Жизнь в Мирёне удивительно быстро вернулась к привычному ритму. По утрам город наполнялся шумом машин, а к вечеру на набережной вновь собирались семьи с детьми, словно совсем недавно здесь не происходило ничего тревожного. Но сильнее всего изменился один дом — резиденция главы Востока. Казалось, сам дом наконец перестал быть холодным. В коридорах всё чаще пахло свежей выпечкой, крепким кофе и чем-то сладким, что Тэхён с завидным упрямством пытался приготовить едва ли не через день. Прислуга сначала удивлялась. А через несколько дней уже тихо улыбалась, замечая, как их суровый глава всё чаще работал не в своём кабинете, а за большим столом в гостиной. Перед ним по-прежнему лежали десятки документов. Телефон почти не умолкал. Но теперь рядом почти всегда находился ещё один человек. — Если опять забудешь позавтракать, я сам принесу еду прямо на совещание. Не отрываясь от блокнота, Чонгук спокойно ответил: — Не принесёшь. — Это ещё почему? — Потому что охрана тебя не пустит. Тэхён возмущённо поставил перед ним чашку с кофе. — Вообще-то они меня уже знают. — Вот именно поэтому и не пустят. Тэхён прищурился. — Проверим? Чонгук наконец поднял на него взгляд. — Ты сейчас серьёзно собираешься устраивать соревнование с моей охраной? — Если придётся. — Блядь… Когда-нибудь ты всё-таки влипнешь. — Но ведь вытащишь? Чонгук посмотрел на него долгим взглядом. — Вот это сейчас был очень нечестный аргумент. — Не драматизируй. — Я тебя знаю. — Недооцениваешь. — Вот именно этого я и боюсь. Тэхён довольно улыбнулся. Поставил перед ним тарелку. — Ешь. — Потом. — Сейчас. — Через десять минут. — Через десять минут она остынет. — Разогрею. — Тогда остыну я. Чонгук медленно поднял голову. Несколько секунд они молча смотрели друг на друга. Потом Чонгук всё-таки отложил документы. Взял вилку. — Доволен? Тэхён победно улыбнулся. — Очень. Чонгук только тихо усмехнулся. Он уже успел понять одну простую вещь. Спорить с Ким Тэхёном было значительно сложнее, чем вести переговоры с главами соседних территорий. И почему-то намного приятнее… Тэхён в очередной раз сидел рядом с Чонгуком, пока тот разбирал очередную стопку документов. Минут пять Тэхён честно пытался не мешать. Потом шумно вздохнул и демонстративно перевернулся на диване. — Ты когда-нибудь молчишь? — не отрываясь от бумаг, спросил Чонгук. — Нет. — Я заметил. — Мне скучно. — Искренне сочувствую. — Не сочувствуешь. — Потому что не тебе. Тэхён надул щёки и уже через несколько секунд не выдержал: — А вот представь… — Не беси меня, Тэхён… — Но я ещё ничего не сказал. — Вот именно. — Если бы сейчас в дверь вошёл незнакомец… — Не вошёл бы. — Почему? — Потому что до двери бы не дошёл. Чонгук медленно отложил ручку. — Тэхён. — Что? — Ты же любишь читать. — Люблю. — Тогда почему не читаешь? Тэхён удивлённо моргнул. — А что? — Да хоть книги. Любые. Тэхён задумался. — Раньше я читал историю империи, летописи монастыря, трактаты о лекарственных растениях… Ну и сказки. Чонгук тихо рассмеялся. — Теперь понятно, откуда у тебя такая фантазия. — А что? — Совсем забыл. Ты же собирался уйти в монастырь. Тэхён смущённо пожал плечами. — Собирался. Чонгук кивнул в сторону высокого книжного шкафа. — Половина библиотеки пылится без дела. — Можно брать? — Любые. Тэхён уже направился к полкам, но вдруг остановился. — Даже романы? Чонгук пожал плечами. — Даже романы. — Они же… про любовь. — Иди уже читать. Тэхён улыбнулся так искренне, что Чонгук только покачал головой. Через несколько минут Тэхён уже устроился в кресле с книгой. В доме наконец стало тихо. Чонгук вернулся к документам. «Наконец-то…» Подумал он. — Чонгук. Он медленно закрыл глаза. — Нет. — Но ты даже не знаешь, что я хотел спросить. — И не хочу. — Тут написано… — Нет. — Даже не дослушаешь? — Не-а. — Ладно… Через час Тэхён подошёл снова. — А можно вопрос? — Уже страшно. — Здесь альфа обнял своего омегу просто потому, что соскучился. Чонгук поднял взгляд. — И? — Это нормально? — В книге? — Нет. В жизни. Чонгук прищурился. — К чему вопрос? — Просто интересно. — Не верю. Тэхён только кивнул. Через минуту Тэхён подошёл со спины, обнял его за плечи и невозмутимо произнёс: — Проверил. Чонгук медленно закрыл глаза. — Похоже, библиотеку я тебе открыл зря. Почти неделю каждая новая книга заканчивалась очередным экспериментом над Чонгуком: держаться за руки, целоваться в лоб или просто обниматься без причины. И каждый раз Чонгук заранее понимал, что именно Тэхён только что прочитал. На второй неделе всё изменилось. Сначала Тэхён перестал забегать каждые полчаса. Потом — каждый час. А вскоре и вовсе исчез из его кабинета. В доме снова стало тихо. Слишком тихо. К вечеру Чонгук несколько раз ловил себя на том, что смотрит на дверь. Будто сейчас она откроется и снова прозвучит: «Чонгук, а знаешь…» Но дверь не открывалась. На третий день Чонгук всё-таки не выдержал, отложил документы и отправился искать Тэхёна. Нашёл его в библиотеке. Тэхён сидел у окна, настолько увлёкшись книгой, что даже не заметил вошедшего Чонгука. Чонгук прислонился плечом к дверному косяку. — И что же ты там читаешь, что про меня совсем забыл? Тэхён вздрогнул, поднял голову и вместо привычного жеста поспешно закрыл книгу, положив её на колени. На щеках проступил лёгкий румянец. От Чонгука это не укрылось. — Закончил? — Нет. — Тогда почему закрыл? Тэхён отвёл взгляд. — Просто… Я… потом дочитаю. Чонгук прищурился. За это время Чонгук успел слишком хорошо изучить Тэхёна. Если Тэхён прятал книгу, значит, пока не был готов показать её. Обычно же всё происходило наоборот: новый роман почти сразу становился поводом для очередного разговора. Он мог посреди дня прибежать в кабинет, сесть прямо на край стола и с совершенно серьёзным видом спросить: — Как думаешь, если альфа ревнует, но молчит, это считается хорошим характером? Или неожиданно заявить за завтраком: — По-моему, в этой книге главный герой ужасно глупый. — Почему? — Потому что пять глав не может признаться, что любит. После чего выразительно посмотреть на Чонгука, а тот невозмутимо продолжал пить кофе, будто намёка не понял. Хотя понял сразу. Поэтому сегодняшнее молчание выглядело непривычно. — Интересная книга? — наконец спросил Чонгук. — Очень. — Тогда почему смотришь на неё так, будто она сейчас тебя укусит? Тэхён кашлянул. — Не укусит. — Уже спокойнее. Чонгук сделал ещё несколько шагов. Остановился возле кресла. — Покажешь? Тэхён машинально прижал книгу к груди. — Потом. — Вот теперь мне действительно стало интересно. — Там… просто момент такой. — Какой? Тэхён замялся. Щёки едва заметно порозовели. Чонгук удивлённо поднял бровь. Чонгук успел узнать Тэхёна разным: злым, обиженным, возмущённым, смеющимся… Но смущённым видел впервые. — Настолько страшно? — Нет… Тэхён замялся. — Они очень много целуются. В библиотеке стало тихо. Чонгук несколько секунд просто смотрел на него. Потом уголок его губ едва заметно дрогнул. — И это тебя так смутило? Тэхён кивнул. — Дальше ещё хуже. — Тогда я уже начинаю бояться. — Я тоже. Чонгук тихо усмехнулся. — Зря. Ты же сам выбрал эту книгу. — Я не знал. — А теперь знаешь. Тэхён обречённо вздохнул. — Надо было брать летописи монастыря. — Поздно. — Очень. Несколько секунд они молчали. Потом Чонгук неожиданно протянул руку. — Дай. Тэхён насторожился. — Зачем? — Посмотрю, что тебя так напугало. — Не надо. — Почему? — Потому что… Он окончательно смутился. — Потому что неудобно. — Мне? — Мне. Чонгук посмотрел на него долгим взглядом. Потом спокойно убрал руку. — Хорошо. Тэхён облегчённо выдохнул. И именно в этот момент Чонгук невозмутимо повернулся к книжному шкафу. — Тогда почитаю продолжение. Тэхён резко поднял голову. — Какое продолжение? — Которое рядом стоит. — Не надо! Чонгук уже снял книгу с полки и спокойно посмотрел на обложку. Потом перевёл взгляд на Тэхёна. — Так вот что ты читаешь… Тэхён тихо простонал. — Всё… — Почему? — Теперь ты точно будешь смеяться. — Даже не собирался. Чонгук открыл книгу и неспешно перелистнул несколько страниц. Потом негромко хмыкнул. — Что? — Теперь понял. — Что понял? Чонгук закрыл книгу. Посмотрел на него с совершенно спокойным лицом. — Почему последние два дня ты ведёшь себя подозрительно тихо. Тэхён застыл. — Это не из-за книги. — Даже не сомневаюсь. Тэхён недовольно поджал губы. Схватил подушку с соседнего кресла и бросил в него. Чонгук поймал её одной рукой. Совершенно не удивившись. — Вот теперь узнаю тебя. — Это ещё почему? — Потому что ты снова начал бросаться подушками. Тэхён ещё несколько секунд пытался выглядеть сердитым. Но потом не выдержал и сам рассмеялся. А Чонгук вдруг поймал себя на мысли, что за эти два дня ему больше всего не хватало именно этого смеха. Тэхён ещё несколько секунд смотрел на закрытую книгу. Потом решительно поднялся. — Нет… Тихо пробормотал он. — До такого я пока не дорос. Он аккуратно поставил роман обратно на полку. Взгляд скользнул по соседним книгам и остановился на толстом справочнике. «Физиология альф и омег». — Это хотя бы полезно… Тэхён устроился в кресле и открыл книгу. Первые страницы оказались на удивление скучными. Строение организма. Возрастные изменения. Особенности вторичного пола. Он уже хотел закрыть справочник, когда взгляд зацепился за следующий заголовок. «Индивидуальный запах омеги». Тэхён невольно нахмурился. Перевернул страницу. Пробежал глазами несколько строк. Потом ещё. На следующей странице крупными буквами начиналась новая глава: «Первая течка». Тэхён замер. Несколько секунд просто смотрел на заголовок. Потом резко захлопнул книгу. Так резко, что звук эхом разнёсся по тихой библиотеке. — Нет… Он медленно выдохнул. Почему-то казалось: если прочитать ещё хоть страницу, назад дороги уже не будет. Тэхён поднялся, поспешно поставил справочник обратно на полку и вышел из библиотеки. До самого вечера он был непривычно тихим. За ужином почти не спорил, несколько раз собирался что-то сказать, но каждый раз передумывал. Ночью первым тишину нарушил Чонгук. — Ты сегодня подозрительно молчал. Тэхён сделал вид, что не услышал. — Тэхён. — М-м? — Что на этот раз прочитал? После короткой паузы Тэхён тихо ответил: — Книгу про омег. Чонгук повернул голову. — И? Тэхён долго молчал. Потом всё-таки спросил: — Чонгук… а тебе хотелось бы однажды почувствовать мой запах? В комнате сразу стало тихо. Улыбка исчезла с лица Чонгука. Он понял сразу: Тэхён спрашивал всерьёз. Он действительно испугался. Чонгук несколько секунд молчал. Не потому, что не знал ответа. Потому что слишком хорошо понимал, о чём сейчас спрашивает Тэхён. Он медленно перевернулся на бок. Лунный свет едва касался лица омеги. Тэхён лежал на спине, смотрел в потолок и нервно перебирал край одеяла — так он всегда скрывал волнение. — Это справочник тебя так напугал? — тихо спросил Чонгук. Тэхён виновато кивнул. — Там слишком много всего написано. — Медицинские книги редко умеют успокаивать. — Они вообще не умеют. Чонгук едва заметно усмехнулся. — Это правда. Тэхён глубоко вздохнул и наконец повернул голову к Чонгуку. — Там было написано, что омеги… Он запнулся. — Что во время первой течки они почти не могут себя контролировать. Чонгук спокойно смотрел на него. Не перебивал. Не торопил. — И ещё… Тэхён снова отвёл взгляд. — Что рядом обязательно должен быть альфа. В комнате повисла тишина. Слышалось только мерное тиканье часов. — Испугался? — наконец спросил Чонгук. Тэхён честно ответил: — Да. Без оправданий. Без попытки перевести всё в шутку. Одно короткое слово — и оно прозвучало тяжелее любых объяснений. Чонгук тихо выдохнул. — Иди сюда. Тэхён послушно придвинулся ближе. Чонгук осторожно взял его за руку. Переплёл их пальцы. Совсем как несколько дней назад. — Во-первых, — спокойно произнёс он, — перестань верить всему, что написано в справочниках. Тэхён удивлённо нахмурился. — Но это же медицинская книга. — Именно. — Что не так? — Она описывает организм. Не человека. Тэхён задумался, а Чонгук продолжил: — Все омеги разные. У кого-то первая течка проходит тяжело. У кого-то легче. Кто-то пугается. Кто-то вообще не понимает, что происходит. Поэтому заранее накручивать себя бессмысленно. Тэхён молчал. Слушал очень внимательно. — А запах? Чонгук вопросительно посмотрел на него. — Что именно? Тэхён неуверенно пожал плечами. — Там написано… что сначала появляется запах. Он немного помолчал. — Но у меня же его нет. Потому что ответ он уже знал. Запах уже появился. И Чонгук слишком хорошо его помнил. Но говорить об этом сейчас значило бы напугать его ещё больше. — Не переживай раньше времени, — спокойно сказал Чонгук. — Почему? — Потому что такие вещи не происходят за один день. — Значит, пока всё нормально? Чонгук выдержал его взгляд и едва заметно кивнул. — Да. — Тогда… Тэхён облегчённо выдохнул. — Наверное, я действительно себя накрутил. — Очень даже возможно. Тэхён улыбнулся уже спокойнее. — Знаешь… — Что? — Хорошо, что я сначала спросил тебя. — Почему? — Потому что после этой книги мне казалось, будто завтра со мной обязательно случится что-нибудь ужасное. — Порой справочники пугают сильнее, чем помогают. — Вот и я так подумал. Тэхён наконец расслабился. Подвинулся ближе. Закрыл глаза. И уже через несколько минут его дыхание стало ровнее. Он успокоился. А вот Чонгук ещё долго лежал без сна. Потому что только что впервые солгал Тэхёну. Не ради себя. Ради него самого. Он понимал: времени почти не осталось. Прошло ещё две недели. Дом жил своей привычной жизнью. По утрам Тэхён по-прежнему пытался накормить Чонгука раньше, чем тот успевал скрыться за документами. Днём Чонгук работал — то в кабинете, то в гостиной, а Тэхён больше не отвлекал его по пустякам: читал, уходил в сад или просто молча устраивался неподалёку. Именно это настораживало сильнее всего. Слишком спокойно. Он и сам не заметил, в какой момент начал думать об этом. Наверное, тогда, когда очередной день закончился так же тихо, как начался. Никто не нападал. Телефон почти не звонил. Из расследования не поступило ни одной новой зацепки. Человек в чёрной маске словно растворился. След оборвался. Даже проверки по всему Мирёну ничего не дали. Будто этого человека никогда и не существовало. Это раздражало. Но ещё сильнее раздражало другое. Намджун. За последние две недели глава Запада тоже словно исчез. Никаких требований. Никаких неожиданных встреч. Никаких попыток вернуть Тэхёна. Даже Юнги подозрительно затих. Словно вся западная сторона одновременно решила оставить их в покое. Чонгук слишком долго жил в этом мире, чтобы поверить в подобные совпадения. Он хорошо знал одну простую истину. Если становится слишком тихо… Значит, кто-то готовится. Вечером он снова перебирал документы. Пальцы машинально перелистывали страницы, а мысли упорно возвращались совсем к другому. — Что-то не так… Тихо произнёс он самому себе. — Уже полчаса так сидишь. Чонгук поднял голову. Тэхён стоял возле открытого окна. В руках — кружка горячего чая. Он выглядел спокойным. Даже слишком. — О чём задумался? — Ни о чём. Тэхён тихо фыркнул. — Когда ты говоришь «ни о чём», обычно через пару дней кто-нибудь начинает стрелять. Чонгук невольно усмехнулся. — Очень оптимистично. — Зато честно. Он подошёл ближе. Поставил кружку рядом с документами. — Опять холодный кофе? Чонгук посмотрел на чашку. Совсем забыл, когда успел её налить. — Кажется… — Поэтому я принёс чай. — Спасибо. Тэхён сел рядом. Несколько минут они молчали. Чонгук машинально перевёл взгляд на Тэхёна. И вдруг замер. Совсем ненадолго. Что-то изменилось. Он не сразу понял, что именно. Тэхён сидел совсем близко. Так же, как и каждый вечер. Только сейчас… Вместе с запахом дождя в воздухе проступила едва уловимая сладковатая нота. Белые цветы после дождя. Чонгук медленно вдохнул ещё раз. Нет. Он не ошибся. Запах стал чуть отчётливее, чем две недели назад. Совсем немного. Но этого оказалось достаточно. Внутри неприятно сжалось. «Слишком быстро…» Он отвёл взгляд прежде, чем Тэхён успел что-либо заметить. — Что? Тэхён вопросительно посмотрел на него. — Ничего. Ответ прозвучал слишком быстро — Просто задумался. Тэхён не стал расспрашивать. Снова сделал глоток чая. Продолжая смотреть в окно. А Чонгук впервые за эти две недели понял, что спокойствие, которого он так ждал, заканчивается. И, возможно, гораздо раньше, чем он успеет подготовиться к тому, что неизбежно приближалось. Дождь вернулся к Мирёну под вечер. Не ливень. Не гроза. Тихий летний дождь, который едва слышно шелестел в листве и тонкой пеленой ложился на улицы города. Окно в комнате Тэхёна было приоткрыто. Свежий воздух наполнял комнату прохладой. Но почему-то легче не становилось. Тэхён перевернул страницу, прочитал несколько строк и вдруг понял, что уже несколько минут смотрит в одну точку. Он медленно закрыл книгу. Странно… Сегодня всё было каким-то другим. С самого утра внутри жило непонятное беспокойство. Сначала он решил, что просто плохо выспался. Потом — что устал. Теперь уже не был уверен ни в чём. Он поднялся и медленно прошёлся по комнате. Жар не проходил. Наоборот. С каждой минутой становилось только хуже. — Да что со мной?.. Тихо пробормотал Тэхён. Он подошёл к окну. Шире распахнул створки. Дождевые капли сразу коснулись ладони. Прохладные. Приятные. Тэхён высунул руку наружу почти по локоть. Обычно этого хватало, чтобы успокоиться. Сегодня — нет. Сердце продолжало биться слишком быстро. Он невольно вспомнил ту статью. «Повышенная температура…» «Тревожность…» «Изменение запаха…» Тэхён резко тряхнул головой. — Нет… Не сейчас. Он не хотел снова об этом думать. Он закрыл окно, сделал круг по комнате и почти сразу снова распахнул его. Будто не мог решить, чего ему хочется больше — тепла или прохлады. Взгляд случайно упал вниз. В саду, возле дорожки, после дождя особенно ярко белели цветы. Тэхён невольно улыбнулся. Ландыши. Точно такие же, как тогда… Он глубоко вдохнул. И замер. Запах… Лёгкий. Едва уловимый. Белые цветы после дождя. Тэхён нахмурился. Странно. Он снова выглянул в окно. До клумбы было слишком далеко. Ветер дул совсем в другую сторону. Тогда почему… Он вдохнул ещё раз. Запах никуда не исчез. Наоборот. Стал ближе. Тэхён медленно поднял руку. Коснулся своей шеи. Потом воротника рубашки. Несколько секунд ничего не происходило. А потом… Он почувствовал. Совсем слабый. Но безошибочно узнаваемый аромат. Белые цветы. После дождя. Тэхён застыл. Словно перестал слышать всё вокруг. Дождь, ветер, шум листвы — всё исчезло. Остался только этот запах. Его запах. — Значит… Голос предательски дрогнул. — Уже… Он медленно опустился на край кровати. Перед глазами одна за другой вспыхивали строчки, которые он прочитал несколько дней назад. «Организм начинает меняться…» «Истинный альфа чувствует запах раньше других…» Тэхён крепко зажмурился. Значит… Чонгук… Он резко поднялся. Нет. Если запах появился… Если всё начинается… Что теперь? Он не понимал, что делать дальше. Больше всего хотелось найти Чонгука. И одновременно — спрятаться от него как можно дальше. В груди стало больно. Не физически. Как-то иначе. Словно впереди стояло что-то огромное. Неизвестное. И он совсем не был к этому готов. Тэхён быстро вышел из комнаты. Сам не понимая, куда идёт. Ноги сами понесли его вверх по лестнице. Пока перед ним не появилась тяжёлая дверь на крышу. Он толкнул её. Прохладный дождевой воздух сразу ударил в лицо. Тэхён вышел наружу. Мелкий дождь тут же начал оседать на волосах и плечах. Он медленно подошёл к самому краю. Сел прямо на холодную поверхность крыши. Подтянул колени к груди. И впервые за долгое время позволил себе заплакать. Он плакал не из-за Чонгука и не из-за будущего. Просто понял: остановить время уже невозможно. Теперь всё действительно стало настоящим. В это время Чонгук сидел в кабинете. Очередная папка с документами так и осталась открытой. Он уже несколько минут смотрел в одну точку. Не читая ни строчки. Что-то было не так. Внутри медленно нарастало необъяснимое беспокойство. Он поднял голову. За окном тихо шумел дождь. — Тэхён… Сам не понимая почему, он вдруг произнёс его имя вслух. Ответа, конечно, не последовало. Чонгук резко поднялся. «Наверное, опять сидит с книгой.» Он вышел из кабинета. Поднялся на второй этаж. Постучал. — Тэхён? Тишина. — Тэхён. Снова ничего. Чонгук открыл дверь. Комната оказалась пустой. На кровати лежала раскрытая книга. Окно было распахнуто. А в воздухе… Чонгук застыл. Запах стал намного сильнее. — Чёрт… Он быстро осмотрел комнату. Ванная. Балкон. Никого. — Тэхён! Впервые за долгое время в его голосе прозвучал настоящий страх. Он почти сбежал вниз по лестнице. — Вы Тэхёна видели? Охрана переглянулась. — Нет, господин. Чонгук резко остановился. Дождь. Открытое окно. И вдруг… Крыша. Он сорвался с места прежде, чем успел что-либо подумать. С каждым шагом запах становился всё сильнее. И сердце подсказывало только одно. Только бы успеть. Эта мысль не отпускала Чонгука ни на секунду. Он почти бегом преодолел последний пролёт лестницы. Резко толкнул тяжёлую дверь. Холодный ветер тут же ударил в лицо. Дождь усилился. По крыше тихо стучали сотни мелких капель. — Тэхён! Ответа не последовало. Чонгук сделал ещё несколько шагов. И почти сразу увидел его. — Да твою же мать… Тэхён сидел на самом краю крыши. Совсем близко к обрыву. Поджав под себя ноги. Не замечая ни дождя, ни того, что промок насквозь. Плечи едва заметно дрожали. Чонгук замер всего на мгновение. А потом резко повысил голос: — Ким Тэхён! Омега вздрогнул. Медленно обернулся. Красные глаза. Мокрые ресницы. И такое растерянное лицо, что у Чонгука внутри всё болезненно сжалось. Испуг почти сразу уступил месту знакомому раздражению — тому самому, которое появлялось каждый раз, когда Тэхён заставлял его по-настоящему испугаться. — Я тебе сколько раз говорил не садиться на этот чёртов край?! Тэхён виновато опустил глаза. — Прости… — «Прости»?! Чонгук подошёл ближе — уже осторожно, будто боялся сделать лишнее движение. — Ты вообще понимаешь, что я сейчас увидел? Тэхён молчал. Я открываю дверь — тебя нет. Комната пустая, запах по всему этажу… А потом нахожу тебя здесь. На краю крыши. Под дождём. Чонгук шумно выдохнул. Провёл рукой по мокрым волосам. — Ты хоть представляешь, что я успел подумать? Тэхён едва слышно прошептал: — Нет… — А я уже успел представить самое страшное. Голос дрогнул лишь на долю секунды. Но Тэхён услышал. И поднял голову. Чонгук уже не выглядел злым. Только человеком, который едва не потерял самого дорогого. — Иди сюда. Тэхён покачал головой. — Не хочу. — Это не просьба. — Я ещё немного… — Ким Тэхён. На этот раз голос стал тихим. Но именно поэтому спорить с ним было невозможно. — Ко мне. Несколько секунд Тэхён сидел неподвижно. Потом всё-таки осторожно поднялся. Сделал один шаг. Второй. И только тогда Чонгук наконец смог нормально вдохнуть. Он резко притянул Тэхёна к себе, так крепко, что тот невольно тихо охнул. — Совсем с ума сошёл… Тихо выдохнул Чонгук ему в макушку. — Никогда больше так не делай. Слышишь? Никогда. Тэхён сначала замер. Потом осторожно сжал пальцами мокрую ткань его рубашки. И тихо ответил: — Я не хотел тебя пугать… Чонгук молча посмотрел на него. — Он появился… Чонгук замер. — Кто? Тэхён отвёл взгляд. Ему было неловко даже произносить это вслух. — Запах… Этого одного слова оказалось достаточно. У Чонгука болезненно сжалось сердце. Значит, Тэхён всё-таки понял. Тэхён нервно улыбнулся. Совсем невесело. — Сначала думал, что это цветы в саду. А потом понял… это я. Он опустил голову ещё ниже. — Мне правда страшно, Чонгук… Чонгук лишь на мгновение закрыл глаза. Вместо ответа Чонгук крепче прижал его к себе, будто пытался укрыть сразу от всего. — Твою мать… Несколько секунд они молча стояли под дождём. — Знаешь, что меня сейчас разозлило больше всего? Тэхён поднял взгляд. — Ты опять решил справиться со всем один. Тэхён отвернулся. — Вообще… Он сердито шмыгнул носом. — Всё. Больше ни одной книги. Чонгук моргнул. — Что? — И статьи больше читать не буду. От них одни проблемы. Чонгук неожиданно тихо рассмеялся. Совсем недолго. — Да чтоб тебя… — Я не смеюсь. — Тогда чего? — Пытаюсь понять, как тебе каждый раз удаётся довести меня до такого состояния. Он устало провёл ладонью по лицу. — Вот что мне с тобой делать? Тэхён сердито отвернулся. — Ничего не делай. Просто отпусти меня. Он сделал всего один шаг. Чонгук мгновенно поймал его за запястье. — Даже не думай. — Пусти. — Нет. Тэхён дёрнул руку. Безрезультатно. — Чонгук! — Всё сказал? — Нет! — Тогда по дороге договоришь. — По какой ещё дороге? Чонгук больше не стал спорить. Просто наклонился и поднял его на руки. Так неожиданно, что Тэхён тихо вскрикнул. — Чон Чонгук! — Хватит. — Я сам ходить умею! — Сегодня — нет. — Почему это?! — Потому что сейчас за тебя говорит страх. Тэхён недовольно засопел. — Не окажусь. — Конечно. Именно это ты и говорил пять минут назад. — Отпусти. — Нет. — Я тяжёлый. — Не льсти себе. — Чонгук! — Помолчи уже хоть минуту. Крепче прижав Тэхёна к себе, он направился к двери. — Сейчас пойдёшь в душ. — Не хочу. — Пойдёшь. — Не буду. — Будешь. — Я с тобой разговаривать не буду. — Это мы ещё посмотрим. Тэхён возмущённо посмотрел на него. — Грубый. — Угу. — Бесишь. — Это тоже знаю. Он открыл дверь, ведущую с крыши, и, прежде чем спуститься по лестнице, тихо добавил: — А потом мы ляжем спать. — Не хочу. — Значит, просто полежишь. — И разговаривать тоже не хочу. Чонгук посмотрел на него долгим взглядом. Уголок его губ едва заметно дрогнул. — Через десять минут ты опять засыплешь меня вопросами. И именно эта спокойная уверенность окончательно обезоружила Тэхёна. Он уткнулся лбом Чонгуку в плечо и наконец перестал спорить. А Чонгук лишь крепче прижал его к себе и молча понёс вниз, мысленно благодаря весь мир за то, что успел найти его вовремя. После горячего душа Тэхёну стало немного легче. По крайней мере, ему хотелось в это верить. С влажными волосами, кутаясь в большое полотенце, Тэхён медленно вышел из ванной. В комнате уже горел только ночник. Чонгук успел переодеться в домашнюю футболку и тёмные штаны. Чонгук поднял голову и несколько секунд внимательно изучал Тэхёна, словно проверяя его состояние. — Ну? Тэхён вопросительно моргнул. — Как себя чувствуешь? — Уже лучше. — Голова не кружится? Жар спал? — Кажется, да. Тэхён прислушался к себе. — Кажется… меньше. Чонгук кивнул. — Хорошо. Комната снова погрузилась в тишину. Тэхён так и остался стоять у двери. В голове неотступно звучал один вопрос: «Что теперь?» Чонгук, словно догадавшись, тихо вздохнул и похлопал ладонью по месту рядом с собой. — Иди сюда. Тэхён медленно подошёл. Остановился совсем рядом. Чонгук осторожно взял его за руку, притянул ближе и крепко обнял — без лишних слов, без спешки. — Всё хорошо. Голос прозвучал спокойно. Уверенно. — Слышишь? Тэхён молча кивнул. — Если тебе станет хуже… Не молчи. Сразу скажи мне. — Хорошо. — Если понадобится врач — вызовем. Если нужны будут лекарства — найдём. Будем разбираться вместе. Тэхён опустил взгляд. — Не хочу врача… — Почему? — Не знаю… Просто не хочу. Чонгук легко провёл ладонью по его волосам. — Хорошо. Не будем торопиться. Но обещай мне одну вещь. — Какую? — Больше не уходи один. Особенно на крышу. Тэхён виновато кивнул. — Обещаю… Чонгук ещё несколько секунд молча держал его в объятиях. Потом улыбнулся краешком губ. — Вот и договорились. Этой ночью Тэхён уснул почти сразу, едва голова коснулась подушки. Он машинально повернулся на бок, нашёл ладонь Чонгука и крепко переплёл с ней пальцы. И только после этого его дыхание постепенно стало ровным. Чонгук тихо усмехнулся. — Вот ведь… Он осторожно сжал его ладонь в ответ. — Видимо, ему просто нужно знать, что рядом кто-то есть. Пусть хотя бы так. Тэхён уже крепко спал. Прошло около двадцати минут. Дом окончательно затих. Только дождь всё так же негромко стучал по крыше. Чонгук не спал. Лежал на спине. Смотрел в потолок. Слишком многое произошло за один вечер. Мысли снова вернулись к запаху. Белые цветы после дождя. Ландыш. Едва заметно, но этого хватало, чтобы сердце каждый раз сбивалось с привычного ритма. — Господи… Тихо выдохнул он. — Дай мне терпения… Будто услышав его голос, Тэхён вдруг тихонько пошевелился. Не просыпаясь. Совсем сонно придвинулся ближе. Ещё ближе. Пока между ними почти не осталось расстояния. Тэхён что-то неразборчиво пробормотал во сне. Потом уткнулся носом Чонгуку в шею. Медленно вдохнул. Будто искал то, что наконец нашёл. Чонгук замер. — Тэхён… Никакого ответа. Только тёплое дыхание у самой шеи. Руки сами собой крепче обняли его — инстинктивно, неосознанно. Чонгук шумно выдохнул. — Нет… Не надо… Но Тэхён во сне только сильнее прижался. Совсем как ребёнок, которому наконец стало спокойно. Чонгук прикрыл глаза. — Да что же ты со мной делаешь… Он очень осторожно провёл ладонью по его спине. Не для себя. Чтобы успокоить. Чтобы Тэхён спал дальше. Через несколько минут дыхание омеги снова стало глубоким и ровным. А вот самому Чонгуку сон этой ночью так и не пришёл. Потому что запах становился всё отчётливее. А вместе с ним всё ближе был момент, которого Чонгук боялся больше всего. Наверное, прошёл ещё час. А может, два. Чонгук уже перестал следить за временем. За окном всё так же шумел дождь. Тэхён наконец спал спокойно, и только теперь тяжесть в веках стала почти невыносимой. Чонгук медленно закрыл глаза. «Может, хотя бы сейчас получится уснуть…» Но стоило сознанию начать проваливаться в сон, как кто-то осторожно, почти невесомо, дёрнул его за рукав. — Мм?.. Чонгук сонно нахмурился. Не сразу понял, где находится. Потом почувствовал ещё одно осторожное прикосновение. Открыл глаза. Тэхён сидел рядом, а в полутьме его глаза странно блестели. Он выглядел совсем потерянным. — Чонгук… Голос оказался непривычно тихим. — Что случилось? Тэхён несколько секунд молчал, будто сам пытался понять, что с ним происходит. Потом негромко признался: — Я… не знаю. Чонгук окончательно проснулся. Сел на кровати. — Что значит «не знаю»? Тэхён беспомощно покачал головой. — Мне жарко… Очень. И… Он виновато опустил взгляд. — Мне почему-то страшно. Я не понимаю, что со мной происходит. Чонгук внимательно посмотрел на него. Щёки Тэхёна пылали сильнее, чем ещё вечером. Дыхание стало чаще. А едва уловимый аромат белых цветов после дождя… Теперь ощущался гораздо отчётливее. У Чонгука болезненно сжалось сердце. «Началось…» Но голос его остался на удивление спокойным, будто ничего не происходило. — Иди сюда. Не бойся. Я рядом. Тэхён судорожно вдохнул. — Про омег… Но не до конца. Страшно стало. Я закрыл книгу. Думал… потом дочитаю. Тэхён невесело усмехнулся. — А теперь ещё страшнее. В комнате снова стало тихо. Чонгук смотрел на него слишком долго. На раскрасневшиеся щёки. На влажные после душа волосы. На небрежно расстёгнутый ворот рубашки. На тонкую шею. На доверчивый взгляд — без тени кокетства, только растерянность и ожидание. Чонгук медленно прикрыл глаза. «Чёрт…» Слишком долго убеждал себя держаться. Слишком долго сохранял самообладание. А сейчас рядом сидел Тэхён. Испуганный. Красивый. И смотрел только на него. — Чонгук… Тихо позвал Тэхён. — Мм? — Что мне делать? Чонгук открыл глаза. Несколько секунд просто молчал. Потом очень тихо спросил: — Чего ты сейчас хочешь? Тэхён растерялся. Будто вопрос застал его врасплох. — Я… Он запнулся. Потом совсем честно признался: — Не знаю. Почти сразу, словно только сейчас поняв себя, едва слышно добавил: — Хотя… Кажется… Хочу, чтобы ты меня поцеловал… Чонгук устало прикрыл глаза. — Тэхён… — Я не понимаю почему… Но очень хочется. И именно эта искренность оказалась опаснее всего. Потому что в ней не было ни игры, ни расчёта — только абсолютное доверие. И Чонгук понял, что проиграл эту борьбу ещё в тот момент, когда увидел его сидящим под дождём на крыше. Он больше не думал. Шаг вперёд — ладонь легла на затылок Тэхёна, а губы жадно накрыли его губы. Поцелуй вышел нежным, почти робким — будто пробовал что-то запретное на кончике языка. Тэхён на мгновение замер, а потом выдохнул прямо в его рот и отозвался — несмело, но так доверчиво, что у Чонгука внутри всё оборвалось и снова срослось. Он прижал его к себе, ощущая, как ресницы Тэхёна бьются под его большими пальцами. Как тот едва касается его плеч, словно боится разбить хрусталь. Вкус дождя, смешанный с чем-то тёплым и родным, ударил в голову, и Чонгук уже почти забыл, где они и зачем он вообще сюда пришёл. В нём заворочался альфа — собственник, требующий взять, отметить, вдохнуть этот омежий аромат до самого дна. Но контроль — проклятая привычка — щёлкнул в мозгу, как стальной капкан. Он резко отпрянул, отступил на шаг и зажмурился, хватая ртом воздух. — Блядь… Нет. Так нельзя. Он молча смотрел на Чонгука. В этом молчании было больше вопросов, чем в любых криках. Чонгук провёл ладонью по лицу и глухо выдавил: — Ты не понимаешь... Я же тебя... — он запнулся, — ...я не имею права. Не сейчас. Не так. Тэхён опустил глаза: — То есть... ты не хочешь? — Хочу! — вырвалось громко. Чонгук сбавил тон: — Хочу... Чёрт, Тэхён, я так хочу, что боюсь себя. Альфа во мне рычит, требует тебя, но я не могу позволить себе взять тебя вот так, просто потому что у меня сдали нервы. — То есть я тебе нужен, — медленно проговорил Тэхён, — но ты сам решаешь, когда и как. А мои чувства... они не важны? — Важны! — Чонгук невесело усмехнулся. — Знаешь… Я столько лет просил у Бога не подкидывать мне новых проблем. А теперь сижу перед тобой и понимаю… если бы он тогда меня послушал, я бы никогда тебя не встретил. И, кажется, впервые в жизни я рад, что он меня не услышал. Теперь я уже не представляю свою жизнь без этой проблемы. Тэхён шмыгнул носом и отвернулся: — Тогда почему ты всё время меня отталкиваешь? — тихо спросил Тэхён. Чонгук не ответил сразу. Он только опустил взгляд, будто впервые за весь вечер не нашёл нужных слов. Он не жалел о поцелуе. Боялся только того, что будет дальше. Медленно опустившись перед Тэхёном на корточки, он тихо произнёс: — Прости. Я дурак. Но я правда пытаюсь тебя уберечь. Даже от себя. Тэхён покосился на него исподлобья — в этом взгляде смешались обида, любопытство и что-то тёплое. Его зрачки расширились, и Чонгук сглотнул — омега реагировала на него, несмотря ни на что. — Тогда… — он замялся, — …поцелуешь ещё раз? Когда будешь готов? Чонгук не выдержал — слабо улыбнулся и легко коснулся губами его лба. — Когда я буду уверен, что не причиню тебе вреда. — Ладно, — тихо сказал он. — Я подожду. Чонгук выдохнул, но сердце всё ещё колотилось. Он сел рядом с Тэхёном на кровать. Тот смотрел на него снизу вверх — красные глаза, мокрые ресницы, припухшие губы. — Ложись, — тихо сказал Чонгук. — Отдыхай. Тэхён подвинулся, но не лёг. Обхватил колени руками, уставился в одну точку. — Не могу, — признался он. — Что? — Уснуть. Внутри всё… горит. И чем ближе ты, тем сильнее становится. Он провёл ладонью по шее, пальцы дрожали. Чонгук прикусил щёку изнутри, чтобы не рыкнуть — омежий феромон ударил в ноздри. Тэхён выдохнул и тихо добавил: — Чонгук... можно я сяду рядом с тобой? Не лягу. Просто посижу. Чонгук кивнул. Тэхён придвинулся, почти прижавшись плечом к его плечу. Он не просил объятий — просто хотел быть ближе. Чонгук чувствовал тепло, исходившее от него, и частый пульс. Несколько минут молчали. За окном шумел дождь. Только их дыхание — одно частое, сбивчивое, другое — тяжёлое, сдерживаемое. — Чонгук... — голос Тэхёна стал совсем тихим. — М-м? — А если я не справлюсь? Тэхён смотрел на свои руки, сжатые в кулаки. — Если я... просто сойду с ума от этого жара и не смогу себя контролировать? Что тогда? — Тогда я буду рядом, — ответил он. — И помогу тебе. — Правда? — Правда. Тэхён посмотрел на него — растерянно, но без тени недоверия. Чонгук почувствовал себя подлецом за то, что держался так долго. — А ты не боишься? — спросил Тэхён. — Меня? — Тебя — нет, — Чонгук усмехнулся. — Себя — да. — Почему? — Потому что я слишком долго притворялся, что могу тебя защитить от самого себя. Маска контроля трещит по швам, и под ней — только инстинкт: взять, пометить, сделать своим. Он замолчал, потом повернулся к Тэхёну и очень тихо сказал: — И ты не должен был ждать. Я не хочу, чтобы ты ждал. Ты — мой выбор, и я боюсь этого больше, чем любого врага. Тэхён молчал. — Ты сказал, что хочешь, чтобы я поцеловал тебя. — Чонгук говорил медленно. — Я хочу тебя поцеловать. Прямо сейчас. И ещё. Не потому что готов. А потому что больше не могу делать вид, что не хочу. Тэхён сглотнул. По коже пробежала дрожь. — Тогда... — прошептал он. — Поцелуй. Чонгук застыл. Он смотрел на Тэхёна так долго, словно давал себе последний шанс отказаться. Что-то внутри него окончательно сорвалось. Чонгук рванул его к себе — пальцы вплелись в волосы, губы врезались в его губы, жёстко, без робости. Словно срывая намордник. Тэхён ответил сразу — отчаянно, неумело, вцепившись в его плечи. Не пытаясь остановить, только притягивая ближе. Он придвинулся почти вплотную, и Чонгук почувствовал, как часто бьётся его сердце. Мир сузился до дождя, тепла его губ и этого мгновения. Он коснулся носом его шеи, и Тэхён невольно подался навстречу. Чонгук оторвался, упёрся лбом в его лоб. Между ними больше не осталось расстояния. — Скажи ещё раз. Тэхён непонимающе моргнул. — Что? — Что ты этого хочешь. Тэхён смотрел ему прямо в глаза. — Хочу тебя, Чонгук. Он приник к его губам — медленно, впитывая каждую черту. Тэхён обнял его за шею, и Чонгук понял: точка невозврата пройдена. Чонгук осторожно уложил омегу на спину, нависая сверху: — После этого дороги назад уже не будет. Тэхён мотнул головой, притягивая его ближе: — Не останавливайся. Чонгук смотрел на него, и в его взгляде нежность странным образом смешалась с желанием. Он словно пытался запомнить каждую черту: блеск влажных глаз, растрепавшиеся волосы, дрожь ресниц. Будто боялся, что однажды этот миг останется только воспоминанием. Чонгук провёл ладонью по плечу Тэхёна — кожа горела. Губы скользнули по ключице, задержались у горла, где бился пульс. Он чувствовал, как Тэхён выгибается ему навстречу, как его пальцы впиваются в его спину, как он доверяется ему полностью. В этом было что-то священное, что-то, что нельзя было испортить. Он прикусил кожу — едва ощутимо — и Тэхён выдохнул с тихим стоном. Руки омеги скользнули под футболку Чонгука, коснувшись горячей спины. Чонгук невольно вздрогнул. Он стянул с Тэхёна рубашку — медленно, словно запоминая каждое движение. Чонгук накрыл его своим телом, опираясь на локти. Целовал его лицо — лоб, виски, веки, скулы, уголки губ. Каждое прикосновение было новым: то мягким, как перо, то долгим, лишающим дыхания. Тэхён выдыхал в ответ, и Чонгук чувствовал, как кровь гудит в ушах. Когда его губы скользнули ниже, Тэхён запрокинул голову. Чонгук задержался у чувствительной кожи, не в силах отстраниться. Он провёл языком по пульсирующей жилке, и Тэхён вздрогнул, прижимаясь всем телом. — Ты дрожишь, — прошептал Чонгук. — Это не от страха, — ответил Тэхён. — А от чего? — От тебя. От твоих рук, от твоих губ, от того, что ты рядом. Чонгук улыбнулся — впервые за вечер по-настоящему, без напряжения. — Тогда я тоже дрожу, — сказал он. — От тебя. Тэхён улыбнулся в ответ — той светлой улыбкой, от которой у Чонгука сжималось сердце. Потянулся к нему, обнимая за шею, прижимаясь грудью к груди. Через несколько секунд Тэхён вдруг уткнулся лицом ему в грудь и замер. — Что случилось? — тихо спросил Чонгук. — Теперь мне стыдно… — За что? — Не знаю… Просто стыдно. Не смотри на меня. Тэхён только сильнее уткнулся лицом ему в грудь. Чонгук тихо рассмеялся и поцеловал его в макушку. — Твою же мать… Вот теперь это точно мой Тэхён. — Не останавливайся, — повторил он шёпотом. Чонгук не ответил. Только медленно провёл ладонью по плечу Тэхёна, будто заново убеждался, что тот действительно рядом. Мир за окном перестал существовать. Остались только они. — Я не остановлюсь, — ответил он. — Обещаю. Тэхён отвечал на каждый поцелуй всё смелее, будто вместе с ними исчезали последние остатки страха. Ночь только начиналась. За окном медленно затихал дождь, а вместе с ним исчезало всё, что столько времени разделяло их. Впервые они перестали прятаться друг от друга.