A butterfly flaps its wing (and a hurricane rages across the ocean)

      Алиса сделала глубокий вдох, прежде чем надеть коньки. Раздевалка вокруг неё была наполнена тихими разговорами, от стен отражалось далёкое эхо французского комментатора. Она затянула шнурки, натягивая их чуть сильнее, чем требовалось, а после взглянула в зеркало, чтобы проверить своё платье. Оно сидело ровно так, как и должно было — ровные, чёткие линии, никаких торчащих нитей.       Она думала, что будет в Японии на NHK Trophy с Эмбер Гленн, но в последнюю минуту её распределили во Францию. Сначала её тренер был доволен, — больше времени на тренировку между этапами Гран-При, — но увидев списки участников, лишь вздохнул и похлопал Алису по плечу. Среди участниц оказались Российские и Японские фигуристки, и Алиса знала, что с таким составом, её шансы на подиум были ниже. Она прогнала свою короткую программу в голове в очередной раз. Тройной аксель. Тройной флип. Либела с прыжковым заходом. Тройной лутц — тройной тулуп. Комбинированное вращение. Дорожка шагов. Заклон.       Живот скрутило. Она не докрутила аксель на этапе в Канаде. Её ребро на флипе тоже отметили в протоколе, как неясное. А произвольная программа… о ней Алиса вообще не хотела думать и вспоминать, как прыжковая часть развалилась, из-за чего она опустилась на пятое место на своём первом взрослом Гран-При.       Голос её отца засел в глубине её сознания, бормоча о прыжках, о её стабильности, и о том, что ей нужен был новый тренер.       Алиса натянула шнурки и завязала их в бантик с резким рывком.       Ей бы действительно не хотелось менять тренера в разгар Олимпийского сезона.       С другой стороны скамейки она заметила Мэрайю Белл. Старшая фигуристка выглядела напряжённо, перебирая пальцами ткань на своих перчатках. Алиса ощутила небольшой укол сочувствия к ней. Два этапа Гран-При подряд это не легко — они изматывали тебя скорее ментально, чем физически.       Сотрудник ISU вошёл в помещение:       — Первая разминка, готовьтесь.       Алиса пересеклась взглядом с Мэрайей и легко улыбнулась ей, когда она встала со своего места и направилась к выходу. Шум в раздевалке поутих, пространство расширилось с выходом половины фигуристок на разминку.       Алиса мельком взглянула на телевизор в углу комнаты, прежде чем начать растягиваться, отключаясь от шума ледовой арены вдалеке. Через динамики послышалась французская речь, за которой последовал английский.       — Ladies and gentlemen, we will now begin the warm-up for the first group of ladies. Please welcome the skaters.       Где-то за стенами взревела толпа, но Алиса позволила себе отключится от шума. Она сфокусировалась на собственном дыхании, на напряжении в мыщцах— Внезапный грохот поблизости заставил её подпрыгнуть. Кто-то поставил пару коньков на скамейку.       — Ой, извини, ты в порядке?       Алиса взглянула, услышав мягкий русский акцент. Рядом с ней стояла Анна Щербакова, осторожно поправляя свои перчатки. От её движений, стразы у линии шеи её платья засияли, мягко отражая свет.       — Оу, да не переживай, — быстро ответила Алиса, улыбаясь. — Всё хорошо.       Анна улыбнулась в ответ, но вышло немного напряжённо, как будто мыслями она была не совсем здесь.       — Могу я тут сесть?       — Да, конечно!       Алиса немного подвинула свою сумку в сторону и положила свою ленту для растяжки на пол рядом с собой, чтобы освободить место на скамейке.       Краем глаза она кинула взгляд на Анну. Она была немного удивлена.       Анна не села рядом с Алёной, хотя обе россиянки были из одного тренерского штаба. Косторная сидела в другом конце комнаты, смеясь с какой-то другой девушкой, её голос настолько звонкий и громкий, что его легко можно выделить среди другого шума. Анна даже не взглянула в их сторону.       Алиса быстро отвела взгляд, словно она ничего и не заметила. Это не её дело.       Рядом с ней, Щербакова шнуровала свои коньки, движения пальцев настолько быстрые и чёткие, что казалось, будто она натренировала их. В этом чувствовалась тихая напряженность, словно если бы она достаточно сильно сосредоточилась на такой мелочи, то более крупные детали тоже остались бы на своих местах.       Алиса знала это ощущение.       — Ты во второй разминке, да? — спросила она, пытаясь звучать непринуждённо.       — Да, — Анна кивнула и выдержала короткую паузу, — ты ведь тоже?       — Да, — ответила Алиса, тихо вздохнув. — Повезло мне.       Анна бросила на неё быстрый взгляд:       — У тебя всё получится.       Это прозвучало не как поддержка, а скорее как факт.       — Надеюсь, — ответила Лью с лёгким смешком, покачав головой.       Между ними воцарилось молчание, но это не казалось чем-то некомфортным. Просто… тихим.       Алиса вытянула ногу перед собой и потянулась всем телом к лезвию конька, но её внимание снова вернулось к Ане. Россиянка сидела неподвижно, взгляд уходил куда-то вдаль, не реагируя ни на что вокруг. Словно она была не здесь.       Американка засомневалась, но всё равно легонько дотронулась до девушки:       — Всё хорошо?       Аня моргнула, возвращаясь к реальности.       — Да.       Мгновение.       — Просто задумалась, — добавила она тише.       Алиса кивнула. Она не стала навязываться. Она лучше, чем кто-либо, понимала, что у каждого свой способ настраиваться на соревнования.       Через стену послышалось объявление на арене.       — The warm-up has ended. Please take your starting positions.       Они обе взглянули на телевизор.       — The first skater, representing France, Léa Serna.       Алиса смотрела почти отсутствующе, как вся первая разминка откатала свои короткие программы. Все выступления слились в одно — прыжки, вращения, смена музыки, которую она с трудом замечала. Она вздрогнула, когда Мэрайя упала на каскаде, её плечи чуть приподнялись от напряжения, и она с облегчением выдохнула, когда остаток программы Белл откатала чисто. Алиса тихо похлопала, скорее по привычке, чем от чего-либо ещё.       Она остро ощутила присутствие Анны рядом с собой — небольшое ёрзание, тихие движения, пока она проверяла свои перчатки, как завязаны коньки, немного растянулась, и потом снова села на место. Алисе стало интересно на секунду, Анна тоже нервничала? Или она уже знала, что на голову превосходит практически каждую здесь?       Дверь снова открылась, и тот же работник ISU вошёл вновь в комнату:       — Вторая разминка, готовьтесь.       Алиса встала со своего места, несколько раз подпрыгивает в коньках, чтобы растрясти тревожность, поселившуюся в ногах. Рядом с ней Анна наклонилась вниз, чтобы снова быстро проверить шнурки, движения почти механические.       — Аня, подойди сюда.       Алиса взглянула, услышав русский. С другой стороны комнаты стояла Этери Тутберидзе, подзывая Анну рукой. Алиса видела её уже много раз на юниорских соревнованиях с Камилой — постоянно у бортиков, она постоянно наблюдала. Даже сейчас, резкость в её голосе осталась. Она звучала, будто была недовольна.       Анна быстро собрала свои вещи, взглянула на Алису.       — Удачи.       Алиса улыбнулась, немного натянуто.       — Тебе тоже, но думаю, тебе она не нужна.       Анна позволила себе тихо посмеяться, прежде чем развернуться и поспешить к своему тренеру.       Алиса ещё немного размялась, и поведя плечами, направилась к катку. Большая часть финальной разминки уже собралась у бортиков, фигуристки и их тренеры тихо переговаривались. Это был её первый взрослый сезон, так она не была хорошо знакома ни с одной из них.       Она заметила своего тренера, Филиппа, ожидающего её. Он улыбнулся ей.       —Как настрой, малая?       Алиса пожала плечами.       — Ну… нормально.       — Не забивай себе голову, — сказал он, снимая с неё куртку сборной США, — всё как на тренировках: те же прыжки, та же программа. Доверяй своему телу.       Она кивнула и помогла ему стянуть свою куртку, а после сняла чехлы с лезвий, передавая в руки тренеру, прежде чем подойти к выходу на лёд.       — Ladies and gentlemen, we will now begin the warm-up for the final group of ladies. Please welcome the skaters.       Алиса ожидала, пока назовут девушек перед ней. Одна за другой они выходили на каток, режущий звук льда, следующий за их коньками. И теперь—       — From the United States of America, Alysa Liu.

***

      — From the Russian Figure Skating Federation, Anna Shcherbakova.       Анна вышла на лёд, поднимая руку, чтобы помахать толпе. Свет на арене казался слишком ярким, шум раздавался где-то вдалеке, пока в её голове эхом раздавались слова Этери, интонация твёрдая и безжалостная:       — Помни, что это Олимпийский сезон. В Италии ты откатала приемлемо. Ориентируйся на эти прокаты. Я ожидаю, что каждый раз, когда ты выходишь на лёд, ты откатаешь лучше, чем в предыдущий раз. Стабильность твоя сильная стороны, так что пользуйся ей. Никаких ошибок.       Аня знала своё место. У неё не было технического превосходства, как у Саши, а её скольжение не было настолько лёгким, как у Алёны. Но она могла быть стабильной, надёжной. Вот, что сделало её претенденткой в команду России на Олимпиаду. Это то, кем она должна быть — надёжной и постоянной.       Она оттолкнулась, фокусируясь на разминке, заглушая тихо играющую на арене музыку.       Она разминает свои прыжки.       Сначала тройные. Чисто.       Затем каскады. Чёткие, выверенные.       И потом четверные.       Её лезвия с характерным звуком разрезали лёд, пока она заходила на флип. Толчок и— тяжёлое приземление.       Недокручен. Снова.       Она сжала челюсть.       Кинула взгляд в сторону бортика и тут же заметила хмурое выражение лица Этери, как та наклоняется ниже к Сергею Викторовичу, чтобы что-то сказать.       Она быстро отвернулась.       Надо сосредоточится.       Она встряхнула головой, отгоняя всякие мысли.       Тройной лутц. Ойлер.       Три двойных акселя подряд, каждый лучше, чем предыдущий.       Она подготовилась к заходу на ещё один квад, уже готовясь сменить ребро, как краем глаза зацепилась за движение в центре льда.       Алиса.       Анин взгляд задержался лишь на мгновение дольше, чем следовало. Американка каталась с непринуждённой уверенностью, словно лёд принадлежал ей, словно это был простой тренировочный прогон, а не серия Гран-При олимпийского сезона, и не было никакого давления, ничьих ожиданий, складывающихся друг с другом в большую стопку.       Она видела, как Алиса заходит в прыжок и— отталкивается.       Тройной аксель.       Чисто.       Алиса приземлила его с усмешкой, почти играюче, с глубоким ребром на приземлении.       Анна почувствовала, как что-то в её груди сжалось.       Она перешла в движение, возвращаясь в исходную позицию для прыжка. Надо сосредоточится.       Но даже отведя взгляд, она не могла не замечать Алису краем глаза, её легкость в катании и то, как она улыбалась на протяжении всего прогона своей программы. Она выглядела… свободной.       Анна снова оттолкнулась, пытаясь заземлиться и вернуться в привычный ритм шагов и рёбер.       Проезжая мимо бортиков, она заметила Алёну, разговаривающую с Дудаковым. С тех пор как Алёна вернулась из «Ангелов Плющенко», они так и не смогли поговорить нормально.       Анна сжала руки в кулаки, кончики пальцев слегка натянули нежную ткань перчаток, но она не остановилась.       Она заставила себя продолжать. Один четверной. Чисто. И ещё один. И ещё. Каждое приземление чистое, чёткое — такое, каким оно и должно быть. Этот ритм выровнял её дыхание, заземлил… пока она не вошла в очередной квад флип.       Стэп-аут.       Она сжала челюсти, ошибка вспыхнула в мыслях ярким пламенем и тут же погасла, потому что она не позволила этим мыслям задержаться.       Как только музыка Алёны закончилась, Анна уже направлялась к центру льда. Она глубоко и медленно вздохнула, вставая в свою начальную позу, отгоняя подальше непрошенные мысли об Этери, Алёне и стэп-ауте.       Контрольный прогон прошёл почти как по маслу. Точные рёбра, всё чётку в музыку, каждое движение прямо там, где и должно было быть— кроме тройного флипа. Приземление на две ноги.       Она почувствовала жар в лёгких, вытягивая ногу в позицию бильмана, обхватывая руками конёк, чувствуя как мышцы растягиваются всё сильнее, удерживая позицию чуть дольше необходимого, прежде чем выйти из вращения.       Звук микрофона затрещал где-то наверху.       — One minute remaining.       Анна рвано вздохнула, подъезжая к бортикам, пытаясь восстановить дыхание. И тут она увидела её.       Алиса, пересекающая лёд, заходя на каскад тройной лутц—тройной риттбергер. Чисто.       Небольшая, еле заметная, улыбка расползлась на лице Ани.       Французский язык вновь зазвучал по арене, за ним последовал английский. — The warm-up has ended. Please take your starting positions.       Анна заскользила в сторону выхода, замедляясь, чтобы пропустить мимо одну из кореянок, выступающую первым номером в разминке.       Она отошла чуть в сторону, переводя дыхание, и поняла, что стоит рядом с Алисой. Она замешкалась, но всё равно улыбнулась ей.       Алиса широко улыбнулась в ответ без тени сомнения, её яркая и безудержная улыбка казалась почти неуместной в напряжённой атмосфере соревнований.       На секунду, Аня просто стояла, пялясь на неё.       Такая лёгкая и открытая улыбка. Ей не верилось, что это была реальность, из-за тугого клубка переживаний засевшего где-то груди.       Она не была привыкшей к этому.       — Удачи, — тихо прошептала она, слово прозвучало мягче, чем она хотела того.       Кошачья улыбка Алисы чуть ослабла, но не ушла с её лица:       — Тебе тоже.       Аня кивнула и быстро развернулась, чтобы не пялится на другую фигуристку дольше положенного.       Она подошла ближе к бортикам, где её уже ждали Этери и Сергей. С каждым шагом шум арены стихал всё сильнее, сжимаясь где-то вдалеке её сознания, — толпа, музыка, голос диктора, — всё отошло на второй план. Этери не улыбалась.       — Ты торопишь толчок на флипе, — тут же сказала она, понижая голос. — И на лутце, снова. Ты знаешь это.       — Да, — Анна кивнула.       — Никаких сомнений на прыжках.       Сфокусируйся.       — Поняла.       Дудаков добавил что-то ещё, более техничное, его голос ещё тише, и Аня поняла только часть слов. Она уже проигрывала в своей голове прыжки, улучшая их, корректируя.       Надо сфокусироваться.       Она отошла подальше, услышав первые ноты музыки, под которую выступала корейская фигуристка.       Чуть глубже внутрь арены, давая себе пространство. Её пальцы сжались в кулаки, натягивая ткань перчаток, прежде чем она попыталась расслабить их.       С другой стороны катка, Алиса прислонилась к стене, наблюдая за выступлением.       Она всё ещё улыбалась.       Аня быстро отвела взгляд.       Это не тренировка.       Олимпийский сезон.       Никаких ошибок.       Она взглянула вверх на экран с таблицей лидеров. На верхней позиции расположилась кореянка Пак Ёнджон. Ровно 67 баллов.       Неплохой результат. Но такой можно превзойти.       Анна медленно выдохнула, но число осталось на краю сознания, — не давяще, скорее как ориентир, цель, которую нужно было обойти.       Она размяла плечи, чувствуя напряжение в них, несколько круговых движений.       Держать концентрацию.       Она сфокусировала свой взгляд на льду, ожидая своей очереди.