"Правило тишины." (Даблфедора)

С того склада — да. А вот из собственных голов — нет. Прошло три недели. Шанс перестал вздрагивать от резких звуков, но так и не вернулся в нормальный сон. Он просыпался в четыре утра, проверял оружие, смотрел в потолок и думал о том, как Мафиозо тогда прикрыл его собой. Буквально. Спиной. Пуля пробила плечо — на два сантиметра ниже, и можно было бы пить за упокой. Шанс пришёл к нему на вторую ночь после перестрелки. Не через парадную — через балкон, как вор. Мафиозо лежал на кровати, с перемотанной грудью, бледный, как бумага, и курил. В спальне. Сквозь открытое окно. — Ты дебил? — сказал Шанс вместо приветствия. Выдернул сигару из его пальцев и затушил о подоконник. — С пробитым лёгким курить? Мафиозо приподнял бровь. Даже раненый, в расстёгнутой рубашке, с окровавленным бинтом — он выглядел так, будто это он здесь главный. — Здравствуй, милый. Я тоже рад тебя видеть. Проходи, раздевайся, чувствуй себя как дома. Шанс замер. Мафиозо сказал это с таким ледяным спокойствием, что непонятно было — издевается или... — Я принёс антибиотики, — буркнул Шанс, отводя взгляд. — Положи на тумбочку. И руку мне перевяжи. Своими кривыми руками. — У меня руки не кривые. — Да. — Мафиозо усмехнулся, и от этой усмешки у Шанса внутри что-то сломалось и перестроилось заново. — Они очень прямые. И опасные. Я помню, как ты ими... м-м... держал пистолет. Шанс молча сел на край кровати. Стянул старый бинт — аккуратно, почти нежно, хотя пальцы пахли порохом и смертью. Мафиозо шипел сквозь зубы, но не отстранялся. И когда Шанс проводил влажной марлей по краю раны, он вдруг накрыл его ладонь своей. Холодные пальцы. Сильные. Сломанные в двух местах когда-то давно. — Ты боялся за меня, — сказал Мафиозо. Не спросил. Утвердил. — Я боялся, что ты подохнешь и никто больше не прикроет мне спину в ближнем бою. — Врёшь. Шанс поднял глаза. Теперь они смотрели друг на друга с расстояния в десять сантиметров. Пахло кровью, йодом и тем самым душным, предгрозовым напряжением, когда воздух становится тяжёлым, как перед ударом молнии. — А если и вру? — выдохнул Шанс. — Что ты сделаешь? Пристрелишь меня, пока у самого кишка наружу не вывалилась? Мафиозо медленно — очень медленно, так, что у Шанса пересохло в горле — провёл большим пальцем по его скуле. — Я подожду, когда ты перестанешь врать, — сказал он тихо. — Ты же знаешь. Я терпеливый. Как удав. И ты уже в моей клетке, Шанс. Просто ещё не понял этого. Никто из них не поцеловал другого. В ту ночь — нет. Шанс закончил перевязку, убрал аптечку, сел в кресло у окна и просидел там до утра, держа револьвер на коленях. А Мафиозо спал — впервые за много дней без кошмаров. И под утро, когда Шанс уже почти задремал, он услышал тихое: — Спи. Я посторожу. Мафиозо не спал. Смотрел в потолок и улыбался в темноту. Потому что впервые за долгое время кто-то остался с ним не из страха и не из расчёта. А просто — потому что не мог уйти. На четвёртую неделю Шанс переехал к нему. Сказал, что так удобнее «оперативно реагировать на вылазки врага». Мафиозо подарил ему ключи и полку в шкафу. На шестую неделю Шанс впервые назвал его не «Маф», а по имени. И Мафиозо попросил больше так не делать, потому что его имя — это слишком личное, слишком уязвимое, и Шанс — единственный человек, который имеет право его знать. — Тогда не делай глупостей, — сказал Шанс. — Чтобы мне не пришлось кричать твоё имя над твоим трупом. — Договорились. — Мафиозо наклонился и поцеловал его в уголок губ. Впервые. Легко. Точно так же, как касался запястья на складе — будто боялся, что Шанс лопнет. — Живи долго. Я приказываю. Шанс не лопнул. Он притянул Мафиозо за воротник и поцеловал по-настоящему. Со вкусом крови, виски и обещания. Так, как целуют только те, кто не верит в завтра, но очень хочет, чтобы оно наступило. — Сволочь ты, — прошептал Шанс в его губы. — Твоя сволочь, — ответил Мафиозо. --- Финал главы: В городе Форсакен никогда не стихают выстрелы. Но в одной квартире на последнем этаже всегда горит тусклый свет. Кто-то проверяет оружие. Кто-то курит сигару. И иногда их плечи соприкасаются — и это единственная броня, которая держит лучше любого пуленепробиваемого жилета. (Продолжение? Продолжение... если захотите. Они только начали выяснять, кто из них хуже умеет готовить завтрак и кто громче ругается, когда второй приходит с пулей в бронике.) ❤