Отражение: Чужой среди своих

Арси резко развернулась на каблуках. Ее двигатель взвыл от перегрузки, когда она трансформировалась прямо на бегу, превращаясь в синий спортивный мотоцикл. С оглушительным визгом шин она рванула по туннелю наружу, прочь с базы. Ей нужно было остыть. Осознание того, что в какой-то параллельной реальности ее любимый, веселый Клиффджампер был безжалостным палачом и убийцей детей, выжигало ее искру изнутри. Ей хотелось кричать, мчаться на максимальной скорости по ночной пустыне Невады, только бы заглушить эту дикую, абсурдную правду. На базе снова стало относительно тихо, если не считать тихого гудения приборов. Оптимус Прайм проводил уезжающую воительницу долгим, понимающим взглядом, но останавливать не стал. Ей нужно было время. — Ну что, летун, — вздохнул Рэчет, подкатывая к сидящему в углу сикеру тяжелую медицинскую стойку. — Хватит сидеть на грязном бетоне. Перебирайся на платформу. Мне нужно заварить твои микротрещины, пока твоя светлая броня не окрасилась в синий цвет от потери энергона. Старскрим, все еще мелко дрожа, осторожно поднялся. Он по-прежнему с опаской поглядывал на Рэчета, но спокойный тон медика немного утихомирил его процессор. Пошатываясь, он дошел до медицинской платформы и тяжело опустился на нее. Оборонительные щитки на его запястьях с тихим щелчком убрались внутрь манипуляторов. Пока Рэчет активировал лазерный сварочный аппарат и подключал сканирующие кабели, Старскрим начал медленно осматриваться. Его синяя оптика с огромным любопытством и недоверием изучала каждого присутствующего на этой странной базе. Сначала он долго смотрел на Бамблби. Желтый разведчик сидел на корточках неподалеку от платформы с людьми, что-то тихо пища Рафу. «Надо же... — подумал Старскрим. — Бамблби. В моем мире он — правая рука Прайма. Безжалостный, немой убийца-диверсант, который общается только звуками терзаемого металла своих жертв. А здесь... он заботится о маленьких существах. Он выглядит почти... милым?» Затем взгляд сикера переместился на Балкхеда. Зеленый гигант осторожно поднимал с пола электрогитару Мико, стараясь своими огромными пальцами-поршнями не раздавить хрупкий инструмент. В мире Старскрима Балкхед возглавлял карательный отряд тяжелой артиллерии автоботов — разрушитель городов, чьи шаги заставляли кибертронцев прятаться в подземельях. Здесь же этот гигант виновато улыбался девочке и протягивал ей гитару. — Держи, Мико. Кажется, струны целы, — тихо пробасил Балкхед. — Спасибо, Балк! Ты лучший! — Мико выхватила гитару и тут же снова уставилась на Старскрима, пытаясь рассмотреть поближе шрамы на его крыльях. Старскрим перевел взгляд на Рэчета. Красно-белый медик сосредоточенно вел лазерным излучателем по его правому плечу. Инструмент приятно согревал металл, стягивая рваные края обшивки. Никакой боли. Никаких криков. «Он правда меня лечит, — пронеслось в мыслях сикера. — Без наркоза, без издевательств. Настоящий ученый. Мой Рэчет уже давно бы вырезал мою Т-ког в качестве трофея для Прайма...» И, наконец, Старскрим посмотрел на Оптимуса. Великий лидер автоботов стоял у главного экрана, сложив манипуляторы за спиной. В его осанке не было высокомерия или жажды крови. От него исходила невероятная, почти осязаемая аура мудрости и защищенности. Это было настолько непривычно, что Старскрим зажмурился и на мгновение отвернулся к стене, уходя в глубокие, тяжелые воспоминания своего собственного прошлого. Перед его мысленным взором вспыхнул его родной Кибертрон. Белые, сияющие башни Воса — города сикеров. Старскрим вспомнил тот день, когда карательные отряды Оптимуса Прайма впервые вошли в сектор. Он вспомнил, как «его» Оптимус, закованный в темную, шипастую броню с кроваво-красной оптикой, лично отдавал приказ о зачистке научных лабораторий. «Мы очистим эту планету от слабости, Старскрим», — звучал в его голове леденящий душу голос злого Прайма. Старскрим тогда был молодым ученым, исследователем авиации и квантовых смещений. Ему пришлось взять в руки оружие, сплотить вокруг себя выживших ученых и рабочих, назвав их Десептиконами — теми, кто обманул ожидания тирана и выбрал свободу. Мегатрон в его мире был мирным шахтером-философом, который взял на себя тяжелую ношу командования армией Сопротивления. Они воевали не ради власти, а ради выживания. Каждая царапина на теле Старскрима, каждая вмятина на его округлых крыльях была памятью о жестоких налетах автоботов. — Эй, белый летун, ты чего завис? — звонкий голос Мико у подножия медицинской платформы резко выдернул Старскрима из флэшбэков. Сикер вздрогнул и посмотрел вниз. Девочка сидела прямо на краю платформы, болтая ногами. Рядом стояли Джек и Раф, с интересом разглядывая его необычную трансформационную схему. — Я... я просто задумался, органическое существо, — тихо ответил Старскрим, стараясь держать манипуляторы при себе, чтобы снова никого не напугать. — Меня зовут Мико! А это Джек и Раф. И мы не просто "органические существа", мы люди! — гордо заявила девочка. — Слушай, а у вас там, в твоем мире, люди есть? Ну, или какие-нибудь другие маленькие друзья? Старскрим грустно усмехнулся, и эта усмешка выглядела удивительно мягкой на его лицевом щитке. — Нет, Мико. В нашем мире идет настолько жестокая война, что у нас нет времени и права втягивать в нее другие расы. Наш Оптимус Прайм уничтожает любую органику, которую считает "неэффективным мусором". Если бы он узнал о вашей планете, он бы... — сикер осекся, заметив, как испуганно переглянулись Джек и Раф. — Впрочем, не важно. Главное, что здесь все иначе. — Рад слышать, что ты начинаешь это понимать, Старскрим, — произнес Оптимус Прайм, медленно подходя к медицинской платформе. Рэчет как раз закончил сварку последних швов и убирал инструменты. — Твои повреждения затянулись. Теперь нам нужно подумать о том, как вернуть тебя домой, к твоему Сопротивлению. Старскрим удивленно посмотрел на свои отремонтированные манипуляторы, затем на Оптимуса. В его синей оптике впервые за все время появилось нечто похожее на робкое уважение. — Наш земной мост полностью перегружен, Прайм, — подал голос Рэчет, протирая манипуляторы ветошью. — Чтобы воссоздать ту квантовую аномалию, которая забросила его сюда, нам понадобятся уникальные вычисления. И, боюсь, без помощи самого Старскрима, который знает частоты своего мира, нам не справиться. — Я помогу, — решительно кивнул Старскрим, аккуратно спускаясь с платформы на пол. — Я ученый, Рэчет. В моем мире я разрабатывал пространственные прыжки для наших отрядов. Если мы объединим наши процессоры, мы сможем открыть этот мост. Мои товарищи... Мегатрон, Саундвейв... они наверняка ищут меня. Я должен вернуться и продолжить борьбу. — Тогда не будем терять времени, — Оптимус Прайм одобрительно склонил голову. — Рэчет, Старскрим, приступайте к работе. Бамблби, Балкхед — оставайтесь на чеку. Нам нужно быть готовыми к любому развитию событий.