Трахи!

Всё началось с глупой ссоры, которая, как всегда у них, быстро переросла в нечто совсем другое. Сириус опять подколол Северуса по поводу «вечной кислой мины», Северус огрызнулся, назвал его «бесполезным псом», и через минуту они уже целовались жёстко, почти агрессивно, прижимаясь к стене в одной из старых спален Гриммо 12. Одежда слетела быстро. Северус думал, что контролирует ситуацию — пока не увидел Сириуса полностью. — Мерлин... — вырвалось у него. Глаза расширились. Член Сириуса был... огромным. Толстым, тяжёлым, с выступающими венами. Северус инстинктивно отполз назад по кровати, сердце заколотилось. — Нет. Сириус, нет. Это... это не войдёт. Я серьёзно, — голос дрожал. Он попытался встать, но Сириус поймал его за запястье и мягко, но твёрдо притянул обратно. — Эй, эй... Северус, посмотри на меня, — Сириус навис сверху, но не давил. Его рука нежно легла на щёку Снейпа. — Я не собираюсь делать тебе больно. Мы можем остановиться в любой момент. Дыши. Северус всё равно попытался вывернуться, паника нарастала. Сириус поймал его губы долгим, глубоким поцелуем — таким, от которого у Северуса всегда подгибались колени. Пока он отвлекался на язык Сириуса, тот медленно ласкал его, готовил пальцами, добавляя обильное количество смазки. Поцелуи становились всё глубже, Сириус шептал между ними: — Ты такой красивый, когда нервничаешь... Я буду очень осторожен. Обещаю. Когда Сириус наконец начал входить, Северус снова дёрнулся. — Стой! — выдохнул он, упираясь руками в грудь Сириуса. — Вытаскивай... это слишком... я не могу... Но Сириус был уже на четверти. И Северус уже чувствовал себя полностью заполненным. Он попытался вытолкнуть его мышцами, сжимаясь в панике, но это только сильнее обхватило головку, заставив Сириуса тихо застонать. — Северус... расслабься, любимый, — прошептал Сириус, целуя его в шею, в ключицу, в губы. — Я почти не двигаюсь. Просто дыши. Северус дрожал всем телом. Боль была острой, жгучей, но под ней уже пульсировало что-то тёмное и сладкое. Когда Сириус вошёл ещё глубже (примерно до половины), Северус выгнулся и всхлипнул. Под его плоским животом уже явственно проступил толстый бугор. — Видишь, что ты со мной делаешь? — Сириус провёл пальцами по этой выпуклости, и Северус резко вскрикнул — прикосновение было почти невыносимым. — Не трогай... больно... — прошептал он, слёзы текли по вискам. — Сириус, пожалуйста... медленнее... — Я и так еле сдерживаюсь, — честно признался Сириус. Вид дрожащего, раскрытого Северуса с его собственным членом, выпирающим через живот, сводил его с ума. Он хотел вдолбиться резко, глубоко, но вместо этого продолжал двигаться очень медленно, осторожно, целуя каждую слезинку. Северус дрожал, стонал, иногда тихо просил «осторожнее», иногда — сам подавался навстречу. Боль и удовольствие сплетались так плотно, что он уже не понимал, где заканчивается одно и начинается другое. Когда Сириус наконец вошёл почти полностью, Северус кончил первым — сильно, с длинным дрожащим стоном, сжимаясь вокруг него. Это потянуло и Сириуса за собой. Он зарычал, вжимаясь глубже, и кончил внутри, чувствуя, как живот Северуса слегка округляется от горячей спермы. --- После оргазма Северус начал задыхаться. Паника накрыла волной — тело болело, он чувствовал себя слишком раскрытым, слишком заполненным, слишком уязвимым. — Сириус... убери... я не могу... — голос срывался, руки дрожали. Сириус мгновенно вышел (максимально аккуратно), лег сверху и крепко обнял его, прижимая к себе. — Я здесь. Всё хорошо. Ты справился, ты молодец, — шептал он, покрывая лицо Северуса поцелуями. — Дыши со мной. Вдох... выдох... Он перевернулся, уложил Северуса сверху, обхватил его руками и начал медленно укачивать, как ребёнка. Тёплые ладони гладили спину, волосы, целовали в макушку. — Ты в безопасности. Я с тобой. Никто тебя не обидит. Я люблю тебя, слышишь? Северус ещё пару минут дрожал, всхлипывая, но постепенно дыхание выровнялось. Бессилие накрыло тяжёлым одеялом. Он просто уткнулся носом в шею Сириуса и отключился — крепко уснул в его объятиях. Сириус ещё долго лежал, гладя его по волосам и улыбаясь в темноту. Утром после Северус проснулся первым. Тело болело. Глубоко, тупо, настойчиво. Каждый вдох отдавался тянущей болью внизу живота, а когда он попытался перевернуться — резкая вспышка заставила его тихо зашипеть сквозь зубы. Он чувствовал себя... использованным. Растянутым. Полным. Даже сейчас, спустя часы, внутри оставалось неприятное, тяжёлое ощущение, будто Сириус всё ещё был в нём. Он осторожно сел на край кровати. Ноги дрожали. На внутренней стороне бёдер виднелись лёгкие синяки от пальцев Сириуса и засохшие следы. Живот ныла особенно сильно — там, где вчера так отчётливо выпирал член. Северус провёл рукой по коже и поморщился: даже лёгкое нажатие вызывало неприятный отголосок. В голове крутилось всё сразу: стыд, остатки паники, странное тепло от того, как Сириус потом держал его, укачивал, шептал. Он ненавидел себя за эту слабость. За то, что позволил. За то, что ему... понравилось. Хотя бы частично. Сириус заворочался во сне и потянулся к нему рукой. Северус инстинктивно дёрнулся, но потом просто замер. Сириус открыл глаза и сразу стал серьёзным, увидев его лицо. — Доброе утро... — тихо сказал он, садясь рядом. — Как ты? Северус отвёл взгляд. — ...Больно, — честно ответил он низким, хриплым голосом. — Везде. Особенно внутри. Я чувствую себя... словно меня разорвали и кое-как зашили. Он замолчал, потом добавил тише, почти нехотя: — И... странно. Не только плохо. Сириус осторожно обнял его сзади, не сдавливая, просто положив подбородок на плечо. — Я был слишком грубым? — Нет. Ты... старался. Но ты объективно огромный, идиот, — Северус фыркнул, но в голосе не было настоящей злости. — Я думал, что смогу. А потом... почти сбежал. Сириус мягко поцеловал его в висок. — Ты не сбежал. Ты справился. И выглядел... чертовски красиво. Северус покраснел и резко отвернулся, но не стал отодвигаться. Тело всё ещё дрожало от остаточной слабости. Он чувствовал себя уязвимым, разбитым и одновременно... в странной безопасности рядом с этим псом. — Я, наверное, не смогу нормально ходить сегодня, — пробормотал он наконец. — И сидеть тоже. Сириус тихо рассмеялся в его волосы. — Тогда мы никуда не пойдём. Я принесу тебе завтрак в постель, буду целовать все болячки и сделаю самое сильное обезболивающее зелье, какое ты только захочешь. А потом... просто полежим. Если захочешь — поговорим. Если нет — помолчим. Северус долго молчал, потом едва заметно кивнул и позволил себя снова уложить на подушки. Боль никуда не делась. Стыд тоже. Но тёплые руки Сириуса на его талии и тихое дыхание рядом делали всё это... терпимым. Почти приятным. Прошло почти две недели. Северус сам пришёл к Сириусу поздно вечером. Без слов, без объяснений. Просто закрыл дверь спальни, подошёл и поцеловал его — жёстко, требовательно. Сириус удивлённо выгнул бровь, но ответил сразу. — Ты уверен? — спросил он между поцелуями, когда они уже стягивали друг с друга одежду. — Да, — Северус прикусил его нижнюю губу. — Я... подготовился. Сегодня я хочу попробовать ещё раз. Он был честен. Последние дни Северус тщательно работал над собой: зелья, растяжки, долгие вечера наедине с пальцами и игрушками. Он хотел этого. Хотел почувствовать Сириуса полностью и не сломаться. Сириус уложил его на кровать очень бережно, но Северус сам раздвинул ноги и потянул его ближе. — Не тяни. Я готов. Подготовка всё равно заняла время. Сириус работал языком и пальцами до тех пор, пока Северус не начал тихо постанывать и подаваться бёдрами навстречу. Когда Сириус наконец приставил головку и начал входить, Северус глубоко вдохнул и... принял. Сначала было туго. Очень. Но не так больно, как в первый раз. Северус закусил губу, закрыл глаза и сосредоточился на дыхании. Сириус двигался невероятно медленно, миллиметр за миллиметром. — Северус... — выдохнул он поражённо, когда вошёл уже больше чем наполовину. — Ты меня берёшь... Под животом Северуса снова появился отчётливый бугор. Но теперь он смотрел на него не с ужасом, а с каким-то тёмным, возбуждённым очарованием. Он сам положил руку сверху и надавил. — Глубже, — хрипло сказал он. Сириус застонал и подчинился. Медленно, но настойчиво он вошёл до самого конца. Северус выгнулся, из горла вырвался долгий, дрожащий стон. Он был полностью заполнен. Член Сириуса выпирал через его живот так явно, что казалось, будто он вот-вот прорвёт кожу. — Блядь... — Северус дрожал, но это уже была не паника. — Я чувствую тебя... везде. Сириус начал двигаться — сначала осторожно, потом всё увереннее. Каждый толчок заставлял бугор на животе Северуса подниматься и опускаться. Северус уже не сдерживал стоны. Боль была, но она тонула в густом, тяжёлом удовольствии. — Сильнее, — потребовал он, впиваясь ногтями в плечи Сириуса. Тот не выдержал. Хватка на бёдрах Северуса стала жёстче, и он начал входить глубже, быстрее. Северус дрожал, стонал, иногда всхлипывал, когда Сириус особенно сильно надавливал на простату. Он снова и снова проводил рукой по своему животу, чувствуя, как внутри него двигается огромный член. Они кончили почти одновременно. Северус — с громким, сорванным криком, сильно сжимаясь вокруг Сириуса. Сириус — рыча ему в шею, заливая его горячим и глубоким. После они лежали, тяжело дыша. Сириус всё ещё был внутри, и Северус не торопил его выходить. Бугор на животе медленно опадал. — Ну как? — тихо спросил Сириус, целуя его в мокрый висок. Северус долго молчал. Потом едва заметно улыбнулся уголком губ. — Я... справился. И... мне понравилось. Хотя ты всё ещё чертовски большой. Сириус тихо рассмеялся и крепче прижал его к себе. — В следующий раз будешь сверху. Хочу посмотреть, как ты сам насаживаешься. Северус только фыркнул, но в глазах уже горел новый, тёмный интерес. Это случилось через несколько дней после того успешного раза. Северус вошёл в спальню с решительным выражением лица. Сириус лежал на кровати, лениво читая какую-то старую книгу, но стоило ему увидеть взгляд Северуса, как книга была мгновенно отложена в сторону. — Сегодня я сверху, — заявил Северус без преамбул. Голос был твёрдым, но в глазах мелькало нервное возбуждение. Сириус медленно улыбнулся, хищно и довольно. — Как пожелаешь, любовь моя. Он лёг на спину, подложив под голову руки, и смотрел, как Северус раздевается. Тот действовал методично: снял мантию, рубашку, брюки. Когда дело дошло до подготовки, он не стал просить помощи. Сам щедро нанёс смазку, сначала на Сириуса, потом на себя, работая пальцами с сосредоточенным лицом. Сириус наблюдал за этим зрелищем, тяжело дыша. Наконец Северус забрался сверху. Он оседлал бёдра Сириуса, одной рукой опираясь ему на грудь, второй направляя толстый член к себе. — Медленно... — прошептал он сам себе. Головка вошла с трудом. Северус зашипел, нахмурившись, но не остановился. Он опускался сантиметр за сантиметром, тяжело дыша через рот. Когда вошёл примерно до половины, на его плоском животе снова появился отчётливый бугор. — Мерлин... — выдохнул Северус, глядя вниз. Он провёл пальцами по выпуклости и вздрогнул от острого ощущения. — Красиво, — хрипло сказал Сириус, не в силах отвести взгляд. — Ты выглядишь так, будто я тебя насквозь пронзил. Северус не ответил. Он продолжал опускаться, медленно, но упрямо. Лицо было напряжённым, на лбу выступил пот. Когда он сел полностью, оба одновременно застонали. Северус был насажен до самого основания. Живот заметно выпирал. — Больно? — спросил Сириус, сжимая его бёдра. — Да... но хорошо, — Северус начал медленно двигаться. Сначала просто раскачивался, привыкая к глубине. Каждый спуск заставлял бугор подниматься выше. Он смотрел на это заворожённо, иногда надавливая рукой сверху, от чего по телу пробегала дрожь. Постепенно движения стали увереннее. Северус поставил руки на грудь Сириуса и начал подниматься и опускаться по-настоящему. Глубже. Жёстче. Сириус стонал под ним, пальцы впивались в бёдра Северуса, но он не перехватывал контроль — просто держал, поддерживал. — Ты такой... тесный, — рычал Сириус. — Смотри на себя... смотри, как ты меня принимаешь. Северус наклонился вперёд, меняя угол, и застонал громче, когда член Сириуса сильно придавил простату. Теперь он двигался почти яростно — поднимался высоко и резко садился вниз, заставляя себя принимать всё полностью. Живот выпирал при каждом опускании. Он дрожал, пот стекал по спине, но не останавливался. — Сириус... — выдохнул он прерывисто. — Я... сейчас... — Кончай, — Сириус подался вверх, встречая его движения. — Кончай на мне. Северус сорвался с громким, долгим стоном. Он кончил сильно, пачкая живот и грудь Сириуса. Мышцы внутри сильно сжались, и Сириус последовал за ним, вбиваясь вверх и заполняя его горячим. Северус рухнул вперёд, тяжело дыша, уткнувшись лицом в шею Сириуса. Тот обнял его, гладя по спине и волосам. — Ты был невероятен, — прошептал Сириус. — Мой сильный, упрямый... Северус только устало фыркнул, но не стал отодвигаться. Он всё ещё сидел на нём, чувствуя, как внутри пульсирует тепло. — В следующий раз... — пробормотал он сонно, — я попробую быстрее. Сириус тихо рассмеялся и поцеловал его в макушку.