Глава 10
13 июля 2026 г., 19:40
Глава 10
Библиотека встретила их запахом старой бумаги, кожи переплётов и воска – где-то негромко потрескивали свечи в канделябрах. Хару невольно замедлил шаг. Он ожидал увидеть пыльную дыру с облезлыми стеллажами, но реальность оказалась иной. Здание изнутри выглядело ухоженным, даже богатым. Высокие, до самого потолка стеллажи из тёмного дуба, тысячи книг с золотым тиснением на корешках, стремянки на колёсиках, массивные столы для чтения. Разнообразие книг и карт поражало – казалось, здесь собрана мудрость целого мира. В голову даже не приходила мысль, что в таком сером, мрачном городе может существовать столь обширный кладезь ценной информации. — Откуда у тебя точная информация, что это будет именно здесь? — спросила Доку, понизив голос до шёпота, который эхом разнёсся под высокими сводами. — Думаешь, я не успела всё здесь просмотреть? — Я всегда уверен, — не оборачиваясь, бросил Хару, проходя вдоль стеллажей и скользя пальцами по кожаным корешкам. — Ты даже не представляешь, что я сделаю с тобой, если моё время будет потрачено впустую. — Правда? И что же? — Хару даже не обернулся. — Ты не представляешь, как много вариантов, — Доку говорила тихо, но каждое слово сочилось ядом. — И, ах да, некоторые из них я могу осуществить прямо сейчас. Она резким движением схватила первую попавшуюся под руку книгу с нижней полки и с угрожающим видом подняла её над головой, целясь Хару в затылок. — Попрошу быть аккуратнее, — раздался вдруг спокойный, надменный голос. Из-за соседнего стеллажа, заставленного свёрнутыми в рулоны картами, вышел парень. Он держал в руках целую стопку тяжёлых фолиантов и, судя по всему, направлялся расставлять их по полкам в алфавитном порядке. Брюнет, одетый в строгий, застёгнутый на все пуговицы сюртук, поправил тонкие очки в серебряной оправе, сползшие на кончик носа. На вид ему было не больше двадцати пяти, но держался он с такой холодной уверенностью, будто это он хозяин мира, а все остальные незваные гости. — Вам что-нибудь подсказать? — он аккуратно, не проронив ни звука, поставил стопку книг на свободный край стола. — А то я начинаю переживать, что такими агрессивными поисками вы что-нибудь порвёте. — Пф, — Доку с демонстративным стуком поставила книгу на место. Парень перевёл взгляд на неё, и в его глазах мелькнуло узнавание. — О, мисс Доку. Вы снова посетили нас. Вы вынуждаете меня подозревать вас в неладном. Голос его был надменным, ровным и каким-то убаюкивающе-монотонным. Из-за такой манеры речи с ним совершенно не хотелось спорить – хотелось молча согласиться и уйти. — Нам необходимо знать координаты Пещеры Пустых Раковин, — прямо, без обиняков сказал Хару, выходя из-за спины Доку. Парень даже не взглянул на капитана. Он продолжал расставлять книги, методично проверяя каждую на предмет повреждений корешка. — Здесь вы этого не найдёте. — Значит, у вас они есть есть? — Доку вступила в разговор, и её голос стал ниже, опаснее. — Я этого не говорил, — библиотекарь развернулся и направился к выходу из отдела. — Их все уничтожили. Советую поискать в другом месте. — Сколько? — Доку бросила этот вопрос ему в спину. Парень продолжал идти, даже не обернувшись. — Эшли, щенок, перестань показывать характер! — Доку повысила голос, и тот наконец замер. — Твоя мамаша была и остаётся одним из моих постоянных клиентов. Неужели нельзя было сразу мне сказать, что всё это время у тебя было то, что мне нужно? Услышав упоминание о матери, парень остановился. Медленно, на носках, он развернулся – движение было почти балетным, полным сдерживаемой ярости. Он с вызовом всмотрелся в глаза Доку и шумно, раздражённо выдохнул. — Ты спрашивала конкретно о карте, а карты нет. Есть пара строчек в старой книге легенд. Во-первых, в этом плане я человек довольно конкретный. Ты просила карту – я ответил, что карты нет. Всё честно. Во-вторых, я был больше чем уверен, что ты даже не взглянешь на эту книгу, — он принялся осматривать свои изящные, длинные пальцы на предмет несуществующих загрязнений, всем видом показывая, что разговор его утомляет. — То, что вы ищете, находится в одном из сборников легенд, где просто упоминалась эта пещера с её координатами. Неужели у кого-то настолько много свободного времени и веры в чудо? Эшли ухмыльнулся – холодно, надменно, одними уголками губ. — И раз уж моя мать в таких хороших отношениях с тобой, иди и договорись с ней. Но перед тем, как я скажу, где именно искать книгу, я имею право выдвинуть некие условия. Ведь лично мне абсолютно невыгодно отдавать вам информацию просто так. Бизнес есть бизнес. — Вопрос о цене я подняла ещё пару секунд назад, парень, — Доку прищурилась. — Не трать наше время. Ни Хару, ни кто-либо из случайных посетителей библиотеки не вмешивался в разговор. Казалось, пока эти двое говорили, в помещении стало катастрофически не хватать воздуха – такое напряжение искрило между ними. Доку скрестила руки на груди и подошла к библиотекарю вплотную, возвышаясь над ним почти на голову. Эшли посмотрел на неё поверх своих очков, и в его тёмных глазах промелькнул опасный, расчётливый блеск. — Моя цена как всегда одинакова, — произнёс он так тихо, чтобы могла услышать только она, и в этом шёпоте было больше угрозы, чем в ином крике. — Ты прекрасно знаешь, что мне нужно.***
Дверь в кабинет Татьяны Маршман распахнулась, и реальность вокруг словно пропиталась кровью. Нет, это была не кровь. Это был цвет. Бордовый, алый, багряный, пурпурный – все оттенки красного сливались в единый, давящий на глаза поток. Кресла с высокими спинками, обитые бордовым бархатом. Диван с изогнутыми подлокотниками, застеленный алым покрывалом. Стулья с резными ножками, обтянутые тканью цвета запёкшейся крови. Мебель была исключительно из красного дерева – тяжёлая, массивная, сияющая тёмным, почти чёрным глянцем в свете многочисленных свечей. Почти все переплёты книг на полках имели характерный оттенок: от нежно-розового до глубокого, почти чёрного бордо. Казалось, сама комната пульсирует, как живое сердце. И конечно же, самой яркой, самой ослепительной в этой комнате была Татьяна Маршман. Она сидела за массивным письменным столом и со скучающим видом заполняла какие-то бумаги. Её голова, подпёртая рукой в длинной кружевной перчатке, была чуть наклонена набок, а каштановые, отливающие бордовым пряди аккуратного каре слегка прилипли к вискам от влаги – признак того, что она сидит здесь уже довольно долго. Дама была одета в закрытое бархатное платье глубокого винного цвета, а на её голове, чуть сдвинутая набок, красовалась шляпка-котелок с узкой алой лентой. Треугольные очки в тонкой золотой оправе сидели на кончике носа, и когда дверь открылась, она посмотрела на вошедших поверх этих самых очков. Взгляд её карих глаз был колючим и оценивающим. — Эшли, скажи мне на милость… — голос её был низким, грудным, с лёгкой хрипотцой, свойственной женщинам, которые много курят и ещё больше повелевают. — Надеюсь, причина твоего прихода достаточно веская, чтобы отрывать меня от работы? Эшли, стоявший у двери, открыл было рот, чтобы доложить, но Татьяна уже перевела взгляд за его спину. И увидела Доку. В тот же миг её лицо преобразилось: губы, накрашенные бордовой помадой, изогнулись в улыбке. Это была не просто улыбка – это была улыбка человека, который очень, очень хорошо умеет считать деньги и ещё лучше умеет их отмывать. — Доку, дорогая! — Татьяна подорвалась с кресла с такой скоростью и грацией, что, казалось, она не идёт, а плывёт по воздуху. — Как я рада тебя видеть! Она налетела на Доку, сжала её плечи унизанными кольцами пальцами и расцеловала в обе щеки, оставляя на бледной, тонкой коже жирные, липкие отпечатки бордовой помады. Доку замерла. Её спина напряглась, руки судорожно сжались в кулаки. Она сдерживала рвотные позывы. Ей не нравилось, когда до неё дотрагивались. Тем более когда смели расцеловать. Тем более когда это делала старушка, которая, хоть и выглядела едва ли на тридцать, на самом деле разменяла уже шестой десяток и прекрасно знала о неприязни Доку к любым прикосновениям. — Я по делу, — отчеканила Доку сквозь зубы, сдерживая желание немедленно стереть с лица чужую косметику. Улыбка сползла с лица Татьяны мгновенно, будто её и не было. Она резко, без какого-либо перехода, перевела взгляд на Хару, который стоял чуть позади, и в этом взгляде читалось столько высокомерия, что им можно было бы припечатать к стене. — У меня проблемы со слухом или ты забыл представиться до того, как войти в мой кабинет? — её голос стал ледяным, каждое слово чеканилось с той особой интонацией, какой говорят с прислугой, забывшей своё место. Хару прекрасно понимал, что за человек перед ним. Он умел считывать людей, умел подстраиваться, когда это было нужно для дела. На всякий случай он бросил быстрый взгляд в сторону Эшли, который как тень затаился в углу комнаты, сложив руки за спиной. Библиотекарь явно не собирался ввязываться в разговор и предпочитал роль молчаливого наблюдателя. — Прошу прощения, мэм, — Хару склонил голову ровно настолько, насколько это требовалось по этикету, но не больше. Ни капли лишнего унижения. — Моё имя Хару Келлер. Я моряк, и с недавних пор мы с Доку работаем вместе, а также я… её друг. От последнего слова на языке стало кисло, будто он только что проглотил что-то мерзкое. Назвать Доку другом – что может быть нелепее? Но правила игры требовали жертв. Татьяна смерила Хару оценивающим взглядом с головы до ног. В её карих глазах на долю секунды промелькнула странная искра – узнавание. Она знала эту фамилию. Келлер. Она прекрасно знала Эрику и её сестру. Мысленно она уже составляла короткое письмо для старой подруги: «Эрика, тут твой племянничек ко мне заглянул. Интересный экземпляр. Как ты и говорила, он очень неприятный». Но задерживать внимание на парнишке она не стала – это могло вызвать подозрения. — Доку, я слушаю, — Татьяна перевела взгляд на единсвенную гостью, которуя была рада видеть. — Книга легенд, в которой упоминается Пещера Пустых Раковин, — сказала Доку, наконец позволив себе достать платок и брезгливо стереть остатки помады со своих впалых, бледных щёк. — Цену ты знаешь. Нам обеим это выгодно. Слова прозвучали буднично, словно подобный диалог был чем-то совершенно повседневным. Собственно, так оно и было. Большинство «редких товаров», которыми так гордилась библиотека Маршман, были и оставались искусными творениями, которые создавала Доку. Отсюда и их долгое взаимовыгодное сотрудничество. Татьяна, не проронив ни слова, грациозно направилась к отдельному столику у дальней стены и извлекла из ящика толстую книгу в потрёпанном красном переплёте. Покрутив её в руках, она снова посмотрела на Доку поверх очков. Её взгляд был цепким, расчётливым. — Срок? — Не знаю, — Доку пожала плечами. — Но за мной не заржавеет. Проценты отдам, как обычно. Она протянула раскрытую ладонь. Татьяна какое-то время стояла, задумчиво поглаживая корешок книги кончиками пальцев. В комнате повисла такая тишина, что было слышно, как потрескивают свечи в канделябрах. Наконец, она приняла решение. Книга легла в ладонь Доку – тяжело, будто передавали не фолиант, а оружие. — Спрячь или верни её, когда закончишь читать. Сама понимаешь, такие вещи не должны лежать на виду, — Татьяна поправила очки и снова одарила Хару тем самым высокомерным, колючим взглядом. — Приятно было познакомиться. Не смею вас больше задерживать. Эшли, проводи гостей.***
— Что ты ей дашь взамен? Хару и Доку покинули библиотеку и теперь шли по узким, мощёным булыжником улочкам, направляясь в сторону порта. Где-то там, по словам Доку, находился один из старейших пабов города – «Базар-Дюзю», место, куда редко заглядывали случайные люди. Доку проигнорировала вопрос. Она шла чуть впереди, засунув руки в карманы, и её белые, ровно остриженные волосы покачивались в такт шагам. Хару не отставал, он буравил её спину выжидающим взглядом. Угнетающая тишина висела между ними ещё минут пять. Даже шум портового города — крики чаек, гомон торговцев, скрип корабельных снастей — не мог разбавить эту плотную, как патока, атмосферу взаимной неприязни. — Ты попал, — наконец выдала Доку, даже не обернувшись. Хару сбился с шага на долю секунды, но тут же выровнял его. — Ты же тоже заметил? — продолжила она. — Да, — ответил Хару с нескрываемым напряжением в голосе. — Она меня знает. И, скорее всего, уже доложила Эрике, что я с тобой. — Я надеюсь, что человек, которого ищут эти трое, поможет нам покинуть это место уже сегодня, — Доку наконец обернулась.
