Пока ты спал

Хлопок аппарации, и вот Гарри быстрым, почти переходящим на бег, шагом приблизился к дому Снейпа. Туман с утра так и не рассеялся, превращая день в унылую, размытую пелену. Поттер поднялся на крыльцо и постучал в тяжёлую деревянную дверь. Внутри царила тишина. Он подождал минуту, чувствуя, как внутри снова начала подниматься тошнотворная, липкая тревога. — Северус! — позвал он, стуча сильнее. — Северус, открой! Это я, Гарри! Тишина. Никакого ответа. Гарри больше не стал медлить. Он выхватил палочку и направил её на замочную скважину: — Алохомора Максима! Капризный замок неохотно звякнул, и дверь чуть приоткрылась, пропуская аврора. В коридоре дома было, как всегда, темно и прохладно. Гарри зашёл, аккуратно прикрыв за собой, и сразу направился в гостиную. — Северус, я... Слова застряли у него в горле. В комнате всё оставалось точно таким же, каким Гарри запомнил накануне вечером. Шторы на окнах были плотно задёрнуты, лишь кое-где пробивались приглушённые лучи туманного дня. На журнальном столике так и лежал раскрытый французский трактат. А рядом, в своём кресле, у давно погасшего камина сидел Снейп. Он не шевелился. Голова была неестественно запрокинута назад, бледные, восковые руки безвольно свисали с подлокотников, почти касаясь ковра. Домашний халат казался слишком большим для его исхудавшего тела. Гарри стремительно пересёк комнату и упал на колени перед креслом, хватая Снейпа за руку. Ладонь мужчины была пугающе, мертвенно-ледяной. — Северус! Северус, очнись! Гарри, следуя отработанной привычке, прижал два пальца к его шее, у сонной артерии. Пульс был. Слабый, нитевидный, но был. Поттер легонько похлопал его по щекам, попытался применить мобилизующее заклинание, но Снейп никак не реагировал. Он находился в глубоком, тяжёлом беспамятстве. Организм зельевара просто отключился, не выдержав колоссальной нагрузки последних дней. Гарри почувствовал, как его собственное дыхание становится прерывистым от подступающего к горлу страха. Тварь бродит рядом, а человек, который стал важнее всего на свете, лежит без сознания в пустом, холодном доме. Решение пришло мгновенно. Гарри вскинул палочку, призывая своего серебряного оленя: — Патронус! В Мунго, к дежурному колдомедику. Требуется помощь Северусу Снейпу. Адрес: Кокворт, Тупик Прядильщиков, четыре. Срочно! Серебряный зверь растворился в воздухе, а Гарри разжёг камин и снова бережно обхватил ледяные ладони Снейпа своими, пытаясь согреть их своим теплом. Колдомедики прибыли спустя бесконечные пять минут. Двое молодых специалистов в лимонно-зелёных мантиях на миг растерялись, увидев, кто перед ними, но Гарри быстро вывел их из оцепенения. — Сюда, — резко бросил он, поднимаясь и чуть отступая, но не выпуская из ладони холодные пальцы Снейпа. — Он не приходит в себя. Пульс есть. Мобилизующие чары не работают. Старший из медиков, парень с цепким взглядом по имени Дэвис Хилл — так гласила надпись на его бейдже, — тут же опустился перед креслом на колено. Его палочка задвигалась над телом Снейпа, выписывая сложные, ломаные диагностические руны. В полумраке гостиной вспыхивали бледно-лавандовые и тускло-оранжевые знаки. Поттер стоял рядом и чувствовал, как внутри всё натягивается, словно струна. С каждой секундой молчание целителей казалось всё более и более зловещим. Наконец Дэвис опустил палочку, поднялся с пола и устало потёр переносицу, переводя взгляд на аврора: — Угрозы жизни нет, мистер Поттер. Состояние тяжёлое, но стабильное. Проклятий нет, следов ядов или магического нападения тоже. Но... организм мистера Снейпа истощён до критического предела. Магические каналы сужены настолько, что едва пропускают крохи энергии для поддержания жизнедеятельности. Он буквально выгорел изнутри. — И это значит... — Гарри нахмурился. — Это значит, что его ядро работало на износ несколько суток подряд, — подключился второй колдомедик, внося полученные данные в диагностический пергамент. — Колоссальная ментальная нагрузка, полное отсутствие сна и нормального питания. Тело просто включило аварийный режим и ушло в глубокий анабиоз, чтобы не допустить окончательной потери магических сил. Ему нужен абсолютный, непрерывный покой, сон, хорошее питание. А также приём восстанавливающих составов, тепло и постоянная, круглосуточная забота. Он сейчас не сможет даже пить самостоятельно. — Мы можем забрать его в стационар, — предложил Дэвис, потянувшись к походной сумке за носилками. — Оформим в закрытый бокс, поднимем на ноги за неделю... — Нет, — твёрдо сказал Гарри. Медики удивлённо уставились на него. Но Поттер слишком хорошо знал Северуса. Если зельевар очнётся в Мунго под неусыпным присмотром медиведьм и целителей — его гордость получит такой удар, от которого он будет оправляться дольше, чем от самого истощения. Но и оставлять его здесь — тоже не вариант: оборотень бродит где-то рядом, на соседней улице. — Мистер Снейп не выносит больницы, — уже мягче пояснил Гарри, доставая аврорский жетон. — Я беру ответственность на себя. Перенесу к себе. Мой дом защищён родовыми чарами Блэков, там тихо, тепло и есть все условия для реабилитации. Выдайте мне нужные зелья и напишите порядок их приёма. Я сам за ним присмотрю. Дэвис секунду колебался, переводя взгляд с решительного лица Национального Героя на бледную, неподвижную фигуру зельевара, но спорить с главой сыскного отдела не решился. — Хорошо, мистер Поттер. Как вы и сказали, под вашу ответственность. Вот восстанавливающие капли и питательное зелье. Давать каждые четыре часа. Главное — не позволяйте ему резко вставать и много двигаться, когда очнётся. Организм должен восстанавливаться плавно. Колдомедики аппарировали обратно в больницу, а Гарри остался в тишине гостиной. Заперев входную дверь и потушив камин, он подошёл к креслу, бережно скользнул руками под спину и колени Снейпа и приподнял его. Мужчина оказался пугающе, неестественно лёгким. Его голова бессильно упала на плечо Гарри. Очень слабое, редкое дыхание почти не ощущалось. Гарри поудобнее перехватил свою драгоценную ношу, прижал Снейпа к себе как можно крепче и, сосредоточившись на образе спальни в доме на площади Гриммо, крутанулся на месте, втягиваясь в воронку парной аппарации.