Пока ты спал

Вернувшись домой, они спали почти до вечера. Нервное и физическое напряжение, вкупе с чувством освобождения, дали о себе знать, просто выключив их на какое-то время от остального мира. Проснувшись и придя в себя, они поняли, что должны убедиться наверняка. А поскольку традиционные диагностические заклинания и раньше пасовали перед магией «Сердца Чёрного Волка», то единственным способом убедиться в окончательном избавлении от осколка была проверка опытным путём. Северус должен был провести одну ночь в Тупике Прядильщиков в полном одиночестве. Без Гарри и его сдерживающих магии и тепла. — Я буду рядом, — сказал Поттер, выходя из дома около полуночи, и чуть сжал плечо Снейпа. — Если что-то случится... Тот лишь чуть дёрнул уголком губ. — Надеюсь, в этом не будет необходимости. Иди. И закрыл дверь. Наложив на себя дезиллюминационные чары, Гарри расположился в тени между теми же двумя заброшенными кирпичными постройками, что и ранее, когда решил проследить за Северусом. Казалось, это было очень давно, в другой жизни — в каком‑то смысле так и было. Началось томительное, изматывающее ожидание. Вот часы на городской башне Кокворта лениво пробили полночь. Час ночи. Два. Воздух был сырым и прохладным, туман лениво полз по мостовой, точь-в-точь как в ту страшную ночь, когда Гарри впервые увидел зверя. Он не сводил глаз с тяжёлой деревянной двери дома. Каждый шорох, каждый скрип флюгера на крыше заставлял его чуть напрягаться и поудобнее перехватывать палочку. Три часа ночи. То самое время, когда проклятие артефакта заставляло ничего не подозревающего Снейпа выходить на охоту. Гарри затаил дыхание, впиваясь взглядом в дверной проём. Минута. Пять минут. Десять. Дверь оставалась запертой. Окна дома были темны. Вокруг царила мирная тишина. Никакого сухого треска ломающихся костей. Никакого жуткого, нечеловеческого воя. Время зверя текло, но сам зверь... больше не существовал. Когда небо на востоке начало светлеть, окрашиваясь в нежно-розовые и золотистые тона, Гарри обессиленно прислонился спиной к кирпичной стене и тихо, с облегчением рассмеялся. Получилось. Они смогли уничтожить осколок с первородным зверем полностью. Ровно в шесть утра дверь дома в Тупике Прядильщиков открылась, и на порог вышел Северус. На нём был чёрный халат, в одной руке он держал чашку с утренним кофе, а другой опёрся о перила. И выглядел настолько спокойным и домашним, насколько это вообще для него возможно. Никаких кругов под глазами, измождённости или нездорового цвета кожи. Просто мужчина, который вышел на порог своего дома полюбоваться рассветом. Снейп не спеша огляделся вокруг, и на его губах появилась едва заметная улыбка. Он знал, что Гарри где-то тут. Поттер в несколько широких шагов пересёк улицу, на ходу сбрасывая дезиллюминационные чары, и взбежал на крыльцо. Чашка с кофе полетела куда-то в сторону, со звоном разбиваясь о ступени, но обоим до этого не было дела. Гарри обхватил его за шею, притягивая к себе. Северус ответил мгновенно, крепко, с облегчением обнимая его. Они целовались прямо на пороге, под первыми лучами поднимающегося над крышами домов солнца. Поцелуй был со вкусом кофе, утренней прохлады и абсолютного, безграничного счастья, которое они наконец-то обрели. Снейп целовал его глубоко, жадно, его пальцы путались в растрёпанных вихрах, а Гарри тихо стонал ему в губы, никак не желая отпускать. — Всё, — хрипло выдохнул Гарри, чуть отстраняясь и заглядывая в чистые, спокойные чёрные глаза. — Всё кончено, Северус. Ты свободен. — Да, — глубоко вздохнув, отозвался Снейп и прижался своим лбом ко лбу Гарри. — Свободен. Гарри усмехнулся, всё ещё тяжело дыша, но не разжимая объятий. — Знаешь... Я тут подумал. Хватит с меня этого Кокворта. Я предлагаю тебе переехать ко мне. Насовсем. В смысле — жить вместе. Официально. — Он чуть сжал пальцы на его плечах. — Что скажешь? Снейп приподнял бровь, но в его глазах уже плясали тёплые искры. — Ты приглашаешь меня, Поттер, жить с тобой на Гриммо? В доме, который я когда-то ненавидел всей душой? — Во‑первых, это больше не дом Блэков. Он давно перестал быть напоминанием о людях, которые тебе причиняли боль. Ты сам это видел. А во-вторых, — Гарри открыто улыбнулся, — теперь там будешь ты. И это меняет всё. Снейп помолчал секунду, всматриваясь в его лицо, а потом его губы дрогнули в той редкой, искренней улыбке, которую он дарил только ему одному. — Я согласен. Гарри шумно выдохнул и снова притянул Северуса к себе, пряча лицо в изгибе его шеи. Над Тупиком Прядильщиков занимался новый день. Сборы не заняли много времени. Снейп без малейшего сожаления заколотил окна дома, который годами был для него напоминанием о тяжёлом прошлом. С помощью Кричера они перевезли самое ценное и необходимое: личную библиотеку Северуса, его оборудование для варки и запасы ингредиентов. Уже к вечеру в доме на площади Гриммо тут и там появились признаки присутствия Снейпа: к запахам кофе, дерева и прохладной мяты добавился тонкий, едва уловимый аромат сухих трав, в одном из подвальных помещений была оборудована просторная лаборатория, а в библиотеке появилась дополнительная секция с книгами и свитками зельевара. Они были готовы начать свою новую, не омрачённую никакими проклятьями совместную жизнь. Оставался лишь один, заключительный шаг — официально закрыть дело об оборотне из Кокворта и поставить в этой истории финальную точку.