Сирин

Глава 154 Океан После того интервью прошёл почти месяц. Весна уверенно вступила в свои права. Наступила середина апреля. В Корее деревья уже стояли в цвету. В России снег почти исчез даже на севере. Море оставалось холодным. Но воздух стал мягче. Светлее. Живее. За этот месяц многое изменилось. И одновременно не изменилось ничего. У Stray Kids продолжались концерты. Записи. Интервью. Съёмки. Новые проекты. Работы оказалось столько, что иногда не хватало часов в сутках. После того случая никто больше не намекал ни на каких загадочных певиц. Ни Феликс. Ни Хан. Ни кто-либо ещё. Тема будто сама собой исчезла. Растворилась среди бесконечных графиков и перелётов. И что удивительно. Бан Чан действительно перестал искать. Он не открывал легенды. Не читал статьи. Не искал переводы. Даже папка с сохранёнными материалами почти месяц оставалась нетронутой. Жизнь снова победила любопытство. Или так ему казалось. Пока его дни растворялись в расписаниях и работе, за тысячи километров от него текла совсем другая жизнь. В России Мирослава закончила новый альбом. Он получился совсем другим. Более светлым. Более живым. Более человеческим. Потому что впервые за долгое время песни рассказывали не о прошлом. А о настоящем. О путешествиях. О странах. О людях, которых она встречала после того, как стала Сирин. О девушке из маленького кафе в Италии. О старом музыканте из Франции. О ребёнке, который подарил ей бумажного журавлика в Японии. О шумных улицах Кореи. О ночных фонарях Китая. О поездах. О площадях. О городах. О людях. Отдельная песня была посвящена слушателям. Тем, кто находил её музыку в разных уголках мира. Тем, кто никогда её не видел. Но всё равно понимал. Но была ещё одна песня. Последняя. Закрывающая весь альбом. Она называлась: «Океан» Самая необычная композиция на пластинке. О том, что все моря соединены. Что течения пересекают весь мир. Что люди, сами того не зная, становятся частью одной истории. Пока Мирослава писала её, её не покидало странное чувство. Будто эти слова однажды найдут того, кому предназначены. Она не искала объяснений. Просто оставила это ощущение между строк. Когда альбом вышел, Бан Чан узнал об этом случайно. От Хана. — Новый альбом Сирин вышел. Бан Чан лишь поднял взгляд. — Не слышал. — И зря. Особенно последняя песня. — Угу. Хан усмехнулся. — Ты сейчас включишь её, да? На этот раз Бан Чан тоже улыбнулся. — Судя по тому, как ты стараешься, выбора у меня нет. Вечером он всё-таки включил альбом. Просто послушать. Без поиска. Без расследований. Песня за песней. История за историей. Пока не дошёл до последней. До «Океана». Сначала он слушал музыку. Потом слова. А потом одна мысль ударила так резко, что он невольно выпрямился. Океан. Все моря соединены. Все дороги пересекаются. Все истории однажды находят друг друга. Он остановил трек. Вернул назад. Прослушал снова. Открыл текст. И почувствовал то же самое, что когда-то заставило его открыть первую легенду. Что-то знакомое. Слишком знакомое. Будто песню написал человек, смотревший на мир гораздо дольше, чем должен был. Бан Чан открыл папку с переводами. Впервые за месяц. Одна песня. Другая. Третья. И вдруг закономерность стала очевидной. Вода. Голос. Память. Дорога. Возвращение. Одни и те же образы. Снова и снова. Он открыл старые заметки. Потом легенды. И начал сравнивать. По-настоящему. В этот момент дверь студии открылась. Внутрь заглянул Минхо. — Нет. Бан Чан поднял голову. — Что «нет»? Минхо посмотрел на экран. На текст песни. На открытую легенду рядом. И тяжело вздохнул. — Только не говори, что опять начал. Наступила тишина. И именно она насторожила Минхо сильнее всего. Потому что Бан Чан не стал спорить. Не стал оправдываться. Он просто смотрел на экран. А на другом конце мира Мирослава сидела у моря. Ветер перебирал её волосы. Волны накатывали на камни. И внезапно знакомое предчувствие коснулось её снова. На этот раз сильнее. В тот же миг что-то дрогнуло и внутри Бан Чана. Словно одна волна одновременно достигла двух далёких берегов. Мирослава подняла взгляд к горизонту. И почему-то была уверена, что где-то очень далеко кто-то смотрит туда же. — Ты всё-таки вернулся к этому вопросу… Море промолчало. Но ей показалось, что океан не разделяет их. А связывает. В ту же секунду Бан Чан снова включил «Океан». Первые строки прозвучали вновь. Рядом на экране оставалась открытой старая легенда. И вдруг взгляд зацепился за строчку, которую он раньше не замечал. От неё по спине пробежал холод. Потому что впервые легенда показалась ему не рассказом о прошлом. Предупреждением. О том, что должно произойти совсем скоро.