Рикошет
31 мая 2026 г., 21:01
Стена была прохладной, и это хоть как-то приводило в чувство. В темном закутке длинного коридора Арвид нашел временное укрытие от чужих глаз, хотя бы на время. Телефонный разговор был коротким, как всегда, когда речь шла о делах, не терпящих лишних слов.
— Да, — сказал Арвид, оборачиваясь назад. — Завтра. В том же месте.
— Количество? — спросил голос на том конце, глухой, равнодушный.
— Вдвое больше. Спрос вырос.
— Осторожнее, не привлекай внимания.
— Я всегда осторожен.
Он сбросил вызов, сунул телефон в карман и выдохнул. Каждый такой разговор — как прыжок с тарзанки, страшно, но уже привык. Его семья в Индии занималась этим много лет. Отец, дяди, старшие братья. Торговля шла по налаженным каналам. И условием переезда было то, что Арвид будет помогать расширять сеть.
Он не хотел. Но отказаться не мог. Потому что семья — это не только любовь и забота. Семья — это еще и долги, которые отдаются кровью и деньгами.
Линдблад поправил сумку на плече и вышел из-за угла. Теперь ему нужно было пересечь коридор административного корпуса, выйти на улицу и дойти до общежития. Обычный маршрут, который он проделывал сотни раз.
Но сегодня этот маршрут стал пыткой.
Все началось с первого взгляда. Девушка, которую он иногда встречает на занятиях, подняла голову и посмотрела на него так, будто увидела привидение. Он прошел мимо. Потом парень с третьего курса, которого Арвид знал только в лицо, толкнул соседа локтем и прошептал что-то. Оба уставились на него.
Парень ускорил шаг, чувствуя, как к щекам приливает кровь. Его называли «индусом». Не по имени — по происхождению. Как будто у него не было имени, как будто он не был человеком вовсе.
Он шел и считал про себя. Десять шагов до поворота, еще пять до лестницы, пятнадцать до выхода. Восемь. Семь. Шесть. Из-за угла вынырнули Лэнс и Лиам. Оба с телефонами в руках, оба с улыбками, от которых хотелось убежать.
— О, Арвид, — Лэнс заговорил первым. — Какие люди!
— Привет, — коротко кивнул Линдблад, пытаясь обойти обоих.
— Эй-эй! Ты чего такой быстрый? — Лиам встал на пути. — Мы же просто поздороваться подошли.
— Поздоровались уже. Идите.
— У тебя, оказывается, поклонник есть, — Стролл наклонил голову, разглядывая Арвида как экспонат. — Диджей наш.
— Не смешно, — проговорил парень, стараясь чтобы голос звучал ровно. — Пропустите.
— Да ладно, че ты завелся? — Лиам ухмыльнулся. — Это же круто, когда старший курс на тебя западает.
— Не ссы, Арвид. Мы никому не скажем, что тебе нравятся парни. Ой, подожди, это же уже все знают. Из твиттера.
Они засмеялись — мерзко, громко, с привкусом дешевого превосходства. Арвид сжал кулаки. В груди закипало что-то темное, то, что он обычно прятал глубоко внутри. Желание ударить, разбить эти ухмыляющиеся лица. Но он сдержался. Не здесь. Не сейчас.
Линдблад дернулся в сторону, задевая Лоусона плечом, и пошел дальше, не оглядываясь. Зачем он вообще ввязался в эту компанию? Зачем согласился прийти на ту вечеринку? Зачем улыбался Ландо, зачем позволял смотреть на себя?
Теперь весь колледж обсуждал, как там Норрис ухаживал за Арвидом. Ухаживал. Да никак он не ухаживал, вел себя просто, как нормальный человек. Ну, может быть, чуть более общительный, чем остальные. Но Ландо же со всеми такой? Что теперь, он во всех вокруг влюблен?
Но никого это не волновало. Всех, конечно, больше интересовало другое — гей ли Линдблад и во что выльется эта драма? Арвид не гей. Он вообще никогда не задумывался об этом. В Индии такие вопросы не обсуждают. Семья, женитьба, дети — все по плану. И никаких «а вдруг мне нравится парень?». Просто нет.
И сейчас думать об этом не хотелось тем более. Но мысли лезли в голову, как черви. А что, если бы он все-таки… Нет. Не надо. Не сейчас. Он не готов. И не уверен, что будет готов когда-нибудь.
Арвид влетел в свою комнату, сползая по двери на пол. К счастью, соседа не было, и эта тишина была одновременно успокаивающей и одинокой.
Ландо.
Это имя отозвалось в нем не теплотой, а тупой, ноющей болью. Раньше, когда они только познакомились, Линдбладу нравилось с ним общаться. Ландо был громким, смешным, он не задавал лишних вопросов. С ним можно было просто сидеть, слушать музыку, иногда перекидываться фразами. Никакого давления.
Норрис принимал Арвида таким, какой он есть. И Арвид бы принял Ландо, но сейчас почему-то не получалось. Возможно, потому что «особенность» Ландо касалась и его. Вернее то, что из этой особенности сделали общественное достояние.
Он закрыл глаза и попытался представить, что было бы, если бы поста не случилось. Они бы продолжали общаться, сидели бы на Поляне, пили пиво, смеялись. Может быть, через какое-то время Арвид заметил бы, что Ландо смотрит на него чуть дольше, чем нужно. И тогда он сам решил бы — отстраниться или… или нет.
Но теперь выбора не было. Все решили за него. И это бесило больше всего.
Арвид достал телефон, открывая диалог с Норрисом, и посмотрел на последнее сообщение. Приглашение на вчерашнюю вечеринку, и его согласие. Все.
Линдблад сжал телефон, пальцы зависли над клавиатурой. Он хотел написать что-то злое, колкое. Например, «Ты разрушил мою жизнь, придурок». Или, «Не подходи ко мне больше».
Но вместо этого он закрыл чат и убрал телефон. Не сейчас. Сейчас он слишком зол, слишком обижен, слишком напуган. Внутри все еще кипело. И где-то глубоко, под слоем злости и раздражения, пряталось что-то еще — Арвиду было жалко Ландо.
Не как парня, который в него влюблен. А как человека, которого публично раздели и выставили напоказ. Как друга, с которым он теперь не знал, как дружить. И от этой жалости становилось только хуже. Потому что, если ты жалеешь человека, ты не можешь его ненавидеть. А ненавидеть было так просто.
А все остальное было уже сложнее.
В дверь негромко постучали, и парень вздрогнул. Он уже представил, что это Ландо приперся выяснять что-то. Но Норрис бы так тихо не стучал, во всяком случае тот Норрис, которого знал Арвид. Что там с ним происходит сегодня представить было сложно.
— Пошли нахуй! — рявкнул Линдблад, когда стук повторился.
— Это Джордж, — глухо послышалось снаружи.
— Я не хочу сейчас говорить.
— Открывай давай.
Арвид тяжело вздохнул. Ну и что к нему прицепились? Что он, маленький что ли? Не переживет это в одиночку? Сводить счеты с жизнью он все равно не собирался — слишком много обязательств перед семьей. Да и повод какой-то тухлый. Просто неприятный.
Парень медленно поднялся, открывая дверь. Рассел без лишних приветствий шагнул в комнату, осматриваясь. Линдблад не прикрыл дверь, прислонившись к ней. Он просто хотел, чтобы этот разговор побыстрее закончился.
— Не буду спрашивать, как ты, — Джордж присел на стул, закинув ногу на ногу.
— Спасибо, — коротко кивнул Арвид.
— Но спрошу, все ли в порядке?
— Отлично, просто прекрасно, — парень оттолкнулся от двери, подходя к своей кровати, садясь на край. — Теперь все трещат о том, что я гей. Или почти гей. Или что-то еще. Я запутался, если честно. Всем просто нужен повод что-то обсудить, посмеяться над кем-то и сегодня они выбрали меня.
— Ну и что? — Рассел пожал плечами, посмотрев на парня. — Это, конечно, отвратительная, но правда. Но еще правда есть в том, что те, кто, действительно имеет значение, не будут верить слухам. Они спросят у тебя или просто промолчат, потому что им все равно.
— Типа, как ты?
— Например, я. Я не знаю, гей ты или нет. И мне, честно говоря, все равно. Это не мое дело. Но меня волнует порядок — а эта ситуация его нарушает.
Арвид замолчал, обдумывая. Джордж не лез с объятиями, не говорил дежурных фраз. Он просто сидел и говорил по делу, и это было... неожиданно. И почему-то успокаивало.
— Ты специально пришел? — спросил Линдблад. — Или проходил мимо?
— Специально, — Джордж не стал отнекиваться. — Я увидел пост и подумал, что тебе, возможно, не помешает напоминание о том, что ты не один.
— А кто со мной? — Арвид усмехнулся. — Ландо, который меня подставил? Оливер, который считает, что это все фигня? Парни, которые будут ржать еще месяц? Или Тина, которая, наверное, сейчас обсуждает это с подружками?
— Тина сейчас сидит в комнате 315 и пьет кофе, — спокойно ответил Рассел. — И она первая, кто подумал, что тебе сейчас тяжелее всего. Так что не надо наговаривать на мою сестру.
— Извини.
— Бывает. Знаешь… я тоже сталкивался с подобным. Не с твиттером, конечно, но слухи... слухи были всегда.
— О чем? — Линдблад поднял взгляд.
— О том, что я гей, — просто сказал Рассел. — Красивый парень, не таскается за каждой юбкой, следит за собой — значит, точно педик. Такая логика.
— И что ты делал?
— Сначала бесился, потом понял, что чем больше бесишься, тем больше людям интересно. Поэтому я просто перестал обращать на это внимание. Потому что я не виноват в том, что люди сами додумывают то, что им хочется. И ты не виноват в том, что сейчас происходит. И даже Ландо не виноват, он не выбирал этого всего. Вся ответственность на том, кто пишет такие «новости».
— А если этот Джокер продолжит? Если не остановится на Ландо? Кто следующий? Ты? Тина? Оливер?
— Возможно, — голос Джорджа стал жестче. — Поэтому мы должны быть умнее. Не поддаваться на провокации, не кормить этого клоуна своей реакцией.
— Легко говорить, — Арвид провел рукой по лицу. — Ты председатель профсоюза, у тебя иммунитет.
— У меня нет иммунитета, — Рассел покачал головой. — Но у меня, как и у всех, есть то, что принадлежит только мне. И если это вскроется… Ты бы не захотел быть мной в такой ситуации, Арвид.
Линдблад посмотрел на гостя, в глазах Джорджа была не просто усталость — там была какая-то глубинная, давняя боль.
— А сейчас-то что? — вздохнул парень, расслабившись.
— Потерпеть. Если будет совсем тяжело, то приходи. Комната 315. Один длинный, два коротких.
— Спасибо, — Арвид благодарно кивнул. — Правда, спасибо, что пришел.
— Без проблем, — Джордж похлопал Линдблада по плечу, поднимаясь. — Удачи.
Он вышел. Дверь закрылась.
Арвид остался один. В комнате было тихо, только где-то за стеной играла музыка, и кто-то смеялся. Не над ним, просто так. Парень лег на кровать и закрыл глаза. Сегодня он останется здесь, а завтра, может быть, уже будет получше. Или нет. Но тогда он будет повторять себе это каждый день, пока не станет, действительно, лучше.
