Хит-парад ужаса или Я не хочу здесь находиться

      После свистка спортзал стал пустеть быстро. Кто-то сразу же побежал в душ, кто-то курить, кто-то в столовую. Оливер двинулся к раздевалке, находу снимая тренировочную футболку, сминая ее в комок. — Берман, — голос Макса заставил парня замереть у скамейки.          Ферстаппен стоял неподалеку, в руке он держал бейсбольный мяч — обычный, потертый, с красными швами. Макс перекидывал его из ладони в ладонь, как делал это тысячи раз, бездумно и на автомате. — Чего? — Оливер скинул кроссовки, переобуваясь в свои старые кеды. — Играл раньше? — Во что? — В бейсбол, — Макс подбросил мячик в воздух и тут же поймал его. — В личном деле видел статистику, заявки на спортивную стипендию. — Какая разница? — Олли нагнулся, завязывая шнурки. — Было и было. — Понятно, — Ферстаппен оглядел зал, делая вид, что задумался. — В каком дивизионе играл?          Берман медленно выпрямился, смотря себе под ноги. Он не любил эти разговоры — наслушался уже. Кто только не говорил ему, что он будущее этого спорта, а когда понадобилась реальная помощь, то все вокруг решили, что спорт обойдется без такого будущего. — В первом, — он ответил нехотя, не смотря на тренера. — Питчер. Говорили, что я новый Энди Петтит. — Даже так? — Макс удивленно вскинул брови. — Только бы я за Янки не играл, — усмехнулся Оливер, но тут же нахмурился. — Теперь уже похуй, все равно со спортом покончено.       Ферстаппен сделал шаг назад, поднял руку, замахнулся, легко, почти небрежно, и бросил мяч прямо в грудь Оливера. Берман даже не думал, просто поднял руку — и мяч шлепнулся в ладонь с глухим, привычным звуком. Рука не дрогнула, пальцы сжались автоматически. Тело помнило то, что голова пыталась забыть. — Неплохая реакция, — заметил Макс, наблюдая за ним. — Сейчас обосрусь от счастья, — огрызнулся парень, возвращая мяч. — Че пристал? — Так просто.       Макс поймал, сделал вид, что задумался, и бросил снова — чуть левее, чуть быстрее, имитируя подачу низом. Оливер снова поймал. На автомате. — Смотрел плей-офф в прошлом сезоне? — Нет, — Берман опустил взгляд, рассматривая мяч в руке. — Красные были хороши. Но в седьмом матче провалили защиту, — рассуждал Ферстаппен как ни в чем не бывало. — Питчер сломался, — вдруг вырвалось у Оливера. — Они могли взять Смита на замену, но тренер испугался рисковать. Идиот. — А ты бы рискнул? — Макс улыбнулся. — Я бы не довел до счета три-три. Я бы закрыл серию в пятом матче. — Самонадеянно. — Я бы смог, — просто сказал Берман, снова бросив мяч тренеру.       В голосе не было гордости, только констатация факта. И пустота. Макс ничего не ответил, он отошел на несколько шагов, повернулся спиной к Оливеру и снова бросил — теперь выше, почти к плечу, с вращением.       Поймал. Он поймал, даже не взглянув. — А сейчас? — спросил Ферстаппен, не оборачиваясь. — Что сейчас? — Интересно? — Интересно смотреть? Нет, — Олли пожал плечами. — А чего тебе не хватает? Запаха травы? Криков фанатов? Или чувства, что ты можешь все изменить одной подачей? — Всего, — Оливер швырнул мяч обратно с такой силой, что Макс едва не выронил. — Ты хоть пробовал? Или сразу сдался? — Ферстаппен задержал мяч на секунду, потом бросил. — Я знаю пару игроков, которые вырвались с такими же проблемами. Один даже в младшей лиге играет.          Берман молчал, он и думать об этом не хотел. Какая разница у кого там что получилось, если он все равно тут? В старом вонючем зале, приходит на физкультуру только потому, что мисс Боле грозится испоганить характеристику для полиции. Какой ему спорт? — А чемпионат Америки? Там платят нормально, и играют лучшие из лучших. Ты бы хотел? — Мечтать не вредно, — фыркнул Олли, снова бросив мяч. — Тогда терять нечего, да? — Макс поймал, склонив голову на бок. — Приходи на тренировки. Я соберу команду, мы попробуем пробиться на региональные соревнования. — Ты? — Оливер рассмеялся. — Ты вообще биту хоть раз в руках держал?          Ферстаппен не обиделся, он спокойно кинул мяч парню, подошел к скамейке и вытащил старую бейсбольную биту. Поцарапанную, с потрескавшейся ручкой, но вполне себе живую. — Держал. — Когда людей забивал? — усмехнулся Оливер. — Нет, — Макс подошел к свободному месту, встал в стойку. — Я играл.       Берман уставился на него, на его стойку — правильную, с легким наклоном, с расслабленными плечами. Не новичок, точно. — Ты серьезно? — спросил он, уже не насмешливо. — А ты подай, — Макс кивнул в сторону. — Встань вон туда, у стены. Мяч у тебя, подай, как умеешь. — Здесь стены низкие, рикошет… — Подай, Берман. Не ссы.       Оливер поджал губы, но подчинился, отошел к противоположной стене, сжал мяч. — Не жалуйся потом, — сказал он и размахнулся.       Подача вышла хорошей. Быстрой, с вращением, чуть выше пояса. Прямо в зону удара — специально, чтобы Ферстаппену было легче, но с такой скоростью, что новичок точно промахнулся бы. А Макс не промахнулся. Бита встретила мяч с глухим, звонким звуком, который разнесся по пустому залу. Мяч полетел в стену, ударился, отскочил и покатился по пол. — Неплохо, — сказал Макс, опуская биту. — Но я бы на твоем месте поработал над точностью. Чуть выше, и был бы хоум-ран. — Ты играл на подаче? — спросил Берман, не веря своим глазам. — Какая разница? Было и было. — И давно ты не… — Давно. А мог бы, наверное. Поэтому смотри на меня и запоминай, как не надо. — Ну место в твоей говнокоманде, конечно, изменит мою жизнь навсегда, — Оливер усмехнулся, потянувшись за вещами. — С тобой команда будет не таким уж и говном, — Макс пожал плечами. — Может научишь местных инвалидов хотя бы мячи ловить.          Берман дернул щекой, задумавшись. Все это было ему неинтересно, во всяком случае он так считал еще несколько минут назад, когда планировал просто побыстрее свалить после пары. Но парень все еще стоял в зале, зачем-то продолжал разговаривать про ненавистный бейсбол с Ферстаппеном. Значит, не так уж и все равно. — Ну и когда эти твои тренировки? — вздохнув, спросил он. — Вторник и четверг после занятий. — Я подумаю, — парень закинул лямку рюкзака на плечо, шагнув к раздевалке. — Перчатку свою принеси, — кинул ему в след Макс. — Хорошо.          Дверь раздевалки закрылась за спиной, там было уже пусто. Полумрак из-за тусклых светильников придавал этой коморке какое-то угнетающее настроение, повсюду валились грязные, забытые кем-то носки, пустые бутылки и мусор.          Оливер сел на лавку, взъерошив волосы. Он даже забыл, что хотел сделать после физкультуры. Покурить? Встретиться с Тиной? Найти засранца Кими, который до сих пор не вернул ему телефон Боле?          Сейчас почему-то об этом думать не хотелось. Внутри появилось знакомое, но забытое чувство — надежда. Такая хрупкая, что даже дышать в ее сторону было опасно.          Берман ведь не был травмирован, ему вообще ничего не мешало играть дальше. Кроме него самого, конечно. И его идиотского поведения, которым он заработал приводы, что помешали осуществить мечту. А теперь был даже не шанс на карьеру, а просто возможность не забыть какого это — заниматься любимым делом.          Он достал телефон, быстро находя чат с Рассел. Кажется, они должны были встретиться после обеда, но сейчас… Сейчас хотелось побыть одному. Пальцы застучали по экрану. «Увидимся позже, дела появились»       Тина посмотрела на сообщение, что всплыло на экране. Она не стала отвечать, того, что оно просмотрено было достаточно. Обиды тоже не появилось. Потому что она уже привыкла к подобному. Периодически у Оливера появлялись какие-то дела, о которых он предпочитал не рассказывать ей. Да и она не настаивала.       Какая ей разница, чем он там занимается? Вообще не ее дело, но вот парня все равно было жаль. С таким образом жизни он сам, как Ферстаппен, скоро отправится на какие-нибудь исправительные работы. Но это не ее дело. Была бы она помладше, потупее, то, наверное, попыталась бы попробовать провернуть историю в стиле «моя любовь его исправит», но сейчас нет.       Сейчас ей было отлично и так, и свободное время в одиночестве ее нисколько не расстраивало, Рассел всегда знала, чем себя занять. Она раскрыла ноутбук. Старенький, шумный, который загружался дольше, чем у нее хватало терпения.       Один длинный, два коротких. — Открыто, — бросила она на автомате.          А потом девушка удивилась, ведь Джордж никогда не забывал ключ и не стучался, а Оливер уже написал, что занят. Дверь открылась, Тина подняла глаза и увидела Оскара. Он стоял на пороге, слегка взъерошенный, с телефоном в руке, и выглядел так, будто долго собирался с мыслями. — О, Австралия, — Рассел улыбнулась, прикрывая ноутбук. — Джорджа нет, попозже зайди. — Я не к нему, — ответил Пиастри, прикрывая за собой дверь. — Я к тебе. — Ко мне? — она удивилась, вскинул брови. — И что… — Он думает, что это я, — выпалил он.          Тина смотрела на гостя, ожидая каких-то объяснений, но Оскар просто стоял у двери, так же смотря на нее. В комнате было тихо, горела только настольная лампа, отбрасывая теплый желтый свет на стол, заваленный бумагами. За окном уже начинало темнеть, и дождь кончился, оставив после себя только влажный асфальт и тишину. — Кто и что думает? — Тина отложила ноутбук в сторону, садясь на кровати поудобнее. — Ландо думает, что это я написал этот пост, — опомнился Пиастри. — Ну, и? — она усмехнулась, насмешливо улыбаясь. — Ты написал? — Тина, — Оскар поднял на нее глаза, и в них была такая серьезность, что она перестала улыбаться. — Мне не смешно. — Ладно-ладно, — вздохнула девушка, подвинувшись в сторону, освобождая место рядом с собой на кровати. — Садись.          Оскар замер. Что прям вот так? Можно? Мысленно парень дал себе затрещину за такие мысли. Ему сесть предложили, а не раздеться и потрахаться. А вот уже от этих мыслей потеплели щеки. Ну как же трудно бывает думать, когда рядом с ним оказывается красивая девушка.          Тина сидела в юбке, что была частью коллежской формы, но ни галстука, ни пиджака не было, только рубашка расстегнута на пару верхних пуговиц. И Оскар дал себе обещание не пялиться на нее. Потому что если ей это не понравится, то Оливер его точно обмакнет головой в унитаз. А еще это невежливо. — А где Олли? — вдруг спросил Пиастри, садясь на край кровати.           И тут же парень пожалел, что не промолчал. Прозвучало это как-то… по-идиотски, с ноткой ревности. Ну какая, к черту, ревность? Оскар уже пожалел не только о том, что заговорил, но и о том, что пришел. В компании было как-то проще игнорировать свои жалкие потуги симпатии, там всегда было на что отвлечься. — Не знаю, — Тина заметила смятение на лице парня и усмехнулась шире. — А что? — Я просто подумал, что вы… Ну…          Провал. Нужно вставать и уходить прямо сейчас, пока он окончательно не закопал себя. Но Оскар продолжал сидеть на кровати, скользя взглядом по темным завиткам волос, что аккуратно ложились на ее плечи и грудь, выделяясь на белой ткани рубашки. — Мы не сиамские близнецы, Оскар, — девушка склонила голову на бок. — У него свои дела, у меня свои.          Теперь захотелось уточнить другую деталь. Встречаются ли они или ему просто показалось? Но Пиастри уже понял, что лучше не говорить все, что приходит в голову. Не перед ней. Потому что перед ней в мыслях крутится всякая чушь, из-за которой потом приходится краснеть. Но молчание сейчас не спасло его от румянца на щеках, благо свет в комнате был приглушенным. — Так зачем ты пришел? — Тина решила, что нужно срочно менять тему, пока новенький не провалился на этаж ниже от тяжести своих переживаний. — А, — Оскар резко выдохнул, обрадовавшись, что разговор сам пошел в правильное русло. — Этот пост. Кто его мог написать? — Ты серьезно? Кто угодно. — Но не у кого угодно есть мотив. — Мотив есть у всех, — Рассел откинулась на стенку позади, вытягивая ноги на кровати, чуть не задев бедро парня пальцами ног. — Хотя бы просто приколоться. — Как-то жестоко для «просто приколоться». — Да всем насрать на это. Да и Ландо не подарок, может, натворил что-то. — И ему решили так отомстить? — предположил Пиастри. — Лиам? Исак? — Нет, эти бы просто набили морду, — пожала печами девушка. — Оливер тоже не при чем. Я бы знала. — И не Арвид, — парень кивнул сам себе. — Вряд ли он бы стал так подставляться. Или… — Точно бы не стал. — Кто еще есть? — Да весь колледж есть, Оскар, — вздохнула Тина. — У нас есть анонимный аккаунт и то, что Ландо выбрали первой жертвой. — Первой? — Пиастри поднял взгляд на нее, чуть нахмурившись. — Ну да. Он же написал в первом посте, что собирается сливать всех. — И что, ждать следующего? — А есть выбор? — Рассел подтянула к себе ноутбук, поставив на колени. — Тебе есть, что скрывать? — Как и всем. А тебе? — Как и всем, — девушка вернула ему его же фразу, начиная стучать по клавишам.          Ее тоже напрягало то, что происходит. Да, может быть, это место и помойка для отбросов общества. Может быть, у них всех тайн побольше, чем у других людей, но это не значит, что этим тайнам место на всеобщем обозрении. Только вот мусолить эту тему не было никакого смысла, это бесполезно.          Оскар думал примерно о том же. Не может же этот народный мститель действовать просто во имя общего блага? Должна же быть цель. А к цели идут последовательно, системно. И когда-нибудь станет понятно, что это за алгоритм, и тогда можно будет попробовать разгадать загадку. Но сколько людей до этого пострадает?          Парень задумался слишком глубоко, даже забыл, где он находится, и кто сидит рядом. Тина продолжала что-то печатать, щелкая ногтями по клавиатуре, а вот ее ноутбук становился все громче, начиная напоминать двигатель самолета перед взлетом. — Не раздражает? — вдруг спросил Оскар. — Что? — Рассел отвлеклась, посмотрев на него поверх экрана. — Ноут шумит. — А это, — она отмахнулась. — Он всегда так, я уже привыкла. — Хочешь посмотрю? — А ты разбираешься? — Ну так, немного, — Пиастри пожал плечами. — Хуже не сделаю. — Вообще-то я уже договорилась с Кими… Но он сейчас чем-то очень занят. — Кими? — Первый курс, он с Арвидом живет, — пояснила Тина, передавая ноутбук парню. — Он как появился и все узнали, что пацан в технике понимает, то стали таскать свое добро к нему. — Знакомо, — усмехнулся Оскар, смотря в настройки, что открыл на экране. — Я был примерно на той же должности в прошлом колледже. — Обещаю никому не болтать про твои навыки, — губы девушки снова расплылись в улыбке, и она придвинулась к Пиастри ближе, касаясь своим плечом его. — Что делаешь? — Я… Э… — он сглотнул, но быстро собрался. — Пока смотрю как сильно перегревается.          Оскар старался не думать о том, как близко ее плечо, и о том, что, если сейчас повернуться, их губы окажутся совсем рядом. Он не повернулся. Но очень хотел.          Инстинкт самосохранения работал отлично. Воображение умело справлялось не только с приятными фантазиями, но и довольно четко рисовало картинки общественного туалета, злого лица Бермана и как неприятно потом будет.          Он сосредоточено смотрел на экран, медленно водил мышкой, переключая нужные вкладки, и через минуту ноутбук шумел уже тише. — Ну волшебник, — просияла Тина, положив подбородок на плечо Оскара. — Не говори никому, что умеешь. Точно запрягут, как бедного Кими. — А он отказать не может? — тихо произнес Пиастри, боясь даже пошевелиться. — Да какой, — вздохнула девушка. — К нему обычно ходят такие как… ну, Лиам, Исак. — Оливер, — тихо добавил Оскар. — Да, суть ты уловил. Несут ему телефону, чтобы скинуть пароли, сбросить аккаунты и… — Не свои телефоны, конечно? — А ты часто забываешь пароль от своего телефона? — Рассел чуть отстранилась, повернувшись на парня. — У меня его нет, — ровно ответил он.          Впервые он сидел так близко к ней. Теперь мог рассмотреть черты лица, глаза, губы. Как же она похожа на брата, это было даже немного пугающим. Казалось, если поставить их друг напротив друга, то профили будут идентичными. — Ты завис, — заметила Рассел, щелкнув пальцами у его носа. — А? — Оскар моргнул. — Задумался.          Он уткнулся в экран, делая вид, что очень занят. На самом деле все уже было готово — ноутбук тихо урчал, вентилятор работал в нормальном режиме, и никаких ошибок не вылезало. Но Оскар не хотел уходить. Не сейчас. — Ну что там? — Тина снова заглянула через его плечо. — Все работает, — парень отодвинулся чуть в сторону, чтобы не чувствовать ее дыхание на своей шее. — Починил? — Вроде того. — А говорил «немного разбираюсь», — она усмехнулась, и в ее голосе послышалась нотка уважения. — Ну, — Оскар пожал плечами. — Я не хвастаюсь. — Скромный, — Тина покачала головой. — Это австралийское качество? — Это скорее защитная реакция на переезды, — он улыбнулся, но улыбка вышла грустной. — Когда ты вечно новенький, лучше не высовываться.          Они снова оказались близко. И с каждым разом Оскару казалось, что она делает это специально. Будто хочет посмотреть, как ее парень будет издеваться над Пиастри, если узнает. Вот даже сейчас Тина словно мысли читала, от того хитро улыбалась, склонив голову на бок.          Внезапно за его спиной открылась дверь, впустив в комнату полоску яркого света из коридора. Оскар резко развернулся, надеясь не увидеть в проходе Оливера, но там был всего лишь Джордж. Но вот лицо Рассела в миг стало таким, что Пиастри решил, будто и этот его сейчас отделает. — Тебе все мало? — Джордж говорил беззлобно, обращаясь к сестре. — Он мне ноутбук починил, — девушка пожала плечами. — Полезнее Бермана — прогресс. — Я… — Оскар поднялся, зачем-то поправив рубашку. — Ты идешь к себе, Оскар, — невозмутимо произнес старший Рассел. — Конечно, — кивнул он, а затем обернулся на Тину. — Пока? — Пока, Австралия, — помахала она, разваливаясь на кровати так, что юбка чуть задралась, но Джордж выверенным движением поправил подол. — Увидимся на занятиях. — Пока, Джордж. — Тебя Шарль искал, подойди к нему, — напоследок бросил Джордж.          Оскар кивнул еще раз машинально, а затем вышел в коридор, прикрыв за собой дверь. Мысль, что он полезнее Бермана оказалась отчего-то даже приятной. Не благословление, и даже не одобрение, но уже что-то. Парень вздохнул глупости этих рассуждений, зашагав в сторону своей комнаты.