Очередной Покоритель Подземелья (ADC)

Первый гоблин-нежить пал без звука — меч прошил ему череп. Второй получил удар в плечо — кость хрустнула под сталью, левая рука отлетела. Нео убивал их одного за другим. Третий, четвертый, пятый… Они продолжали идти. Медленно, с неестественной, деревянной походкой мертвецов, но неостановимо. Десятки гоблинов-нежить, все с оружием — ржавым железом, которое скрипело о кости, когда они поднимали клинки. Нео отступал к стене, вжимая спину в холодный камень арены. Удар в голову — череп лопается, как спелый плод. Еще удар — еще один падает, оставляя на полу лужу черной жижи. Но их было слишком много. Слишком много гниющих ртов, тянущихся к живому теплу. Рука начала уставать. Мышцы предплечья горели. Дыхание стало хриплым свистом, воздух жег легкие, будто был наполнен дымом и пеплом. Раненое плечо снова заболело — тупая пульсация, переходящая в острую боль при каждом движении лезвия. И шаман стоял в центре арены, наблюдая. Его ухмылка не двигалась, будто была вырезана из камня. Нео понял — нужно убить шамана. Пока он жив, гоблины будут продолжать атаковать. Он прорвался сквозь толпу нежити, получив несколько ударов — порез на ноге, удар дубинкой по ребрам. Боль взорвалась в теле белой вспышкой, заставляя звезды плясать перед глазами, но он продолжал бежать. К шаману. Он должен добраться до этой цели, иначе умрет от усталости и потери крови. Гоблин-шаман поднял посох и начал что-то бормотать — звук был похож на шипение змеи в гробу. Руны на посохе загорелись зеленым светом, пульсируя, будто живой орган. Нео бросился вперед, меч занесен для удара — все тело напряжено, мышцы взбугрились, адреналин заглушил боль. Шаман ударил посохом о пол. Волна зеленой энергии вырвалась из посоха невидимым щитом, но Нео почувствовал её удар в грудь первой волной холода. Он отлетел назад, как мяч, брошенный гигантом, и врезался в стену арены с глухим хлюпающим звуком тела о камень. Боль. Невыносимая боль. Словно его изнутри жгло огнем, расплавленным свинцом. Нео закашлялся — изо рта пошла кровь, горячая и сладкая на вкус. Ребра. Что-то сломалось внутри. Он попытался встать, но ноги не слушались, они дрожали как у перепуганного животного. Гоблины-нежить окружили его плотным кольцом, подняли оружие. Нео перекатился в сторону, уворачиваясь от ударов на инстинктах, которые были сильнее разума. Встал на колени, парировал атаку, ударил в ответ — клинок вошел в плечо мертвеца до локтя. Но их было слишком много. Слишком много. Удар дубинкой по спине. Нео упал вперед лицом в грязь. Удар мечом по ноге — он почувствовал, как сухожилие перерезается, и закричал от боли — звук был рвущимся, хриплым. Кровь. Повсюду кровь. Его кровь, смешанная с черной жижей нежити. Она текла струйками по полу, образуя красные ручьи. Он умирает. Он умрет здесь, на холодном камне, и никто его не найдет до тех пор, пока тело не станет частью пола. Нет. Нет! Нео схватил кинжал левой рукой — пальцы были в собственной крови, скользкие — и бросил его в шамана с отчаянием умирающего человека. Кинжал пролетел мимо, угодив в плечо старого гоблина, но не попал в сердце. Шаман рассмеялся — звук был сухим, как шелест листьев над могилой. Гоблины-нежить подняли оружие для финального удара. И тут Нео увидел это. Колонна. Старая каменная колонна у стены, треснувшая в основании, едва держащаяся от времени и сырости. Он перекатился к ней, гоблины последовали за ним. Нео ударил мечом по основанию колонны — удар был точным, в самую трещину. Трещина расширилась с глухим стоном камня. Еще удар. Камень осыпался, пыль попала в глаза, заставляя их слезиться. Колонна зашаталась, скрипя на стыках веками невидимых камней. Еще удар — последний рывок отчаяния. ККолонна рухнула с грохотом, падая на гоблинов-нежить сверху. Камни раздавили их, превратив в груду костей и гнилой плоти, смешанной с камнями. Нео отполз в сторону, тяжело дыша, воздух рвался из легких, как разорванный парус. Половина гоблинов мертва под обломками. Но половина еще жива — они выползают из-под камней, ломая кости себе сами, чтобы добраться до него. И шаман все еще стоит. Шаман поднял посох снова, начиная новое заклинание, глаза светились ярче, готовя удар, который убьет Нео окончательно. Нео встал. Ноги дрожали так сильно, что колени щелкали. Зрение мутнело — по краям плыли черные пятна. Кровь текла из десятка ран, каждая капля была теплом, покидающим тело. Но он не мог сдаться. Не сейчас. Он бросился к шаману, игнорируя боль, игнорируя гоблинов-нежить, пытающихся схватить его за ноги, игнорируя все. Только шаман. Только цель. Шаман закончил заклинание и выпустил зеленый огонь из посоха — поток чистой магии. Нео нырнул в сторону, оставляя след на полу. Огонь прошел мимо, обжигая кожу сзади, запахом гари наполнился нос. Он перекатился и вскочил на ноги прямо перед шаманом. Их глаза встретились. Желтые глаза шамана расширились. Нео ударил мечом. Их глаза встретились. Желтые глаза шамана расширились, в них мелькнул испуг — первый раз за все время битвы. Нео ударил мечом снизу вверх, клинок вошел под ребра, поднимаясь к сердцу. Шаман попытался блокировать посохом, но было слишком поздно, движение было слишком быстрым для будущего мертвеца. Меч вошел в грудь, пронзая сердце, вырвав фонтан крови. Шаман захрипел — звук был странным, булькающим, будто вода в трясине. Посох выпал из рук и покатился по полу, издавая звон костей об пол. Зеленый свет в глазах погас. Он упал на колени, а затем рухнул лицом вперед. Гоблины-нежить остановились. Они стояли неподвижно несколько секунд, будто ждали приказа, который никогда не придет. Потом начали рассыпаться. Плоть отваливалась от костей, превращаясь в пыль, кости рассыпались в прах, превращаясь в серый пепел. Через минуту от них ничего не осталось. Тишина вернулась, тяжелая и давящая на уши. Нео стоял над телом шамана, тяжело дыша, грудью, которая поднималась с трудом. Меч выпал из рук со звуком падения металла по камню. Ноги подкосились, и он упал на колени, ударившись коленями о холодный пол. Победа. Он победил. Но какой ценой? Он посмотрел на себя. Кровь покрывала все тело — его собственная, густая и темная. Раны — десятки ран — кровоточили, образуя лужицу вокруг него. Ребра сломаны, каждая попытка вздохнуть разрывала легкие изнутри. Нога почти не двигалась, сухожилие перерезано. Он умирает. Медленно, но умирает, истекая кровью на каменном полу. Нужно зелье. Срочно нужно зелье. Нео достал флакон из рюкзака дрожащими руками — пальцы не слушались, тряслись от потери крови и шока. Половина флакона. Последнее зелье. Он открыл пробку и выпил залпом. Теплая жидкость разлилась по телу. Боль начала утихать — не исчезать, а сжиматься, отступать перед химическим жаром. Раны затягивались прямо на глазах — кожа сходилась вместе, шипя и щурясь, кровотечение останавливалось, оставляя только розовые рубцы. Но не полностью. Зелья было недостаточно для такой потери крови. Слишком много ран. Слишком серьезных. Слишком глубоко зашло разрушение тела. Нео упал на бок, глядя в потолок, где пыль танцевала в свете факелов. Зрение мутнело — края темнели, сходясь в точку смерти. Дыхание замедлялось, становясь редким и хриплым. Он победил босса. Но умрет от ран. Какая ирония. Где-то вдалеке он услышал звук. Скрежет камня о камень — тяжелый, монотонный звук поднимающегося пола. Что-то открывалось. Сундук. Сундук босса. Нео повернул голову с усилием, шея хрустнула. В центре арены, где стоял шаман, появился большой каменный сундук, вырезанный из черного камня. Сокровища. Награда за победу. Нео попытался встать — не смог, мышцы отказали. Попытался ползти — получилось, оставляя за собой кровавый след, как червяк после дождя. Он полз к сундуку, оставляя за собой шлейф боли. Каждое движение было агонией, каждый сантиметр давался через силу воли, которая держалась только на одном ниточке. Но он полз. Он должен добраться. Наконец его рука коснулась сундука — холодный камень, шершавый под пальцами. Нео толкнул крышку дрожащим плечом. Она открылась со скрипом ржавых петель. Внутри лежало золото. Много золота. И магические предметы. И… Зелье. Зелье. Большой флакон с красной жидкостью, пульсирующий, как живое сердце. Зелье лечения высшего сорта. Нео схватил его дрожащими руками. Открыл пробку. Выпил залпом — жидкость была горячей, почти обжигающей горло. Жидкость текла по пищеводу, разливалась по телу огненной рекой, и Нео почувствовал, как раны начинают заживать не просто затягиваться, а восстанавливаться. Полностью. Сломанные ребра срастались со звуком хруста ломающихся веток — боль была острой, но короткой. Глубокие порезы исчезали. Даже старая рана на плече, которая ныла все это время, зажила. Сильное зелье. Очень сильное. Почти чудо, которое стоило жизни шамана и его армии мертвецов. Нео лежал на полу, чувствуя, как боль уходит, уступая место слабости, а затем — возвращению сил. Он выжил. Он победил босса и выжил. Слезы потекли по щекам — горячие, соленые капли на лице, покрытом кровью и пылью. Он не знал, от облегчения или от осознания того, как близко он был к смерти — буквально в секунде до конца. Какой он же был идиот. Какой чертов идиот. Все были правы. Отец, Том, жители деревни. Все предостерегали его. Все говорили, что Подземелье опасно. Но он не слушал. Он думал, что знает лучше. Что он особенный. Что он справится. И чуть не умер. Нео закрыл глаза, лежа на холодном каменном полу, слушая собственное сердцебиение — ровное и сильное снова. Он больше никогда не вернется сюда. Никогда. Пять этажей — это его предел. Он возьмет сокровища и уйдет. Навсегда. Подземелья действительно опасны. Смертельно опасны. И он был идиотом, что не понял этого раньше. Нео лежал так долгое время, просто дыша, просто чувствуя, что он жив. На несколько секунд, как он думал, позволил сжатой пружине внутри расслабиться. Достаточно, чтобы вздрогнуть, когда чуть не заснул. Потом он медленно сел. Тело все еще болело, но уже тупо, глухо — как старые шрамы на душе. Зелье сделало свое дело. Он посмотрел на сундук. Золото, магические предметы, пустой флакон от зелья. Награда за победу над боссом. Награда, которая чуть не стоила ему жизни. Нео начал собирать сокровища, складывая их в рюкзак — золото звенело глухо, магическое кольцо с красным камнем гремело о металл. Амулет с рунами лежал тяжелым в руке. Еще какие-то предметы — кости древних врагов, застывшие в форме оружия. Богатство. Настоящее богатство, которое можно потратить на жизнь вне подземелий. Но какой ценой? Нео встал, пошатываясь — тело было целым, но дух казался разбитым. Посмотрел на арену. Прах гоблинов-нежити, смешанный с кровью. Труп шамана — теперь просто груда плоти без души. Кровь — его кровь — повсюду, высохшая и черная. Он выжил. Но едва. Врата на другом конце арены открылись. Широко распахнулись, открывая путь назад в коридоры пятого этажа. Выход. Свет от факелов пробился сквозь тьму. Нео зашагал к ним, каждый шаг давался с трудом. Не от боли — зелье вылечило раны. От усталости. От осознания. Он прошел через врата и оказался в коридоре. Знакомый коридор пятого этажа. Путь назад. Путь домой. Нео двинулся вперед, не оглядываясь. Он больше никогда не вернется сюда. Никогда.