Даск Шайн в поисках счастья \ Dusk Shine in pursuit of Happiness

Глава 6 — В розыске ТУК-ТУК! Даск Шайн проснулся от стука в дверь. Широко зевнув, он медленно открыл глаза и потянулся. — М-м-м? — промычал Даск, не в силах говорить членораздельно из-за все ещё владевших им сонливости и усталости. Дверь сарая начала открываться, и утренние солнечные лучи ударили Даску прямо в лицо. Он прищурился, пытаясь разглядеть, кто открыл дверь, но яркий свет не позволял этого сделать. — Доброе утречко, надеюсь, тебе хорошо спалось, — произнёс голос кобылы. Это была Эпплджек, которая, открыв дверь сарая, прислонилась к дверному косяку и уставилась на Даска. Единорог уставился на неё в ответ; казалось, кобыла ждала, когда Даск что-нибудь скажет. — Э-э… А, да! Я спал очень хорошо, спасибо! — наконец ответил Даск, поняв, что Эпплджек ждала ответа. — Рада слышать! — улыбнулась Эпплджек. — Я уж волновалась, что ты плохо спал, раз спишь в сарае. — Не волнуйся, здесь гораздо удобнее, чем кажется, — сказал Даск, улыбнувшись в ответ. — К тому же из-за вчерашней усталости я спал как убитый. — Вот и ладно! — сказала Эпплджек, поворачиваясь и отходя от входа в сарай. — Гренни Смит готовит завтрак, я подожду снаружи, чтобы пойти вместе. — Э-э… конечно, я сейчас выйду, — ответил Даск. Как только Эпплджек скрылась из виду, Даск быстро откинулся назад, уронив голову на подушку и глядя в потолок. Затем на его губах появилась улыбка от невероятного открытия. ОН СПАЛ В САРАЕ! Никогда в жизни он и представить не мог, что будет спать в сарае, — это была такая абсурдная мысль. Если бы понибудь сказал ему это неделю назад — что он окажется там, где он сейчас, лёжа на куче соломы в маленьком деревянном сарае, — он, наверное, закричал бы, что они сумасшедшие. И хотя для фермерских пони в этом не было ничего особенного, для городского пони вроде Даска, который любил уединяться со своими книгами, это было великим свершением, безумным, но весёлым свершением. Даск продолжал лежать ещё немного, размышляя обо всём этом, пока его желудок не взмолился о еде. — Что ж, пора вставать, — сказал Даск, поднимаясь снова. Затем он заметил кое-что странное. — М-м? — Даск замер в замешательстве, глядя на себя. — Разве на мне было одеяло, когда я ложился спать прошлой ночью? Даск попытался, но не смог вспомнить, было ли на нём одеяло, когда он ложился. В конце концов, он решил не задумываться об этом и собираться; ответ был очевиден: оно было с самого начала, в конце концов, кто бы стал беспокоиться о нём настолько, чтобы дать ему одеяло посреди ночи, пока он спит? Даск немедленно встал, размял мышцы и вышел к ожидавшей его Эпплджек. Кобыла улыбнулась ему, и они вместе направились к дому семьи Эппл. — Эпплджек… — произнёс Даск, опустив голову, обдумав то, что его беспокоило. — Думаю, мы будем навязываться вам с завтраком, мы со Спайком и так доставили достаточно хлопот, нам лучше уйти. Эпплджек мгновение смотрела на него, прежде чем слегка хлопнуть Даска по спине. — О чём это ты говоришь, никаких проблем, — рассмеялась Эпплджек. — К тому же, было бы невежливо не остаться на завтрак, в конце концов, вы со Спайком — наши гости! Даск был удивлён отношением Эпплджек и ответил ей застенчивой улыбкой. Поступив так, Даск не мог не подумать о том, как они все добры, Эпплджек и её семья, Флаттершай… возможно, это не было странно, что они, будучи незнакомцами, так добры; возможно, это ОН был не на своём месте и считал доброту и сочувствие между пони чем-то странным. «Может… мне следовало принять приглашение Флаттершай на завтрак, это было бы правильно, а не злоупотреблением её добротой… но если бы я это сделал, то не узнал бы Эпплджек…» Эта мысль на мгновение промелькнула в голове Даска и начала кружить ему голову, так что он быстро отверг её, что было, то прошло, и, хвала Селестии, ему не пришлось выбирать между двумя кобылами, — с этим ему, как он надеялся, никогда не придётся столкнуться. Даск и Эпплджек наконец подошли ко входу в дом, а именно к двери на кухню и в столовую. Как только Эпплджек открыла дверь, Даск сразу почувствовал, что что-то не так: в воздухе витала слегка напряжённая атмосфера. Все сидели за столом, кроме Гренни Смит, которая стояла у плиты и варила овсянку, и её лицо выражало лёгкое раздражение; Спайк сидел, грустно опустив глаза; Эппл Блум раздражённо смотрела на Спайка; а Биг Мак сверлил Даска острым взглядом. — Э-э… что-то не так? — прошептал Даск Эпплджек. — А, Эппл Блум и Гренни узнали, что Спайк врал, — сказала Эпплджек, не придав этому особого значения. — Да, когда он рассказал, что в одиночку победил армию минотавров, у меня возникли сомнения, — раздражённо произнесла Эппл Блум. — Тебе незачем было нам врать, мы бы приютили и накормили вас, независимо от того, были вы героями или нет, — сказала Гренни Смит, ставя овсянку на стол и накладывая её Эппл Блум и Спайку. Пока Эппл Блум и Гренни Смит говорили, щёки Спайка краснели всё больше и больше от смущения, но он ничего не сказал в свою защиту, видимо, он смирился с тем, что это должно быть его наказание за ложь. — Значит, армия минотавров, да? Похоже, ты немного преувеличил, — сказал Даск, слегка посмеиваясь над злоключением своего брата. Спайк только закрыл лицо, чтобы скрыть смущение. — Но ты ведь тоже солгал, верно? — внезапно произнёс Биг Мак, всё ещё пристально смотревший на Даска. Этот комментарий упал Даску камнем в желудок; покраснев, он не знал, что ответить. — Это неправда, — вмешалась Гренни Смит, подходя к Даску. — Эпплджек рассказала мне вчера, что ты сказал ей правду, ты всё-таки джентльколт, не так ли? — сказала Гренни, улыбаясь и пощипывая Даска за щёки. — Хмф! По крайней мере, он не лжец. Полагаю, — произнёс Биг Мак, слегка расстроенный. — Верно, настоящий, честный-пречестный джентльколт для нашей милой маленькой Эпплджек, — произнесла Гренни вслух, разговаривая сама с собой, направляясь к своему месту. И Эпплджек, и Даск покраснели, но сделали вид, что не слышали комментария Гренни, и тоже пошли садиться. Когда Эпплджек садилась, этикет и манеры Даска снова дали о себе знать, и он бросился подвинуть стул, чтобы Эпплджек могла сесть и удобно устроиться. Как только он это сделал, Эпплджек повернула голову, чтобы сказать, что в этом не было необходимости, но слова не шли с языка, её щёки вспыхнули, и она лишь поблагодарила его за этот жест. Даск заметил, что за всем происходящим пристально следит Биг Макинтош.. Он знал, что как только окажется рядом с Эпплджек, ему не скрыться от пристального взгляда её чересчур заботливого старшего брата, поэтому он решил, что будет лучше не садиться рядом с ней. Вместо этого Даск подошёл к Биг Маку и решил сесть рядом с ним. — Ничего, если я сяду здесь? — робко спросил Даск у Биг Мака, усаживаясь рядом с ним. Биг Мак уставился на него, слегка удивлённый; очевидно, у этого молодого единорога были манеры, и он знал, как не позволять себе лишнего, например, садиться рядом с кобылой из его семьи без его согласия. — Ладно, — произнёс Биг Мак с одобрительным фырканьем. — Но тебе ещё далеко до того, чтобы получить моё одобрение быть с моей сестрой. — Но ты на верном пути, юноша, хи-хи-хи… — засмеялась Гренни Смит, которая внимательно слушала их, пока ела. — Думаю, ты прав, хе-хе… — нервно рассмеялся Даск, в то время как Гренни, Эппл Блум, Спайк и даже Биг Мак разделили смех за столом. Определённо, теперь атмосфера была гораздо более расслабленной и весёлой, наилучшая атмосфера для завтрака. Даску нравилось это чувство — смеяться в кругу семьи, — то, чего он сам не делал так долго. К тому же он не мог не согласиться с Биг Маком: доверие нужно заслужить, и он должен показать, что он джентльколт и хороший пони, если хочет общаться с Эпплджек и быть ей другом. Со своей стороны, единственной, кто не разделял смех за столом, была Эпплджек, которая, густо покраснев, закрыла лицо копытами. Судя по всему, она была единственной, кто полностью понял ситуацию, — то, чего не сделал даже Даск. Когда Биг Мак и Гренни говорили об «одобрении быть с ней», они имели в виду не просто быть вместе, чтобы поговорить или что-то в этом роде, а нечто более глубокое, вроде серьёзных отношений между жеребцом и кобылой! Эпплджек поняла, что бедный Даск не понял, о чём говорили Гренни и её брат, и хотела объяснить ему это, но атмосфера за столом была такой весёлой, все делились и смеялись, что Эпплджек решила не открывать рот и рассказать Даску о его ошибке в другой раз, когда они останутся наедине. Так завтрак и продолжился в приятной обстановке, и даже Спайк наконец заставил Эппл Блум перестать на него сердиться, частично простив его, но не полностью. — Ладно! Пора за работу! — сказала Эпплджек, закончив есть. — Уже поздно, а дел много. — Ага! — ответил Биг Мак, вставая из-за стола. Все последовали за Эпплджек и Биг Маком из дома. Именно тогда Даск и Спайк решили попрощаться и продолжить свой путь, поскольку Даск понимал, что «помощь» им в работе будет означать лишь то, что он будет их тормозить, прямо как вчера. — Спасибо вам большое за всё, — произнёс Даск Шайн с поклоном, встав перед всеми рядом со Спайком. — Спасибо за еду и ваше гостеприимство. — И… простите, что солгал вам… — добавил Спайк, всё ещё пристыженный. — Не переживайте, всё это уже в прошлом, и нам было приятно с вами, — улыбнулась Гренни Смит. — Кстати, это тебе, — сказала Эпплджек, протягивая Даску небольшой мешочек, в котором что-то лежало. — Что это… — Даск удивился, открыв мешочек и увидев, что внутри лежит немного битов. — Это за твою вчерашнюю работу, ты заработал их, так что тебе больше не придётся спать в сарае, верно, Биг Мак? — сказала Эпплджек, улыбаясь и глядя на брата. — Ага! — ответил Биг Мак. — Но… вчерашняя работа была платой за яблоки, которые мы съели, — сказал Даск несколько сбитый с толку. — Не-а! Это было за наш счёт, — ответила Эпплджек с широкой улыбкой. Даск посмотрел на всю семью Эппл, все улыбались, поэтому Даск улыбнулся в ответ с огромной радостью в сердце, счастливый и благодарный за то, что встретил такую любящую семью. — Спасибо, — наконец произнёс Даск с небольшим поклоном, так как не знал, как ещё их отблагодарить. — Надеюсь скоро увидеть вас всех снова. «Я хочу увидеть её снова. Я хочу увидеть её снова». — Настойчивая фраза мелькнула в подсознании Даска, мысль, которая не была достаточно сильной, чтобы проникнуть в его сознание, но заставила Даска осознать, что он хочет кое-что спросить перед уходом. — Эпплджек… ты пойдёшь на Празднование Дня Солнца? — робко спросил Даск. — Конечно! На самом деле, мы отвечаем за еду! — гордо ответила Эпплджек. — Отлично! Тогда увидимся там, Эпплджек, — Даск улыбнулся Эпплджек. — Т-То есть, с вами со всеми! Увидимся там со всеми вами, — быстро поправился Даск, глядя на семью Эппл и густо покраснев. В ответ на это Гренни Смит лишь рассмеялась, пихая Биг Мака локтем в бок, пока тот отводил взгляд, слегка хмурясь, а маленькая Эппл Блум озорно переводила взгляд с Даска на свою старшую сестру и обратно. После этого Даск и Спайк наконец попрощались со всеми и отправились прочь с фермы «Сладкое Яблоко». — Ну, и какой теперь план? — спросил Спайк, когда они отошли от фермы. — Думаю, время наконец пришло, у нас нет выбора, кроме как отправиться в Понивилль, — сказал Даск без особого энтузиазма. — Судя по всему, необходимость идти в город и знакомиться с другими пони тебя больше не беспокоит, — заметил Спайк, поняв, что его брат был гораздо более расслаблен по сравнению с тем, когда они прибыли из Кантерлота. — Ну… я уже убегал от медведя и разъярённого фермера, а тебя атаковал кролик и ты стал патологическим лжецом, — размышлял Даск. — Полагаю, худшее позади, в смысле, что может пойти не так в деревне? — Ха-ха… пожалуй, ты прав, — ответил Спайк, улыбаясь, пока они оба продолжали путь в Понивилль. — Наконец-то мы здесь! — возбуждённо произнёс Спайк, перейдя мост и увидев, что они наконец входят в деревню Понивилль. В нескольких шагах позади него шёл Даск, который, войдя в живописную деревню, не испытывал такого же энтузиазма, как его младший брат-дракончик. — Что теперь? — спросил Спайк, глядя на брата. — Я не уверен… Может, пойти на постоялый двор и снять комнату, — ответил Даск, пытаясь найти постоялый двор. — Или ты мог бы сдержать своё обещание и поговорить с какими-нибудь местными пони, — сказал Спайк, бросив на Даска озорной взгляд. — Прошу прощения? — раздражённо спросил Даск. — Я уже поговорил с Флаттершай, плюс с Эпплджек и её семьёй! Ты всё ещё будешь донимать меня разговорами с другими пони?! — Ну… один разговор равен одному возможному другу, а с этим у тебя больше шансов выполнить задание принцессы, — сказал Спайк с застенчивой улыбкой. Даску это не нравилось, Спайк не мог заставить его разговаривать с каждым встречным пони в ближайшие три дня до Празднования Дня Солнца. Брови Даска нахмурились, и он приготовился к жаркому спору с драконом, но Спайк, заметив, что его брат вот-вот взорвётся, отреагировал быстрее. — Подожди! Подожди! — быстро проговорил Спайк, поднимая машущие клешни, чтобы Даск не заговорил. — ЕЩЁ ОДИН! Просто поговори с ещё одним пони, и на этом всё, конец обещания. Даск долго смотрел на него, пока его гнев утихал. — Правда? — спросил Даск. — Конечно, ты выполнил свою часть, у тебя уже двое возможных друзей, что хорошо, но иметь троих — ещё лучше. К тому же… я делаю это только для того, чтобы помочь тебе, — с лёгкой улыбкой сказал Спайк Даску. — ФУХ…! Хорошо, — произнёс Даск с тяжёлым вздохом смирения. — Тогда… с кем я должен поговорить? Спайк немедленно вытянул шею и начал оглядываться в поисках понибудь, кого угодно. — Вон! — наконец сказал Спайк, указывая на группу из трёх кобыл, находившихся недалеко от них у, по-видимому, цветочного ларька. Даск посмотрел на них с некоторой неуверенностью, ему не хотелось повторять рутинный разговор с незнакомцами, но он знал, что после всего этого Спайк больше не будет его этим донимать, так что он лишь вздохнул и направился к кобылам. У цветочного ларька две кобылы стояли спиной к Даску, разговаривая друг с другом. У одной из них была кремовая шёрстка, а грива цвета красного вина и розы; у другой — розовая шёрстка и жёлтая грива, украшенная лилией над ухом. Третья же кобыла, с нежно-розовой шёрсткой и лаймово-зелёной гривой, смотрела в сторону приближающегося Даска, но опустила голову, поправляя букеты ртом. Кроме того, у всех троих кобыл кьютимарки были в виде цветов. Даск сделал вдох, чтобы расслабиться, и подошёл к последней. «Хорошо, это будет мой последний разговор ради поиска «друзей», и на этот раз я не провалю его сразу, как с Флаттершай и Эпплджек!» — думал Даск, подходя вместе со Спайком к розовой кобыле. — Э-э… Здравствуйте! — произнёс Даск, остановившись перед кобылой. Кобыла, всё ещё державшая цветок во рту, подняла голову и увидела Даска со Спайком. Затем её глаза начали медленно расширяться, как и её рот, из которого выпал цветок. — АААА! — вскрикнула кобыла на секунду, прижав копыто к голове, развернулась вокруг себя и упала в обморок. Даск и Спайк были в полном недоумении. Никто из них не ожидал такой реакции и не понимал, почему это произошло! Любая надежда на нормальный разговор и на хорошее первое впечатление была разрушена в ту секунду, когда Даск открыл рот, чтобы сказать «здравствуйте». Даск быстро вышел из оцепенения и был готов помочь кобыле, но не мог приблизиться, потому что, как только они услышали крик, две другие кобылы, также находившиеся у цветочного ларька, бросились на помощь своей подруге. — Что случилось?! — спросила кремовая кобыла, приближаясь к подруге. — Дейзи! Ты в порядке? — спросила кобыла с золотистой гривой, коснувшись копытом щеки потерявшей сознание кобылы. — Я… Я просто сказал «здравствуйте»… — робко произнёс Даск, пытаясь оправдаться, чтобы они не подумали, что он сделал что-то плохое. Тогда две кобылы, которые, бросившись на помощь подруге, даже не заметили эту парочку, на несколько секунд уставились на них. — АААА! — хором вскрикнули обе кобылы, прижав копыта к голове, развернулись вокруг себя и упали в обморок, как и их подруга. Даск и Спайк застыли на месте с безучастными лицами. Пронзительную тишину нарушал лишь ветер, поднимавший пыль, и прокатившееся позади них перекати-поле… — ЧТО, ЧЁРТ ВОЗЬМИ, ТОЛЬКО ЧТО ПРОИЗОШЛО?! — наконец закричал Даск, совершенно сбитый с толку, потому что не понимал, что происходит. Для Даска было достаточно плохо то, что его план нормального разговора провалился с одной кобылой, но то, что он провалился с тремя кобылами и почти одновременно, было не просто странно — это было статистической аномалией! Это было то, чего Даск не мог понять, а если и было что-то, что действительно беспокоило Даска, так это когда он был неспособен что-то понять. Что касается Спайка, который реагирует в таких случаях гораздо лучше, чем Даск, тот отнёсся к этому более спокойно. Он огляделся по сторонам и начал приближаться к дереву, на котором висел флаер, привлёкший его внимание. — Почему они упали в обморок, когда увидели меня?! Это из-за меня? Я обречён никогда не иметь нормального разговора ни с какими кобылами?! — начал вопрошать вслух Даск, явно преувеличивая всю ситуацию. — Успокойся уже! — раздражённо сказал Спайк. — Думаю, я нашёл причину, по которой они все потеряли сознание. С этими словами Спайк неохотно протянул Даску флаер, который он снял с дерева, и Даск взял его и медленно рассмотрел. Чем больше он смотрел, тем шире раскрывались глаза Даска. Эта бумага была не просто флаером, это был плакат «Разыскивается»! На котором был изображён лавандовый единорог с тёмно-синей гривой, пронизанной полосами фиолетового и розового! Кроме того, выражение лица на рисунке демонстрировало клыкастую улыбку и шрам под глазом, что придавало ему ещё более злобный вид. Сам по себе рисунок имел черты, которыми Даск не обладал, но основные характеристики совпадали: нарисованный пони был похож на Даска Шайна. — Ч-Чт… Что это…? — удивлённо произнёс Даск дрожащим голосом. — Я так и знал! — радостно закричал Спайк, выводя Даска из оцепенения. — Я знал, что должен быть плакат и с моим изображением! Даск поднял голову и увидел, что Спайк отошёл и вернулся с чем-то, что выглядело как ещё один плакат «Разыскивается». — Смотри, смотри! Ты не единственный плохой парень, — улыбнулся Спайк, показывая Даску плакат с рисунком, похожим на плакат Даска, но вместо единорога там был нарисован дракон. — Ты рад, что твоё изображение на плакате «Разыскивается»? — спросил Даск Спайка, слегка раздражённый. — Конечно! Это как плакаты с Дикого Запада или даже лучше! Те плакаты из комикса, который я читаю, знаешь, тот, о пони, который хочет стать королём пиратов, называется… — радостно ответил Спайк, прежде чем Даск прервал его. — ХВАТИТ! — раздражённо бросил Даск. — Ты что, не понимаешь? Это значит, что по какой-то причине мы разыскиваемся законом! Мы можем попасть в тюрьму! — Но… Мы же не сделали ничего плохого, верно? — просто ответил Спайк, пожимая плечами. — Хм… насколько нам известно, нет… Н-Но мы должны выяснить, почему мы вдруг стали преступниками! Как только Даск закончил говорить, его уши навострились, когда он пришёл в себя. В воздухе витал слабый, странный звук. — Ты это слышишь? — спросил Даск Спайка. — Ага… — сказал Спайк, прищурившись и приложив коготь к уху, чтобы лучше слышать. — Похоже на жужжание. И действительно, Спайк точно описал звук, который слушал Даск, — звук, который, казалось, становился всё громче. — НннйаааоУУУ! Даск только успел обернуться, когда почувствовал, как звук нарастает за спиной. Как только он обернулся, что-то упало с неба, сбило его с ног и прижало к земле. — Поймала тебя! — произнёс голос кобылы, той самой, которая ударила его и теперь лежала на нём, не давая ему встать. Даск с трудом открыл глаза, выплёвывая то, что казалось волосами, которые полностью его ослепили. «Это чья-то грива?» — неуверенно подумал Даск, потому что он никогда не видел такой гривы, гривы цветов радуги. Даск был полностью подавлен, поваленный спиной к земле, а на нём сверху сидела кобыла. Ситуация, которую, увидь какая-нибудь мать с жеребёнком, она была бы шокирована, решив, что это сцена, неподходящая для жеребят, но это было не так: на этот раз кобыла была на Даске, чтобы обездвижить его и предотвратить его побег. — Ахха-ха! Я искала тебя два дня! Уже думала сдаться, но наконец-то я нашла тебя! — произнесла кобыла хрипловатым голосом. Как только она произнесла эти слова, кобыла подняла голову, и Даск наконец смог полностью убрать волосы со своего лица и увидеть лицо своей нападавшей. Это действительно была кобыла, пегас, если быть точным, с бирюзовой шёрсткой и фиолетово-красными глазами, но самой поразительной её чертой была грива, переливавшаяся всеми цветами радуги. Кобыла лишь подняла голову, но её ноги и тело продолжали давить, не давая Даску оторваться от земли. Итак, несколько секунд они смотрели друг на друга, пока кобыла наконец не моргнула. — Ты же и есть тот плохой парень, верно? — спросила кобыла. — Ага! Это, должно быть, ты! — ответила кобыла сама себе прежде, чем Даск успел открыть рот. — У тебя такой же цвет шерсти и гривы, как на плакате, но… я думала, ты будешь выглядеть страшнее… как на твоём плакате. А вместо этого ты довольно миленький, похож на девчонку, — закончила кобыла с улыбкой. Слова кобылы обрушились на Даска как ушат ледяной воды. «Похож на девчонку? ОНА НАЗВАЛА МЕНЯ ДЕВЧОНКОЙ!» — подумал Даск, всё ещё пребывая в шоке. Он боролся большую часть своего детства с тем, что называл «своими недостаточно мужественными чертами» - мало у кого из жеребцов была лавандовая шерсть или розовые и сиреневые пряди в гриве. Даже его собственная кьютимарка не совсем ему нравилась, так как Даск всегда думал, что было бы круче, если бы на ней был меч или что-то более мужественное, сопровождающее звёзды на его боку. Поэтому, когда он был жеребёнком, Даск стремился вырасти и быть таким же мужественным, как другие жеребцы в его семье, — то, что с течением времени удалось ему лишь частично. Хотя он вырос, и его взрослые черты жеребца развивались всё больше с годами, по сравнению с другими парнями его возраста у него всё ещё был лёгкий оттенок детства в лице, который часто путали с женственными чертами, — то, что Даск, разумеется, ненавидел всей душой. Но на этот раз это была не ненависть, нет, ситуация была иной: теперь кобыла, находившаяся с ним в контакте «кожа к шкуре», назвала его «девчонкой» в лицо, что было достаточной причиной, чтобы заставить любого жеребца чувствовать себя смущённым; большое смущение он почувствовал бы только, если в его брачную ночь невеста посмеялась бы над его «маленьким Даском» (если вы понимаете, о чём я ¬¬). Это задело его мужскую гордость! Из-за этого Даск медленно погружался в бездну стыда. — Эй, ты, отпусти моего брата! — закричал Спайк, подбегая к Даску и кобыле. — О! Ты, должно быть, его приспешник, — сказала кобыла, покосившись на Спайка. — А ты кто такой? Его домашняя игуана, что ли? Спайк мгновенно застыл, и на его лице проступила вена ярости. — И-И-Игуана?! КОГО ТЫ НАЗЫВАЕШЬ ИГУАНОЙ?! Я дракон! — яростно ответил Спайк. — Дракон? Пффф! Ну да, конечно… — усмехнулась кобыла. Гнев Спайка нарастал, с каждым словом этой кобылы Спайк чувствовал всё большее раздражение. Теперь он был уверен: они с Даском могли бы подружиться с пони с разными характерами, как Флаттершай или Эпплджек, но они никогда не смогут подружиться с такой кобылой, как эта. — Ладно! Пора доставить игуану и маленькую хорошенькую девочку в руки правосудия, — сказала кобыла, снова переводя взгляд на Даска. Это была последняя капля! Всё это время, пока Спайк и кобыла препирались, Даск оставался неподвижным, потерянным в своих мыслях и смущении, но когда она назвала его «маленькой хорошенькой девочкой», гнев Даска наконец проявился. Даск раздражённо посмотрел на кобылу, затем телепортировался, чтобы освободиться, и появился рядом с ней. Это застало кобылу врасплох: она увидела лишь вспышку, упала на землю и перестала видеть своего пленника. — Кого это ты называешь «маленькой хорошенькой девочкой»?! — раздражённо произнёс Даск, пока кобыла, взглянув в сторону, увидела, что Даск телепортировался прямо к ней. — Меня зовут Даск Шайн, и я взрослый жеребец! Даск был зол, поэтому решил дать отпор, очевидно, не физически, а словами, так же, как она задела его. Он отбросил свои джентлькольтские манеры и ударил туда, куда, как он знал, будет больно. — И кстати… — продолжил Даск с лицом, полным гордости, — жаль, что я не могу сказать того же о тебе. В смысле, милая кобыла? Тебя никто никогда так не назовёт! С твоей грубостью и манерой разговаривать — это чудо, что другие не принимают тебя за жеребца! — сердито сказал Даск. После слов Даска кобыла слабо опустила голову, не давая ни Даску, ни Спайку увидеть её лица. «О нет! Кажется, я зашёл слишком далеко, я довёл её до слёз! Глупец! Как я мог забыть, что она, в конце концов, всё ещё хрупкая и невинная кобыла», — подумал Даск, возвращаясь к своему статусу джентльколта после того, как увидел реакцию кобылы. Даск услышал какие-то тихие звуки, издаваемые кобылой, которые он принял за плач, поэтому шагнул вперёд и приблизился к кобыле, чтобы утешить её и умолять о прощении. — БВАХАХАХА! — громко рассмеялась кобыла, поднимая голову и показывая, что звуки, которые она издавала, были не слезами, а она сдерживала смех. Даск остался неподвижен, не зная, как реагировать. — И что это было? Ты называешь это оскорблением? Ха-ха-ха! — смеялась кобыла. — Мне не мешает быть собой. На самом деле, я ненавижу всю эту чушь о женственности и о том, что другие должны обращаться со мной как с леди; так что ты абсолютно прав, я ударю любого, кто посмеет назвать меня милашкой, ха-ха-ха. Вся её реакция застала Даска врасплох, и он начал медленно краснеть, осознав, что его план обернулся против него и теперь кобыла насмехается над ним ещё больше. Пока она всё ещё смеялась, Даск решил, что будет лучше уйти от этой раздражающей кобылы. — Тц! Пошли, Спайк, — раздражённо сказал Даск, поворачиваясь к Спайку и начиная уходить. Однако Даск не сделал и двух шагов, как столкнулся с той же самой кобылой, которая внезапно появилась перед ним с серьёзным лицом. Даск тут же в удивлении отступил на шаг, в замешательстве глядя на лицо кобылы. В мгновение ока она появилась перед Даском; если бы не было очевидно, что у неё нет рога и она не может использовать магию, он бы поклялся, что она телепортировалась. Единственным объяснением было то, что пегас двигалась с невероятной скоростью. — Куда это ты собрался? — спросила кобыла, взмахнувшая крыльями и зависшая в нескольких дюймах от земли, скрестив передние ноги и с лицом понибудь, у кого мало друзей. — Не думай, что раз ты меня рассмешил, то можешь сбежать, вы всё ещё мои пленники! — Пленники? Почему? Что мы сделали? — спросил Спайк, который подошёл к Даску и высказал то, что вертелось у брата на языке. — Почем я знаю? Это вы нарушили закон, а не я, — пожала плечами пегас. — Я только знаю, что Ол Эборд напечатал эти плакаты с опасными беглыми преступниками, которые сбежали из Кантерлота два дня назад в Понивилль. Ол Эборд? Кто такой «Ол Эборд», почему он разослал плакаты с их лицами и почему искал их сейчас?.. Ход мыслей Даска был прерван внезапным подозрением. — Постой… этот «Ол Эборд» работает на вокзале? — спросил Даск. — Э-э… да, а что? — ответила кобыла, покосившись на него. — Теперь я понимаю! Это, должно быть, тот пони, который нашёл нас связанными в мешке, когда нас отправили в Понивилль! — сказал Даск, глядя на Спайка, а затем на кобылу. — Послушай, всё это — большое недоразумение. Кобыла уставилась на него на несколько секунд, прищурившись. Её задачей было доставить их мэру, но ей было любопытно узнать больше об этом единороге и его драконе, например, почему они были на плакатах «Разыскивается», что она считала очень крутым, поэтому она решила выслушать. В конце концов, им некуда было бежать, пока она следит за ними. — Ладно, я тебя выслушаю, — наконец произнесла кобыла. — Только не пытайся отвлечь меня и сбежать. Предупреждаю сразу: тебе не убежать. Видишь это? — произнесла кобыла, демонстрируя свой бок с кьютимаркой. Даск уставился на кьютимарку и внимательно рассмотрел её: это было облако с красно-жёлто-синей молнией. — Не зря у меня кьютимарка в виде молнии. Меня зовут Рэйнбоу Дэш, и я самая быстрая пони во всей Эквестрии! Так что даже не пытайся! — закончила кобыла с гордостью. Даск, к которому уже вернулась его обычная галантность, включил свои манеры и решил тоже представиться. — Приятно познакомиться, мисс Рэйнбоу Дэш, меня зовут… — Даск был прерван кобылой, которая сильно прижала копыто к его рту, заставляя замолчать. — Не называй меня больше «мисс», это раздражает, — сказала Рэйнбоу Дэш в плохом настроении. «Серьёзно? Я просто пытаюсь быть джентльколтом. Насколько неженственной можно быть?!» — подумал Даск, убирая копыто кобылы со своего рта и, скрепя сердце, продолжая представляться, как диктовали его манеры. — МОЁ ИМЯ — Даск Шайн, — продолжил Даск, пытаясь скрыть дискомфорт. — А это мой напарник Спайк. — Ага, ага, неважно, теперь расскажи, почему они разыскивают вас, — сказала кобыла, небрежно махнув копытом и отводя взгляд, проигнорировав представление Даска. «Она действительно невыносима», — подумал Даск, прежде чем сделать глубокий вдох, чтобы расслабиться, и начал рассказывать свою историю. Хотя это и было постыдно, Даск говорил правду, но говорить правду не означало рассказывать каждую мелкую деталь, например, тот факт, что у Даска не было друзей и его заставили заводить друзей в этом городе. Итак, Даск начал рассказывать свою историю: как он жил в Кантерлоте, изучая магию, как рассердил свою наставницу, как она любила разыгрывать шалости и в наказание отправила его в мешке в Понивилль, и как Ол Эборд нашёл их и сбежал прежде, чем они смогли объяснить ему всю ситуацию. — ХА-ХА-ХА! Так твоя наставница отправила тебя связанным и с кляпом во рту в Понивилль? Ха-ха-ха! — кобыла смеялась, представляя эту ситуацию. — Вот это шалость, которую я бы и сама провернула. Думаю, я бы поладила с этой твоей наставницей, хе-хе. — Тогда, полагаю, у тебя и у принцессы такое же извращённое чувство юмора, — нехотя произнёс Спайк, всё ещё раздражённый пегаской. — Принцессы? Какое отношение ко всему этому имеет принцесса? — спросила Рэйнбоу Дэш. Даск сердито посмотрел на Спайка, который сразу понял, что проговорился. На протяжении всей истории Даск намеренно опускал то, кем была его наставница, так как знал, что это принесёт ещё больше неприятностей, однако теперь у Даска не было выбора, кроме как признаться Рэйнбоу Дэш, кто его наставница. — Моя наставница… это Принцесса Селестия, — робко произнёс Даск. Рэйнбоу Дэш секунду смотрела на него, а затем раздражённо отвела взгляд. — А я-то думала, ты говоришь правду… — раздражённо произнесла Рэйнбоу Дэш. — В смысле, я бы могла поверить во всю эту историю о том, как твоя наставница отправила тебя связанным в мешке в качестве шутки, но ты ожидаешь, что я поверю, будто Принцесса Селестия могла сделать нечто подобное… Насколько глупой ты меня считаешь? Даск Шайн знал, что так и будет, это случалось и раньше. Когда он говорил, что является личным учеником Принцессы Селестии, многие пони сомневались в нём, многие верили, но когда он рассказывал им, что принцесса разыгрывает его и что она настолько близка с Даском, никто не верил. Поскольку все пони Эквестрии воздвигли фигуру Селестии на стеклянный пьедестал: великодушная, безмятежная, могущественная, яркий свет, направляющий их всех, нипони не верил, что за этим образом скрывается истинная принцесса — та, которой нравится, когда к ней относятся как к любой другой пони, которая обожает пирожные и любит время от времени пошутить. — Это… правда… — обречённо произнёс Даск, понимая, что теперь у него нет выбора, кроме как быть доставленным Рэйнбоу Дэш. — Подожди! У меня есть доказательство! — внезапно сказал Спайк, привлекая внимание обоих пони. — Что ты собираешься делать? — прошептал Даск Спайку. — Ты же не собираешься показывать ей письмо с королевским указом? Спайк замер, потому что именно это он и собирался показать Рэйнбоу Дэш. — Даже не думай! — быстро сказал Даск. — Я не хочу, чтобы пони знали, что я был изгнан из Кантерлота и отчаянно ищу здесь, в Понивилле, друзей. — Так где же твоё доказательство? — спросила Рэйнбоу Дэш, теряя терпение, пока Даск шептался со Спайком. — У меня есть идея! Я только что вспомнил, что в сундучке есть фото! Это гораздо лучше! — радостно воскликнул Спайк вслух, осознав что-то. Рэйнбоу Дэш не поняла, что Спайк имел в виду под «сундучком», но Даск понял. Сундучок был маленьким ларцом, созданным для того, чтобы Спайк мог по желанию доставлять вещи с помощью своего магического огня. Обычно его магический огонь служил только для отправки писем между Даском и Селестией, но благодаря этому сундучку Спайк мог доставлять другие вещи, не отправленные ни Даском, ни принцессой, как в тот раз, когда он материализовал свиток с королевским указом, в котором принцесса изменила имя Даска. Однако недостатком было то, что сундучок был довольно маленьким и мог вместить лишь несколько небольших вещей, таких как свитки, письма и фотографии. С рыком Спайк выпустил струйку зелёного пламени, и появилась маленькая фотография. — Вот, взгляни! — сказал Спайк, протягивая фотографию Рэйнбоу Дэш. На фотографии улыбающаяся Принцесса Селестия стояла с юным Даском Шайном и маленьким Спайком. — Видишь? Как бы мы могли сделать такую фотографию с принцессой, если бы не знали её? — спросил Спайк Рэйнбоу Дэш. — Она обычно не любит позировать для фото, если только это не официально. — Хм… Не знаю… может быть, это Понишоп, — сказала кобыла, рассматривая её, проверяя, не является ли это поддельной фотографией. — Она не поддельная! — воскликнул Спайк, начиная выходить из себя. Рэйнбоу Дэш опустила фотографию и начала смотреть в глаза и Спайку, и Даску. «Будь здесь её верная подруга, она бы знала, лгут они или нет», — подумала кобыла, и в конце концов решила довериться своим инстинктам, которые почти никогда её не подводили. — Ладно, я вам верю, — наконец произнесла Рэйнбоу Дэш с тяжёлым вздохом. — Правда?! — взволнованно спросил Даск; он не хотел провести ночь в тюрьме из-за недоразумения. — Ага… К тому же, вы и правда не похожи на преступников. В смысле, я встречала жеребят с более скверным характером, чем у вас двоих… — насмешливо сказала Рэйнбоу Дэш. И Спайк, и Даск были раздражены этим комментарием, но решили промолчать, так как едва спаслись от того, чтобы их объявили преступниками. — Ах да, а кто это кричал как девчонка перед тем, как я появилась? Хмф, держу пари, что это был ты, Милашка, — спросила пегас, указывая на Даска. — КОНЕЧНО, ЭТО БЫЛ НЕ Я! Это были те трое, которые упали в обморок! — выкрикнул Даск не подумав, прежде чем осознал, что проговорился. Рэйнбоу Дэш посмотрела туда, куда указывал Даск, и увидела трёх кобыл, которые потеряли сознание, как только увидели Даска. «Теперь всё пропало!» — подумал Даск. Рэйнбоу Дэш не поверит, что они упали в обморок без того, чтобы Даск что-то им сделал. — А! Так это были те трое, — беспечно произнесла Рэйнбоу Дэш. — Они вечно поднимают шум из-за всего. Мышцы Даска, которые были напряжены, пока Рэйнбоу Дэш смотрела на упавших в обморок кобыл, медленно расслабились, когда Даск понял, что, по-видимому, у тех кобыл с цветочными кьютимарками действительно была привычка падать в обморок. — Эй, — снова заговорила Рэйнбоу Дэш с любопытным видом, привлекая внимание Даска. — Так принцесса любит разыгрывать? — Э-э… да… но только иногда, — с сомнением произнёс Даск, не желая, чтобы Рэйнбоу Дэш подумала, что принцесса помешана на розыгрышах, и также опуская тот факт, что чаще всего она разыгрывала Даска в качестве наказания. Рэйнбоу Дэш несколько секунд задумчиво смотрела в пустоту, и на её губах появилась зловещая улыбка. Теперь Даск был уверен: эта кобыла сумасшедшая, но что более важно, он был уверен, что никогда не сможет подружиться с такой кобылой, как Рэйнбоу Дэш.