Даск Шайн в поисках счастья \ Dusk Shine in pursuit of Happiness

Глава 15 — Вечная ночь Солнце полностью скрылось, уступая место ожидаемой ночи празднества, и в то же время, небольшая группа из пяти кобыл и одного жеребца закончила свой путь по тропинке к библиотеке. Путь от Сахарного Уголка до Золотого Дуба был не очень долгим, так что после быстрой прогулки, сопровождаемой беспокойными взглядами пяти кобыл и растерянным видом Даска, шестеро пони наконец добрались до места назначения. Как только Даск приблизился к двери библиотеки, путь ему преградили пять кобыл, которые, к его удивлению, быстро встали между ним и дверью. — Не так быстро, — остановила его Эпплджек с решительным видом. — В чём дело? — растерянно спросил Даск. — Ну… — нервно ответила Эпплджек, глядя на подруг в поисках поддержки. — О, смотри! Луна! Луна уже появилась! — восторженно воскликнула Пинки Пай, указывая копытом за спину Даска. Даск обернулся и увидел луну, которая, на его взгляд, была больше и ярче, чем когда-либо прежде, но в остальном в ней не было ничего особенного, так что он не понял, отчего Пинки Пай пришла в такой восторг. — Да, это луна, и… — начал Даск, поворачиваясь обратно, чтобы ответить Пинки Пай, но осёкся, увидев, что ни её, ни четырёх других кобыл рядом уже нет. Даск огляделся, слегка удивлённый внезапным исчезновением кобыл, которое он не заметил. Наконец он вздохнул, думая о том, какое облегчение испытывает, что его больше не окружают эти пять кобыл, которые по какой-то причине вечно втягивали его в неприятности, но в то же время чувствуя, как его сердце немного сжалось при виде того, что они так внезапно ушли. Затем Даск подошёл к двери библиотеки, открыл её и вошёл в тёмное помещение. — С ВЕЧЕРИНКОЙ В ТВОЮ ЧЕСТЬ! — внезапно закричала толпа пони, находившаяся внутри библиотеки, и прежде чем Даск зажёг свой рог, они осветили зал и выскочили с радостными криками, бросая конфетти. Даск слегка подпрыгнул от неожиданности, потрясённый и напуганный настолько, что рефлекторно чуть не телепортировался прочь. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы успокоиться, но напряжение не отпускало, он смотрел по сторонам, видя лица множества незнакомых или невиданных ранее пони, всепони улыбались, глядя на него и приближаясь к нему. Даск не понимал, кто они и что они здесь делают. Тревога от того, что его окружает толпа незнакомых пони, а сам он находится в центре внимания, вызывала у него крайнюю нервозность и не позволяла выйти из состояния боевой готовности. — Спокойно, дайте ему немного пространства, — произнёс знакомый голос снизу, к облегчению Даска, голос его брата Спайка. — Иначе он может взорвать библиотеку, ха-ха, — закончил Спайк, посмеиваясь и подходя к брату. — Ч-что всё это значит? — спросил Даск, выходя из шока. — Ну, это твоя вечеринка в честь приезда, разве ты не слышал? — сказала Рэйнбоу Дэш, которая тоже подошла вместе с четырьмя подругами. Как только Даск увидел, что пять кобыл рядом с ним, его мышцы наконец перестали быть напряжёнными. Когда он увидел в этом море незнакомых пони лица тех кобыл, с которыми уже был знаком, его сердце успокоилось, но это длилось недолго, потому что разум тут же напомнил ему, что он всё ещё окружён другими незнакомыми пони, так что его мысли снова закружились, быстро работая, пытаясь всё осмыслить, прежде чем потерять контроль над ситуацией и сбежать от мучившей его социофобии. — Н-но я думал, что предвечеринка в пекарне была в честь моего приезда? — нервно спросил Даск, глядя на Пинки Пай. — Конечно нет, я же сказала, что это были проводы моей «больной меня», — ответила Пинки Пай, улыбаясь. — Вечеринки в честь приезда гораздо важнее и гораздо масштабнее! Даск огляделся. Комната была полностью украшена, к книжным полкам были прилеплены серпантин и воздушные шары, шары также висели под потолком, плюс несколько столов с разными пирогами, бутербродами и газировкой — одним словом, в библиотеке царил хаос! Нечто, что, конечно же, привело бы Даска в ужас, однако его разум был сосредоточен на пони, десятках пони, окружавших и разглядывавших его. — Кто они? — нервно спросил Даск, указывая взглядом на других пони. — А? — растерянно переспросила Пинки Пай, оглянувшись на других пони, а затем снова посмотрев на Даска. — О! Это большинство пони из деревни, я же говорила, что устрою вечеринку в честь кануна праздника здесь, вот и решила пригласить их всех чуть пораньше, чтобы воспользоваться случаем и заодно отпраздновать твой приезд, так ты сможешь завести кучу друзей! Тут все пони, услышавшие слова Пинки Пай, заулыбались и начали подходить ближе к Даску. — НЕТ! — внезапно закричал Даск, зажмурившись и крича от страха. Это заставило всех испугаться и растерянно посмотреть на Даска. Даск тут же открыл глаза и понял, что напугал всех своим криком. — Я… Извините… — извинился Даск, глядя на всех, особенно на пять кобыл, которые смотрели на него с обеспокоенным видом. — Это… просто я очень устал… вчера я не спал всю ночь, думаю, я измотан. Извините, но я пойду немного отдохну. Затем Даск избежал взглядов всех присутствующих, быстро прошёл к лестнице библиотеки и поднялся в свою комнату. Пони в зале, всё ещё удивлённые криком Даска, начали перешёптываться, сбитые с толку странным поведением фиолетового единорога. — Спайк… это правда, что сказал Даск? Он просто устал? — спросила Эпплджек, обеспокоенно глядя на дракона. — Да… это правда, он вчера не спал, так что, возможно, он устал, — грустно ответил Спайк, глядя вверх на лестницу. — Но я не думаю, что в этом проблема… Тем временем Даск быстро поднялся в свою комнату и ещё быстрее закрыл за собой дверь, затем прислонился к ней и тяжело вздохнул. Ему было так стыдно, что он так закричал у всех на глазах, это было не то, чего он хотел, это был чисто инстинктивный порыв! Как только Пинки Пай сказала, что пони здесь, чтобы познакомиться с ним и стать его друзьями, в то время как все смотрели на него и приближались, Даск мог только закричать от страха. «Пинки ошибается, друзей не так легко завести, я… я приехал не за друзьями, я… мне не нужны друзья…» — сказал себе Даск, снова вспоминая своё прошлое и с грустью думая о неудавшейся дружбе с одним пони из его прошлого. Затем Даск приложил копыто к голове и почувствовал свой пот, он всё ещё нервничал, эта социофобия всегда возникала, когда его окружали незнакомые пони, а он был в центре внимания, пони, которые могли плохо о нём говорить, пони, которые могли насмехаться над ним, пони, которые могли его предать, пони, которые не были его друзьями… Даска пробрала дрожь, едва он вспомнил, что был окружён всеми этими пони, однако как только он это сделал, он заметил одну деталь. «Я… Почему я не чувствовал того же, когда меня окружали девушки?» — удивился Даск, размышляя вслух. — «На самом деле… я почувствовал утешение, когда увидел их…» Даск должен был признать, что по какой-то причине эти кобылы заставляли его чувствовать себя хорошо. Он прошёл с ними через несколько ситуаций, и хотя поначалу он с подозрением относился к общению с каждой из них, теперь он понимал, что если бы его не заставили общаться с ними, он бы не узнал, какие они хорошие пони и какие у них замечательные достоинства. Всё это послужило для Даска контрастом, чтобы понять, что, возможно, знакомство с новыми пони — не конец света, на самом деле, вполне вероятно, что во всей той группе пони, что были в зале, нашлись бы ещё пони с добрыми намерениями и хорошим характером, как и те пять кобыл, с которыми он уже был знаком. «Это правда…» — произнёс вслух Даск, обдумав всё это и вспомнив ещё одну важную деталь. — «Я ведь так и не спросил, хотят ли они быть моими друзьями…» Как только Даск произнёс эти слова, плохое воспоминание, преследовавшее его всякий раз, когда он упоминал слово «друзья», начало всплывать снова: тень кобылки, которая смотрела на него с ненавистью, однако на этот раз Даск тряхнул головой, чтобы воспоминание не вернулось. «Нет! Я должен это сделать, это то, о чём просила меня принцесса, и я… я тоже этого хочу!» — сказал себе Даск почти криком, впервые за долгое время сумев полностью прогнать это плохое воспоминание. Изгнав это воспоминание, Даск глубоко вздохнул и медленно начал улыбаться, пока его сердце наполнялось радостью от осознания, которое он только что сделал. «Это правда, я хочу быть их другом!» — сказал Даск, поднимая голову и весело улыбаясь. Даск стоял, улыбаясь, какое-то время, пока не осознал, что ему нужно сделать, затем он дотронулся до дверной ручки и приготовился открыть дверь, чтобы спуститься в зал и снова встретиться с пятью кобылами, но как только он это сделал, он покраснел от смущения, поняв, что все они, должно быть, в полном недоумении после того, как увидели, как он закричал подобным образом, поэтому Даск отпустил ручку и лишь вздохнул. «Было бы очень стыдно спуститься сразу после такого представления, думаю, я немного подожду», — сказал себе Даск со смущённой улыбкой, поворачиваясь, чтобы пройти по комнате. Молодой единорог принялся осматривать комнату, поскольку, в отличие от Спайка, он её ещё не видел. В комнате были кровать и письменный стол, но больше всего внимания Даска привлекло то, что даже здесь, как и во всём центральном зале, было множество полок для книг, которые уже были там расставлены, похоже, Спайк успел расставить все книги ещё до того, как Пинки Пай пришла украшать библиотеку для вечеринки. Даск подошёл к полкам и пробежался взглядом по названиям книг, в конце концов, если уж ему предстояло ждать в этой комнате, не было лучшего способа скоротать время, чем чтение, и, возможно, на этих полках Спайк оставил книгу, которую забрал у него тем утром. Но сколько Даск ни искал, он не мог найти нужную книгу. Более того, казалось, будто Спайк предвидел действия Даска, и все книги в комнате относились к детскому разделу: книги по основам заклинаний для единорогов, книги для обучения чтению и письму или сказки для жеребят, так что Даск наконец сдался и просто пошёл к кровати, чтобы немного посидеть. Как только он это сделал, он не мог не почувствовать, насколько мягкая и удобная кровать, поэтому он откинул голову назад и уронил её на подушку. — Как странно… — неудобно произнёс Даск, когда положил голову и почувствовал, что в отличие от матраса, подушка была очень неудобной и твёрдой. Тогда Даск приподнялся и поднял подушку. Единорог не мог не удивиться, увидев, что под подушкой лежала та самая книга, которую он только что искал. — Хех, умный дракон, — усмехнулся Даск, поняв, что Спайк хорошо спрятал книгу, но на беду дракона, Даск смог найти её благодаря везению. Затем Даск снова лёг, зажёг свой рог и с книгой в копытах начал читать её, а именно раздел, в котором говорилось об элементах гармонии. Даск перечитывал несколько страниц, говоривших об этих магических элементах, снова и снова, как и тем утром, веря, что сможет найти какой-то скрытый смысл за их строками, однако это был лабиринт без выхода, книга упоминала лишь шесть магических объектов и понибудь или нечто, называемое Найтмэр Мун, но ничего больше. Даска раздражало, что об этом так мало информации, поэтому, хотя он несколько раз порывался продолжить чтение книги о других магических объектах, он всегда возвращался к разделу об «элементах гармонии». — Найтмэр Мун… я знаю, что уже слышал это имя раньше… — произнёс Даск, размышляя вслух, и его глаза медленно закрылись, чего он сам не заметил. В конце концов, все факторы сложились воедино: недостаток сна, усталость от суматошного дня, в котором он метался из стороны в сторону, и удобная кровать; всё это вызвало у Даска сонливость, и молодой единорог уснул, всё ещё держа книгу в копытах и бормоча: «Найтмэр Мун…» И так Даск Шайн заснул, не зная, что принесёт ему будущее этой ночи, в то время как его разум бессознательно нашёл ответ на мучивший его вопрос, в его прошлом, в далёком воспоминании детства… «Воспоминание Даска Шайна». Маленький Даск Шайн радостно бегал по коридорам замка, совсем недавно его отобрали и рекомендовали для поступления в самую престижную школу магии в Кантерлоте, он даже был лично выбран самой принцессой Селестией для получения нескольких частных уроков с ней, поэтому не было в мире жеребёнка счастливее Даска в то время, и к тому же, как любой маленький пони, он был полон энергии, и, зная, что у него есть почти неограниченное разрешение ходить по коридорам королевского замка, он бежал по ним, улыбаясь, восхищаясь огромными коридорами и величественными залами, что особенно удивляло его, поскольку, в отличие от многих пони, посещавших замок, Даск происходил из скромной семьи, с достойной военной родословной, но никогда особо не выделявшейся по сравнению с дворянскими семьями Кантерлота. Так что Даск продолжал бежать со всех своих маленьких ног, изумляясь каждой новой увиденной вещи, иногда останавливаясь то у одного, то у другого витража, но быстро возобновляя свой путь, в конце концов, у него была миссия, которую нужно было выполнить, он должен был встретиться с принцессой Селестией и не мог опоздать на эти важные встречи со своей любимой наставницей. Наконец, Даск миновал последнюю дверь и прибыл в частный внутренний двор замка, большой и прекрасный сад позади замка, который и был местом, выбранным принцессой для их встречи. Место, выбранное высшей правительницей Эквестрии не случайно, ибо она хотела, чтобы этот весёлый и нежный жеребёнок видел в ней фигуру, к которой можно приблизиться, а не недосягаемую и неприкосновенную фигуру, какой её в действительности видело большинство пони. Когда Даск прибыл, он улыбнулся высокой белой фигуре принцессы, стоявшей к нему спиной. Затем принцесса повернулась, заметив его присутствие, и улыбнулась ему. — Здравствуй, маленький Даск, ты рано, — произнёс изящный и торжественный голос принцессы Селестии. — Да, гм… ваше величество, — церемонно произнёс Даск, отвешивая такой глубокий поклон, что чуть не упал на голову. Принцесса Селестия не могла не улыбнуться при виде этого нежного маленького жеребёнка. — Маленький Даск, тебе не нужно так низко кланяться, на самом деле, я бы предпочла, чтобы ты не преклонялся передо мной, — ласково сказала принцесса, приближаясь к жеребёнку. — Но моя мамочка говорит, что джентльпони всегда должен вежливо приветствовать леди, а с вами я должен быть особенно учтивым, — ответил Даск, слегка сбитый с толку. Селестия на мгновение задумалась, не настоять ли, но было бы неправильно противоречить тому, чему научила Даска его мать, хотя ей и хотелось сократить эту эмоциональную дистанцию между ними. — Это правда, ты всегда должен быть джентльпони, — сказала принцесса, нежно прикасаясь копытом к мордочке Даска. — Но хотя бы перестань называть меня «ваше величество». Даск посмотрел на дружелюбное лицо принцессы и широко ей улыбнулся. — Хорошо, принцесса! — счастливо улыбнулся Даск. Принцесса улыбнулась в ответ, чувствуя огромное тепло в своём сердце, каждый раз, когда маленький жеребёнок улыбался ей, она радовалась, и хотя она знала, что как регент и защитница королевства не может проявлять фаворитизм перед своими подданными, она не могла не испытывать материнской привязанности к этому маленькому единорогу. Наконец, принцесса снова поднялась и пошла по саду, а маленький Даск последовал за ней. — И как прошёл твой день? — спросила принцесса на ходу, улыбаясь Даску. — Очень хорошо! Я многому учусь! Даже когда учитель говорит нам читать, мои одноклассники позволяют мне учиться одному, так я могу лучше сосредоточиться и выучить больше! — весело сказал Даск. Принцесса Селестия внимательно слушала слова Даска и грустно улыбнулась наивным словам единорога, бедный Даск не понимал, что одноклассники оставляли его одного, потому что он им не нравился. Правда заключалась в том, что многим знатным и богатым семьям не нравилось, когда принцесса ходатайствовала за своего «юное дарование» и отправила Даска в ту же школу магии, где учились их собственные дети, ревность, которую они разделяли со своими детьми, и поэтому они отделяли Даска от группы, это было то, что принцесса хотела бы решить, но она не хотела продолжать вмешиваться, чтобы другие семьи не подумали, что Даск пользуется слишком большими привилегиями, тем не менее она пообещала себе, что найдёт способ исправить это. — А какой урок у тебя был сегодня? — спросила принцесса. — История! Сегодня я начал читать «Хураса, историка», — взволнованно сказал Даск. — Но это древняя история, ты не должен изучать её ещё два года, — сказала принцесса, слегка озадаченно. — Сначала ты должен выучить современную историю, историю последних восьмисот лет. — Просто… я прочитал все книги по современной истории… — сказал Даск, немного смутившись, думая, что рассердил принцессу. — Всё хорошо, не волнуйся, — ласково сказала принцесса, словно прочитав мысли Даска. — Это нормально — продвигаться в учёбе, но я думаю, будет лучше, если ты будешь следовать за классом, скажи-ка, почему бы тебе не попробовать создать учебную группу со своими одноклассниками? Вот увидишь, учиться в группе гораздо интереснее, чем одному, и тогда они увидят, что ты такой же, как они. — Я… попробую, — ответил Даск не очень уверенно. Так они и продолжали идти, сворачивая то тут, то там, направляясь к центру сада. — Какая ужасная статуя! — сказал Даск, проходя мимо странной статуи. Принцесса взглянула на статую, на которую посмотрел Даск, и бросила на неё проницательный взгляд. — Ты не можешь себе представить, насколько она может быть ужасной… — прошептала принцесса, продолжая свой путь, не желая останавливаться у статуи странного дракона. — Эта статуя была в старом замке? — спросил Даск, оставляя статую позади и догоняя принцессу. Принцесса была немного удивлена этим вопросом, но затем вспомнила, что маленький единорог только что сказал, что читал книгу по древней истории. — Верно, — ответила принцесса, улыбаясь. — Так ты уже узнал, что Кантерлот не всегда был столицей Эквестрии и что я раньше жила в другом замке? — Ага! В книге говорилось, что до переноса столицы в Кантерлот вы жили в старом замке, который находился в Вечнодиком лесу, — взволнованно ответил Даск, видя, что принцесса поняла, что он это знает. — Но когда я читал, у меня возник вопрос… Почему старый замок назывался «Замок Двух Сестёр»? — наивно спросил Даск. При этом внезапном вопросе Селестия остановилась, и тень боли пробежала по её лицу, что она быстро исправила, закрыв глаза и снова улыбнувшись, чтобы Даск не увидел горя, которое она испытывала в этот момент. — Ну… это потому, что я жила в том замке со своей сестрой, принцессой Луной, — ответила принцесса с улыбкой, скрывавшей её печаль. — У вас была сестра?! — удивлённо спросил Даск. — Верно, тебя этому научат на уроках древней истории, потому что она… исчезла более тысячи лет назад, — ответила принцесса всё с той же грустной улыбкой. — Но… что случилось с принцессой Луной? — невинно спросил Даск. Принцесса Селестия замолчала на несколько секунд, прежде чем ответить. — Тысячу лет назад великое зло обрушилось на Эквестрию, угрожая оставить всё в полной темноте… Это великое зло и погубило Луну, — сказала принцесса, отводя взгляд, чтобы Даск не видел её печального лица, и снова пошла вперёд, пытаясь оставить эту тему позади. — А почему никто не упоминает принцессу Луну? — настаивал Даск, снова идя и догоняя принцессу. Принцесса Селестия поняла, что ей не уйти от детского любопытства Даска, поэтому остановилась и решила ответить на вопросы. — Никто не упоминает мою сестру из-за меня, — грустно сказала принцесса. — Я приказала стереть из записей имя того зла, что погубило мою сестру, чтобы все забыли это ужасное существо и помнили только великое наследие, оставленное Луной, поэтому есть несколько книг, в которых упоминается Луна, но очень мало книг, в которых упоминается имя этого зла. Однако одно дело — то, что говорят книги, и другое — то, что говорят и чувствуют пони, любовь легко забывается, в то время как страх может быть вечен… Несмотря на то, что написано в книгах, пони забыли, что моя сестра сделала для них, и её фигура стала лишь забытым призраком истории, но имя этого зла продолжают помнить даже в наши дни, и его продолжают бояться. Принцесса Селестия закрыла глаза и вздохнула, чтобы расслабиться, прежде чем потеряет самообладание. — Но я не помню, чтобы понибудь упоминали что-либо об этом, — сказал Даск, сбитый с толку. — Да, упоминали, ты, вероятно, читал об этом и не заметил, как и тысячи пони в наши дни, они даже устраивают праздник в его честь, хотя со временем цель и происхождение этого праздника были забыты, — ответила принцесса Селестия, уже спокойнее. — Скажи мне, Даск, ты когда-нибудь читал историю о «Кобыле на Луне»? «Конец воспоминания». Внезапно Даск проснулся, вспомнив каждую часть сна, хотя это был скорее не сон, а яркое забытое воспоминание его детства. — Не может быть, — произнёс Даск с широко раскрытыми от удивления глазами. Немедленно Даск встал с кровати и подошёл к книжной полке, стоявшей в комнате, при этом он вспомнил, что происходило в том воспоминании, но всё, что он помнил, это то, что после этого принцесса сменила тему, и они продолжили его обычные уроки магии, и Даск не придал больше значения тому разговору, до сегодняшнего дня, когда он наконец понял грустную улыбку принцессы и ту речь, которую он не мог полностью понять в детстве. Наконец Даск нашёл книгу, которую искал: «Басни и сказки для жеребят», затем перелистал книгу и добрался до нужной страницы, на которой рассказывалась история «Кобыла на Луне». Даск прочитал историю, как делал это и раньше в детстве, но на этот раз он был гораздо более сосредоточен, так как надеялся найти какую-то подсказку, которая направит его к разгадке той тайны, что нависла над его головой. Пока Даск это делал, он понял, что история была именно такой, какой он её помнил: «Давным-давно могущественная кобыла угрожала принести вечную ночь пони, наполняя их страхом в жизни и кошмарами во снах, пока из теней не появился луч надежды. Злая кобыла была изгнана на луну, и мир и гармония вернулись в Эквестрию. Однако в лунные ночи всё ещё можно увидеть фигуру кобылы, смотрящей с луны, это Кобыла на Луне! Смотрит сверху на тех пони, что плохо себя ведут, надеясь, что гармония покинет их, чтобы свершить свою месть, ожидая, когда закончится её тысячелетнее заточение! Вот почему пони должны хорошо себя вести, особенно в лунные ночи, чтобы показать злой кобыле, что мир и гармония никогда не покинут Эквестрию». Прочитав историю, Даск понял, что это всего лишь простая сказка, и любой пони воспринял бы её именно так, однако теперь, когда он прочитал об элементах гармонии и о Найтмэр Мун, и сопоставил это с историей о «Кобыле на Луне», он мог понять, что было много вещей, связывающих обе истории, и это казалось более чем простым совпадением. Он никогда не замечал этого раньше, но в истории много раз упоминалось слово «гармония», тогда как его можно было заменить более подходящим словом, казалось, что автор хотел, чтобы слово «гармония» не было забыто, кроме того, тот свет, что победил ту злую кобылу… что, если всё это — явная отсылка к элементам гармонии? И ещё одно большое совпадение — имена! Книга по истории упоминала «Найтмэр Мун», которая принесла тьму в Эквестрию, в то время как книга сказок говорила о «Кобыле на Луне», злой кобыле, которая стремилась принести вечную ночь; Кобыла на Луне… ночь. тьма. луна. ночная-тьма-луна… А что, если всё это — просто игра слов?! Что, если книга по истории говорила о «тьме» как о чём-то буквальном, относящемся к вечной ночи из сказки?! Даск посмотрел на кровать и поднял книгу по истории в воздух левитацией, а затем, рядом с ней, поднял и книгу сказок. — Может ли быть, что эта история — аллегория чего-то, что действительно произошло? — задумался Даск с обеспокоенным лицом. — И если да… Затем Даск открыл книгу по истории и просмотрел часть, в которой говорилось об элементах гармонии, а именно дату, которая была указана по древнему летоисчислению, то есть до основания Кантерлота как великой столицы Эквестрии и до нынешнего солнечного календаря, но, произведя быстрый подсчёт, он смог преобразовать дату, сделав это, Даск был просто поражён, увидев, что дата, когда элементы были использованы в последний раз, как раз для уничтожения той тьмы, что поразила Эквестрию, приходилась ровно на тысячу лет назад. — Это… это должно быть глупой шуткой, — нервно сказал Даск, снова глядя на книгу сказок и читая часть, в которой говорилось, что «кобыла на луне» надеялась, что её тысячелетнее заточение закончится, чтобы свершить свою месть над пони, которые плохо себя вели. Даск долго в страхе смотрел на обе книги, пока холодный пот стекал по его спине. — Это нелепо! Это всего лишь сказка для жеребят! — испуганно сказал Даск, закрывая обе книги и роняя их. — Это просто глупое совпадение, это не может быть правдой, пророчеств не существует! И если это правда, не может быть, чтобы только я заметил нечто столь очевидное! Даже принцесса… Затем Даск застыл на месте, совершенно замолчав, внезапно осознав нечто важное. Если кобыла на луне была всего лишь сказкой, почему принцесса упомянула её, когда он был маленьким жеребёнком? Она сказала это, потому что это каким-то образом было связано со смертью её сестры Луны, всё это произошло в старом замке, даже исчезновение принцессы Луны совпадало с датой, указанной в книге, когда в последний раз использовались элементы гармонии! Пока голова Даска всё ещё была взбудоражена всеми этими ужасающими мыслями, он приложил копыто к лицу и закрыл глаза, ему нужно было успокоиться, привести мысли в порядок и найти рациональное решение всему, что проносилось у него в голове. Затем, успокаиваясь, ему в голову пришла блестящая идея, это был не ответ, который он ожидал найти, но если он не мог найти ответа, он мог спросить того, кто его знает. — Принцесса Селестия! — резко произнёс Даск, открывая глаза. — Я делаю бурю в стакане воды! Принцесса Селестия жила тысячу лет назад, и она может сказать мне, действительно ли существует связь между Найтмэр Мун и историей о Кобыле на Луне! Затем Даск наконец поднял голову, уже спокойнее, с лёгкой улыбкой удовлетворения от осознания, что скоро он получит нужные ответы. А затем удивлённо посмотрел по сторонам. — Я что, всё это время разговаривал сам с собой? — спросил Даск, оглядываясь, обеспокоенный тем, что рядом никого не было, чтобы выслушать все его блестящие умозаключения. Внезапно дверь распахнулась настежь, и в комнату ввалился «чересчур праздничный» Спайк, с серпантином и абажуром на голове. — Где мой браааатик…??! Где, ик! мой брааа…? — глупо улыбаясь, почти крича, проговорил Спайк с очень своеобразной икотой. Даск был удивлён тем, каким шумным был его брат, и подошёл к нему. — Спайк, ты в порядке? — спросил Даск, немного обеспокоенный странным поведением брата. — Вот ты где! — радостно сказал Спайк, шатаясь, подходя к брату и обнимая его. — Ты-ты лучший брааа… Ик! Как только Спайк обнял Даска и выдохнул с икотой, единорог почувствовал специфический запах. — Что ты пил? — спросил Даск обеспокоенно, но не в силах удержаться от небольшого смеха над состоянием брата. — Просто самый вкусный фруктовый пунш, что я пробовал… Ик! — ответил Спайк с красными щеками и глупой улыбкой на мордочке. — Ну, думаю, тебе хватило «фруктового пунша» на эту ночь, — сказал Даск, беря Спайка за плечи, чтобы освободиться из объятий, и думая, что, несмотря на забавность этой ситуации, ему придётся серьёзно поговорить с Пинки Пай за то, что она дала Спайку такие горячительные напитки. — Меняя тему, девушки ещё там, внизу? — спросил Даск, вспомнив, что ему ещё нужно было поговорить с ними о чём-то важном до начала большого празднования. — Нет, они ушли недавно… — сказал Спайк, шатаясь. — Они… Ик! они убежали, как только я показал им это… Ик! Они сказали, что им нужно всё подготовить к празднованию до её прибытия, — затем Спайк показал Даску маленький свиток, который держал в когте. Даск быстро взял свиток и прочитал: «Дорогой Даск. Я направляюсь в Понивилль, прибуду незадолго до начала празднования, чтобы мы могли спокойно поговорить, и ты сможешь рассказать мне обо всех своих приключениях, а также познакомить меня со своими новыми друзьями. Искренне твоя, принцесса Селестия». Даск был ошеломлён, прочитав письмо. — Почему ты не показал мне это, как только оно пришло? И как давно оно пришло?! — обеспокоенно спросил Даск. — Пару часов назад, — сказал Спайк, глупо улыбаясь. Внезапно за окном комнаты Даска промелькнула тень, он повернулся и быстро подошёл к окну, чтобы увидеть, что это была за тень. Как только Даск приблизился к окну, он увидел, что тень была отброшена королевской каретой принцессы, которая пролетела мимо библиотеки, совершая посадку, и приземлилась на окраине у Ратуши. Затем Даск заметил кое-что ещё: снаружи было много пони, и все они направлялись к большому залу Ратуши. — Не может быть… Сколько времени?! — испуганно спросил Даск. — Ну… уже почти время празднования, поэтому я и пришёл сюда, ик! чтобы разбудить тебя, — ответил Спайк, шатаясь. Даск застыл при осознании того, что проспал всю ночь и теперь опаздывает на большое празднование, и что ещё более важно, если он не поторопится, у него не будет возможности спросить пять кобыл, с которыми он познакомился, хотят ли они быть его друзьями, прежде чем он встретится с принцессой! Тогда Даск поднял пьяного Спайка, который всё ещё удерживал абажур на голове, себе на спину и быстро побежал вниз по лестнице, чтобы отправиться в Ратушу. Пока Даск бежал по улицам Понивилля, он заметил, насколько светлыми были улицы, несмотря на ночь, затем он поднял голову и увидел огромную полную луну, освещавшую ночь, больше и ярче, чем он когда-либо помнил, и в центре этой луны была особая тень, которая обозначала предполагаемую фигуру кобылы на луне, отметина, которую можно было видеть особенно в лунные ночи, как сегодня. Затем, пока он продолжал бежать, и его разум снова начал наполняться всеми сомнениями, что одолевали его несколько минут назад, он попытался отбросить эти иррациональные мысли. — Это правда, история — всего лишь легенда, пытающаяся объяснить эту особую отметину на луне, она не может быть связана с… — начал говорить Даск, пытаясь успокоиться логическим объяснением, но не смог закончить, потому что в этот момент показалось, что фигура кобылы на луне медленно исчезла. Затем Даск остановился как вкопанный, потрясённо глядя на это событие, потом протёр глаза и снова посмотрел на луну, но, как бы он ни вглядывался, он не мог найти силуэт кобылы на луне. — Это… это нереально… — обеспокоенно произнёс Даск, пытаясь успокоиться. — Это… просто я очень устал, поэтому плохо её вижу… Спайк, ты видишь её? Силуэт кобылы на луне? Однако единственным ответом дракона была глупая улыбка и лёгкая икота. Даск снова начал гипервентилировать, но затем закрыл глаза, вздохнул и тяжело выдохнул. — Принцесса всё решит, она скажет мне, что всё это — глупое совпадение, она скажет мне, что это была лишь плохая шутка моего воображения, — сказал себе Даск, чтобы успокоиться, и продолжил бежать к Ратуше, имея в качестве нового приоритета разрешить свои сомнения по этому вопросу с принцессой. Главный зал ратуши был заполнен пони, всепони болтали, ели и смеялись вместе, ожидая долгожданного восхода солнца. Сам зал был красивее, чем помнил Даск, последние штрихи Рэрити действительно придали элегантности этому залу, кроме того, он мог видеть столы с банкетом, полные десертов на основе яблок, приготовленных семьёй Эппл. Была атмосфера и были пони, не хватало только главной героини праздника, солнца, которое вскоре должно было быть поднято магией аликорна принцессы Селестии. Как только Даск и Спайк пересекли дверь большого зала, молодой единорог оглядел большую группу пони в помещении, он мог видеть пегасов погодного патруля, семью Эпплджек (что на секунду его обеспокоило), пони из цветочного магазина, Дерпи, Балка Бицепса, мистера и миссис Кейк, даже маленьких Скуталу и Свити Белль, все они были здесь, плюс множество других пони, однако его блуждающий взгляд остановился, когда он увидел, что возле стола с закусками стояли те пять кобыл, с которыми он надеялся встретиться, весело болтая между собой. Даск улыбнулся и сделал пару шагов в их сторону, но как только он это сделал, его боковое зрение заставило его внимание сосредоточиться на чём-то другом, в другом углу комнаты стояли два королевских стражника, охраняя коридор, соединявшийся с большим залом, оба твёрдо стояли в своих золотых доспехах, как и всегда; и если они были здесь, это могло означать только одно — за ними укрылась принцесса Селестия. — Спайк, ты можешь присоединиться к остальным, я подойду через секунду, но перед этим мне нужно решить один важный вопрос, — сказал Даск, глядя на свою спину, где Спайк был почти на грани засыпания. — Конечно… Ик! Без проблем… — сказал Спайк, с большим трудом слезая со спины Даска, так как отсутствие равновесия мешало ему стоять прямо. Как только Спайк слез со спины брата, Даск начал идти к стражникам, в то время как Спайк отряхнул серпантины, которые всё ещё свисали с него, элегантно поправил свою «ламповую шляпу» и пошёл, шатаясь, с глупой улыбкой, по направлению к столу с закусками, что представляло собой весьма забавное зрелище, словно маленькая лампа терялась в море пони. Пока маленький дракон направлялся к столу с закусками, пять кобыл с некоторым удивлением смотрели, как их чешуйчатый друг, спотыкаясь, приближается к ним с глупым выражением мордочки и красными щеками. — Я знаю, ты просила принести пару бутылок сидра «с особой перчинкой» на вечеринку, но я не думала, что ты добавишь их во фруктовый пунш! — прошептала Эпплджек Пинки Пай, обеспокоенная состоянием опьянения маленького дракона. — Ты только посмотри на маленького Спайка! — Я надеялась, что напьётся Даск, — улыбнулась Пинки Пай, виновато высунув язык. — Привет всемпони! — закричал Спайк, подойдя к пяти кобылам, оглядывая каждую, но задерживаясь на Рэрити. — И приветствие тебе, моя дорогая, — закончил Спайк, глядя на Рэрити кокетливым взглядом, элегантно поправляя свою «шляпу» и даря ей галантную улыбку, чувствуя себя самым привлекательным существом в Эквестрии. Хотя, конечно, другие видели не это, единственное, что видели кобылы — это Спайка, бросающего на Рэрити странные взгляды, качающегося из стороны в сторону в попытке удержать равновесие, безуспешно поправляющего дурацкий абажур на голове и улыбающегося как идиот, что делало бедного дракона ещё более нелепым. — О! Ещё фруктового пунша! — добавил Спайк, заметив, что на столе с закусками стоит чаша с пуншем. — Придержи коней, казанова, думаю, фруктового пунша тебе на сегодня хватит, — сказала Рэйнбоу Дэш, забирая чашу с пуншем подальше от когтей Спайка, и, хотя в этом пунше не было «особого сидра» от Эпплджек, лучше было перестраховаться. — Кстати, Спайк, — добавила Флаттершай, вспомнив кое-что, что забыла сказать Даску днём, и теперь, когда она отвела своих птиц домой, она принесла это с собой. — Думаю, это твоё, ты забыл это у меня дома, когда в последний раз оставался ночевать. Затем Флаттершай протянула маленькую жёлтую книгу Спайку. — Что…? — произнёс Спайк, беря книгу и читая обложку. — ХАХАХА! Я и забыл, но нет, это, ик! Эта книга Даска, не моя, — закончил Спайк, возвращая книгу жёлтой кобылке-пегасу. — «Как заводить друзей для чайников»? — прочитала название книги Рэрити, взяв её раньше, чем это сделала Флаттершай. — ХАХАХА! Да, ик! Это забавная история… — сказал Спайк, глупо улыбаясь, не понимая, что он на самом деле собирался рассказать. Тем временем Даск уже добрался до королевских стражников и остановился перед ними. — Прошу прощения, могу ли я войти? — вежливо спросил Даск, глядя на одного из стражников, тщетно пытаясь узнать его, так как для него все королевские стражники были на одно лицо. — Прошу прощения, никто не может войти, — сказал один из стражников, и оба пегаса расправили крылья, преграждая Даску путь. — О, ну же! Я Даск, Даск Шайн! Ученик принцессы Селестии! Вы, должно быть, видели меня в замке не раз, — сказал Даск с некоторым раздражением, так как даже в самом замке стражники всегда так с ним поступали. — Даск? — произнёс голос из-за спин стражников, безошибочный голос принцессы Селестии. Затем принцесса появилась из-за стражников и улыбнулась, и оба стража опустили крылья, позволяя жеребцу пройти, который прошёл вперёд и приблизился к принцессе. Принцесса была очень рада снова видеть Даска, чувствуя себя как любая мать, чьё сердце сжалось от разлуки с любимым сыном, она приблизилась к Даску с желанием обнять его, но с этим пришлось подождать, так как она должна была соблюдать приличия, находясь перед другими пони. — Рада снова видеть тебя, Даск, — сказала принцесса, улыбаясь. — Для меня тоже удовольствие снова видеть вас, принцесса, — церемонно ответил Даск, но в глубине души он чувствовал то же, что и принцесса, и просто хотел обнять её, как делал это, когда был маленьким жеребёнком. Затем принцесса приблизилась к уху Даска и прошептала: — Я давно не разыгрывала тебя, ты не представляешь, как мне не терпится снова заполучить мою любимую игрушку, — принцесса мрачно улыбнулась со своим обычным покер-фейсом, и по спине Даска пробежал холодок, как только он услышал эти слова. Конечно, принцесса не была серьёзной, но она любила веселиться с Даском и скучала по милому испуганному личику её маленького жеребёнка. — Принцесса? — произнёс третий голос, прерывая этот момент. Затем из того же коридора, откуда появилась принцесса, вышла мэр Понивилля. — О! Прошу прощения, госпожа мэр, — сказала принцесса, глядя на мэра, а затем снова обращаясь к Даску. — Мне нужно обсудить с госпожой мэром кое-какие дела, затем мы встретимся перед восходом солнца. — Вы выйдете в зал перед восходом солнца? — с любопытством спросил Даск. — Конечно, я хочу, чтобы ты рассказал мне всё, что с тобой приключилось за эти дни, и, конечно же, я хочу, чтобы ты познакомил меня со своими новыми друзьями, прежде чем я подниму солнце, — принцесса улыбнулась, прежде чем повернуться и снова встретиться с мэром Мэйр. Как только Даск остался один, он понял, насколько бесполезным это всё было, он встретился с принцессой, но у него не было возможности задать ей ни одного из вопросов, которые он хотел задать о «Найтмэр Мун», и хуже того, всего через несколько мгновений она придёт проверить, удалось ли Даску выполнить задание, которое она ему поручила: завести друзей. Немедленно Даск повернулся и вернулся в главный зал, теперь у него был другой приоритет — предупредить пять кобыл, которых он знал и которые, как он надеялся, примут его предложение дружбы, что через несколько минут принцесса выйдет и заговорит с ними! Даск огляделся, пока не нашёл пять ярких грив тех кобыл, которых искал, и направился туда. — Привет, девочки, извините за опоздание и… за то, что уснул на собственной приветственной вечеринке, — сказал Даск с лёгкой извиняющейся улыбкой, подойдя к кобылам. — Послушайте, есть кое-что очень важное, о чём я должен вас спросить, я действительно не был уверен, должен ли я это сделать, но… — продолжил Даск, неуверенно почёсывая голову, слегка стесняясь и смущаясь от того, что через несколько секунд спросит их, хотят ли они быть его друзьями. Однако он остановился, увидев, что ни одна из них не смотрит ему в глаза. Даск тут же понял, что атмосфера была напряжённой, пять кобыл выглядели серьёзными, раздражёнными, даже обеспокоенными, включая Спайка, который, как Даск мог определить по его румяным щекам, был ещё слегка пьян от пунша, но почему-то выглядел нервным, искоса поглядывая на Даска. — Что-то случилось? — наконец спросил Даск в замешательстве. — Спайк… нам всё рассказал, — робко произнесла Флаттершай с печалью в голосе. — Настоящую причину, по которой ты в Понивилле. Даск удивлённо посмотрел на Флаттершай, затем на Спайка, который отвёл взгляд в смущении. — Кто мы для тебя, Даск? Просто какие-то эксперименты? — с досадой спросила Рэйнбоу Дэш, бросая к копытам Даска книгу: «КАК ЗАВОДИТЬ ДРУЗЕЙ, для чайников». — Так вот зачем ты подошёл к нам? Чтобы проверить, сработает ли одна из тех дурацких книг, что ты читаешь?! Даск уставился на книгу и нервно сглотнул, его дыхание сбилось, и плохие воспоминания о прошлом медленно всплыли в его сознании. — Нет… вы не понимаете, это… это просто недоразумение, — нервно ответил Даск. — Ты сближался с нами только потому, что это было обязанностью? — раздражённо спросила Эпплджек, показывая один из свитков, выпавших из книги, когда они её проверяли, в котором был указан королевский декрет. — Здесь сказано, что ты обязан найти друзей, иначе тебя исключат из Кантерлота, так ты делал это только для того, чтобы вернуться в свой замок? Во рту у Даска пересохло, он хотел ответить, отрицать всё и объяснить правду! Но не мог, его разум не давал ему ясно мыслить, единственное, о чём он мог думать, — это о том, что он сделал что-то не так, и теперь они возненавидят его, как это случилось с его давней подругой детства, воспоминание, которое только заставляло его всё больше и больше терзаться с каждой секундой. — До… прежде чем… Я… — начал лепетать Даск, совершенно нервный, пока не смог сформулировать несколько мыслей. — Это было раньше… до того, как я узнал вас, до того, как я узнал, какие вы на самом деле, или насколько вы преданы своей работе, или… — «Притворись, что тебе интересен этот пони и его занятия. Сделай вид, что тебе нравится его общество. Убеди его, что ты его друг. Покажи его Селестии. Откажись от ложной дружбы. Обратно в Кантерлот», — послышался голос Пинки Пай, когда она начала читать другой свиток, выпавший из книги, тот, на котором Даск написал, что намеревался сделать, когда едва прибыл в Понивилль. — Это то, что ты сделал с нами? Ты просто притворялся? И теперь… ты просто собирался отказаться от нас? — закончила говорить Пинки Пай с печальным взглядом в глазах. —… Нет… Я… — произнёс шёпотом Даск с выражением ужаса на мордочке, его разум помутился, и единственное, что он мог видеть, — это силуэт его старой подруги, пони, которая оставила его, когда он больше всего в ней нуждался, и всё потому, что он сделал что-то плохое по отношению к ней, что-то, чего она ему так и не простила, ощущение, которое Даск испытывал снова в этот момент и которое переполняло его, он знал, что эта ситуация повторяется снова, теперь пять кобыл возненавидят его и бросят, оставив его одного. — Даск… Пожалуйста, скажи что-нибудь! Скажи нам правду, или это так, что ты просто использовал нас? — обеспокоенно спросила Рэрити с затуманенными глазами. — Мы значим для тебя хоть что-то? …хоть немного? Пять кобыл печально смотрели на Даска в ожидании ответа, но хотя Даск смотрел на них, его разум был потерян, снова переживая тот роковой момент, который случился несколько лет назад и который заставил его изолироваться и дать себе обещание, что он больше никогда не заведёт друга. Однако кобылы не могли знать, что творилось в измученном разуме Даска, поэтому они восприняли его молчание как согласие с тем, что всё, о чём они спросили и что сказали, было правдой, так что кобылы грустно переглянулись, повернулись и оставили Даска одного, с огромной печалью в сердце. Когда кобылы ушли, взгляд Даска ожил, и он увидел, как кобылы, которых он начал ценить и которым, как он начал чувствовать, хотел бы стать другом, оставили его одного. Его сердце сжалось от сильной боли, настолько, что Даск опустил голову, пытаясь противостоять эмоциональной боли, которую он чувствовал от этой ситуации, вдобавок ко всем плохим воспоминаниям, витавшим в его голове. — Даск, я… я не хотел, чтобы так вышло… Я всё исправлю, я поговорю с ними и всё объясню! — обеспокоенно сказал Спайк, который, видя всю эту ситуацию, наконец-то проснулся от страха и беспокойства за брата и увидел реальность. — Уходи… — произнёс Даск с опущенной головой, и печаль и боль в его сердце начали уступать место гневу. — Это ты всё испортил! Я не хочу тебя больше видеть! УХОДИ! — закричал Даск, яростно указывая копытом на дверь. Маленький дракон испугался, он никогда не видел Даска таким злым, к тому же он и так уже чувствовал свою вину за то, что рассказал девушкам о причине, по которой Даск здесь оказался, он просто опустил голову, из его глаз покатились слезинки, и он побежал к входной двери зала. Как только Даск увидел, как его младший брат плачет и убегает, новое ужасное чувство прибавилось к буре эмоций, которую Даск испытывал в ту минуту, — вина. Даск с силой ударил копытом по полу, крепко зажмуриваясь, безуспешно пытаясь не чувствовать все эти эмоции. Его грудь болела при дыхании, он чувствовал, что его голова вот-вот взорвётся из-за того, как сильно он зажмурил глаза, как бы сильно он ни старался, он не мог выбросить из головы печальные взгляды пяти кобыл или огромную боль, которую он чувствовал, когда его старая подруга оставила его, ту же самую боль, которую он чувствовал в этот самый момент и которая была причиной того, что Даск пообещал себе больше не заводить друзей, он сказал себе, что никогда больше не захочет испытать такую боль снова, и всё же вот он, снова чувствует её, просто за попытку снова иметь друзей. Даск был так погружён в свои мысли, что не услышал, как подавляющее большинство пони издало звуки удивления и волнения, когда принцесса Селестия прошла через большой зал, направляясь к своему верному ученику. — Я наконец нашла тебя, дорогой Даск, скажи мне, ты представишь меня своим новым друзьям? — сказала принцесса, торжественно улыбаясь, как и всегда, не зная, что сыпет соль на рану. Как только Даск услышал голос принцессы позади себя, впервые с тех пор, как он её знал, он не повернулся поприветствовать её, он просто остался стоять, как стоял, продолжая стоять к ней спиной с закрытыми глазами, опустив голову. — У меня нет друзей… — произнёс Даск, крепко стиснув зубы. — Что? — обеспокоенно спросила принцесса, удивлённая ответом и поведением Даска, хотя она и не могла видеть его лица. — Я сказал, у меня нет друзей, я не завёл друзей в этой поездке, я… мне не нужны друзья, — с горечью ответил Даск. — Даск, я думала, ты завёл друзей, я надеялась, что, если я скажу тебе завести друзей, и ты сочтёшь это заданием, ты его выполнишь и познаешь важность дружбы, — обеспокоенно произнесла принцесса. — Ну, не завёл, так что же теперь, вы не позволите мне вернуться в Кантерлот? Я не смогу продолжить учёбу? — спросил Даск, тщетно пытаясь подавить свой гнев и печаль. — Неужели вам недостаточно того, что вы заставили меня разбередить старую рану и снова испытать ту же боль? Теперь вы ещё и отнимете то, чего я больше всего желаю?! — Даск, почему ты расстроен? — проницательно спросила принцесса, сразу же поняв, что что-то не так и что её бедному ученику нужно выговориться. — Потому что у меня нет друзей! Я совсем один! — закричал Даск, поворачиваясь к принцессе, и в его глазах стояли слёзы. — Я пытался сделать так, как вы просили, и завести друзей, но не смог! Я предал их! Сначала я не хотел никого заводить, но потом я встретил пять замечательных пони, они помогли мне понять, что я могу быть их другом, я на самом деле тоже хотел быть их другом! Но правда в том, что я не смог! Я просто недоверчивый дурак, который не умеет выражать свои чувства и не может сказать другим, насколько они важны для него! — закончил кричать Даск, проливая несколько слёз, однако, как только он выпустил своё горе и разочарование, единственное, что осталось, чтобы дать выход, — это его гнев. — Это вы меня заставили! — закричал Даск, глядя на принцессу, которая спокойно слушала с покер-фейсом всю речь своего ученика, зная, что ему нужно выплеснуть все эти негативные эмоции. — Вы забрали меня из моей комнаты, от моих книг, от моей учёбы! Вы отняли у меня всё! Вы заставили меня приехать в этот город только для того, чтобы увидеть мои страдания и посмеяться надо мной, как вы всегда делаете! Вы заставили меня чувствовать эту непрекращающуюся боль, что я чувствую в груди! Всепони думают, что вы добрая и благодетельная, но это неправда! Вы коварная и манипулятивная, и я не знаю, как я не видел этого раньше! Я… Я НЕНАВИЖУ ВАС!!! — закончил Даск громким криком, от которого в зале воцарилась полная тишина. Все пони в зале слышали крики Даска, они с ужасом смотрели, как этот молодой жеребец бросил вызов величественной принцессе. Они лишь в ужасе прикрывали рты, все застыли, не зная, как реагировать, даже королевские стражники, стоявшие за спиной Селестии, не знали, что делать, они никогда в жизни не видели, чтобы на принцессу так кричали. Между тем, принцесса внимательно и терпеливо выслушала всю речь Даска, её мудрость, накопленная сотнями лет опыта, подсказала ей, что лучше всего спокойно выслушать Даска, подождать, пока он выговорится, и затем поговорить с ним на свежую голову. И так принцесса слушала, невозмутимо, весь монолог Даска, пока он не издал тот великий крик ненависти против неё, этот крик правды удивил её, её критиковали много раз, и она много раз слышала, как на неё кричат, и даже сражалась в великих битвах с жестокими врагами, в которых получала несколько военных ран, однако, услышать эти слова от своего любимого ученика, они действительно причинили боль сильнее любой раны. Каждый раз, когда она видела Даска, независимо от того, насколько Даск вырос, она всё ещё видела того нежного маленького жеребёнка, который улыбался каждый раз, когда она учила его чему-то новому, но теперь этот самый образ был разрушен, и теперь она могла видеть только Даска, смотрящего на неё с глубокой ненавистью в сердце, и это заставило принцессу впервые за эту ночь не сдержать маску покер-фейса, и она печально прищурилась, её глаза заблестели от слёз, готовых вот-вот пролиться. — Даск… — начала говорить принцесса, поднимая копыто, чтобы погладить Даска. — Бва-ха-ха! Что случилось? Неужели великая принцесса солнца потеряла самообладание? — засмеялся тёмный голос, наполняя зал. Этот голос не слышали в Эквестрии целую тысячу лет, поэтому никто из пони не знал, кому он принадлежит, нипони, кроме одного-единственного пони, который жил более тысячи лет и который как раз сражался с обладательницей этого голоса тысячу лет назад. Мгновенно принцесса Селестия обернулась с испуганным лицом, уставившись на балкон, откуда доносился голос. На балконе сформировалась огромная тень, как раз там, где стояла мэр Понивилля, которая застыла от ужаса, наблюдая, как тень начинает обретать форму, пока не возник образ огромной тёмной кобылы, с чёрной шерстью, как ночь, огромным рогом единорога и большими заострёнными крыльями, её хвост и грива были сине-фиолетовые, бесформенные, просто плывущие вокруг неё, словно облака, на ней были небесно-голубые доспехи и на боку была кьютимарка полумесяца, однако самым ужасающим были её глаза, огромные и острые глаза цвета калипсо, которые смотрели с ненавистью по всему залу. Как только огромная тень оформилась в тёмную кобылу, она схватила мэра за шею и уставилась на неё со злобной улыбкой. — Стража! — быстро крикнула принцесса Селестия, заставив двух пегасов королевской стражи немедленно прыгнуть к незнакомой кобыле, но как только они полетели к тёмной кобыле, они прошли сквозь неё, как будто она была лишь огромной тенью. — Ха-ха-ха! Ты думаешь, твоя стража может остановить меня? — смеясь, сказала тёмная кобыла, глядя на Селестию. — Это будет сложно… — Потому что я на самом деле здесь, — произнёс голос тёмной кобылы позади Селестии, и фигура на балконе исчезла. Как только принцесса обернулась, она с ужасом увидела, что тёмная кобыла стоит перед ней, но угрожает другому пони, на этот раз она крепко сжимала шею Даска, глядя на принцессу зловещей улыбкой. — Здравствуй, Селестия, давно не виделись, — произнесла тёмная кобыла, не отпуская Даска. — Иди, присоединяйся к нашему веселью, — сказала кобыла, сжимая хватку на шее Даска. — Не причиняй ему вреда! — в отчаянии проговорила принцесса. — Ха-ха-ха! В чём проблема? Ты только что без колебаний отправила свою стражу, неужели тебе так дорог этот жеребец? — засмеялась тёмная кобыла. — Лун… — начала принцесса Селестия, пытаясь произнести имя но её немедленно прервала тёмная кобыла. — Не смей произносить это имя! Назови моё настоящее имя! Громко и чётко, чтобы все слышали! Я хочу, чтобы все знали, кто я, и чтобы твоя ложь вышла на свет! — вскричала тёмная кобыла. Принцесса Селестия на мгновение застыла в молчании, нерешительно, глядя на тёмную кобылу, пока наконец не посмотрела на Даска, которого душили, и её сомнения рассеялись. — Ты… Найтмэр Мун… Кобыла на луне… — медленно произнесла принцесса, и тогда по большому залу пронеслись возгласы удивления и ужаса. — Именно так, ты хотела стереть меня из истории, скрыть, кем я была на самом деле, теперь ты расскажешь всем, как ты пожертвовала собственной сестрой, и все увидят, кто здесь настоящий монстр! — закричала Найтмэр Мун, насмешливо смеясь. Принцесса вздохнула, закрыла глаза и печально опустила голову. — Я сделала это… из-за меня моя сестра погибла… и это отродье появилось на свет… — сказала принцесса, грустно закрывая глаза, перед внимательными и потрясёнными глазами всех пони в комнате. — Верно… — сказала Найтмэр Мун, победоносно улыбаясь. — Но не волнуйся, я не держу зла, на самом деле я вернусь туда, откуда пришла, — сказала она, приближая своё лицо к Даску. — Я просто возьму этого пони с собой в качестве трофея, что ты на это скажешь? Я заберу его с собой, и ты сможешь снова запечатать нас на луне, так что в конце концов ты спасёшь своё королевство и своих драгоценных пони. В конце концов, что такое жизнь одного пони по сравнению с безопасностью и благополучием всего твоего королевства? Ха-ха-ха! — насмехалась Найтмэр Мун, желая увидеть принцессу униженной, смакуя то, что, как она была уверена, должно было произойти. Тем временем Даск тщетно пытался вырваться, он даже попытался использовать магию, но тень покрыла его рог и не давала ему колдовать, но как только он услышал предложение Найтмэр Мун, он перестал пытаться освободиться и просто посмотрел на принцессу. То, что предлагала Найтмэр Мун, было безупречным предложением, она была права! Что значила его жизнь по сравнению с жизнью тысяч пони, живущих в королевстве?! В конце концов, он был всего лишь учеником принцессы, за тысячи лет у неё должны были быть десятки, а может и сотни учеников, его жизнь не стоила так дорого. — Соглашайтесь, принцесса! — с трудом произнёс Даск, пока Найтмэр Мун продолжала его душить. — Я буду в порядке, я… — однако Даск не смог продолжить, так как он, как и все пони в большом зале, затих, увидев то, что произошло. Перед ними принцесса Селестия склонилась, почти пала ниц перед Найтмэр Мун. Никто из пони не мог поверить в то, что видел, никогда в истории принцесса-регент королевства не падала ниц перед кем-либо ещё, это был беспрецедентный случай в истории! — БВА-ХА-ХА! Вот она, ваша гордая принцесса, склоняется передо мной! ХА-ХА-ХА! — насмехалась Найтмэр Мун. — Прошу, отпусти Даска, возьми меня вместо него, — произнесла принцесса Селестия, и её голова почти касалась пола. — Если ты пообещаешь не причинять вреда Даску или кому-либо ещё, я сделаю так, как ты просишь. Найтмэр Мун подозрительно посмотрела на Селестию и подошла, всё ещё держа Даска за шею. — Ты! Которая отправила свою сестру в вечную тьму, готова пожертвовать собой ради обычного пони? — сказала Найтмэр Мун, и её рог зажёгся, а взгляд был полон презрения к принцессе. — Он… Он не обычный пони… — ответила принцесса, нежно глядя на Даска, словно прощаясь со своим драгоценным сыном. — Тогда да будет так, — сказала Найтмэр Мун, и на её роге возник огромный шар энергии. Затем она отпустила Даска, который почти без чувств рухнул на пол, и бросила шар энергии в принцессу. — Прощай навсегда, Селестия. Как только энергетический шар коснулся принцессы, всё вокруг загорелось ослепительным белым пламенем, которое ослепило всех находившихся поблизости пони, огромной вспышкой, охватившей всё вокруг принцессы. Наконец, когда пламя стало не таким ярким, пони смогли увидеть то место, где была принцесса, пока пламя угасало, пока, наконец, все не увидели, что принцесса исчезла, на том месте, где она была, остались лишь её золотые королевские регалии, её корона и немного пепла, в то время как вся земля, побывшая под пламенем, обуглилась и всё ещё дымилась. — Пони, запомните эту ночь! — закричала Найтмэр Мун, теряя форму и превращаясь в огромное тёмное облако, поднимающееся к потолку. — Потому что этой ночью начинается правление Найтмэр Мун! И мой первый приказ: отныне будет вечная ночь! БВА-ХА-ХА-ХА! — Затем поднялся вихрь, который распахнул настежь все окна в зале, и облако тьмы быстро покинуло это место. В большом зале не было слышно ни звука, никто не двигался, никто не дышал, казалось, что сердца всех пони замерли на секунду, всепони с выражением ужаса на мордочках, их разум всё ещё был не способен осознать тот ужас, свидетелями которого они только что стали. Первым пони, который пришёл в себя, был Даск Шайн, который, восстановив силы, приблизился, волочась, дрожа, к останкам, оставшимся от того места, где была принцесса, она была уничтожена, она пожертвовала собой, чтобы спасти его, и последнее, что он ей сказал, было то, что он её ненавидит. Слёзы навернулись на глаза и потекли по щекам Даска.