Даск Шайн в поисках счастья \ Dusk Shine in pursuit of Happiness

Глава 34 — Любовь может исцелить — Ты правда собираешься сделать платье для каждой из них, да ещё и костюм для меня? — спросил Даск, входя в комнату Рэрити следом за своей подругой-единорожкой. После того как Рэрити сказала всем друзьям, что сделает для них платья на Грандиозную Галоп-Гала в качестве извинения за все проблемы, которые она причинила, она взбежала в свою комнату, совершенно взволнованная идеей разработать дизайн прекрасных нарядов для них, её лучших друзей. Единственное, что Рэрити успела сказать, сбегая вниз по лестнице, — чтобы все явились туда же на следующий день и увидели предварительные эскизы. Остальные кобылки улыбнулись, видя свою подругу такой счастливой, и ушли, радуясь, что наконец-то разрешили всю эту проблему с Пинки-обещанием. Однако, прежде чем уйти, Даск закусил губу и обернулся, чтобы посмотреть, куда ушла его подруга. Сильное чувство нежелания оставлять её одну овладело им, в конце концов, он едва не лишился возможности снова слышать её прекрасный голос, и этот страх заставил его захотеть поговорить с ней ещё немного, прежде чем уйти. В итоге Даск решился подняться в комнату подруги — комнату, которая также служила Рэрити швейной мастерской. — Конечно, сделаю! Единственное, о чём я жалею, — что мне это не пришло в голову раньше! — взволнованно ответила Рэрити, одновременно с помощью магии поднимая в воздух множество вещей — иголки, нитки, куски ткани — и наводя порядок в комнате. В то же время она достала большие листы бумаги и перо перед собой. Видя способность Рэрити манипулировать таким количеством предметов в деталях, Даск начал о чём-то думать, но его быстро прервал удар в бок. — Прошу прощения! — раздражённо сказал Спайк, протискиваясь между копыт Даска, так как жеребец встал прямо в дверях, преграждая проход. Маленький дракончик испытывал чувства, очень похожие на те, что ощутил его брат, поэтому как только он увидел, что Даск поднимается в комнату Рэрити, он быстро последовал за ним. — Спайк, ты всё ещё злишься на меня? Я же сказал тебе, это было недоразумение, — с сожалением произнёс Даск, понимая, что его младший брат, видимо, всё ещё винит его во всём, что случилось с Рэрити. — Мне правда очень жаль. — Я знаю, что это было недоразумение… Рэрити мне всё объяснила, — сказал Спайк, поджав губу и всё ещё не глядя на брата. — Но даже так, хоть всё и разрешилось, я всё ещё немного зол на тебя. Даск уже понял, что Спайк, похоже, действительно испытывал огромную страсть к Рэрити, что казалось не просто мимолётной влюблённостью с тех пор, как они оказались в Понивилле; похоже, Спайк влюблялся в белую единорожку всё сильнее и сильнее. По этой причине Даск хорошо понимал, почему Спайку было так трудно его простить. — Но ты ведь всё равно меня простишь, да? — добавил Даск с лёгкой улыбкой, зная, что в глубине души его брат не такой уж злопамятный. — Да… но это займёт у меня пару дней, — ответил Спайк Даску, признавая, что в глубине души он понимал, что Даск не виноват и что ему придётся простить его в какой-то момент, несмотря на серьёзные проблемы, которые он причинил его возлюбленной. Но всё же его упрямство не позволяло ему простить его в ту же секунду. Его брату придётся подождать ещё несколько дней, пока его гнев наконец не рассеется полностью. Внезапно один из рисовальных листов отлетел от того места, где была Рэрити, и упал прямо перед обоими братьями. И Спайк, и Даск наклонились посмотреть на упавший лист, где был нарисован силуэт кобылы в длинном вечернем платье. Затем рядом упал ещё один с наброском пони в похожем платье, но более облегающем на талии. — Вау, это действительно хорошо, — сказал Даск, любуясь набросками подруги. — Это прекрасные платья, — льстиво произнёс Спайк, обращаясь к своей музе, но не лживо, поскольку рисунки, хоть и простые, действительно позволяли увидеть процесс создания красивого платья. — Эти дизайны совершенно не годятся, — сказала Рэрити, продолжая рисовать за своим столом. — Каждое платье должно быть уникальным, но при этом идеально подходить каждой, поэтому, даже если они выглядят хорошо, я сразу понимаю, что эти наброски не подойдут для платьев, которые я представляю для моих подруг. Видя, что Рэрити всё ещё полностью сосредоточена на работе, Даск вспомнил, о чём подумал, когда увидел, как она манипулирует таким количеством предметов одновременно. Он сразу же подумал о трёх принципах магии и о том, что его сильная сторона — это «сила», у Трикси — «концентрация», и на мгновение Даск решил, что последнее также является сильной стороной Рэрити. Но глядя, как разные эскизы разлетаются, рождаясь из ничего в сознании его подруги, Даску пришлось изменить свою оценку и понять, что его подруга определённо сильна в последнем принципе магии — «воображении». Пока он думал об этом, Даск мог видеть глаза Рэрити, которые были прикованы к наброскам, что она рисовала, и Даск увидел «тот самый» блеск в глазах подруги — блеск, порождённый сильным воображением Рэрити. «Креативность». Даск был уверен, что пока Рэрити рисует, её разум уже создаёт тысячи дизайнов нарядов, придумывая, какие фасоны будут лучшими для платьев её подруг. В этот момент Даск вспомнил, как видел похожий блеск, когда наблюдал за Эпплджек, собирающей урожай на ферме, но также осознал, что с Рэрити всё иначе. Потому что блеск в её глазах был не только от радости делать то, что ей нравится, например, разрабатывать платья, но и от радости представлять улыбки на лицах её подруг, когда они увидят подарок от неё и как он им понравится. — Ты… — произнёс Даск, не сводя глаз с Рэрити, не осознавая, что думает вслух. — Ты потрясающая… — сказал Спайк, на долю секунды опередив то, что собирался сказать Даск и что в точности совпадало с мыслями Даска. Вырванный из своих мыслей фразой Спайка, Даск повернулся к брату, удивлённый тем, что они почти одновременно сказали одно и то же. Затем Даск понял, что Спайк даже не знал, что произошло, и просто смотрел на неё с тем же глупым выражением лица, какое у него всегда бывает, когда она рядом. Заметив это, Даск густо покраснел и быстро отвернулся. — Я-я, пожалуй, пойду. Увидимся завтра, — нервно сказал Даск, прощаясь с Рэрити, которая была полностью поглощена работой. Даск быстро сбежал по лестнице вниз с одним вопросом в голове. «Неужели я смотрел на Рэрити с таким же выражением, как Спайк? Как влюблённый дурак?» — подумал Даск, совершенно смущённый. Наступил следующий день, и, как и просила их модница-единорожка, Даск Шайн и его друзья снова собрались в Бутике Карусель, чтобы увидеть долгожданные эскизы, которые приготовила для них Рэрити. — Простите, что заставила вас ждать! — наконец сказала Рэрити, спускаясь по лестнице из своей комнаты в главный зал, где собрались остальные. Встретившись с друзьями, Рэрити не смогла подавить зевок, ведь она не спала всю ночь, обдумывая и работая над предварительными эскизами платьев для подруг. Но даже сон не мог помешать ей улыбаться. Совершенно взволнованная, она была готова представить эскизы друзьям. По её мнению, это были идеальные дизайны для её подруг. — Надеюсь, ты не перетрудилась, — сказала Эпплджек, заметив небольшие круги под глазами, которые Рэрити не удалось скрыть макияжем. — Пустяки, просто мало спала, но я так взволнована! — возбуждённо произнесла Рэрити, совершенно забыв об усталости. — Каждый мой набросок отвергался, снова и снова, потому что я хотела, чтобы платья были идеальными, уникальными, чтобы они отражали лучшее в моих подругах, их вкусы, их таланты… Это было настолько сложно, что мне стоило большого труда воплотить это в окончательный дизайн, но, думаю, мне наконец это удалось! Идеальные платья для каждой из вас! Слова Рэрити заразили остальных пони её эмоциями. Рэрити была лучшим дизайнером платьев во всём городе, и если она говорила, что наконец придумала идеальные платья для всех них, это значило, что платья действительно должны быть прекрасны, со всем, что они могли ожидать. Так ожидания каждого взлетели до небес. — Вот, смотрите! — взволнованно сказала Рэрити, левитируя с помощью магии несколько рисовальных листов и передавая по одному каждой из подруг. Это были листы, на которых был нарисован окончательный эскиз их собственного платья для гала-вечера, которое она сошьёт для каждой из них. — Что думаете?! — добавила Рэрити, с нетерпением ожидая реакции подруг. Как только Даск взял лист с наброском того, что должно было стать его костюмом, улыбка, которая была у него на лице, могла сохраняться лишь из вежливости, потому что эскиз его будущего костюма был очень, очень далёк от того, что он ожидал. Учитывая высокие ожидания, созданные Рэрити, Даск надеялся на великолепный гала-костюм, который бы выделялся, умный, утончённый… Но то, что Даск увидел на эскизе, было скорее простым костюмом, с несколькими уникальными деталями, конечно, но Даск не мог отделаться от чувства, что это определённо не то, чего он ожидал, тем более от кого-то с таким талантом, как у Рэрити. Сохраняя натянутую улыбку, Даск искоса взглянул на остальных подруг и, к своему удивлению, увидел, что у всех у них были такие же натянутые улыбки, как у него. Так все поняли, что каждый чувствовал то же самое: «Это не то, что я ожидал, но мы не можем сказать об этом Рэрити!» — Ч-что… Вам они не нравятся? — спросила Рэрити после неловкого молчания, очевидно заметив, что её друзья нервно улыбаются. — Нет, нет, нет, нет… Хм… ну, в общем, да, — сказала Эпплджек с нервной улыбкой, будучи не в силах не сказать правду. — Вы все так думаете? — разочарованно спросила Рэрити, обводя взглядом подруг и останавливаясь на Даске. — Э-э… ну, не то чтобы мне не нравилось, на самом деле он очень… милый, — робко ответил Даск, не желая ни лгать подруге, ни ранить её. — Просто после всего, что ты сказала… — Я думала, будет круче, то есть, если уж я надену платье на публике, я надеялась, что оно будет круче, — сказала Рэйнбоу Дэш, заканчивая то, что хотел сказать Даск. Затем пегаска заметила разочарование на лице Рэрити и тут же пошла на попятный. — Н-но, эй! Я не против надеть что-то такое, я-я думаю, это будет… милое платье. — Да… оно… особенное, а я люблю особенные… э-э… платья! — нервно улыбаясь, добавила Пинки Пай, пытаясь подбодрить Рэрити. — Не нужно лгать, если вам не нравится, вы должны сказать мне, — сказала Рэрити с чуть более серьёзным видом, затем вздохнула и застенчиво улыбнулась. — Послушайте, это всего лишь наброски, я могу их изменить, вы можете внести свои пожелания, так что не волнуйтесь. А теперь… подождите здесь, я… я поднимусь наверх и посмотрю, какие изменения можно внести в эскизы. Затем Рэрити повернулась и снова поднялась в свою комнату. Тем временем её друзья остались стоять с виноватым видом, отвергнув усердную работу подруги. — Уф… я чувствую себя ужасно, — раздражённо на себя сказала Рэйнбоу Дэш, и все чувствовали то же самое. — Платья — это подарок от Рэрити, мы должны были… мы должны были сказать, что они нам нравятся, даже если это не так, — произнесла Эпплджек, кусая губу и виня себя за свою честность. — По крайней мере, она не показала нам готовые платья, представляете? Это была бы катастрофа, — добавила Пинки Пай с нервной улыбкой. — Она была такой уставшей… Ей пришлось работать всю ночь над этими эскизами, если бы мы только могли ей помочь, — сказала Флаттершай с грустным видом. — Вот именно! — неожиданно воскликнул Даск. — Если мы поможем ей, возможно, мы сможем разделить бремя и в то же время помочь ей сделать их такими, какими мы хотим их видеть. Сказав это, Даск начал подниматься по лестнице в комнату Рэрити, а за ним последовали и остальные друзья. Войдя в комнату, Даск сразу заметил, что Рэрити снова была в режиме абсолютной концентрации, держа перо и не отрывая глаз от стола. Однако, в отличие от предыдущего дня, на этот раз Рэрити не рисовала на полной скорости, она лишь покусывала кончик пера, подперев голову копытом, и смотрела на эскизы дизайнов с недовольным видом, как будто в её голове больше не рождалось никаких идей. — Кхм!.. Рэрити? — громко кашлянул Даск, чтобы вывести её из задумчивости. — А?! Почему вы все поднялись сюда? Я же просила вас подождать внизу, — удивлённо сказала Рэрити. — Мы подумали, что, возможно, могли бы тебе помочь, — сказал Даск с доброй улыбкой. — О, спасибо, дорогуша, но в этом нет необходимости, помните, это мой подарок вам, — улыбнулась Рэрити. — Хм… ну, возможно, ты не хочешь, чтобы мы помогали тебе шить платья… — сказал Даск, почёсывая голову и быстро придумывая другое решение. — Но, может быть, мы можем помочь тебе с идеями для дизайнов. — Идеи для ваших дизайнов? — удивлённо переспросила Рэрити, затем на секунду остановилась, чтобы посмотреть на подруг одну за другой, и улыбнулась с лёгким оттенком высокомерия. — Прости, дорогой, но именно это я и имела в виду. То есть я бы предпочла, чтобы вы помогли мне шить, а не с дизайном, потому что это самый важный шаг, когда речь идёт о создании нового платья! Но если я позволю вам помогать мне с этим, вы можете случайно принести больше вреда, чем пользы, думаю, лучше я справлюсь сама. — Пожалуйста, мы можем это сделать, мы можем помочь тебе с дизайном! — быстро ответил Даск, не в силах сдержать некоторую досаду, так как не любил, когда его недооценивали, даже если это касалось того, чего он делать не умел, например, создания платья. — Я имею в виду, нам просто нужно высказать идеи о том, кто чего хочет, что может быть сложного? — Что может быть сложного?! — медленно произнесла Рэрити, начиная сердиться. — Ты говоришь, что моя работа — это легко? Под интенсивным взглядом Рэрити Даск Шайн понял, что только что недооценил работу подруги, и тут же пожалел об этом. Совершенно нервничая, Даск обернулся к друзьям, стоящим позади него, в поисках поддержки, но его друзья отвели глаза и лишь тихонько насвистывали, не встречаясь взглядом с Даском, понимая, что он облажался, и не желая ввязываться в возможную ссору. — Н-ну… я-я просто хотел сказать… что это не должно быть сложно — знать, что нравится каждой из девочек, — наконец ответил Даск, совершенно нервничая. — Вот… вот и всё. Рэрити продолжала смотреть на Даска напряжённым взглядом, не злым, но раздражённым. Затем, после нескольких секунд молчания, Рэрити изменилась в лице, закусив губу и подняв глаза с задумчивым видом, а потом снова посмотрела на Даска, на этот раз уставившись на него с хитрой улыбкой, что могло означать лишь то, что у лавандового единорога скоро появятся новые проблемы. — Очень хорошо, если ты считаешь, что дизайн платьев — это так просто, тогда ТЫ и будешь делать платья, — сказала Рэрити с широкой улыбкой. Всё это перед шокированными лицами как Даска, так и их подруг. — Что?! Нет! Я не смогу, то есть я даже не умею нормально шить, и… — запаниковал Даск, сожалея, что сказал больше, чем следовало. — Не волнуйся, я буду помогать тебе на каждом этапе, тебе нужно только придумать дизайн и руководить мной, когда я буду собирать платье, не волнуйся, всё будет хорошо! — сказала Рэрити с искренней и дружелюбной улыбкой. — Вот и посмотрим, действительно ли дизайн — это так легко, — добавила Рэрити, бросив на Даска мимолётный пронзительный взгляд-наказание. — Даск будет делать платья? — испуганно спросила Флаттершай. — Это действительно хорошая идея? — добавила Эпплджек, также сомневаясь в способностях и чувстве моды Даска. — Не беспокойтесь, всё будет хорошо, обещаю, — улыбнулась Рэрити. — Сначала моё! Сначала моё! — взволнованно закричала Пинки Пай, прыгая перед Даском. — Хех… Может, это и неплохо, — сказала Рэйнбоу Дэш, также принимая идею. — Ну, тогда решено! — сказала Рэрити с широкой улыбкой. Затем остальные четыре кобылки последовали примеру Рэрити, и все они уставились на Даска с широкими улыбками. «Как я постоянно влипаю в такие ситуации?» — только и подумал Даск, нервно улыбаясь и видя неоправданное доверие, которое ему оказывали подруги, не имея иного выбора, кроме как принять это «наказание», только что назначенное ему Рэрити. Первым препятствием, которое нужно было преодолеть перед началом работы над платьями, было время. Потому что создание пяти платьев и собственного костюма требовало больше времени, чем предполагал Даск, поэтому первым делом ему нужно было найти кого-то, кто заменит его на посту библиотекаря. В конце концов, Даск не мог закрыть библиотеку, тем более сейчас, когда по какой-то неизвестной причине она была заполнена кобылками, читающими определённую серию комиксов, которая вызвала ажиотаж среди кобылок города и содержание которой Даск ещё не удосужился проверить. Спайк был первым, кто пришёл ему на ум для этой работы, но Даск сомневался, что Спайк легко согласится, даже зная, что это будет означать, что Даск останется наедине с Рэрити у неё дома. Однако, к удивлению Даска, Спайк не придал этому большого значения и согласился без проблем. — Без проблем, и меня не волнует, что ты будешь у Рэрити без меня, — ответил Спайк, когда Даск спросил его. — К тому же я настоящий звёздный помощник Рэрити, хе-хе, — добавил Спайк с маленькой хитрой улыбкой, как будто знал что-то, чего не знал Даск. Как только это было улажено, следующим шагом было составление расписания, так как собрать всех подруг в одном месте было трудно, поэтому кобылки договорились навещать Рэрити и Даска по очереди, и так они работали над каждым платьем по отдельности. Так наступил первый день, всё было готово в мастерской Рэрити. И первой пони, которая пришла, чтобы высказать свои идеи для платья, была Рэйнбоу Дэш. — Мне всё равно, — сказала Рэйнбоу Дэш, глядя в сторону. — Что значит «всё равно»? — ответил Даск. — То и значит, всё равно, понимаешь, я не очень люблю носить платья, так что мне всё равно, что ты выберешь, всё будет нормально, — ответила Рэйнбоу Дэш, пожимая плечами. Поскольку платье Рэйнбоу Дэш было первым, которое ему предстояло разработать, Даск должен был признать, что он был взволнован предстоящей работой, ведь хотя его, по сути, заставили согласиться на это занятие, со временем Даск начал видеть позитивную сторону: он был рад заняться чем-то новым и одновременно сделать то, что поможет ему лучше узнать своих подруг. Именно по этой причине энтузиазм Даска упал до нуля, когда радужная пегаска выдала свою «идею». На мгновение Даск почесал голову, не зная, что делать. Затем он подошёл к одному из манекенов, которые были у Рэрити, и указал Рэйнбоу Дэш на платье, которое было на нём. — Как насчёт этого платья? Тебе нравится? — любезно спросил Даск. — Хм… Неа! — отрицательно ответила Рэйнбоу Дэш, осмотрев платье, на которое указал Даск. — Хорошо, а как насчёт этого? — снова спросил Даск, на этот раз указывая на другое платье. — Хм… Неа! — снова ответила Рэйнбоу Дэш точно так же. — Как насчёт… — начал Даск, но его быстро прервали. — Неа! — сказала Рэйнбоу Дэш, не дав Даску времени закончить. — Если они тебе не нравятся, значит, тебе что-то ТАКИ нравится! Просто скажи мне, что тебе нравится! — закричал Даск, раздражённый тем, что не может добиться от Рэйнбоу Дэш никакого толку. Во время вспышки Даска Рэрити не могла не рассмеяться, видя, как стресс только начинается, а Даск уже попал в беду. Затем Даск взглянул на Рэрити и мог лишь опустить голову, расстроенный тем, что Рэрити оказалась права, и это будет сложнее, чем он ожидал. — Я не знаю, чего хочу, я просто хочу что-то… крутое, — добавила Рэйнбоу Дэш, видя, что Даск её всё ещё не понимает. — Что-то крутое? — сказал Даск с озадаченным видом. Затем Даск приложил копыто к губам и начал думать. В конце концов, он начинал не с совершенно чистого листа, он уже многое знал о своих подругах, теперь ему оставалось только использовать эту информацию и подумать, что такая пони, как Рэйнбоу Дэш, могла бы счесть достаточно «крутым». Даск впервые взял блокнот для рисования и сделал грубый набросок платья для Рэйнбоу Дэш, хотя это больше походило на костюм гоночного пони, чем на платье. — Хм… да… думаю, в этом что-то есть, — сказала Рэйнбоу Дэш, посмотрев на рисунок Даска. — Но это должно быть круче, знаешь, хм… на двадцать процентов круче. И вот тогда Даск посмотрел на Рэрити с гордой улыбкой, потому что ему наконец удалось чего-то добиться — дизайна, который понравился Рэйнбоу Дэш, и это означало, что он уже сделал шаг вперёд по сравнению с дизайнами Рэрити. На взгляд Даска Рэрити просто посмотрела на него и улыбнулась доброжелательно, без злобы. — У меня есть дизайн! — сказал Даск, как только Рэйнбоу Дэш наконец одобрила его эскиз, и подошёл к Рэрити с улыбкой. — Что теперь? — Ну, осталось выбрать тип ткани, цвета, швы… Хм, а как у тебя со швейным делом? — спросила Рэрити, задавая вопрос, который ей нужно было задать; впрочем, ответа не требовалось, так как ей и так было ясно: она заметила нервную улыбку Даска и знала, что это наверняка будет катастрофа. — Не волнуйся, дорогой, думаю, этим займусь я. Хм… тебе также нужно снять мерки, и… — Я могу это сделать! — с энтузиазмом воскликнул Даск, так как наконец-то Рэрити дала ему задание, с которым он мог справиться без проблем. Затем Даск взял сантиметровую ленту и подошёл к Рэйнбоу Дэш. — Не двигайся, мне нужно измерить и записать твои параметры, — сосредоточенно сказал Даск и начал измерять длину передних ног Рэйнбоу Дэш, в то время как пегаска стояла неподвижно, как статуя, и отводила глаза, пытаясь скрыть покрасневшие щёки от того, что Даск был так близко. Каждый раз, когда Даск записывал что-то около Рэйнбоу Дэш, пегаска поглядывала на него краем глаза, напряжённо смотря на то, что он так близко. Однако как только Даск замечал, что она на него смотрит, Рэйнбоу Дэш тут же отводила взгляд. — Думаю, это всё, — сказал Даск, закончив снятие мерок. — З-знаешь, эмм… я-я не думаю, что ты правильно измерил мою шею, — немного нервно сказала Рэйнбоу Дэш, не желая, чтобы всё закончилось так быстро. — О, прости, — сказал Даск, возвращаясь к подруге и обхватывая её шею измерительной лентой, просовывая голову под шею, чтобы проверить правильность измерений. Это было именно то, чего добивалась Рэйнбоу Дэш, она покраснела ещё сильнее, ощущая тепло и запах Даска почти у своей шеи. — Хмф! — фыркнула Рэрити, с самого начала заметив, что её подруга наслаждается близостью Даска. После этого Рэйнбоу Дэш ушла, и Рэрити с Даском приступили к созданию первого платья. Рэрити следовала всему, что говорил ей Даск. Единственное, что изредка спрашивала Рэрити: «Ты уверен?» Но Даск всегда говорил ей продолжать, ведь он всего лишь следовал дизайну, который одобрила Рэйнбоу Дэш. Наступил второй день, и следующей в списке была Флаттершай. — Платье, вдохновлённое природой и французской высокой модой одновременно? — спросил Даск свою новую клиентку. — Да… я очень люблю природу, что-то вдохновлённое дикой природой, листьями, птицами, бабочками, что-то, что представляет саму жизнь… Если бы платье могло сочетать всё это, думаю, мне бы понравилось, — ответила Флаттершай, улыбаясь. — Но мне также нравится высокая мода, что-то красивое и элегантное, что подойдёт как для банкета, так и для повседневного ужина, с тонкими швами, сочетающее каждый аксессуар, из ткани высшего качества, что сияет ночью и выделяется днём, современное и творческое. Получив новый заказ, Даск принял ещё более задумчивый вид, так как после столь уникального платья Рэйнбоу Дэш он думал, что с Флаттершай будет легче, ведь она могла сказать, чего хочет, но чего Даск не ожидал, так это того, насколько требовательной окажется её застенчивая подруга в вопросах платьев. Небольшой смешок отвлёк Даска. Обернувшись, жеребец увидел, как Рэрити снова начала смеяться, видя всё это замешательство, и Даск посерьёзнел: он не любил проигрывать. Затем Даск сделал быстрый набросок, нарисовав грубый эскиз длинного платья с изображениями цветов на нём. Флаттершай посмотрела на него и чуть было не отвергла всё платье целиком, но, в отличие от Рэйнбоу Дэш, она подробно рассказала, что оставить, а что добавить. — Тебе это нравится? — неуверенно спрашивала Флаттершай каждый раз, когда просила что-то добавить к дизайну. — Э-э… да, это будет мило смотреться на тебе, — всегда отвечал Даск, не будучи действительно уверенным в том, что говорит, так как не знал, есть ли у него чувство моды или нет, но в одном он мог быть уверен: что бы ни надела его хорошенькая подруга, это будет выглядеть на ней хорошо. Вот так, хотя это заняло в три раза больше времени, чем с платьем Рэйнбоу Дэш, Даск наконец сумел создать окончательный дизайн платья для Флаттершай. — Дорогуша, ты уверен, что хочешь следовать этому дизайну? — спросила Рэрити, когда Даск показал ей окончательный эскиз платья. — Конечно, это всё, чего хочет Флаттершай, — с гордостью сказал Даск, в то время как Флаттершай улыбалась, одобряя сказанное. — А теперь, время измерений, — добавил Даск, снова взяв ленту для снятия мерок. Как и с Рэйнбоу Дэш, Флаттершай просто замолчала, сильно покраснев от того, что Даск был так близко, измеряя её, касаясь лентой каждой части её тела и приближая своё лицо к ней. — Ну, я закончил! — с улыбкой сказал Даск Шайн, завершив измерения. — Я-я… эмм… я-я думаю, ты неправильно измерил мою шею, — нервно произнесла Флаттершай, густо краснея. — Правда? — удивлённо спросил Даск, не веря, что он мог совершить одну и ту же ошибку дважды. Затем Даск приблизился к подруге и начал измерять её шею, очень медленно, чтобы на этот раз проверить правильность измерений, даже не думая о вчерашнем; он не осознал, что это тоже была уловка его застенчивой подруги, чтобы снова почувствовать копыта Даска на своей шее и его лицо близко к своему. Между тем Рэрити была очень удивлена, когда это случилось с Рэйнбоу Дэш, но никогда не предполагала, что её скромная подруга осмелится использовать тот же трюк с Даском. Видя, как Флаттершай улыбается, полностью покрасневшая, пока Даск был так близко к ней, Рэрити смогла только издать фырканье. Фырканье чистой ревности. Наконец Флаттершай ушла из мастерской, пообещав, однако, вернуться с некоторыми аксессуарами для платья, которых у Рэрити не было в студии, — «натуральными» аксессуарами, которые могла достать только Флаттершай и которых по понятным причинам у Рэрити никогда бы не было. Тем временем Даск и Рэрити начали работать над остальной частью платья. Рэрити бросала взгляды, полные сомнения и недоверия к тому, что они создавали, а Даск улыбался, создавая видение идеального платья, которого хотела его подруга. Наступил третий день, и теперь была очередь Эпплджек. — Я не хочу ничего слишком броского, что-нибудь простое и такое, что можно носить в любое время, — таков был простой заказ Эпплджек. — Что ж, я ожидал, что ты попросишь что-то в этом роде, — с улыбкой сказал Даск, заранее предвидя, насколько проста его фермерская подруга. — То есть ты считаешь меня простой, а? — сердито спросила Эпплджек, неправильно истолковав слова Даска. — Я-я не это имел в виду, я просто хотел сказать, что, думаю, простое платье может подойти тебе больше, чем очень элегантное, — ответил Даск с нервной улыбкой. — Ты считаешь, что элегантное платье не будет хорошо выглядеть на мне? — снова с упрёком сказала Эпплджек, раздражённая мыслью о том, что Даск считает её недостаточно утончённой, чтобы носить платье. — Н-нет, я имел в виду… — ответил Даск, съёживаясь, не зная, что сказать, чтобы польстить подруге, не вызвав у неё неправильного понимания. — Ну так скажи мне тогда, какое платье подойдёт такой «простой» кобыле, как я, — произнесла Эпплджек, раздражённая на Даска. Под сердитым взглядом подруги Даску ничего не оставалось, кроме как слушать её и начать рисовать платье без особых изысков. Эскизы, которые один за другим отвергались Эпплджек. — И какой прок от такого платья… Нет, это не то, простое платье не подойдёт для гала… Это тоже не годится, слишком много украшений… — такую критику высказывала Эпплджек каждый раз, когда ей представляли нарисованную Даском версию, отвергая почти каждую, не глядя, в основном потому, что она была зла на Даска, а не потому, что ей действительно не нравились дизайны. Так работа над дизайном снова пошла почти так же, как это было с Рэйнбоу Дэш, когда подруга отвергала весь дизайн почти сразу, только на этот раз вместо молчания Даск получал только негативные отзывы. Пока он продолжал попытки добиться одобрения желаемого платья от подруги, Рэрити, казалось, немного развлекалась, наблюдая за ухудшающейся ситуацией, тихо смеясь, но достаточно громко, чтобы Даск её слышал и понимал, что это была её месть за его слова о том, что это лёгкая работа. «Это бессмысленно, Эпплджек так расстроена, что отвергнет любой дизайн платья, который я ей покажу… — разочарованно подумал Даск, начиная думать, как решить проблему. — Погоди, есть кое-что общее в том, что она всегда говорит… Она всегда говорит, что такой дизайн «не годится»… Почему она говорит «не годится», а не «мне не нравится»?» — подумал Даск, придя к озарению, которое, возможно, могло вывести его из этого порочного круга. — Как насчёт этого дизайна? — наконец сказал Даск, нарисовав платье, которое также шло с сапогами. Как только Даск показал рисунок, Эпплджек тут же открыла рот, чтобы отвергнуть его, но Даск заговорил первым. — Эти сапоги подойдут для любой местности, видишь ли, они идеальны для такой трудолюбивой и разносторонней пони, как ты, что я всегда в тебе ценил. — Хм… да… думаю, это было бы неплохо, — сказала Эпплджек, слегка покраснев, наконец приняв комплимент от Даска и одновременно согласившись с идеей для платья. — Может, они могли бы быть непромокаемыми… и с вышитыми яблоками. — Да, это хорошо, и, может быть, также… — начал Даск, радуясь тому, что наконец-то добился прогресса в дизайне платья для подруги. Даск и Эпплджек наконец начали разрабатывать платье вместе. Это было сопряжено с таким напряжением в попытках достичь согласия, что незаметно для себя Эпплджек перестала злиться на Даска и приняла тот факт, что платье не было элегантным, что и являлось причиной её гнева на Даска, но в пользу Эпплджек окончательный дизайн вовсе не оказался простым платьем, и после долгого времени деревенская кобыла осталась довольна. — Ну, следующая часть — снятие мерок, — сказал Даск, взяв сантиметровую ленту. — Дорогуша, может… я должна это сделать, — с нервной улыбкой предложила Рэрити, в то время как в ней вспыхнула маленькая капля ревности, так как она не хотела, чтобы её подруги так сильно наслаждались прикосновениями Даска. — Нет, ты и так делаешь почти всё платье, оставь эту задачу мне, — с улыбкой ответил Даск, не осознавая истинного намерения Рэрити помочь ему. И, как это произошло с Рэйнбоу Дэш и Флаттершай, Даск приступил к деликатной задаче измерения длины и обхвата тела Эпплджек; и так же, как с двумя другими кобылами, Эпплджек не жаловалась на то, что он был так близко и касался её измерительной лентой, она лишь состроила плохую невозмутимую мину, краснея, пока Даск тщательно и медленно выполнял работу. — Кхм! — раздражённо кашлянула Рэрити, заметив, что в момент, когда Даск снимал мерки с задних ног Эпплджек, та воспользовалась возможностью бросить быстрый взгляд на зад Даска. Тут же Эпплджек отвела взгляд и осталась как ни в чём не бывало, радуясь, что Даск был слишком сосредоточен на измерениях, чтобы заметить это. «Они все пользуются моим невинным Даском», — подумала Рэрити, кусая губу и сохраняя ревнивое выражение лица. То же выражение у неё было, когда Эпплджек, как и другие её подруги, использовала тот же трюк, чтобы Даск снова измерил её шею и она могла бы иметь его как можно ближе, пусть даже на несколько минут дольше. Как только Эпплджек покинула мастерскую Рэрити, два единорога приступили к трудной задаче создания третьего платья. Даск руководил и отдавал приказы, в то время как Рэрити продолжала лишь следовать инструкциям, но не переставая бросать взгляды недовольства и вины при виде странных платьев, которые она шила. «Это началось лишь как акт небольшой мести Даску, но, думаю, если я не буду осторожна, это может выйти из-под контроля», — с некоторой виной подумала Рэрити, надеясь, что у её подруг не случится сердечный приступ, когда они увидят результат своих платьев. Наконец наступил четвёртый день, и Пинки Пай была последней, кто выбирал свой дизайн. — Конфеты! — немедленно выпалила Пинки Пай после того, как Даск Шайн спросил её, каким бы она хотела видеть своё платье. — Конфеты? — растерянно повторил Даск, рисуя несколько конфет на эскизе платья, который он готовил. — Да… полагаю, мы можем добавить… — И шарики! Много шариков! — в восторге добавила Пинки Пай. — Думаю, я мог бы добавить несколько шариков к шлейфу платья, и так… — сказал Даск, добавляя новый заказ в дизайн платья, но снова был прерван. — О-о-о, и серпантин! В элегантном платье обязательно должен быть серпантин! — ещё взволнованнее добавила Пинки Пай, взяв рисунок Даска и рисуя множество лент серпантина поверх дизайна платья. — Красный серпантин, синий серпантин, зелёный серпантин, фиолетовый серпантин… Пока Пинки Пай продолжала диктовать, что ещё добавить в платье, Даск искоса взглянул на Рэрити. Пинки Пай, как и другие её подруги, была сущей головной болью, с той лишь разницей, что она не хотела чего-то конкретного, ей, казалось, хотелось всего и сразу в своём платье, всего, что приходило ей в голову в данный момент, что, очевидно, означало, что от первоначального дизайна платья мало что осталось, теперь же это была лишь огромная куча всего, нагромождённого в дизайне Пинки Пай. — Может, ещё несколько горшков с цве… — начала было Пинки Пай, но Даск зажал ей рот копытом, чтобы она замолчала. — Думаю, того, что у нас здесь есть, достаточно, хе-хе, — сказал Даск, нервно улыбаясь. — Оки-доки! — улыбнулась Пинки Пай. Так дизайн платья Пинки Пай наконец получил зелёный свет, и Даск немедленно приступил к задаче снятия мерок с подруги. Как это ни редко случалось, Пинки Пай умудрилась оставаться совершенно неподвижной, как статуя, просто наблюдая за Даском, пока он работал, и краснея с лёгким смешком каждый раз, когда он приближался к ней и прикасался измерительной лентой. — Ну, думаю, я закончил, — сказал Даск спустя долгое время, на этот раз измеряя с удвоенной тщательностью, так как он наивно начал верить, что у него действительно есть проблемы с измерениями, раз все его подруги говорили ему, что он ошибался в них. — Вообще-то, я думаю, ты ошибся в одном из своих измерений… — краснея, сказала Пинки Пай с лёгкой нервной улыбкой. — О нет! Дай угадаю, я ошибся при измерении твоей шеи, — разочарованно вздохнул Даск, видя, что он, видимо, снова допустил ту же ошибку. — Вообще-то, я думаю, это было под моим хвостом… — ПИНКИ ПАЙ! — закричала Рэрити, краснея и немедленно останавливая то, что её сумасшедшая подруга собиралась попросить у Даска. — Это была шутка… наверное… — улыбаясь, ответила Пинки Пай, подмигивая Рэрити, в то время как Даск смотрел в замешательстве, наивно не в силах понять, почему Рэрити заставила Пинки Пай замолчать. Как только Пинки Пай ушла, Рэрити и Даск начали шить четвёртое платье — самое трудоёмкое из всех, но и самое особенное, потому что их мнения обо всех платьях действительно были уникальными, более чем в одном смысле, что, казалось, беспокоило Рэрити. Когда Даск смотрел на них, он сразу думал, что эти платья не совсем в его вкусе, но, очевидно, его чувство моды было нулевым, и, что более важно, пока его подругам нравилось, для него это было нормально. Наконец наступил пятый день, и Рэрити наконец оказалась в одиночестве в своей мастерской с явным выражением усталости после долгой и напряжённой рабочей недели, проведённой за созданием разных платьев для подруг. — Что ж, думаю, сегодня я немного отдохну перед… — начала Рэрити, думая вслух, как вдруг услышала, что кто-то вошёл в бутик и поднимается по лестнице. Это был Даск Шайн, появившийся в дверях её комнаты. — Даск? Что ты здесь делаешь? — удивлённо спросила Рэрити. — Ну, я был в библиотеке, пока не вспомнил, что мне нужно сделать ещё одно платье — твоё, — сказал Даск с широкой улыбкой. — Моё? О нет, дорогой, тебе не нужно шить платье для меня, — нежно улыбнулась Рэрити. — Не то чтобы я не доверяю твоим дизайнерским способностям, но… эм… я не знаю, как закончить это предложение, — с застенчивой улыбкой, смущаясь, произнесла она. Затем оба единорога рассмеялись вместе. — Ха-ха, да, я тебя понимаю, и я это заслужил, теперь я понимаю, что дизайн платья гораздо сложнее, чем кажется, — сказал Даск с грустной улыбкой. — Можешь мне не рассказывать, мы ведь всё ещё в середине твоего урока, — с милой улыбкой сказала Рэрити. На эти слова Даск лишь озадаченно посмотрел на неё. — Спокойствие, скоро поймёшь, — добавила Рэрити с более загадочной улыбкой. — Ха, ну, как скажешь… — всё ещё не понимая, на что намекает подруга, ответил Даск. — Что ж, тогда не буду больше отнимать твоё время, пойду, пожалуй, обратно в библиотеку. — Вообще-то… — быстро добавила Рэрити, пытаясь придумать предлог, чтобы воспользоваться тем, что Даск здесь и они наконец одни и работы больше нет. — Раз уж ты здесь, я бы хотела тебе кое-что показать. — Хм? Что показать? — с любопытством спросил Даск. — Это сюрприз ~ Закрой глаза, — кокетливо произнесла Рэрити нежным голосом. Даск сделал, как просила подруга, и спокойно закрыл глаза, в то время как Рэрити закусила губу и нервно улыбнулась, понимая, что Даск Шайн здесь, для неё, и что теперь у неё наконец есть шанс немного пофлиртовать с ним, как это делали её подруги в эти четыре дня, только на этот раз она сделает это немного иначе. Пока Даск стоял с закрытыми глазами, он напрягал слух, пытаясь понять, что делает Рэрити, но всё, что он слышал, было похоже на шелест ткани. — Теперь можешь открыть глаза! — наконец сказала Рэрити. Даск открыл их и был поражён увиденным. Там, перед ним, стояла Рэрити, но на ней было прекрасное и элегантное вечернее платье тёмно-розового и жёлтого цветов, украшенное несколькими драгоценными камнями, со складкой на хвосте, придававшей нотку элегантности, очень привлекательное, всё идеально и гармонично сочетающееся с хрустальными туфельками, которые подчёркивали красивые голубые глаза Рэрити. — Что думаешь? — спросила Рэрити, улыбаясь, видя, что ей удалось поразить Даска. — Это будет моё платье на Грандиозной Галоп-Гала. Конечно, в тот день я также сменю причёску и сделаю макияж по случаю, но скажи мне, тебе нравится? — Ты выглядишь прекрасно, — честно ответил Даск, не думая о том, что говорит. В тот же миг он покраснел, осознав, что только что сказал подруге. — Я-я хотел сказать, оно хорошо на тебе сидит, хе-хе. — Спасибо, — улыбнулась Рэрити, также краснея от прекрасного комплимента, только что сделанного Даском. Затем Рэрити снова закусила губу, нервно улыбаясь, думая, что раз уж ей удалось показать платье, она должна набраться смелости продолжить свой план. — Очень хорошо, теперь снова закрой глаза. Даск снова сделал, как велела подруга, и стал терпеливо ждать. — Я снимаю платье, это займёт всего несколько секунд, — произнесла Рэрити с лёгким кокетливым тоном в голосе. «Почему я не могу смотреть? Я ведь вижу её без одежды постоянно, какая разница?» — подумал Даск, не придавая значения словам Рэрити. Однако чем больше он думал о том, что Рэрити стоит перед ним, осторожно и женственно снимая это платье, тем больше краснел. «Она просто раздевается прямо передо мной, она просто раздевается прямо передо мной!» — повторял Даск снова и снова, пытаясь успокоиться, но добиваясь обратного эффекта. — Теперь можешь открыть их~ — наконец пропела Рэрити. Даск снова открыл глаза, и всего через секунду его лицо стало совершенно красным, из ушей чуть ли не пошёл дым. Перед ним стояла всё та же Рэрити, только теперь на ней были облегающие тёмно-синие чулки, идеально сочетавшиеся с её шерстью и глазами, и всё это в сочетании с непринуждённой и невинной позой Рэрити, что оставило Даска без дара речи перед этим сексуальным образом. — Знаю, ты, должно быть, считаешь, что одежда — это всего лишь простой аксессуар, но скажи мне, ты всё ещё в это веришь? — кокетливо спросила Рэрити. «Конечно, почему я должен выглядеть иначе только из-за каких-то милых и провокационных чулок?» — подумал Даск в своём воображении. — Блэ… бла… э… — это было единственное, что смог пробормотать Даск, всё ещё густо краснея и не в силах оторвать глаз от ног Рэрити. — Одежда — это не просто аксессуар, она может привлекать, отдалять, провоцировать, это ещё один инструмент для выражения того, что ты хочешь или чувствуешь, это всего лишь ещё одна форма искусства, — сказала Рэрити с улыбкой. — А теперь снова закрой глаза, дорогуша, я покажу тебе последний наряд. Даск, как послушный раб, немедленно закрыл глаза и не мог не дрожать слегка от волнения, пока его жеребячье воображение разыгрывалось буйными идеями, фантазируя, каким эротическим нарядом Рэрити сможет удивить его на этот раз. «Не думай о ней так, она твоя подруга, она твоя подруга!» — исступлённо думал Даск, тщетно пытаясь успокоиться. — Теперь можешь их открыть, — наконец произнесла взволнованная Рэрити. Даск Шайн открыл глаза со скоростью света, затаив дыхание, совершенно не в силах сдерживать нетерпение от того, что он увидит. И всего через долю секунды его дух рухнул на пол от разочарования. На этот раз на Рэрити не было никакой одежды. Вместо этого она просто стояла и улыбалась рядом с манекеном, на котором был надет костюм какого-то типа. — Та-да! — произнесла Рэрити с широкой улыбкой, указывая Даску на манекен рядом с ней. — Ч-что… Что это? — с нервной улыбкой спросил Даск, всё ещё пытаясь морально оправиться от пережитого разочарования, мысленно повторяя: «Дурак! А на что ты надеялся?!» — Это твой костюм на гала! — ответила Рэрити, не в силах сдержать волнения. — Мой костюм? — всё ещё не понимая, переспросил Даск. И тут до него дошло, он внимательнее рассмотрел костюм на манекене — гала-костюм, сочетающий оттенки тёмно-синего, как цвет его гривы, с современным дизайном, но сохраняющий элегантный крой. По мнению Даска, это был милый костюм, но, представляя себя одетым в такое на гала, он не мог не разочароваться немного, видя, насколько его костюм был обычным, по сравнению с «уникальными» платьями его подруг. — Э-э-э… не стоило беспокоиться, — сказал Даск, нервно улыбаясь. — Не пугайся, он ещё не закончен, — сказала Рэрити, улыбаясь и сразу замечая разочарование Даска. — Не хватает самой важной части — деталей, того, что сделает его действительно уникальным и особенным для тебя. Скажи мне, дорогой, есть ли что-то, что тебе особенно нравится? Я имею в виду, я знаю, что ты любишь книги и всё такое, но есть ли что-то, на что я могу опереться, чтобы добавить в дизайн? — Хм… что-то, что можно использовать для добавления в дизайн… — сосредоточенно произнёс Даск, думая, что может пригодиться Рэрити. — Ну, помимо книг, мне нравится история, очевидно, также всё, что связано с магией, ещё астрономия… — Звёзды! Вот оно! Как я сама не додумалась?! — с воодушевлением воскликнула Рэрити, и её глаза засияли, когда в воображении она наконец представила себе костюм со звёздами. — Да, да, это будет великолепно! На краях и рукавах, сияющие, как… — Плащ! — внезапно перебил Рэрити Даск, также визуализируя в уме идеальный костюм. — Что? — удивлённо спросила Рэрити, думая, что ослышалась. — Плащ, — повторил Даск, улыбаясь. — Плащ в старинном стиле, как у Стар Свирла Бородатого, но с созвездиями, вышитыми на звёздном фоне… Это было бы так круто! — Даск… я не думаю, что плащ — это очень… «уместно» для гала, — медленно произнесла Рэрити, подбирая правильные слова, чтобы сказать Даску, что его идея ужасна. — Пожалуйста! — сказал Даск, глядя глазами побитой собаки. — Мы сделали все платья так, как они хотели, почему мой костюм не может быть таким, как я хочу? Рэрити нервно посмотрела на Даска, пока он смотрел на неё этим нежным, умоляющим взглядом. — Хм… Уф, ладно, я сошью тебе плащ, — наконец ответила Рэрити, сдаваясь. «Я должна была стоять на своём, почему я так легко уступила?» — подумала Рэрити в этот момент. Затем Даск подошёл и обнял её, благодаря. «О да, вот ради этого», — подумала Рэрити про себя, краснея от объятий Даска. И вот настал долгожданный день, день, когда Рэрити и Даск наконец покажут своим друзьям готовые платья. В главном зале Бутика Карусель собрались четыре кобылки вместе с Даском Шайном, Рэрити и Спайком, перед пятью манекенами, накрытыми белыми покрывалами, чтобы скрыть платья и тем самым поддерживать напряжение на максимуме. Рядом с манекенами, перед своими друзьями, стояли Даск и Рэрити — дизайнеры этих платьев. — Зевок!.. Ты… ты уверен, что хочешь показать им эти платья? — спросила Рэрити Даска после большого зевка, не в силах скрыть лёгкое беспокойство. — Да, уверен, это дизайны, которые они одобрили, так что всё должно быть в порядке, — уверенно ответил Даск. «Как странно, ведь я позаботился о том, чтобы делать большую часть работы вместе с Рэрити, почему она такая уставшая?» — одновременно подумал Даск, заметив, что по какой-то причине не только Рэрити, но и Спайк выглядели очень уставшими. — Хватит заставлять нас ждать, покажи нам платья! — сказала Рэйнбоу Дэш, как всегда нетерпеливая. — Ну что ж, без лишних слов… — взволнованно произнёс Даск, заставляя свой рог светиться, пока его магия поднимала покрывала с манекенов. — Вот ваши наряды! Как только Даск поднял покрывала, четыре кобылки удивлённо уставились на увиденное, в то время как Спайк лишь наклонил голову с озадаченным видом; Даск же просто стоял, выжидающе глядя на лица подруг, а Рэрити лишь прикрыла лицо копытом от стыда при виде этих платьев. Как и говорил Даск, платья были в точности такими, как просили его подруги. Платье Пинки Пай выглядело как гигантский фантик от конфеты, с большим кексом на голове и несколькими шариками, привязанными к юбке, которая напоминала обёрточную бумагу; платье Эпплджек больше походило на рабочий комбинезон из лоскутов, чем на официальное платье, с непромокаемыми сапогами и довольно броской ковбойской шляпой; платье Флаттершай, с другой стороны, состояло из длинной старомодной юбки с огромным нагрудником на шее, имитирующим цветок, и шляпой, которая была точной копией гнезда с яйцами на нём; и, наконец, о платье Рэйнбоу Дэш было мало что сказать, так как оно едва попадало в категорию «платье», больше походя на броню или костюм для спринтеров; и наконец, к удивлению Даска, там был манекен, полностью покрытый от шеи до копыт огромным плащом, полным вышивки с различными рисунками самых известных созвездий. Проходили секунды, но в комнате никто не произносил ни слова, как будто все застыли, глядя на платья. — Видишь? Я же говорила тебе, — наконец нарушила молчание Рэрити с выражением вины. — Вот что вы хотели, ваши дизайны. Теперь ты понимаешь, что… — Мне нравится! — в унисон закричали четыре кобылки и Даск с искренним выражением восторга. К полному удивлению Рэрити и Спайка. — Они вам понравились?! — шокированно выкрикнула Рэрити, глядя, как все её друзья взволнованно побежали рассматривать свои платья. — Ха-ха, я же говорил, им понравится, нужно было просто дать им то, что они хотели, — сказал Даск с торжествующей улыбкой, демонстрируя, что он был прав и что он тоже может быть хорошим дизайнером. — Кстати, отличная работа с плащом, он именно такой, каким я его представлял, будет здорово быть одетым так на Грандиозной Гале! На комментарий Даска Рэрити лишь слегка нахмурилась и опустила взгляд в пол с задумчивым видом. Это определённо был не тот результат, которого она ожидала. С тех пор как она поручила Даску дизайн платьев, она планировала, что и Даск, и её подруги усвоят урок об истинных вкусах и о том, как трудно быть дизайнером. Именно в этот момент, думала Рэрити, её подруги поймут, что первоначальные дизайны, созданные ею, были идеальны для Грандиозной Гала, однако, к её полному изумлению, увидев эти чудовищные платья, её подруги были более чем удовлетворены дизайнерской работой Даска Шайна. — Ф-фух… ну, пока вы все счастливы, — наконец выдохнула Рэрити с улыбкой смирения. «По крайней мере, до Галы ещё много времени. У них ещё есть время осознать…» — подумала Рэрити, успокаиваясь. — Так это те платья, что будут на модном показе? — задумчиво произнёс Спайк. — Какой модный показ? — хором спросили Рэрити и Даск. — О, ну… это был сюрприз для Рэрити, — сказал Спайк, слегка покраснев. — Я договорился с мэром о проведении небольшого модного показа, чтобы всепони могли увидеть красивые платья, которые сделала Рэрити, и так… всепони смогут увидеть, какая она замечательная… — мечтательно глядя на Рэрити, добавил Спайк. — О-о… мой дорогой Спайки-вайки, ты всё это сделал только ради меня? Не стоило, — ласково сказала Рэрити, приближаясь к Спайку и заключая его в нежные объятия, от которых дракончик потерял голову с глупым видом влюблённого мальчишки. Тем временем, обнимая Спайка, Рэрити взглянула на своих подруг, которые начинали облачаться в свои причудливые платья, и в этот миг по спине Рэрити пробежала лёгкая дрожь, когда она представила, как её подруги будут демонстрировать эти платья. — Это… это очень мило, что ты сделал, Спайк, но правда в том… — добавила Рэрити, отпуская объятия и говоря более нервным голосом, тщательно подбирая слова, чтобы не обидеть своего любимого дракончика. — Модный показ… Вообще-то… Это отличная идея! — с энтузиазмом перебил Даск, обдумав новость, только что сообщённую Спайком. «Спайку пришла в голову отличная идея! После катастрофы с модным показом Фото Финиш Рэрити сможет снова улучшить свой имидж и заставить замолчать тех глупцов, что клевещут на неё без причины, — подумал Даск, желая воспользоваться этой возможностью, чтобы помочь подруге и, конечно же, похвастаться своим новым эффектным плащом». — Н-ну… модный показ требует большой работы… — с нервной улыбкой произнесла Рэрити, в то время как её мозг работал на полную мощность, пытаясь понять, как выбраться из этой заварушки, в которую они вляпались. — Но платья готовы, — быстро сказал Даск, беря свой новый плащ и надевая его, одновременно принимая элегантную позу. — Так… ты действительно думаешь, что нам стоит выйти на модный показ в этих платьях? — с сомнением спросил Спайк, глядя на Даска, а затем на Рэрити, которая, казалось, застыла при виде Даска, одетого в его плащ с созвездиями и принявшего «элегантную позу». — Я думал, может быть… — Конечно, пойдём! Мы пойдём в этих платьях! — сказала Пинки Пай, приближаясь, чтобы услышать, о чём говорят друзья, уже облачившись в своё новое платье и принимая безумную позу, чтобы показать свой «прекрасный» новый наряд. — Так всепони смогут увидеть замечательную работу, проделанную Рэрити, — уверенно произнесла Флаттершай, также принимая элегантную позу, чтобы показать великолепие своего нового платья. — Вообще-то, я не люблю ходить по модному подиуму… но ради этого платья я могла бы сделать исключение, — добавила Эпплджек, также в своём новом платье, с уверенной улыбкой и позируя позади подруг. — Да, всепони будут удивлены, когда увидят меня в этом потрясающем наряде! — воскликнула Рэйнбоу Дэш в своём новом платье, также принимая экстравагантную героическую позу. Пока её пять друзей красовались в своих новых платьях, Рэрити могла лишь сжать зубы и выдавить широкую натянутую улыбку, в то время как её правый глаз слегка подёргивался, словно её мозг был буквально перегружен и у неё не было слов, чтобы выразить себя перед лицом эстетического бедствия, представшего перед её глазами. — Ну да, они определённо будут удивлены, — добавил Спайк, почёсывая голову, глядя на причудливые платья своих друзей. Пока Спайк говорил, Рэрити вернулась к реальности и сумела набраться сил, чтобы снова заговорить. — В-вообще-то, я думаю, было бы лучше… — начала Рэрити с нервной улыбкой, пытаясь придумать способ объяснить, какой ужас предлагают её друзья. Однако, видя их возбуждёнными и улыбающимися от радости, позирующими в своих новых и причудливых нарядах, Рэрити в конце концов сдалась. — Ф-фух… хорошо… если вы этого хотите… Но при одном условии! Для следующего модного показа всепони будут демонстрировать платья по моему выбору, договорились? — Договорились! — хором ответили пятеро пони с огромными улыбками, полностью взволнованные идеей продемонстрировать свои прекрасные наряды, чтобы все смотрели и восхищались их собственными оригинальными дизайнами. «Ладно, пока они счастливы, думаю, меня это тоже устраивает, — подумала Рэрити, вздыхая и слегка улыбаясь. — К тому же это всего лишь маленький модный показ, что может пойти не так?» — Ого! Вау… здесь гораздо больше пони, чем я ожидал, — нервно сглотнув, сказал Спайк, выглянув из-за занавеса и увидев, что почти весь город собрался вокруг подиума, установленного для модного показа. — Как ты можешь не нервничать? — добавил Спайк, глядя на Рэрити. — О, дорогуша, это не первый мой модный показ, — с уверенной улыбкой ответила Рэрити. — Действительно, пришло гораздо больше пони, чем я ожидала, но когда ты уверена в своей работе, нет причин… Рэрити внезапно замолчала, когда к ней подошли её друзья, все готовые выйти на сцену в своих оригинальных платьях. — Беру свои слова обратно, я очень нервничаю! — почти истерически добавила Рэрити, увидев своих подруг и одежду, которая была на них. На долю секунды она почти забыла, что они одеты так, но сколько бы раз она их ни видела в этих одеяниях, которые они называют «платьями», она испытывала тот же шок и ужас. — Не волнуйся, всё будет идеально, — нежно улыбаясь, сказал Даск Шайн, не осознавая настоящей причины нервозности Рэрити. — Ну что ж, Спайк, твой выход, сделай отличное представление! По сигналу брата Спайк поправил элегантный галстук, сшитый Рэрити для этого случая, и взял микрофон, готовый объявить о начале долгожданного модного показа. Пока Спайк начинал своё представление, Даск, Флаттершай, Пинки Пай, Эпплджек и Рэйнбоу Дэш выстроились за занавесом, готовые выйти на сцену. — Послушайте… вы действительно хотите выйти… вот так… я… я думаю… — начала заикаться Рэрити, кусая губу и глядя на своих друзей. Ей хотелось кричать, что дизайны, которые они создали, были ужасны с эстетической точки зрения, что она никогда в здравом уме не стала бы проводить модный показ с моделями, одетыми подобным образом… но видя улыбки и гордые лица своих подруг, Рэрити не решилась сказать им, насколько ужасен их модный вкус. — Просто… просто пройдитесь, ни на кого не глядя, и быстро возвращайтесь сюда, — наконец смирившись, сказала Рэрити. Наконец занавес открылся, и пять моделей начали свой путь по подиуму. Все они были перед внимательными взглядами десятков пони, которые пришли больше из любопытства — пойти на модный показ Рэрити, где моделью выступает Даск, после всей той сцены, что они устроили на прошлом показе. Публика затаила дыхание, как только занавес открылся, все ожидали увидеть моделей и платья. Ибо хотя подавляющее большинство пришло по другим причинам, никто из присутствующих не мог отрицать, что платья Рэрити всегда были прекрасны, и независимо ни от чего, в этом модном показе можно было быть уверенным только в одном: Рэрити удивит их какими-нибудь замечательными нарядами. И вот публика пересохла в горле и чуть не подавилась собственной слюной, когда увидела «эффектные» новые дизайны, надетые на моделях, идущих по подиуму. На одном был уродливый плащ с какими-то странными рисунками, на другой — старая скатерть вместо платья, на третьей — нелепый детский костюм, ещё одна выглядела как водопроводчик в ковбойской шляпе, а на последней было нечто вроде странной брони; этих пятерых моделей можно было описать одним словом: «нелепо». С лицами, полными изумления, все в публике потеряли дар речи, они не могли поверить в только что увиденное, в то время как Рэрити просто съёжилась и закрыла лицо копытами, совершенно пристыженная. Единственными, кто улыбался, были пять моделей, достигших конца подиума. Они гордились тем, что оставили публику настолько впечатлённой своими смелыми дизайнами платьев. — Вау… они действительно поражены, — прошептала Эпплджек, всё ещё улыбаясь, но понемногу замечая, что что-то не так. — Да… возможно, нам стоит быстро вернуться, как сказала Рэрити, — прошептала Флаттершай, постепенно возвращаясь к своей природной застенчивости и кивая остальным, чтобы они вернулись за занавес, где теперь стояла Рэрити, быстро и отчаянно махавшая копытами, призывая их скорее возвращаться. — Может, мы делаем что-то не так? — прошептала Рэйнбоу Дэш, заметив, что публика вышла из оцепенения и теперь начала перешёптываться с озадаченными лицами. — Вот именно! Мы позируем! — прошептала-прокричала Пинки Пай, чтобы все подруги сделали то же, что и она. Затем пять моделей приняли экстравагантные позы, одну за другой, пытаясь подражать моделям из модных журналов, которые читает Рэрити, полагая, что так они смогут поразить публику ещё больше и наконец заслужат аплодисменты. — Взгляните на изумительную новую коллекцию самого талантливого дизайнера всей Эквестрии! — с гордостью воскликнул Даск, бросив взгляд на Рэрити, которая по какой-то причине прятала лицо и качала головой, словно многократно отрицая что-то. На слова Даска публика начала громче перешёптываться, в то время как замешательство становилось всё больше и больше. Пять моделей наконец смогли услышать, что говорили зрители, и наконец поняли истинный эффект, который производили их новые наряды. — Что это вообще такое? — Это шутка? — Как нелепо! Комментарии продолжались и продолжались, пока Даск и остальные опускали взгляды, чтобы лучше рассмотреть свои наряды, и начинали чувствовать стыд, слыша всё, что другие думали об их дизайнах. Затем Даск снова поискал глазами Рэрити, чтобы получить от неё указание, что им делать, но на этот раз не нашёл её. Казалось, она исчезла с подиума. — Это худшая шутка в мире! — внезапно крикнул какой-то пони из толпы, заставив всех посмотреть на него. Это был серый жеребёнок с веером в качестве кьютимарки, одетый очень элегантно, в тёмных очках и с длинной белой гривой, аккуратно зачёсанной и собранной на конце. — Не могу поверить, что я, великолепный Хойти Тойти, величайший модный критик Эквестрии, трачу своё время на эти… эти чудовища! Это не работа дизайнера, это работа для клоуна! Это последний раз, когда я делаю одолжение Фото Финиш. — После этого последнего комментария элегантный пони развернулся и начал уходить. Проворный ум Даска уже понял, что его костюм и платья его подруг были ошибкой и что его обязанность — попытаться исправить проблему и спасти репутацию Рэрити. Однако, услышав, что этот элегантный пони и в самом деле был знаменитым модным критиком, разум Даска заработал на полную мощность, чтобы найти решение менее чем за секунду; в противном случае карьера Рэрити как дизайнера закончилась бы. Со вспышкой Даск заставил появиться вечериночную пушку Пинки Пай и выстрелил из неё, заставив шарики и конфетти разлететься по всей аудитории под звук пушки Пинки Пай. — Конечно, это была шутка! А вы что подумали?! Боинг! Боинг! Боинг! — закричал Даск во всю глотку, чтобы модный критик не ушёл, одновременно делая пару оборотов вокруг себя и материализуя клоунский нос, состроив при этом дурацкое лицо. — Настоящий… настоящий модный показ скоро начнётся. Как по сигналу, как только Даск сказал это, свет на всей сцене погас, и остался гореть лишь один прожектор, направленный на занавес на подиуме. Затем занавес медленно открылся, являя величественную Рэрити, одетую в то же прекрасное фуксиевое платье, которое Даск видел несколько дней назад. Кроме того, на этот раз Рэрити добавила к наряду рубиновые серьги и золотую диадему, которые подчёркивали её красивое лицо в свете прожекторов, а её грива была элегантно уложена по-новому. Вся публика затихла при появлении Рэрити, но это была совсем иная тишина по сравнению с тем, когда на подиум вышли они, на этот раз все были загипнотизированы прекрасным обликом белой кобылы в её красивом платье, которое, казалось, сияло, пока она достойно и элегантно шла по подиуму. Пока Рэрити шла, публика начала перешёптываться между собой, улыбаясь и единодушно одобряя прекрасный наряд Рэрити. — Вот это платье, достойное гала, — внезапно произнёс модный критик, который, казалось, совершенно забыл о своём желании уйти несколько секунд назад, загипнотизированный, как и все, прекрасным обликом Рэрити. Даск Шайн, стоявший у края подиума, услышал модного критика, однако его глаза не могли оторваться от прекрасной Рэрити, которая медленно приближалась к нему и его остальным друзьям. Именно тогда Даск заметил, что рог Рэрити слабо светился, и что сияние драгоценных камней, которое, казалось, окружало её, не было воображаемым эффектом от мыслей о красоте Рэрити, но что Рэрити действительно заставляла своё платье оставлять слабый светящийся след, пока шла, делая всё, чтобы её платье выглядело ещё красивее. Как только Рэрити достигла конца подиума, где стояли её друзья, она подала им мимолётный сигнал глазами, чтобы они уходили. Затем, воспользовавшись тем, что единственный свет был сосредоточен на Рэрити и что глаза всей публики были прикованы к ней, Даск и остальные медленно двинулись в тень подиума, чтобы вернуться за занавес. Как только Рэрити заметила, что её друзья поняли её сигнал, Рэрити также направилась обратно к занавесу, всего на шаг позади своих друзей, достаточный для того, чтобы публика оставалась сосредоточена на ней, а не на них. Когда они достигли занавеса, все прошли сквозь него, а замыкала процессию Рэрити, которая, прежде чем скрыться за занавесом, бросила взгляд на публику и подарила им широкую улыбку. — А теперь начинается модный показ, — произнесла Рэрити тихо, но с громкостью, достаточной, чтобы все услышали. Затем она закрыла за собой занавес и сосредоточилась, чтобы включить ещё несколько прожекторов и создать световую игру, чтобы развлечь публику в этом небольшом промежутке времени. — Рэрити! Это было потряса…! — закричала Пинки Пай, но её быстро прервали. — У нас нет времени… Алоэ! Лотус! — совершенно серьёзно произнесла Рэрити, пока её рог всё ещё светился. Тотчас же из-за складной ширмы, стоявшей там и использовавшейся Даском и остальными для переодевания, появились Алоэ и Лотус — близняшки, работающие в Дневном спа-салоне Понивилля. — Даск будет первым, так как девочкам нужны причёски, у нас всего несколько минут, я верю, что вы управитесь быстро! — сказала Рэрити, пытаясь не выглядеть такой обеспокоенной, какой была на самом деле. Затем Алоэ и Лотус улыбнулись, зная, что настал момент вернуть долг той, кто помогала им столько раз, так что они не могли подвести. Затем обе сестры быстро затолкали Пинки Пай, Эпплджек, Рэйнбоу Дэш и Флаттершай за складную ширму, пока Даск остался наедине с Рэрити. — Не спрашивай, пожалуйста, надень это как можно быстрее, — сказала Рэрити, глядя на Даска серьёзным, почти умоляющим взглядом, словно зная, что Даск сейчас спросит, что происходит. Затем Рэрити протянула ему костюм, в котором Даск сразу узнал тот самый, что Рэрити показывала ему несколько дней назад, только теперь на рукавах, воротнике и краях пиджака красовалось множество звёзд разных оттенков и размеров. Даск посмотрел на Рэрити и единственное, что понял, — что даже не понимая в тот момент зачем, он должен был сделать именно то, о чём просила его подруга. Затем Даск быстро снял свой плащ и через считанные секунды облачился в костюм. — А теперь иди, пройди вперёд, а затем сразу обратно, — быстро сказала Рэрити, давая Даску расплывчатые, но сжатые инструкции о том, что делать на подиуме, открывая занавес, чтобы Даск вышел на сцену. Даск вышел на подиум и, как только ступил на него, сразу заметил, как изменился свет, вращаясь и мигая по-другому, а блёстки были похожи на звёздную пыль, падающую с неба. Публика была немедленно очарована современным и элегантным костюмом Даска, одобрительно и радостно перешёптываясь, пока он шёл по подиуму. В конце подиума Даск серьёзно посмотрел на публику, не в силах удержаться, чтобы не бросить короткий взгляд на модного критика, зная, что на этот раз всё иначе, и повернулся, чтобы вернуться к началу подиума. — Неплохо… неплохо… — произнёс модный критик, приложив копыто ко рту, пытаясь скрыть широкую улыбку удовлетворения, которая ясно указывала на то, что этот костюм ему определённо понравился. Пока Даск возвращался, публика начала аплодировать, и аплодисменты продолжались даже после того, как занавес закрылся за ним. — Рэрити, это было потрясающе! — почти прокричал Даск, впечатлённый не только постановкой Рэрити, но и прекрасным костюмом, который был сейчас на нём, и только теперь заметив его детали в зеркале, стоявшем там же. — Этот наряд изумителен, я знаю, ты просто добавила несколько деталей, но это как совершенно новый наряд, звёзды на нём почти светятся сами по себе! Весь наряд уникален и прекрасен. — Ф-фух… Спасибо, прости, что была так резка, но у нас не было времени, на модном показе не следует тратить много времени между одной моделью и другой, — сказала Рэрити, наконец выглядя немного более расслабленной. — И, кстати говоря… Как раз в этот момент Лотус выводила из-за складной ширмы Пинки Пай, которая была первой, кого привели в порядок, и в рекордные сроки Алоэ и Лотус нанесли ей макияж, причесали и одели. Как только Даск увидел Пинки Пай, его рот широко открылся от изумления тем, насколько мило выглядела его розовая подруга. На Пинки было платье с бело-голубым нагрудником, украшенным милым розовым бантом, на талии — белое кружево с вышивкой в виде конфет, с пышной розовой юбкой, полностью скрывавшей её пушистый хвост; её грива была собрана сзади, а на голове красовалась милая маленькая шляпка, идеально сочетавшаяся с её туфельками. Весь дизайн был вдохновлён сладостями из Сахарного Уголка, но не доходил до той нелепой крайности, которую создали Даск и Пинки Пай. — Рэрити, это платье прекрасно! Да, гораздо красивее того, другого платья! — с неподдельной улыбкой восторга сказала Пинки Пай. — Я знала, что тебе понравится, — также улыбаясь, ответила Рэрити. Затем Рэрити открыла занавес, и, как это было с Даском, свет снова изменился, меняя цвета и создавая идеальный фон в виде конфетного фантика, в то время как Пинки Пай начала свой путь по подиуму с огромной улыбкой. Даску потребовалось пара секунд, чтобы выйти из изумления, затем он посмотрел на Рэрити и, прежде чем успел что-либо сказать, первым делом заметил, что Рэрити устала из-за всех эффектов и магии, которые ей приходилось творить. Понимая, что это прекрасное шоу могла устроить только такая пони, как Рэрити, Даск встал рядом с ней, почти касаясь её, и заставил свой рог светиться, отдавая ей поддерживающую магию, чтобы её работа стала хоть немного легче. — Спасибо, — благодарно улыбнулась Рэрити, чувствуя меньшую усталость от части магической энергии Даска, поддерживающей её. — Как ты… когда ты успела сделать эти прекрасные платья? — сразу же нетерпеливо спросил Даск, желая разрешить все свои сомнения. — Я делала их одновременно с работой над вашими платьями, — улыбаясь, ответила Рэрити. — Днём я работала с тобой над твоими дизайнами, а ночью — над своими собственными. Это было очень утомительно, но, к счастью, мне помогал мой дорогой Спайки-вайки. — Так вот почему они оба были такими уставшими… — подумал Даск, наконец разрешая загадку. — И если ты ещё не заметил, и твой костюм, и платье Пинки, и платья остальных — это точно те же дизайны, что я показывала вам в первый день, — добавила Рэрити с улыбкой, полной гордости, оставляя Даска в изумлении, так как он действительно этого совсем не заметил. — Я знала, что вам не понравились мои дизайны, когда я показала их вам, но я также знала, что вы передумаете, как только увидите, на что мои дизайны действительно похожи в готовом виде. Тогда я придумала план сделать по два платья для каждой, хотя должна признать, что тот факт, что вам настолько понравились ваши собственные дизайны, заставил мои планы измениться. — Ты… ты знала, что нам понравятся твои дизайны? Я… я не понимаю… Как ты могла быть так уверена? То есть я не понимаю, почему твои дизайны сработали, а мои нет, — задумчиво произнёс Даск. — Я знаю, что твои платья красивее, в этом нет сомнений, но то, что сейчас сказала Пинки Пай… Я дал ей всё, что она хотела в своём платье, но теперь она говорит, что твой дизайн нравится ей больше, чем тот, что мы сделали вместе, почему так? — Потому что все они думают, что знают, чего хотят, но есть вещи, которые им нравятся больше, и некоторые из них они даже не осознают, — сказала Рэрити, улыбаясь озадаченному лицу Даска. Затем Рэрити указала на Пинки Пай, которая уже возвращалась по подиуму обратно. — Посмотри на Пинки Пай, любой пони, кто знает её, скажет, что она любит вечеринки и устраивать беспорядок, верно? — Конечно, — уверенно ответил Даск. — Тогда ты удивишься, узнав, что такая сумасшедшая пони, как она, на самом деле любит порядок в определённых вещах, — с гордой улыбкой произнесла Рэрити, зная, что Даск не поймёт, о чём она говорит. — Разве ты не замечал? На вечеринках она не разбрасывает шарики или серпантин как попало, она всегда следует шаблонам! Например, на прошлом дне рождения Эпплджек она разложила шарики в порядке: жёлтый, зелёный, синий, жёлтый, красный, зелёный, и так далее, точно следуя этому узору. Даск широко раскрыл глаза от удивления перед открытием Рэрити — чего-то, на что он сам, вероятно, никогда бы не обратил внимания. — Для твоего дизайна ты просто беспорядочно налепил конфет и шариков, но в моём дизайне я потратила время, чтобы создать узор из кружевных конфет и края юбки, поэтому я знала, что, сравнивая их, Пинки предпочтёт моё платье твоему. Как только Пинки Пай вошла за занавес под шквал аплодисментов, Даск снова потерял дар речи, когда из-за складной ширмы появилась Флаттершай, более прекрасная, чем когда-либо, одетая в длинную зелёную юбку, имитирующую узоры из листьев, с вышивкой в виде цветов на платье, ожерельем, заканчивающимся красивой матерчатой бабочкой на груди, такой же, как та, что украшала её левое ухо, в то время как её грива была слегка завита на кончиках и украшена разными маленькими цветами. — Это платье прекрасно! Не знаю, о чём я думала, когда создавала свой дизайн, я… мне действительно жаль, что я сомневалась в твоих дизайнах, Рэрити, — сказала Флаттершай, улыбаясь и слегка смущаясь. — Не беспокойся, дорогая, — ответила Рэрити, улыбаясь в ответ. Когда занавес снова открылся и Флаттершай вышла на подиум, Рэрити снова сменила освещение, сделав его зелёным внизу и небесно-голубым вверху, создавая эффект, будто Флаттершай дефилирует по зелёному и тихому лугу, что идеально сочеталось с её нарядом, вдохновлённым природой. — Если спросить Флаттершай, она скажет тебе, что любит всё, что связано с природой, например, деревья, цветы и животных, — продолжила разговор Рэрити. — Но тогда скажи мне, ты думаешь, что гнездо на голове было хорошей идеей? Или что губчатый материал, который ты положил на низ юбки для настоящих цветов, был правильным решением? — Это… это то, что она просила меня сделать, — неуверенно ответил Даск. — Флаттершай любит природу и постоянно кормит и балует своих зверушек, но чувствовал ли ты когда-нибудь от неё такой противный запах грязных животных? — спросила Рэрити, оставляя Даска в изумлении; он только сейчас понял, что сказанное Рэрити было правдой, Флаттершай всегда пахла цветами, никогда не имела неприятного запаха, несмотря на то что проводила много времени в окружении животных. — Это потому, что она очень тщательно следит за собой, больше, чем все мы вместе взятые. Она всегда любит быть чистой, поэтому, хотя сначала она и подумала, что было бы неплохо иметь гнездо на голове или настоящие цветы на платье, со временем я поняла, что она предпочтёт более простое платье с юбкой, которая не будет волочиться и доходить только до копыт, и которая не будет сделана из губчатого материала с грязью на нём; используя разные ткани, чтобы создать иллюзию природы, а не использовать саму природу в платье. Пока Даск слушал Рэрити, всё обретало всё больший смысл. Затем Даск начал задаваться вопросом, не знает ли он своих подруг лишь поверхностно, но эта мысль быстро рассеялась, когда в этот момент из-за складной ширмы появилась Рэйнбоу Дэш в своём платье. На ней была длинная юбка в цветах радуги, с вышивкой из хлопковой ткани на краю, которая идеально имитировала облако; также на ней было изящное колье из драгоценных камней, имитирующее виноградную гроздь на груди, и золотые туфельки с лентами, красиво завязанными до середины ног; её грива была приглажена и хорошо расчёсана, с брошью в виде золотого лаврового листа, придававшей очень элегантный штрих всему образу. Из всех своих подруг, должен был признать Даск, Рэйнбоу Дэш удивила его больше всех, потому что ему никогда не приходило в голову, что платье может так хорошо подходить его дерзкой и грубой подруге. — Я… я не уверена, что хочу, чтобы всепони видели меня такой… — нежно краснея, сказала Рэйнбоу Дэш. Затем она мельком взглянула на Даска и увидела, как он смотрит на неё с широко открытым ртом, что придало ей немного уверенности. — Хотя… может быть, это не так уж и плохо, это действительно мило, Рэрити! — Я знала, что тебе понравится, дорогуша, — любезно ответила Рэрити. Флаттершай покинула подиум, и теперь настала очередь Рэйнбоу Дэш. Как только она приблизилась к выходу на подиум, освещение резко сменилось, быстро двигаясь и имитируя удар молнии на сцене — нечто идеальное для выхода этой пегаски. — С Рэйнбоу Дэш, по правде говоря, всё довольно просто, — с улыбкой сказала Рэрити, продолжая разговор с Даском. — Она любит демонстрировать свою силу, она хороша в спорте, она жёсткая и всё такое, но у неё также есть мягкая сторона, которую она старается скрывать от публики; ей тоже нравится быть женственной, ей нравятся милые вещи, ей нравится хорошо выглядеть, ей нравится показывать, что она всё ещё кобыла, хотя ей нравится заниматься многими вещами, которые обычно считаются более подходящими для жеребцов, хотя, конечно, она никогда в этом не признается, ей нравится поддерживать свой имидж «крутой девчонки», хе-хе. — Рэйнбоу Дэш — кобыла… — прошептал Даск, словно на секунду забыв об этом, не в силах оторвать глаз от Рэйнбоу Дэш. Затем Рэйнбоу Дэш вернулась за занавес, и в этот миг появилась последняя кобыла, ожидавшая за складной ширмой, — Эпплджек. На ней была менее пышная юбка, чем у её подруг, оставляющая хвост свободным, зелёная юбка, дополненная множеством кожаных украшений как в нижней, так и в верхней части, с неизменными яблочными орнаментами; на ней были более простые, но элегантные сапоги, ковбойский ошейник с брошью в виде яблока и шляпа, очень похожая на ту, что она носила обычно, но с вышивкой и парой нарисованных яблок у основания, в то время как над её гривой поработали больше всего: верхняя часть была элегантно зачёсана с лёгкой волной, а длина была красиво заплетена в косу, как и её хвост. — Это… это очень красиво, Рэрити, — сказала Эпплджек, глядя в зеркало и слегка краснея. — Я бы никогда не додумалась до такого. — Я знала, что это будет идеально! — удовлетворённо улыбаясь, сказала Рэрити. Рэйнбоу Дэш вернулась за занавес, а Эпплджек сделала пару вздохов, чтобы успокоить нервы, и затем вышла на подиум. Как и для других девочек, Рэрити снова сменила освещение, сделав его приглушённо-красным, словно с неба падали яблоки. — С Эпплджек всё немного сложнее, — сказала Рэрити, продолжая разговор с Даском. — Если спросить её, она расскажет о вещах, связанных с её работой, просто потому, что она очень практична, а также потому, что в её семье её всегда воспитывали с этой ментальностью «любви к труду», и это настоящая причина, почему она так думает. Из-за её семьи! Именно в этом и заключается та сложность, которую мне нужно распутать, чтобы выяснить, что ей нравится, чтобы ты мог понять: то, что она любит больше всего, — это её семья, или, скорее, то, что она собой представляет. Вся её жизнь вращается вокруг этого — вокруг яблок и сохранения наследия её семьи, но есть кое-что, чего она также хочет в глубине души, она хочет показать, что она не просто очередная «Эппл» в семье, она хочет показать, что она — «Эпплджек», её индивидуальность, и это платье отражает это идеально, то, что может носить она и никто другой в её семье, но всегда сохраняя живую связь со своей семьёй. Она хочет показать, что она часть своей семьи, но также что она отличается и уникальна! На слова Рэрити Даск лишь замолчал, поражённый тем глубоким анализом, который Рэрити провела по отношению к своим подругам, и всё исключительно ради них самих, чтобы создать для них платья, которые идеально подходят каждой из них. Действительно, Даск уже видел, что платья Рэрити были намного лучше тех, что сделал он, но теперь он видел, что это было не только потому, что они были более эстетичны и обладали большим чувством моды, чем у него, но и потому, что в создание этих платьев было вложено много любви. — Так ты узнала, чего они хотят в глубине души… — прошептал Даск, улыбаясь и глядя на подругу с изумлением. — Хм? Ну, не только к ним, это относится и к тебе, — сказала Рэрити, глядя на него краем глаза. — Что ты имеешь в виду? — удивлённо спросил Даск. — Ты тоже думаешь, что знаешь, чего хочешь, но это не совсем так, как ты думаешь, — улыбаясь, сказала Рэрити. — Например, ты решил поместить звёзды на свой костюм, верно? Тогда скажи мне, почему ты выбрал именно это? — Н-ну, потому что созвездия очень впечатляющи, с исторической и природной точки зрения, сформировавшиеся эоны назад, созвездия… — начал объяснять Даск, становясь похожим на профессора. — Это из-за того, что они заставляют тебя чувствовать, — с улыбкой перебила Рэрити. — Наверняка потому, что когда ты смотришь на звёзды, они дарят тебе тепло и безмятежность, с которыми ничто не может сравниться, не пытайся всё рационализировать. Вот что с тобой происходит: ты хочешь показать другим свой интеллект и показать, что ты пони спокойный и уравновешенный, но на самом деле ты чувствуешь, как и всепони вокруг, испытываешь чувства, которых, возможно, стыдишься. Даск уставился на Рэрити с широко раскрытыми глазами, осознавая, что его подруга, казалось, знала его лучше, чем он сам знал себя, потому что он просто принял, что сказанное Рэрити было правдой, что всё то, чем он был когда-то до приезда в Понивилль, изменилось. — Хе-хе, полагаю, я такой же, как и девочки, — улыбаясь, сказал Даск, признавая, что ему тоже нужно лучше познать самого себя. — Это проблема, верно? Не знать, чего ты на самом деле хочешь… или кого ты на самом деле хочешь… — прошептала Рэрити, глядя на Даска с более ностальгическим видом. — Хотя я надеюсь, что ты это выяснишь рано или поздно. Под громовые аплодисменты Эпплджек стала последней, кто покинул подиум, и пока аплодисменты продолжались, Рэрити вновь построила своих подруг, на этот раз так, чтобы все они вышли вместе и завершили модный показ. Как только они вышли на сцену, все в публике аплодировали, и аплодисменты только усилились, когда, к удивлению Рэрити, Даск и его подруги сделали шаг назад, чтобы Рэрити оказалась впереди, и публика, помня, что именно она была дизайнером этих прекрасных платьев, признала и восхвалила её, что довело белую единорожку почти до слёз умиления, особенно когда её любимый Спайк подошёл к ней с букетом цветов — что-то, что они с Даском спланировали как сюрприз на конец модного показа, и что Рэрити взволнованно поблагодарила, крепко и нежно поцеловав дракончика в обе щёки, чего было достаточно, чтобы Спайк достиг нирваны. Вот так модный показ наконец завершился, и репутация Рэрити стала выше, чем когда-либо в городе, настолько, что они на какое-то время забыли о ложных слухах о ней. — Ф-фух… Я рада, что всё закончилось, — сказала Эпплджек, как только они закрыли занавес в последний раз и модный показ завершился. — Это платье милое и всё такое, но я не очень люблю быть моделью. — Ага, хотя я всё ещё думаю, что шлем от другого платья был не так уж плох, — сказала Рэйнбоу Дэш, выглядя немного некомфортно из-за своей теперь хорошо расчёсанной гривы. — Может, я могла бы прицепить пару шариков к хвосту, чтобы он выглядел лучше, — сказала Пинки Пай, глядя на своё платье. — Не думаю, что вам нужно что-то делать с вашими платьями; вы все выглядите прекрасными такими, какие есть, — с улыбкой сказал Даск, затем осознав, что только что бесстыдно сказал всем своим подругам, что они прекрасны, и покраснел. — Н-ну… если ты действительно так думаешь… — сказала Рэйнбоу Дэш, густо краснея, как и её подруги, после того как Даск сказал им это. — Ладно, девочки, пожалуйста, снимайте платья аккуратно, чтобы они оставались в идеальном состоянии и вы могли надеть их в день Гала, — снова сказала Рэрити, ведь после модного показа нужно было ещё многое привести в порядок. Пока кобылки ушли за складную ширму, чтобы снять платья, Рэрити посмотрела на Даска, который просто стоял там, чтобы обеспечить своим подругам уединение. Затем Рэрити уставилась на Даска напряжённым и нежным взглядом, открыла рот, чтобы что-то сказать, но мгновенно остановилась, и её лицо внезапно изменилось. Даск сразу заметил это. — Что-то случилось? — спросил Даск с несколько обеспокоенной улыбкой, не понимая, почему Рэрити так на него смотрит. — О, не волнуйся, просто я увидела кое-кого… кого предпочла бы не видеть, — сказала Рэрити, качая головой и изображая довольно нервную улыбку, чтобы не волновать Даска. Даск понял, что Рэрити смотрела не на него, а на кого-то позади него. Обернувшись, он увидел, что к ним приближается какой-то пони, модный критик, который шёл с широкой улыбкой, элегантной походкой. — Великолепно! Божественно! Я знал, что Фото Финиш не подведёт меня. Она сказала, что я найду здесь, в Понивилле, великого дизайнера, который станет моей следующей восходящей звездой, и она была права! — сказал модный критик по имени Хойти Тойти, подходя к тому месту, где стояли Даск и Рэрити. — Помнишь историю о том жеребце, которую я рассказала тебе на днях? — нервно прошептала Рэрити на ухо Даску, прежде чем Хойти Тойти достиг их. — Тот жеребец, которого я не хотела бы когда-либо снова видеть из-за того, что он мне сделал… «Историю, которую она рассказала мне на днях?» — подумал Даск, пытаясь вспомнить. Затем, словно удар молнии, воспоминание о печальной истории бывшего жеребца-друга Рэрити пронзило мозг Даска, и в этот момент его мозг перестал мыслить логически, в тот же миг его глаза полностью налились красным. Хойти Тойти наконец достиг Даска и Рэрити и собирался открыть рот, чтобы познакомиться и поговорить лично с дизайнером этого мастерского модного показа, потому что на подиуме он не очень хорошо разглядел его лицо. Однако единственное, чего достиг Хойти Тойти, — это то, что лавандовый жеребец, стоявший рядом с той кобылой, резко повернулся с полным ненависти взглядом, способным парализовать даже дракона, и затем сильный удар пришёлся ему прямо в лицо. От сильного удара правым копытом Даска Хойти Тойти упал на пол, в то время как яростный взгляд Даска, ослеплённого гневом, наконец начал понемногу спадать. Мгновенная ярость, рождённая лишь от одного воспоминания истории Рэрити и от представления его подруги, которой пользовался жестокий жеребец. Тем временем остальные подруги Даска вместе с Лотус и Алоэ, все находившиеся за складной ширмой, высунули головы и начали удивлённо и с любопытством смотреть, что вызвало все эти крики. — Даск! Что ты наделал?! — закричала Рэрити, удивлённая и напуганная тем, что только что произошло. Затем она бросилась на пол рядом с Хойти Тойти и попыталась помочь всё ещё оглушённому модному критику подняться. — Он… он это заслужил, за то, что сделал с тобой… Ни один жеребец не должен так прикасаться к кобыле! — сердито произнёс Даск, медленно успокаиваясь и приходя в себя, так как даже он сам был удивлён тем, что только что сделал, ведь Даск был более спокойным и уравновешенным пони, не из действующих, и никогда в своей жизни никого так не бил. — Что ты…? — удивлённо сказала Рэрити, затем быстро поняла, что происходит. — Даск, ты ошибаешься, это не тот жеребец, что был моим жеребцом-другом, это тот жеребец, что забрал мои деньги в Кантерлоте! Вот что я имела в виду, говоря, что это тот жеребец, о котором я рассказывала тебе на днях и которого я никогда не хотела видеть снова! Мозг Даска быстро заработал, и тут он вспомнил, что Рэрити рассказывала ему историю о своём бывшем жеребце-друге и историю о пони, который забрал все её деньги, когда она предложила их ему в Кантерлоте. — О… Теперь я понимаю… — неловко произнёс Даск, когда вся его злость и смелость мгновенно исчезли, уступив место чистому стыду и сожалению. Затем он посмотрел на Хойти Тойти, который, казалось, наконец приходил в себя после ошеломления. — Хе-хе-хе… Упс! — Что это было?! Это недопустимо! Стража! Стража! — начал кричать Хойти Тойти, трогая щёку, куда пришёлся удар Даска, и зовя стражу, словно думал, что всё ещё находится в Кантерлоте. — Н-нет! Пожалуйста, успокойтесь, это было огромное недоразумение, — испуганно сказала Рэрити, пытаясь успокоить жеребца, чтобы не случилось нового скандала, ведь она только что вышла из одного. — Успокоиться?! — оскорблённо переспросил Хойти Тойти, глядя на этот раз на Рэрити, которая всё ещё сидела рядом с ним. — Как я могу успокоиться, когда этот варвар…! Погодите! Я знаю вас. Затем Хойти Тойти снял очки, чтобы лучше рассмотреть лицо Рэрити, а затем крепко обнял её с улыбкой, словно всё только что произошедшее было на секунду забыто. — Вы та кобыла! Та святая, что помогла мне в мой самый отчаянный момент! Вы моя спасительница! — взволнованно произнёс Хойти Тойти, всё ещё обнимая совершенно удивлённую Рэрити, которая, как и Даск, не понимала, что происходит. — Вы меня помните? — удивлённо сказала Рэрити, затем отстранилась от объятий и взяла Хойти Тойти за плечи, строго глядя на него. — Вы также помните, как забрали все мои деньги?! — Конечно, помню… Погодите-ка, вы сказали «все ваши деньги»? — удивлённо переспросил Хойти Тойти, затем опустил взгляд, упорядочивая свои мысли с этой новой информацией, пытаясь понять, что произошло. — О… подождите, думаю, я должен вам кое-что объяснить… — В тот день я только что прибыл из Манхэттена, чтобы заключить крупную сделку в столице, и так как я не знал Кантерлота, я попросил одного любезного жеребца провести меня по городу. Тогда он завёл меня в самые тёмные переулки Кантерлота, и именно там какие-то бандиты украли всё! Мои сумки, мои деньги, даже мою дорогую одежду, что была на мне, а затем бросили меня в трясину и насмехались надо мной. После этого я начал просить о помощи, но никто из пони в столице не приближался ко мне, всепони думали, что я попрошайка. Прошло не так много времени, когда ВЫ подошли ко мне, прекрасная и элегантная молодая кобыла, одетая в красивое и дорогое платье, и вы предложили мне то, что было в вашей сумке. Я знал, что это было много денег, но я знаю, что в Кантерлоте много богатых семей, поэтому я не колебался и в своём отчаянии взял ваши деньги и немедленно отправился покупать одежду, туфли и очки, понимаете ли вы, пони моего ранга не может появляться голым, я бы потерял свой статус модного критика… Как только я прилично оделся благодаря вашим деньгам, я связался со своими партнёрами, чтобы осуществить свою сделку, и они прислали мне ещё денег, чтобы возместить потерянное, а затем, решив все дела в Кантерлоте, я оставался там несколько недель с одной-единственной целью — разыскать ту богатую молодую кобылу, которая помогла мне в тот раз. Я искал её по всему Кантерлоту, даже говорил с самыми знатными и богатыми семьями там, но так и не смог вас найти. Я никогда не думал, что эта прекрасная и элегантная леди живёт в таком маленьком городке, как этот, и что это были ВСЕ ваши деньги. Рэрити слушала всё это, поражённая историей, как и Даск позади неё. В то время как остальные их друзья продолжали слушать драму, выглядывая из-за складной ширмы и поедая попкорн, который Пинки Пай откуда-то достала. — Знаете… я на самом деле не носила в тот день дорогое платье, я надела платье, которое сшила сама, и из довольно дешёвых материалов, — сказала Рэрити, немного улыбаясь, чтобы наконец снять напряжение. — Невероятно! Это ещё более потрясающе! Ха-ха-ха… Ай! — сказал Хойти Тойти, начиная смеяться с Рэрити, пока смех не заставил боль от удара по щеке вернуться, и он вспомнил всё, что только что произошло. — Ах да! Какого сена ты меня ударил?! — добавил Хойти Тойти, глядя на Даска, уже спокойнее, но всё ещё сердясь за удар. — Мне очень жаль! — быстро сказала Рэрити, прежде чем Даск успел ответить, с умоляющим видом глядя на модного критика. — Просто он перепутал вас с кое-кем другим, кое-кем, кто причинил мне сильную боль очень давно, пожалуйста, простите его, пожалуйста, не злитесь на него, он просто пытался защитить меня. Хойти Тойти оставался задумчивым несколько секунд, пока наконец не встал, не отряхнул грязь со своего элегантного костюма и не посмотрел более серьёзно на Даска и Рэрити, которые тоже встали и теперь с выжидающим видом стояли рядом с Даском. — О, очень хорошо, я забуду это огромное оскорбление, нанесённое мне, а вы, в свою очередь, простите меня за то, что случилось тогда. Такой обмен вас устроит, моя дорогая? — сказал Хойти Тойти, протягивая копыто Рэрити. — Да, большое спасибо, — немедленно ответила Рэрити, зная, что эта сделка означала, что она не сможет вернуть деньги, которые отдала Хойти Тойти, но это было не важно; самым важным было то, чтобы проблема не разрослась дальше и чтобы ни у неё, ни у Даска не было проблем с кем-то настолько важным, кем, по-видимому, был Хойти Тойти. — Замечательно, теперь всё, что осталось, — это то, что я вам должен, — сказал Хойти Тойти с озорным видом. — Простите, что? — удивлённо спросила Рэрити. — То, что я вам должен, моя дорогая, возместить вам те деньги, что вы мне одолжили. С тех пор прошла уже пара лет, а я всё ещё в долгу. Что, вы действительно думали, что моих извинений будет достаточно, чтобы отплатить вам за ту великую доброту, что вы оказали мне тогда? — с улыбкой сказал Хойти Тойти. Та же улыбка появилась на лице Рэрити, когда она осознала, о чём он говорил. — Думаю, хорошим способом отплатить вам было бы отвезти ваши прекрасные платья в главные бутики, в самые большие города Эквестрии, и таким образом всепони в Эквестрии смогли бы оценить столь прекрасную работу… Скажите, как вам такая идея? — Это… это будет воплощением мечты! — почти закричала Рэрити, настолько взволнованная тем, что наконец достигла одной из целей в своей жизни, что обняла Даска Шайна, стоявшего рядом с ней. — Мы сделали это! Даск улыбнулся, глядя на неё, и уже собирался сказать: «Нет, ТЫ это сделала», думая поправить её и сказать, что только она сама достигла этого благодаря своей одежде и своей щедрости, которая дала ей эту возможность. Однако впервые Даск подумал, что понял, что значит видеть дальше того, что сказала ему Рэрити, и тогда Даск понял, чего Рэрити действительно хочет. Она могла казаться очень сосредоточенной на своей работе и всегда хотеть преуспеть, но она не хотела делать это одна, она хотела делать это со своими друзьями, вот почему она шила платья вместе со всеми ними, вот почему она обращала внимание на детали, которые могли бы заставить их сиять ярче, потому что для неё было важно сиять самой, но она предпочитала выделяться вместе со всеми своими друзьями. — Да, мы сделали это, — наконец улыбнувшись и ответив на объятие, сказал Даск, понимая, что Рэрити хотела, чтобы он и его друзья были частью этого особенного для неё момента. Наступило следующее утро в Бутике Карусель, и Рэрити была рядом с Даском в главном зале, приводя в порядок последние оставшиеся после вчерашнего показа вещи. — Спасибо, что помогаешь, — сказала Рэрити, убирая с пола обрезки ткани. — Я подумал, что у тебя всё ещё много дел, в конце концов, я пробыл здесь пять дней и теперь знаю, сколько времени уходит на создание стольких платьев, — улыбаясь, ответил Даск. — Думал попросить Спайка помочь, но он ведёт себя немного странно со вчерашнего дня, полагаю, он, наверное, очень устал. — Бедный Спайки-вайки, я так благодарна ему, это было очень мило с его стороны помогать мне каждую ночь с платьями… Ну, теперь мне нужно только убрать эти ткани и платья, и всё будет готово, — улыбаясь, сказала Рэрити, подбирая последние куски ткани с пола. Затем она остановилась и заговорила, стоя спиной к Даску. — Кстати… я не поблагодарила тебя за вчерашнее. — Хм? За участие в модном показе? Не стоит благодарности, — улыбнулся Даск. — Я не об этом, я имею в виду… когда ты защитил меня, спасибо, — сказала Рэрити, всё ещё стоя спиной к Даску, хотя сзади было видно, что её щёки слегка покраснели. — Я знаю, это было недоразумение, и в тот момент я очень испугалась, что ты создашь ещё больше проблем, но теперь, когда всё случилось так, как случилось, меня действительно радует, что ты хотел защитить меня. Так что, спасибо! — в этот миг Рэрити обернулась с яркой и огромной улыбкой неподдельного счастья. В этот момент на несколько секунд сердце Даска забилось быстрее, а щёки покраснели. — Н-не за что, хе-хе… — неловко произнёс Даск, глупо смеясь. Затем он аккуратно взял пару платьев и повесил их на крючки для хранения. — К-куда бы ты хотела повесить эти платья? — быстро сказал Даск, чтобы Рэрити не заметила, каким неуклюжим он может быть от простой улыбки кобылы. — Пойдём, я сложу платья сюда, — с улыбкой сказала Рэрити, немного довольная тем, что увидела, как Даск покраснел от её улыбки. Затем она взяла последние платья, и вместе они убрали их в большой шкаф, который стоял за большой занавеской, — именно там Рэрити хранила большую часть своей одежды и дизайнов. Пока Рэрити убирала и приводила в порядок висящие платья, она закусила губу и повернулась посмотреть на Даска. — Знаешь, помнишь, как я просила тебя закрыть глаза и представляла тебе кое-какую одежду? — сказала Рэрити с чуть озорным видом. — Д-да… — запинаясь, ответил Даск, который мог только краснеть, вспоминая Рэрити в тех сексуальных чулках. — Ну, давай в последний раз сыграем в эту игру, закрой глаза, — сказала Рэрити, поворачиваясь, чтобы снова посмотреть на платья, висевшие там. Даск быстро закрыл глаза, как послушный щенок, ни о чём не спрашивая, просто нервничая, пока его воображение начинало рисовать безумные фантазии. «Нет, о чём ты только думаешь?!» — закричал Даск на себя в уме, представив Рэрити в сексуальном нижнем белье. — «Она бы никогда не надела такое… Но… что, если… Уф! Прекрати думать о своей подруге так!» — продолжал Даск бороться с собой в уме, как если бы Даск-ангел и Даск-демон спорили, как дети. Секунды шли, а Даск всё ещё ждал, когда Рэрити скажет ему открыть глаза. Однако, похоже, ничего не происходило — ни звука, по которому можно было бы угадать, в какой наряд облачилась Рэрити. Единственное, что Даск замечал с закрытыми глазами, — он находился очень близко к чему-то, что пахло просто восхитительно. К чему-то, что было прямо перед ним. Наконец, когда Даск уже открыл рот, чтобы спросить Рэрити, сколько ещё ждать, он почувствовал на своих губах нежнейшее прикосновение девичьих губ. Даск резко распахнул глаза, осознав, что Рэрити его целует. Его мордочка мгновенно залилась краской — почти фосфоресцирующей, ярко-алой. В первую секунду Даск подумал отшатнуться и в испуге отступить. Но тело не слушалось. Пока сердце билось тысячу раз в минуту, Даск медленно, очень медленно закрыл глаза и просто позволил себе раствориться в этом мгновении. Как только Даск совсем сомкнул веки, Рэрити мягко отстранилась от его губ, завершая то, что ощущалось долгим, нежным поцелуем, подаренным её любви. Щёки её пылали, когда она открыла глаза и посмотрела на него пристально, с толикой страха в глубине взгляда. Едва поцелуй закончился, Даск тоже открыл глаза. В его взгляде застыло смятение — казалось, сотни мыслей и чувств вихрем кружились внутри, и он не знал, к какому из них прислушаться первым. Дрожащими губами Даск попытался что-то сказать, но его прервал новый поцелуй — мимолётный, трепетный, лишь на долю секунды коснувшийся его губ, но этого хватило, чтобы он покраснел ещё сильнее — так, что из ушей едва не повалил пар. — Не говори ничего… — прошептала Рэрити, тяжело дыша и быстро опуская голову, чтобы Даск не видел её глаз. Затем она развернулась и направилась к лестнице, ведущей в её комнату. — М-м… А-а… Э-э-э… — слабо пробормотал Даск, пытаясь остановить Рэрити, но всё ещё не в силах этого сделать — казалось, всё внутри него смешалось в кучу, не в состоянии решить, что же делать. Услышав его лепет, Рэрити на секунду глубоко вздохнула, обернулась к нему — всё ещё пунцовая от смущения — и… подмигнула. Это было всё, что она сделала, прежде чем быстро подняться по лестнице и скрыться из виду. Даск Шайн остался стоять, по-прежнему застывший в ступоре, не зная, что делать, ожидая, пока его мозг перезагрузится и заработает снова. Медленно выходя из оцепенения, Даск развернулся и побрёл к выходу. — Ой! А?! — воскликнул Даск, налетев на стену. Он так потерялся в своих мыслях, что даже не заметил, как идёт прямиком на неё. Даск закрыл глаза на мгновение и вздохнул, пытаясь выбраться из водоворота мыслей, чтобы сосредоточиться. Это оказалось чудовищно сложно — он всё ещё чувствовал вкус губ Рэрити и её аромат. Когда Даск заметил, что щёки его снова залились краской от одного лишь воспоминания о Рэрити, он тряхнул головой, пытаясь наконец мыслить здраво. Но мыслей было так много… так много, что он понял: понадобится не один день, чтобы переварить всё, что он сейчас думал и чувствовал. «Не пытайся всё объяснить логикой… Чувства — это не то, чего нужно стыдиться». Эти слова Рэрити сказала ему прошлой ночью. И теперь лавандовый жеребчик никак не мог выкинуть её из головы. Наконец он вышел из дома кобылки, которая только что подарила ему этот сладкий и нежный поцелуй… А тем временем, всего несколько секунд назад, когда Рэрити поднялась по лестнице… Она тихонько прикрыла за собой дверь своей комнаты, прислонилась к ней спиной и глубоко-глубоко выдохнула. Как только из лёгких вышел последний остаток воздуха, она прижала копытце к своим губам — и её лицо стало пунцовым, даже сильнее, чем у Даска после поцелуя. Несколько секунд ей удавалось сохранять самообладание, но это был её предел. Рэрити подбежала к кровати, прыгнула на неё животом вниз, прижала подушку к мордочке — и что есть силы закричала, бешено дрыгая задними ножками, словно маленький жеребёночек, брыкающийся от восторга. — Кьяяяяя! Я сделала это! Я сделала это! Не могу поверить, что я сделала это! — ликовала Рэрити про себя, не в силах перестать кричать от счастья и кружиться по кровати. К счастью, подушка, которую она сжимала, заглушала все эти радостные вопли. Затем Рэрити прижала подушку ещё крепче, а её синие глазки сияли от восторга, когда она вспоминала только что случившееся. — Это был не идеальный поцелуй, как в романах… Когда закат, вокруг падают лепестки роз, и мы оба говорим друг другу о своей любви… — произнесла Рэрити, глядя в потолок и на мгновение успокаиваясь. Но потом она снова вспомнила поцелуй — и щёки её вновь вспыхнули. — Нет, всё было не так, как я представляла… Но это всё равно самое романтичное событие в моей жизни! М-н-н-н! — Рэрити обхватила подушку изо всех сил, всё ещё чувствуя тёплый привкус губ Даска на своих. Рэрити не знала, но это стало её лекарством. С этого момента не имело значения, как ужасно всё сложилось в её прошлой попытке завести жеребца. Не имело значения, сколько боли и горечи принёс тот случай. Потому что теперь, если она вдруг снова о нём вспомнит, всё, что нужно будет сделать Рэрити, — пережить заново этот поцелуй. И её сердце разорвётся от радости, отгоняя все дурные воспоминания и напоминая ей: настоящая любовь способна исцелить всё.