Яблоко от яблони
3 июня 2026 г., 13:04
Тренировки стали частью их жизни.
Каждое утро, перед тем как идти в воду, Нетейям отводил Атею на пустынный пляж, где ветер сдувал песок с камней, а волны разбивались слишком далеко, чтобы мешать.
— Лук — это продолжение руки, — объяснял он, поправляя её локти. — Если ты не чувствуешь его, ты не попадёшь.
— А если я его чувствую, но руки трясутся? — спросила Атея, пытаясь удержать тетиву.
— Тогда ты не попадёшь дважды.
— Вдохновляюще.
Он улыбнулся краем губ и встал позади неё, положив свои ладони поверх её — четыре пальца поверх пяти, тёплые, шершавые от мозолей.
— Не тяни. Просто отпусти.
Атея выдохнула и отпустила тетиву.
Стрела улетела в сторону, воткнувшись в песок метрах в двух от мишени.
— Это была… не мишень, — осторожно сказал Нетейям.
— Я целилась в камень слева.
— Там нет камня.
— Теперь нет, — ответила Атея. — Я его распугала.
Он фыркнул. Потом рассмеялся — искренне, громко. Атея не видела его таким раньше: лицо расслабленное, глаза смеются, даже плечи трясутся.
— Ты ужасна, — сказал он.
— Ты уже говорил.
— Повторю.
Самооборона шла чуть лучше.
Нетейям показывал простые приёмы: как вывернуться из захвата, как ударить локтем, как использовать вес тела против более сильного противника.
— Ты маленькая, — сказал он. — Это твоё преимущество. Тебя недооценивают.
— Меня всегда недооценивали, — хмыкнув ответила Атея. — И всегда зря.
Он кивнул с улыбкой на лице.
— Покажи, как запомнила.
Атея сделала выпад — и он перехватил её руку, закручивая в замок.
— Хорошо, но медленно.
— Я только учусь.
— Учись быстрее, — он разжал хватку и отступил. — Я не всегда буду рядом, чтобы тебя спасать.
Атея посмотрела на него.
— А ты бы хотел?
— Что?
— Быть рядом. Чтобы спасать.
Он замялся. Ответил не сразу.
— Да, — сказал наконец. — Хотел бы.
На другом конце пляжа, в тени пальмы, Нейтири разбирала сети, напевая что-то себе под нос. Джейк сидел рядом, точил нож.
— Ты видишь? — спросила она, кивнув в сторону детей.
— Кого?
— Нетейяма. И Атею.
Джейк поднял голову. Прищурился.
— Он учит её стрелять.
— Он учит её, потому что хочет быть рядом, — мягко поправила Нейтири. — Смотри, как он на неё смотрит.
Джейк посмотрел. Дольше, чем нужно.
— Как? — спросил он, хотя, кажется, уже знал ответ.
— Как ты на меня смотрел когда-то.
Джейк положил нож. Вздохнул.
— Ты думаешь?
— Я знаю. — Нейтири отложила сеть и придвинулась ближе, положив голову ему на плечо. — Он мой сын. Я вижу его сердце.
Они молчали. Волны шуршали по песку. Где-то вдалеке кричали дети.
— Помнишь, как ты меня учил? — спросила Нейтири.
— Чему?
— Человеческим словам. Ты сказал «я тебя люблю». Сначала я не поняла. Думала, это про человеческую еду.
Джейк улыбнулся. Отложил нож в сторону.
— А потом?
— Потом поняла. — Она подняла лицо к нему. — «Я тебя люблю» — значит, я знаю тебя. Настоящего. Со всеми шрамами и глупыми привычками.
— Ты меня таким видела?
— С первого дня. Ты был ужасен, — она рассмеялась. — Неуклюжий, громкий, с этими твоими солдатскими шутками.
— Но ты осталась.
— Но я осталась.
Джейк поцеловал её в висок — нежно, как когда-то, в их первую ночь в лесу.
— Он счастлив, — сказал он про сына. — Я давно не видел его таким.
— Она тоже. — Нейтири кивнула в сторону Атеи. — Посмотри, как она улыбается, когда думает, что никто не видит.
— Яблоко от яблони, — хмыкнул Джейк. — И яблоня, и дерево, и весь сад.
— Ты просто хочешь сказать, что у сына хороший вкус?
— Я хочу сказать, что смотрю на них — и вижу нас. Двадцать лет назад.
Нейтири взяла его за руку — четыре пальца поверх пяти.
— Ей страшно, — тихо сказала она. — Я вижу это. Она чего-то боится.
— Может, он? — Джейк кивнул.
— Нет. Другого. Чего-то внутри себя.
Джейк нахмурился.
— Думаешь, она опасна?
— Думаю, она не знает, кто она. — Нейтири посмотрела на мужа. — Как ты когда-то.
На тренировке Атея наконец попала в мишень.
Не в центр — в край, едва задев. Но попала.
— Есть! — закричала она, подпрыгнув.
— Один раз, — усмехнулся Нетейям. — Повтори.
— Дай насладиться моментом.
— Не дам.
Он подошёл, чтобы поправить ей локоть, и вдруг замер. Так близко, что слышал её дыхание.
— Атея, — сказал он тихо.
— Мм?
— Ты… ничего.
Он отступил. Покраснел — насколько это возможно у синекожего На'ви.
— Давай ещё раз.
Она взяла новую стрелу, но в этот раз промахнулась. Может, потому что руки всё ещё дрожали. А может, потому что, когда он так близко, она забывает, куда целиться.
Вечером, у костра, Нетейям сидел чуть поодаль от всех. Чистил стрелы, но мысли были далеко.
— Сын, — позвала Нейтири, садясь рядом.
— Мама.
— Ты сегодня хорошо занимался. Атея, кажется, прогрессирует.
— Да, — коротко ответил он.
Нейтири помолчала.
— Она нравится тебе, — сказала она. Не вопрос.
Нетейям поднял голову. Посмотрел на мать долгим взглядом — не отрицая, не подтверждая.
— Я не знаю, что это, — сказал он наконец.
— А ты попробуй узнать.
— А если я ошибусь?
Нейтири улыбнулась — мягко, как улыбаются те, кто любил и терял, и снова любил.
— Тогда ты ошибёшься. Но ты хотя бы попробуешь.
Она встала, потрепала его по плечу.
— Твой отец был таким же. Всё боялся сделать первый шаг. Пришлось подталкивать.
— Ты его подталкивала?
— Пришлось. — Она рассмеялась. — Иначе он до сих пор сидел бы в своём аватаре и вздыхал в темноте.
Нетейям вздохнул.
— Я понял.
— Ты ничего не понял. Но поймёшь. — Она ушла к костру, оставив его наедине с мыслями.
Он посмотрел туда, где у пирса сидела Атея. Смотрела на звёзды. Думала о чём-то своём.
— Я тебя вижу, — тихо сказал Нетейям.
Ветер унёс его слова в море. Но, может быть, Эйва услышала.
