Телохранительница миллиардерши // The Billionaire’s Bodyguard

      ГЛАВА 16       ЭШ       — Ты пялишься.       Эш моргнула, осознав, что её поймали. Марго не подняла глаз от контракта, разложенного на кухонном острове, но в уголке её рта играла едва заметная улыбка.       — Я провожу оценку периметра.       — Периметр — это моя чашка кофе.       — Потенциальная угроза. Она может быть отравлена.       Теперь Марго подняла взгляд, и в её серых глазах теплилось веселье.       — Кем? Ты же её и сделала.       — Именно. Тебе следует быть осторожнее.       Марго рассмеялась — искренне, без тени защиты, — такой смех Эш стала слышать лишь последние две недели. Каждый раз от этого у неё в груди словно кувыркалось сердце.       В доме в Клиффсайде, в это субботнее утро середины апреля, царила тишина. Пространство было залито бледным весенним светом, а снизу доносился мерный ритм волн, разбивающихся о скалы. Марго сидела у острова в шёлковой пижаме, волосы ещё хранили следы сна, и просматривала документы, которые, судя по всему, не могли ждать даже в выходной, который, как она клялась, будет свободен. Эш прислонилась к стойке со своей второй чашкой кофе, наблюдая, как Марго выделяет маркером пункт и делает пометку на полях.       Ещё две недели назад Эш стояла бы у двери, наблюдая с профессиональной дистанции и не сводя глаз с окон, а не с того, как воротник блузки Марго открывает её шею. Теперь же она стояла в трёх футах, достаточно близко, чтобы видеть маленькую складку между бровей Марго, когда та читала, и чтобы, если захочется, протянуть руку и разгладить её большим пальцем.       Она этого не сделала. Но могла — и в этом была разница.       — Формулировка об ответственности неверна, — пробормотала Марго, скорее себе, чем Эш. — Франческа должна знать лучше.       — Хочешь, я позвоню ей?       — В субботу? — Марго покачала головой. — Подождёт до понедельника. Я просто… — она осеклась и отложила ручку. — Я должна отдыхать.       — Ты и отдыхаешь. Это и есть твой отдых. Ты сидишь, всё как полагается.       Это вызвало у Марго ещё одну улыбку — поменьше, но не менее настоящую. Она отодвинула контракт и потянулась за кофе, а Эш смотрела, как её пальцы охватывают чашку, как бриллиантовые гвоздики в ушах ловят свет.       Мне нужно позвонить Джанет.       Эта мысль пришла, как всегда — тихая, настойчивая, от которой невозможно долго отмахиваться. Политикой «Sentinel» требовалось разглашение любой романтической связи с клиентом. Эш знала протокол наизусть; она следовала ему без вопросов все десять лет работы в личной охране. Она знала, что должна сообщить об отношениях, принять назначение к новому клиенту и позволить кому-то другому взять Марго под защиту.       Кому-то, кто не знает, что Марго массирует виски, когда борется с головной болью, в которой не хочет признаваться. Кому-то, кто не выучил ритм её дыхания, ту особую тишину, что означает тревогу, и то, как её голос опускается на полтона, когда она устала.       Эш сделала большой глоток кофе.       Она не будет звонить. Она сделала этот выбор где-то в тумане последних двух недель, между моментом, когда Марго заснула, прислонившись к её плечу, и тем, когда Эш проснулась с её рукой на своём бедре. С ней Марго была в большей безопасности — это факт. Она знала этот дом, эту женщину, эту угрозу лучше любого, кого мог прислать «Sentinel». Но она также знала, что это рационализация, скрывающая нечто более простое и зловещее: она не могла уйти; она отказывалась.       — Ты опять это делаешь, — сказала Марго.       Эш подняла глаза.       — Что?       — То самое, когда ты уходишь куда-то, куда я не могу последовать. — Взгляд Марго был твёрд, она видела слишком много. — Куда ты уходишь? Ни туда, где хорошо.       — Просто задумалась.       — О чём?       — О том, действительно ли твой финансовый директор разбирается в праве об ответственности или она проверяет тебя на прочность.       Уголки губ Марго дрогнули, но она не стала настаивать. Это было ещё одно, чему их научили две недели: когда спрашивать, а когда позволить тишине сделать свою работу. Она встала, собрав листы контракта в аккуратную стопку, и подошла к стойке, где стояла Эш.       — Я освободила все выходные, — сказала она. — Никаких звонков, никаких писем, никаких паникующих членов совета директоров из-за прогнозов на второй квартал.       — Ты упоминала. — Эш поставила чашку, когда Марго вошла в её личное пространство — так близко, что она могла почувствовать запах её шампуня, дорогой и едва уловимый цветочный аромат. — И всё же…       — И всё же я здесь, читаю контракты в девять утра. — Руки Марго легли на бёдра Эш, пальцы скользнули под край футболки. — Старые привычки.       — Ужасные привычки.       — Ммм. Кто-нибудь должен меня отвлечь.       Пульс Эш участился, как всегда, когда Марго касалась её намеренно. Её до сих пор поражало, что это теперь позволено — что она может провести руками по рукам Марго, чувствуя шёлк под кожей, что может наклониться и поцеловать уголок её губ, не притворяясь, будто не хотела этого.       Понедельник наступит скоро. Они поедут в «Blackwell Strategic» в тишине, Эш займёт свой пост у двери, пока Марго будет командовать в зале совещаний, и никто не догадается, что все выходные они провели, прижавшись друг к другу. Спектакль стал рутиной: профессиональная дистанция в коридорах, нейтральные выражения лиц в лифте, тщательная хореография двух людей, притворяющихся, что они — меньше, чем есть на самом деле.       Но до понедельника было два дня. А сейчас — лишь тихий дом, шум волн и пальцы Марго, медленно вычерчивающие узоры на её коже.       — У меня есть идеи, — прошептала Эш ей в губы. — Насчёт отвлечения.       Марго улыбнулась и притянула её ближе. Эш позволила себя притянуть, позволила рукам Марго скользнуть под футболку и лечь на спину, позволила поцелую углубиться, пока не перестала думать о чём-либо, кроме тепла губ Марго и того мягкого звука, что она издала, когда пальцы Эш запутались в её волосах.       — В спальню, — пробормотала Эш.       — Слишком далеко.       Эш тихо рассмеялась, удивлённая, и Марго воспользовалась этой заминкой, чтобы стянуть с неё футболку. Утренний свет в кухонных окнах был ярким, безжалостным, и на мгновение Эш почувствовала себя обнажённой не только физически.       Затем руки Марго коснулись её, очерчивая линии плеч, края спортивного бра, и выражение её лица — сосредоточенное, полное признательности и желания — сожгло всё остальное.       — В спальню, — повторила Эш, теперь твёрже. — Я не собираюсь спешить.       В глазах Марго что-то мелькнуло. Предыдущие разы были отчаянными, лихорадочными, продиктованными адреналином или усталостью. Сейчас всё было иначе. Эш хотела, чтобы она почувствовала эту разницу.       Марго кивнула, и Эш последовала за ней по коридору, её рука уверенно лежала на пояснице Марго, направляя, но не подталкивая. Дверь спальни была открыта, солнечный свет разливался по огромной кровати с серыми простынями, всё ещё смятыми после сна.       Никакой спешки, — напомнила себе Эш. Это было не похоже на их столкновения в тумане выживания или на те моменты, когда усталость срывала стены и они занимались любовью в этой самой кровати — сначала медленно, но к концу уже отчаянно, когда контроль Марго трещал под тяжестью всего происходящего.       Это было осознанно, и Эш хотела, чтобы Марго это знала.       Она закрыла за собой дверь с мягким щелчком — этот звук заземлил её. Марго обернулась, их взгляды встретились — того острого, привычного выражения в её глазах не было. Эш сделала шаг, обхватила лицо Марго ладонями, большие пальцы коснулись линии челюсти. Она поцеловала её — не голодно, как прежде, а размеренно, медленно приоткрыв губы, чтобы почувствовать вкус кофе, всё ещё остававшийся на языке Марго. Та ответила вздохом, руки легли на талию Эш, пальцы скользнули под резинку спортивного бра, исследуя кожу.       Эш первой прервала поцелуй, отстранившись достаточно, чтобы увидеть лицо Марго — раскрасневшееся и ожидающее.       — Разденься для меня, — сказала она тихим голосом. Сердце колотилось от предвкушения, она дала Марго пространство, чтобы дышать и расслабиться.       Уголки губ Марго изогнулись в кроткой улыбке, она кивнула и отступила, потянувшись к пуговицам блузки. Эш наблюдала, опустив руки, наблюдала, как пальцы Марго освобождают одну пуговицу за другой, обнажая кружевной бра — чёрный, простой, подчёркивающий округлость её груди. Блузка упала на пол, руки Марго скользнули к брюкам, сдвинули их с бёдер, она отбросила их ногой. Она стояла в белье, бледная в утреннем свете, и Эш почувствовала тягу глубоко внутри — тоска, разгоравшаяся, как жар из тлеющих углей.       — Твоя очередь, — сказала Марго хрипло, но не шевельнулась. Эш сняла спортивный бра, позволяя ему упасть, затем зацепила пальцами край легинсов и трусов, сдёрнув их одним движением. Теперь, когда они были обнажены, воздух между ними наэлектризовался, но спешки не было. Эш вновь сократила расстояние, её руки легли на бёдра Марго, направляя её спиной к кровати. Они опустились на край, колени соприкоснулись, и Эш начала целовать её шею, приоткрыв рот, чувствуя вкус соли и тонкий аромат геля для душа.       Дыхание Марго участилось, пальцы запутались в коротких волосах Эш, придерживая её. Эш задержалась, губами прочертила линию до ключицы, затем ниже, ловким движением расстегнула бра. Оно упало, и Эш позволила себе миг, чтобы посмотреть на пышную грудь Марго, соски которой уже твердели от прохлады. Она наклонилась, накрыв один рот, язык медленно кружил, а рука сжала вторую, большой палец массировал пик. Марго выгнулась, из горла вырвалось тихое «черт», и Эш почувствовала, как это отозвалось в её собственном теле пульсацией между ног.       Она переключилась, всасывая нежно, затем сильнее, вызывая звуки, которые Марго издавала — сначала тихие, затем переходящие в стон. Свободная рука Эш скользнула по животу Марго, пальцы нырнули под резинку трусиков.       Ещё нет.       Она отстранилась, вновь встретившись с ней взглядом. — Ложись, — прошептала она.       Марго подчинилась, растянувшись на простынях, её тёмные волосы разметались по ткани. Эш последовала за ней, встав на колени между её ног, руки скользнули по бёдрам вверх, сдёргивая трусики. Теперь открытая, её женственность, лишённая лишнего, уже блестела. У Эш потекли слюнки, но она начала медленно, целуя внутреннюю сторону одного колена, затем другого, продвигаясь вверх. Марго смотрела на неё, глаза потемнели, и это сырое, незащищённое доверие ударило Эш, как кулаком. Марго, которая никому не доверяла, позволяла видеть это.       Губы Эш коснулись мягкой кожи внутренней стороны бедра, она слегка прикусила, затем успокоила языком. Она подобралась ближе, жар исходил от самого центра. Она развела складки двумя пальцами, обнажая гладкую розовую плоть, и нежно подула. Марго вздрогнула, бёдра слегка приподнялись. — Эш…       — Да, — ответила Эш, не отводя взгляда, наклонилась, и широким, плоским движением языка начала ласкать её от входа до клитора. Вкус Марго затопил её — мускусный и сладкий, — и Эш застонала, вибрация заставила Марго ахнуть. Она повторила, медленнее, кружа кончиком языка вокруг клитора, затем слегка всасывая. Пальцы Марго скомкали простыни, но Эш потянулась вверх, перехватив одно запястье, мягко прижав его к боку, чувствуя, как пульс Марго частит под тонкой кожей.       Через мгновение она отпустила её, рука последовала за ртом, один палец скользнул внутрь — влажно, туго, мышцы сжались вокруг неё. Эш медленно двигала пальцем, нащупывая точку G, в то время как язык продолжал ласкать клитор. Дыхание Марго участилось, бёдра задвигались, но Эш задавала темп, наблюдая за каждым подёргиванием век Марго. Это было для неё. Она хотела дать Марго пространство, чтобы развалиться на части, не боясь, что мир рухнет.       — Черт, Эш, ещё, — прошептала Марго, голос дрожал.       Эш добавила второй палец, растягивая её, толкая глубже, её рот не знал отдыха. Она чувствовала, как удовольствие Марго нарастает, напряжение свивается в пружину, и не сбавляла темп, её глаза всё ещё были прикованы к глазам Марго — зафиксированные, напряжённые, словно они были единственными людьми во вселенной.       Марго кончила с содроганием, её бёдра сомкнулись вокруг головы Эш, низкий стон вырвался из горла, когда плоть запульсировала вокруг пальцев. Эш дождалась, пока всё стихнет, мягко вылизывая её, пока Марго не потянула её за волосы вверх. Их рты встретились в глубоком, неряшливом поцелуе, и она позволила Марго почувствовать свой вкус на её губах.       — Теперь твоя очередь, — сказала Марго, но Эш покачала головой, целуя её до молчания.       — Ещё нет.       Эш сдвинулась, ложась рядом, позволяя руке блуждать по изгибу бедра, линии талии и возвращаясь к груди. Она снова спустилась по телу Марго, задержавшись на животе, язык нырнул в пупок, затем ниже. Марго развела ноги шире, приглашая, и Эш снова оказалась между ними, но в этот раз она закинула ноги Марго себе на плечи, притягивая ближе.       Она зарылась лицом между её ног, нос касался гладкой кожи, язык проникал внутрь, прежде чем вернуться к клитору. Руки Марго снова нашли её волосы, направляя, и Эш позволила ей это, наслаждаясь тягой. Одна рука скользнула под неё, большой палец надавил на вход, затем дразняще проскользнул глубже, кружа вокруг тугого кольца ануса. Марго напряглась, затем расслабилась, издав мягкий одобрительный гул. Эш надавила подушечкой пальца, двигаясь в такт языку, раздувая пожар.       Второй оргазм Марго ударил сильнее, её тело выгнулось дугой, резкое: «Да, чёрт!» вырвалось из горла. Эш почувствовала это в самом центре своего существа, теперь ноющего, влажного и пустого. Она подползла вверх, целуя рот Марго, позволяя той почувствовать всё на своих губах. Руки Марго тут же обхватили её, скользнули вниз, сжимая ягодицы, пальцы впились в кожу.       — Позволь мне. Пожалуйста, — сказала Марго, её глаза сияли огненным желанием.       Но Эш снова перехватила её запястья, прижав их к матрасу по бокам от головы, нежно и мягко, удерживая её, пока целовала шею, затем ключицу, потираясь бёдрами о бедро Марго для трения. Давления было приятно, но недостаточно. Она освободила одно запястье, направив руку Марго между ними, прижала её пальцы к своему клитору.       — Коснись меня, — прошептала Эш, и Марго начала медленно кружить, затем проскользнула внутрь — два пальца, затем три, наполняя её. Эш подалась навстречу, её рот был на груди Марго, она сосала так сильно, что оставила след. Ритм выстраивался, их глаза снова встретились, когда Марго толкнулась вверх, большой палец давил на клитор. Эш почувствовала, как приближается край, это глубокое притяжение, и она не отвела взгляд, глядя в глаза Марго, когда её накрыло — сначала тихо, затем сокрушительно, сдавленное: «Марго!» сорвалось с её губ.       Эш обмякла, наполовину навалившись на неё, её кожа лоснилась от пота, но она ещё не закончила. Не сейчас. Она перевернулась так, чтобы Марго оседлала её бёдра, руки легли на талию.       — Сядь мне на лицо, — сказала она грубым голосом.       Глаза Марго расширились, мелькнуло удивление, но она кивнула, приподнимаясь. Эш направила её вниз, руки на бёдрах, располагая как раз так — достаточно близко, чтобы вдыхать её аромат, её язык был наготове. Марго опустилась, сначала неуверенно, но Эш притянула её плотно, нос прижался к клитору, рот был открыт и ждал. Она лизнула её, руки сжали ягодицы Марго, слегка раздвигая их. Марго начала двигаться, находя свой ритм, и Эш вторила ей, язык проникал внутрь, затем сплющивался, чтобы она могла потереться о него.       Вид был всем: Марго над ней, голова откинута назад, грудь колышется, одна рука упирается в изголовье. Руки Эш блуждали, одна снова скользнула между ягодицами Марго, палец кружил вокруг ануса, в этот раз, проникая внутрь на самый кончик. Марго застонала, громко и безудержно, двигаясь сильнее. Эш занималась ею языком, палец в анусе, двойное ощущение толкнуло Марго за грань, она немного брызнула — горячо и влажно на подбородок Эш, тело содрогалось, пока она проживала это.       Марго сползла вниз после, обмякнув рядом, но Эш повернулась, притянув её в поцелуй, пробуя на вкус солёную сладость её разрядки. Их тела сплелись, руки исследовали друг друга лениво. Пальцы Эш чертили кривую позвоночника Марго, а ногти той легко скребли по рёбрам Эш. Было тихо, слышно было лишь синхронное дыхание и отдалённый гул дома.       В тот момент, чувствуя тяжесть Марго, Эш поняла — это любовь. Невысказанная, но тяжёлая в воздухе между ними, в том, как Марго позволяла ей вести, в доверии, что позволило им выбрать это. Её грудь сжало, разлилось тепло, не имеющее ничего общего с сексом.       Они лежали, сплетясь в серых простынях, голова Марго на плече Эш, а пальцы вычерчивали ленивые узоры на животе. Свет изменился, пока они не обращали внимания, утреннее сияние сменилось чем-то более тёплым.       — Нам стоит как-нибудь снова позавтракать, — пробормотала Марго с ироничной ноткой в голосе.       Эш тихо рассмеялась, целуя её в висок.       — Только если это всегда будет заканчиваться так.       День после этого тянулся медленно — так, как тянутся дни, когда ни у одной из них нет дел.       ***       Поздним утром они гуляли по тропе вдоль утёса, плечо к плечу, Эш по привычке осматривала кромку леса, пока Марго указывала, где эрозия съела тропинку с прошлой весны. Обед состоял из остатков, которые они ели, стоя у кухонной стойки, Марго воровала кусочки из тарелки Эш, потому что свою уже доела. После того как они прибрались, они принесли книги на террасу, океан сверкал под редким солнцем, ноги Марго лежали на коленях Эш, пока та читала триллер, с которым возилась уже три недели.       Это было обыденно и по-домашнему — день, которого Эш, согласно своей подготовке, не должна была хотеть.       К вечеру они переместились обратно на диван, по телевизору без звука шёл какой-то документальный фильм об исследовании морских глубин. Марго свернулась калачиком у бока Эш, тёплая и тяжёлая от довольства, дом смягчился в тенях.       — Эш.       — Мм?       Марго сдвинулась, подняв голову. В полумраке её глаза были серьёзны, они искали что-то на лице Эш.       — Мне нужно кое-что сказать тебе.       Грудь Эш сжало. Она сохраняла голос ровным, хотя по телу пробежала искра тревоги.       — Хорошо.       — Я люблю тебя.       Эш почувствовала эти слова в горле, в лёгких, в пространстве за рёбрами, где держала что-то, чему не хотела давать имя.       — Ты не обязана отвечать, — быстро добавила Марго, и Эш услышала страх под этим — старая маска пыталась вернуться на место, инстинкт защитить себя от отвержения. — Мне просто нужно было, чтобы ты знала. Я…       Эш поцеловала её — мягко и неспешно.       — Я тоже люблю тебя, — сказала она в губы Марго. — Я люблю тебя уже несколько недель. Я просто не… — она отстранилась, встретившись с глазами Марго. — Я не знала, разрешено ли мне это говорить.       Дыхание Марго прервалось.       — Разрешено?       — Ты — мой клиент. Я должна защищать тебя, а не… — Эш покачала головой. — Существуют правила, и я нарушила каждое из них.       — Ты жалеешь об этом? — голос звучал намного тише, чем обычно.       Вопрос завис между ними. Эш подумала о Джанет, о «Sentinel», о каждом нарушенном протоколе и каждом оправдании, которое она себе придумала. Она подумала о том, как смеётся Марго, когда не охраняет себя, о тяжести её тела в постели рядом, и о пугающем, невозможном чувстве, что она дома.       — Нет, — сказала она. — Я ни о чём не жалею.       Улыбка Марго была медленной, словно она не могла до конца поверить в то, что слышит. Она приподнялась и снова поцеловала Эш, в этот раз глубже, рука обвилась вокруг шеи Эш.       Когда они наконец отстранились, Марго снова улеглась ей на плечо с вздохом, который звучал как облегчение.       — И что теперь будет? — спросила она.       Эш притянула её ближе, наблюдая, как последние лучи света гаснут над водой.       Ответа не было. Угроза оставалась — Вик, и те, кто за ней стоял, и опасность, которая вообще привела Эш в жизнь Марго. В конце концов, что-то должно было произойти. Их секрет не мог храниться вечно.       Но это была проблема для той версии самой себя, которой придётся научиться играть обе роли — защитника и партнёра, — не потеряв при этом Марго.       — А теперь, — сказала Эш, — мы побудем здесь ещё немного.       В темноте рука Марго нашла её ладонь и крепко сжала.