Телохранительница миллиардерши // The Billionaire’s Bodyguard

      ГЛАВА 26       МАРГО       Машина медленно подъехала к отелю «Фэрмонт», и сквозь тонированные стёкла Марго видела фотографов, уже столпившихся по обе стороны красной дорожки. Где-то под рёбрами завязался узел — не то тревога, не то предвкушение, нечто среднее, чему она ещё не нашла названия. Полгода назад она назвала бы это ужасом. Сегодня же, чувствуя, как рука Эш согревает её ладонь, это было больше похоже на надежду.       — Готова? — спросила Эш. Когда Марго обернулась к ней, городские огни, пробивавшиеся сквозь окно, высветили золотистые крапинки в её орехово-зелёных глазах. На ней был тот самый сшитый на заказ смокинг, который они заказали ещё в августе — чёрный, с едва заметной серой полоской, перекликающийся с цветом «полуночный синий» платья Марго в пол. Видеть её такой — нарядной, уверенной и совершенно естественной — было одновременно тревожно и освобождающе.       — Нет, — честно ответила Марго, крепче сжав её пальцы. — Но я всё равно это сделаю.       Губы Эш изогнулись в той самой полуулыбке, которая означала: она прекрасно поняла всё, что Марго оставила недосказанным.       — Мы всё ещё можем развернуться. Скажем им, что у тебя случился внезапный логистический кризис и потребовалось срочно координировать аварийные маршруты поставок.       Марго почти рассмеялась, но поняла, что предложение было искренним. Эш бы сделала это. Она бы велела водителю развернуться, придумала бы убедительную отговорку для организаторов и предоставила бы Марго путь к отступлению, если бы той потребовалось. Она делала это последние полгода: давала Марго пространство для манёвра, когда стены начинали сжиматься, никогда не давила, всегда оставалась терпеливой. Это был один из тысячи маленьких уроков, благодаря которым Эш показала: уязвимость не означает потерю себя.       — Я десять лет пряталась, — сказала Марго. Машина подъехала к входу, и она уже видела вспышки фотокамер, выстраивающихся в позицию для удачного кадра. — С этим покончено.       Эш поднесла руку Марго к губам и коснулась поцелуем её костяшек — жест настолько непринуждённый и интимный, что у Марго перехватило горло.       — Тогда пойдём, шокируем высшее общество Феникс-Ридж.       — Они на самом деле очень прогрессивные, — напомнила ей Марго, уже улыбаясь, несмотря на нервы. — Две женщины вместе уже никого не удивляют.       — Хорошо. — Эш выпустила её руку, когда водитель открыл дверь. — Тогда мы можем просто насладиться вечером.       Эш вышла первой и обернулась, чтобы подать Марго руку. Она приняла её, и в тот момент, когда её каблуки коснулись красной дорожки, камеры взорвались каскадом вспышек, на миг превратив ноябрьский вечер в белое марево.       Марго не отпустила её руку.       Это было намеренно: выбор держать пальцы переплетёнными, пока они шли к входу. Позволить Феникс-Ридж увидеть именно то, что Марго полгода взращивала в тени. Ладонь Эш была тёплой, хватка — твёрдой и надёжной. Марго сосредоточилась на этом, а не на камерах: на мозолях у основания пальцев Эш, оставшихся от долгих часов на стрельбище, на лёгком нажатии её большого пальца на тыльную сторону ладони, на осознании того, что она здесь, рядом, потому что они обе выбрали этот путь.       Фотографы выкрикивали вопросы, их голоса сливались в белый шум, который Марго научилась игнорировать ещё годы назад. Она сохраняла вежливое, отстранённое выражение лица — маску генерального директора, которую могла носить во сне, — и не останавливалась, пока они не достигли входа, где координатор мероприятия стояла с планшетом и нервной улыбкой.       — Госпожа Блэкуэлл, — сказала она, отмечая их имена в списке. — Так чудесно вас видеть. А это...?       — Эш Донован, — ответила Марго, и её голос прозвучал увереннее, чем она ожидала. — Моя партнёрша.       Эти слова легли в пространство между ними, как декларация, и она почувствовала, как пальцы Эш на мгновение сжались на её руке. Улыбка координатора стала шире, теперь уже искренней, а не профессионально-дежурной.       — Приятно познакомиться с обеими. Приятного вечера.       Они вошли в двери большого бального зала, и шум гала-вечера накрыл их с головой: разговоры, смех, струнный квартет, играющий что-то классическое и элегантное из угла сцены. «Фэрмонт» превзошёл сам себя: хрустальные люстры заливали тёплым светом триста гостей в вечерних нарядах, столы, задрапированные белым полотном, украшали композиции из белых роз с серебряными акцентами — весь зал был воплощением сдержанной роскоши.       Марго посещала это мероприятие каждый год последние восемь лет, и каждый раз входила в этот зал в одиночестве.       — Дыши, — прошептала Эш рядом, и Марго поняла, что затаила дыхание.       Она медленно выдохнула и постаралась расслабить плечи, напоминая себе, что сегодня вечером она не «играет роль» — или, вернее, что роль стала другой. Она больше не была «Снежной королевой» - директором, пекущейся о репутации, а женщиной, которая научилась быть настоящей на публике.       — Вон Астория, — Эш кивнула в сторону дальнего конца зала, где Астория стояла с Миллер. Оба были в элегантных вечерних туалетах и увлечённо беседовали с кем-то, кого Марго не знала. — Хочешь поздороваться?       Прежде чем она успела ответить, у её локтя появилась Изабелла Монтгомери — с тем самым идеальным чувством времени, которое подсказывало: она поджидала их появления. В свои шестьдесят два Изабелла была одной из техномагнатов Феникс-Ридж (квантовые вычисления, если Марго правильно помнила) и одним из немногих по-настоящему тёплых людей в их кругу.       — Марго! — она заключила её в короткое объятие, на которое Марго ответила с большей лёгкостью, чем смогла бы год назад. — Ты выглядишь просто сногсшибательно. Этот цвет тебе идеально подходит.       — Спасибо, Изабелла. — Марго отступила на шаг и почувствовала присутствие Эш за спиной, твёрдое и придающее уверенности. — Это Эш Донован, моя партнёрша. Она глава службы безопасности «Blackwell Strategic».       Глаза Изабеллы загорелись искренним интересом, когда она протянула руку Эш.       — Безопасность? Как увлекательно. Каков ваш профессиональный бэкграунд?       — Военная разведка, — ответила Эш, пожимая руку с той уверенностью, которую Марго видела в сотнях деловых ситуаций. — А затем десять лет в частном секторе до того, как я присоединилась к «Блэкуэлл» в июне.       — Умный наём, — Изабелла одобрительно кивнула Марго. — Безопасность критически важна в логистике, особенно при глобальных операциях. Я месяцами твержу своему техническому директору, что нам пора обновить протоколы. — Она помедлила, изучая Эш. — Вы не заинтересованы в консалтинге? Нам бы пригодился человек с вашим опытом.       Марго почувствовала прилив гордости, наблюдая, как Эш справилась с вопросом с той же лёгкостью, что и со всем остальным — никакой неловкости, никаких заминок, только профессиональная компетентность, окутанная тихой уверенностью.       — Я буду рада обсудить это, — сказала Эш. — Не стесняйтесь связаться со мной через «Blackwell Strategic».       Изабелла достала телефон, что-то быстро напечатала и улыбнулась им обеим.       — Чудесно. Мой ассистент всё организует. — Она оглянулась на кого-то, кто выкрикнул её имя. — Мне нужно идти, но была рада вас видеть. Марго, прибереги для меня танец.       Она растворилась в толпе, а Марго повернулась к Эш, приподняв бровь.       — Ты отлично справилась.       — Годы практики. — Уголок рта Эш дрогнул. — Хотя обычно я была той, кто стоит на заднем плане, пока меня игнорируют, а не той, кому раздают визитки.       — Привыкай, — сказала Марго, продевая свою руку под локоть Эш, когда они двинулись вглубь зала. — Теперь ты со мной. Люди захотят знать тебя.       Эш издала короткий звук, который мог быть как весельем, так и смирением.       — Это тот момент, когда мне стоит признаться, что я комфортнее чувствую себя в тени?       — Уже поздно, — Марго сжала её руку. — Ты очень заметна. И ты — моя.       Собственничество в собственном голосе удивило саму Марго. Не тем, что оно было, а тем, что она произнесла это вслух, на публике, где любой мог услышать. Полгода назад Марго проглотила бы эти слова и спрятала бы эту претензию, где было безопасно. Сегодня же ей хотелось, чтобы Феникс-Ридж точно знали, кем Эш приходится Марго.       Вечер разворачивался в ритме, который Марго хорошо знала по годам подобных мероприятий: разговоры с деловыми партнёрами, вежливые расспросы о показателях компании, тот самый хитрый танец нетворкинга, который наполовину состоял из искренних связей, а наполовину — из стратегического позиционирования. Но в этот раз Эш была рядом всё время; её рука находила поясницу Марго, когда они стояли, разговаривая с мэром, а её тонкий юмор заставлял Марго улыбаться, когда Ванесса Стерлинг заперла их в пятнадцатиминутном монологе о своём новом благотворительном проекте.       — У неё добрые намерения, — прошептала Марго Эш, когда им наконец удалось улизнуть в сторону бара.       — Уверена, что так, — отозвалась Эш сухо. — Но я не уверена, что когда-либо слышала, чтобы кто-то использовал слово «причудливый» так много раз за один разговор.       Марго сдержала смешок. Ванесса действительно назвала юридическую практику Миллер «причудливой» не менее трёх раз, а работу компании Марго по ликвидации последствий катастроф описала как «очаровательно практическую». Она была представительницей «старых денег», прогрессивной в теории, но совершенно неспособной заметить собственное высокомерие, и Марго годами терпела её на подобных мероприятиях.       — Добро пожаловать в мой мир, — сказала Марго.       — Твой мир, — повторила Эш, и в её тоне было что-то, что заставило Марго посмотреть на неё пристальнее. Она осматривала зал с той самой настороженной внимательностью, которая была чистой привычкой, но выражение её лица стало задумчивым. — Это странно, знаешь ли. Быть здесь как твоя партнёрша, а не как твоя охрана. Мне всё время хочется проверять выходы и линии обзора.       — Ты скучаешь по этому? — спросила она. — По работе?       Эш обдумала вопрос, пока бармен готовил их напитки — виски для неё, вино для Марго.       — Иногда, — призналась она. — Но не настолько, чтобы жалеть об уходе из «Sentinel». Это... — она сделала жест между ними, — это лучше. Марго взяла своё вино и подняла бокал в её сторону.       — За лучший выбор.       Её улыбка была маленькой и личной, предназначенной только для них двоих.       — За лучший выбор.       Они чокнулись, и Марго позволила себе этот момент — стоять на гала-вечере с женщиной, которую она любит, обе при полном параде, выбравшие быть здесь вместе и открыто. Меньше года назад она была одна в своём доме на утёсе, убеждённая, что изоляция — это то же самое, что безопасность. Сегодня она училась тому, что верно как раз обратное.       — Марго!       Она обернулась и увидела, как к ним направляется Прия Капур. Рядом с собой она почувствовала, как Эш слегка подобралась. Прию было сложнее «прочитать», чем Изабеллу: сплошной стратегический нетворкинг и расчёт, замаскированный под радушие. Марго знала её пять лет и до сих пор не была уверена, действительно ли Прия испытывает к ней симпатию или просто считает полезной.       — Прия, — Марго позволила ей «поцеловать воздух» у своих щёк. — Ты выглядишь чудесно.       — Как и ты, дорогая. — Её взгляд скользнул к Эш, оценив её за долю секунды. — А это кто?       Вот оно. Момент, который казался проверкой, хотя она знала, что не должен был. Она представила Эш Изабелле без колебаний, но интерес Прии казался острее, расчётливее. Марго чувствовала, как поднимается старый инстинкт — желание уклониться или сгладить углы, защитить эту личную вещь от чужого взора.       Вместо этого она встретилась взглядом с Прией и чётко произнесла:       — Это Эш Донован, моя партнёрша. Она глава службы безопасности «Blackwell Strategic».       — Твоя партнёрша, — повторила Прия, и Марго не смогла полностью уловить её интонацию. — Как современно с твоей стороны, Марго. И чем же ты занимаешься, когда не оберегаешь нашего дорогого генерального директора, Эш?       Вот оно — тонкое высокомерие, завёрнутое в вежливость, подтекст о том, что роль Эш скорее декоративная, чем важная. Марго почувствовала, как выпрямилась её спина, и «Снежная королева» поднялась на защиту Эш, но та заговорила раньше, чем успела Марго.       — Я реструктурирую протоколы корпоративной безопасности, — сказала она спокойно и профессионально. — Операции «Блэкуэлл» стали значительно более безопасными, чем полгода назад, что защищает и наших сотрудников, и активы наших клиентов. Это детальная работа, но критически важная для компании нашего масштаба.       Улыбка Прии не коснулась её глаз.       — Увлекательно. Что ж, не буду мешать вам наслаждаться вечером. Приятно было видеть вас, Марго.       Она исчезла в толпе так же быстро, как и появилась. Марго повернулась к Эш, готовая извиниться за пренебрежение Прии, но Эш лишь пожала плечами.       — Она не первая, кто решил, что я здесь только для украшения, — сказала она. — И не последняя.       — Ты не...       — Я знаю. — Эш на мгновение коснулась её руки. — И ты знаешь. Это главное.       Она была права, конечно. Мнение Прии не меняло того, кем они были друг для друга, не уменьшало работу, проделанную Эш для восстановления инфраструктуры безопасности, и не делало эти отношения менее реальными. Но Марго всё равно ненавидела это небрежное пренебрежение, это допущение, что Эш здесь из-за того, чем владеет Марго, а не из-за того, кто она сама.       — Пойдём, — Эш кивнула на дальний край зала. — Кажется, Астория пытается привлечь твоё внимание.       Марго проследила за её взглядом и увидела Асторию, которая махала им рукой, а рядом — Миллер с бокалом шампанского и с забавным выражением лица. Они пробрались сквозь толпу, и когда подошли, Астория быстро обняла Марго.       — Ты выглядишь счастливой, — тихо сказала она, предназначенное только для ушей Марго.       — Так и есть, — ответила она и почувствовала, как истинность этого ощущения проникла до самых костей.       Она отстранилась и улыбнулась той подлинной теплотой, которая исходит от настоящей дружбы, а не от светского исполнения ролей.       — Хорошо. Ты этого заслуживаешь.       Струнный квартет заиграл вальс, и пары начали движение к танцполу. Марго наблюдала за ними мгновение — лёгкое партнёрство, общественная близость, за которыми она наблюдала со стороны годами, — и почувствовала, как рука Эш нашла её руку.       — Потанцуешь со мной? — спросила она.       Она позволила Эш повести себя на танцпол, её рука была тёплой на пояснице Марго, пока они искали место среди других пар. Вальс был чем-то традиционным и элегантным, музыкой, сопровождавшей сотни благотворительных гала-концертов, но сегодня она казалась иной. Сегодня Марго танцевала не из социальных обязательств и не ради поддержания репутации. Она танцевала, потому что Эш попросила, и потому что хотела, чтобы все в этом зале увидели именно то, что Эш значит для неё.       Рука Эш нашла её руку, их пальцы переплелись, другая ладонь Эш легла на её талию. Марго положила свободную руку на плечо Эш, чувствуя пальцами тонкую шерсть её пиджака, и позволила Эш вести их в ритме вальса.       — Ты хороша в этом, — сказала Марго, когда они сделали поворот, её движения были уверенными и решительными.       — Военные балы, — с сухим юмором в голосе ответила Эш. — Оказывается, у Корпуса морской пехоты есть своё мнение по поводу правильных танцев.       Марго улыбнулась помимо воли, представляя молодую Эш, учащуюся вальсировать в каком-нибудь офицерском клубе, где вся дисциплина и точность направлялись в нечто столь внешне легкомысленное.       — Они учили тебя вести?       — Они учили меня подчиняться приказам и выглядеть презентабельно, выполняя их. — Эш мягко закружила её, и Марго последовала за движением, не задумываясь. — Вести я научилась позже.       Они двигались по залу, и Марго осознавала другие пары вокруг себя — знала, что люди смотрят, что общество Феникс-Ридж отмечает Марго Блэкуэлл, танцующую с главой своей службы безопасности, то, как Эш держит её, и то, что они идеально подходят друг другу, словно делали это годами, а не месяцами.       До Эш она была бы сверхчувствительна к каждому взгляду, каждому шёпоту, каждому вынесенному вердикту. Сегодня же, с твёрдой рукой Эш на талии и золотистыми искорками в её глазах, ловящими свет люстр, Марго поняла, что ей плевать на мнение окружающих.       — О чём ты думаешь? — тихо спросила Эш.       — О том, что я счастлива, — сказала она, и ощутила, как истина отозвалась в груди. — О том, что я ошибалась, когда думала, что уединение равно безопасности.       Большой палец Эш провёл по её талии — маленький жест, который никто другой не заметил, но Марго почувствовала его, словно клеймо.       — Ты не ошибалась, — сказала она. — Ты защищала себя. Это разные вещи.       Всегда такая осторожная в словах, такая точная в предоставлении пространства, чтобы быть несовершенной без осуждения. Это было одно из тех качеств, за которые Марго любила её — способ, которым Эш могла держать её историю, не пытаясь «исправить» её, то, как она понимала, что механизмы выживания — это не изъяны характера.       — Я рада, что мне больше не нужно защищать себя от тебя, — сказала Марго.       — Тебе никогда не нужно было этого делать. — Она снова закружила их, плавно и привычно. — Но я рада, что теперь ты это знаешь.       Песня сменилась, стала медленнее и интимнее, и Марго без сознательного усилия придвинулась ближе. Рука Эш на её талии сжалась, и Марго на мгновение прислонила голову к плечу Эш, вдыхая знакомый аромат её одеколона, смешанный с чем-то уникально «эш-евским».       — Люди пялятся, — прошептала Эш ей в волосы.       — Пусть, — ответила она.       И она имела это в виду. Пусть общество Феникс-Ридж видит: Марго Блэкуэлл, «Снежная королева» - директор, влюбилась и не заинтересована в том, чтобы это скрывать. Пусть видят, что она может быть уязвимой и могущественной, мягкой и успешной, что выбор в пользу Эш не умаляет её, а завершает нечто, чего она даже не знала, что ей не хватало.       Музыка закончилась, и они неохотно отстранились. Пальцы Эш на мгновение задержались на её руке, прежде чем она её отпустила, и Марго увидела в её выражении нечто похожее на гордость.       — Леди и джентльмены, — раздался голос со сцены, и она повернулась, чтобы увидеть Одетт Келлер, организатора гала-вечера, стоящую у микрофона с тёплой улыбкой. — Если можно, ваше внимание. Пришло время вручить ежегодные премии за выдающиеся достижения в бизнесе.       Они сошли с танцпола вместе с другими парами, найдя место рядом с Асторией и Миллер.       — И теперь, — сказала Одетт, и её голос разнёсся по залу, — награда «Лидер бизнеса Феникс-Ридж», присуждаемая за исключительные достижения в стратегическом росте и партнёрстве с обществом. Получатель этого года построил одну из самых успешных логистических операций в стране, сохраняя непоколебимую приверженность этическим принципам и быстрому реагированию на чрезвычайные ситуации. Пожалуйста, присоединяйтесь ко мне в поздравлениях Марго Блэкуэлл, генерального директора «Blackwell Strategic Logistics».       Зал разразился аплодисментами, и Марго почувствовала, как рука Эш на мгновение сжала её руку, прежде чем она направилась к сцене. Каблуки цокали по натёртому полу, она была сверхчувствительна к каждому взгляду на себе и к фотографам, выстраивающимся для кадра. И к тому факту, что через тридцать секунд она собирается сделать то, чего никогда не делала на таких мероприятиях.       Она собирается сказать правду.       Одетт вручила Марго хрустальную награду — тяжёлую и массивную, с выгравированным именем и датой — и отступила, позволяя ей подойти к микрофону. Аплодисменты стихли, и Марго окинула взглядом триста лиц, ожидающих, что она скажет.       Она видела Эш в конце зала, стоящую с Асторией и Миллер. Даже с такого расстояния она могла прочитать выражение её лица: гордое, поддерживающее, спокойное.       — Спасибо, — сказала Марго, и её голос разнёсся через звуковую систему. — Эта награда признаёт лидерство в бизнесе, и я горжусь тем, что получила её. Но правда в том, что никто не строит успешную компанию в одиночку.       Это было стандартное начало. Безопасно и ожидаемо, то самое, что она произносила дюжину раз на подобных мероприятиях. Но именно здесь она обычно переходила к благодарностям совету директоров или исполнительной команде, сохраняя всё профессионально и отстранённо.       Но не сегодня.       — Полгода назад, — продолжила Марго, — я наняла Эш Донован на должность главы службы безопасности «Blackwell Strategic». Она пришла к нам из «Sintinel Risk Solutions», имея за плечами опыт в военной разведке и частной охране, и за прошедшие месяцы она полностью реструктурировала наши протоколы безопасности, укрепила нашу инфраструктуру кибербезопасности и обеспечила то, что наши операции стали безопаснее и устойчивее, чем когда-либо.       Марго замолчала, отыскивая Эш в толпе. Она замерла, в её взгляде была та самая маска контроля, которую она носила, когда пыталась не показывать эмоции.       — Но больше того, — сказала Марго, и её голос стал мягче, интимнее, — она научила меня, что сила — это не то же самое, что гипернезависимость, что быть уязвимой с правильным человеком не означает потерю себя. Что партнёрство — настоящее партнёрство — делает тебя более способной, а не наоборот.       В зале стало тихо, теперь все слушали с таким вниманием, которое подсказывало: они поняли, что она говорит о чём-то важном.       — Эш — моя партнёрша, — сказала Марго. — В бизнесе и в жизни. Она обеспечивает безопасность всех нас в «Блэкуэлл», и она сделала меня смелее, чем я могла себе представить. Поэтому, хотя на этой награде моё имя, работа, которую она олицетворяет, принадлежит нам обеим.       Марго подняла хрустальную награду, ловящую свет.       — Спасибо бизнес-совету Феникс-Ридж за эту честь, и спасибо всем, кто поддерживал «Blackwell Strategic» все эти годы. Но больше всего, — она посмотрела прямо на Эш, — спасибо женщине, которая научила меня, что контроль и доверие — не противоположности. Они тоже партнёры.       Аплодисменты начались медленно, а затем усилились. Марго отошла от микрофона, вернувшись на место, пока Одетт продолжала церемонию. Она пробиралась сквозь толпу, принимая рукопожатия и поздравления, не особо воспринимая их, сосредоточенная только на одном — вернуться туда, где ждала Эш.       Когда Марго подошла к ней, та быстро моргала, челюсть была сжата — следствие усилий сдержать эмоции на публике. Она взяла Эш за руку без колебаний, переплетая их пальцы, и наклонилась, чтобы прошептать:       — Слишком много?       — Нет, — сказала она, её голос был хриплым. — Это было идеально.       Они остались ещё на час, достаточно долго, чтобы выполнить социальные обязательства и принять поздравления. Но когда Эш встретилась с ней взглядом через зал и кивнула в сторону выхода, Марго благодарно кивнула в ответ.       Они попрощались с Асторией и Миллер, пообещали Изабелле связаться по поводу консалтинга и пробрались сквозь толпу к входу. Ночной воздух охватил её, когда они вышли на улицу — прохладный после тепла бального зала, и Марго вдохнула его, словно задерживала дыхание часами.       Машина уже ждала их, и Эш открыла дверь, прежде чем скользнуть внутрь рядом с ней. Водитель отъехал от «Фэрмонта», направляясь к прибрежному шоссе, которое везёт их домой, к утёсу, и Марго, наконец, позволила себе расслабиться, прижавшись к кожаному сиденью.       — Эта речь, — сказала Эш через мгновение. — Ты не предупреждала, что собираешься это сделать.       — Я сама не знала, — призналась Марго. — Пока не встала там и не посмотрела на тебя.       Эш повернулась к ней, и городские огни сквозь окно отбрасывали тени на её лицо.       — Ты заявила права на меня перед всеми.       — Заявила. — Марго потянулась за её рукой, нуждаясь в контакте. — Это было нормально?       — Нормально? — она рассмеялась, мягко и немного недоверчиво. — Марго, ты только что сказала трёмстам самых влиятельных людей Феникс-Ридж, что я сделала тебя смелой и что мы партнёры. Это было больше чем нормально.       Марго изучала её лицо в тусклом свете, ища хоть какой-то признак неловкости или сожаления, но видела только те же эмоции, которые Эш пыталась скрыть в бальном зале — что-то слишком большое и нежное, чтобы назвать.       — Я имела в виду каждое слово, — тихо сказала Марго. — Всё, что я сказала там, я имела в виду.       Эш помолчала, её большой палец вычерчивал узоры на ладони Марго.       — Я провела большую часть жизни в убеждении, что забота о ком-то означает провал в его защите, — наконец сказала она. — Что если я полюблю кого-то, я потеряю его так же, как теряла всех остальных, кто был дорог. А потом появилась ты, и мне пришлось выяснять, как быть одновременно твоим защитником и партнёром, и я не знала, справлюсь ли.       — А сейчас? — спросила Марго.       — Сейчас я знаю, что задавала не тот вопрос. — Она придвинулась ближе, и Марго почувствовала тепло её тела. — Дело в том, чтобы быть тем, кому ты можешь доверять настолько, чтобы быть уязвимой. Тем, кто не будет использовать эту уязвимость против тебя.       Машина подъехала к воротам дома, и Марго ввела код, чтобы въехать. Дом показался в конце длинной гравийной дорожки, освещённый изнутри.       Эш помогла ей выйти из машины и не отпускала её руку, пока они шли к дверям. Внутри Марго сбросила каблуки и почувствовала, как Эш сделала то же самое за её спиной, обе сбрасывая официальную броню вечера ради комфортной интимности дома.       — Иди сюда, — сказала Марго, поворачиваясь к Эш в прихожей.       Она подошла без колебаний, руки Эш легли на её талию, а Марго обвила руками шею Эш. Они стояли в мягком свете прихожей, всё ещё в вечерних нарядах, но лишённые необходимости играть на публику — только они двое и жизнь, которую они построили вместе.       — Спасибо, — сказала Марго.       — За что?       — За то, что была терпелива со мной. За то, что научила меня, что я могу иметь это. — Она сделала жест между ними, на пространство, которое они занимали вместе. — За то, что не сдалась, когда я слишком боялась впустить тебя.       Эш поцеловала её — медленно, глубоко и сладко, поцелуем, в котором не было желания или срочности, только чувство возвращения домой. Когда она отстранилась, её лоб прижался к её лбу, и Марго чувствовала её дыхание на своих губах.       — Я люблю тебя, — сказала Эш. — Я всегда буду любить тебя. Даже когда ты невыносима и отказываешься признать, что тебе что-то нужно от кого-либо.       — Особенно тогда? — улыбнулась Марго помимо воли.       — Особенно тогда. — Эш снова поцеловала её, коротко и нежно. — Потому что я знаю, кто ты под всей этой бронёй. И она стоит того, чтобы её ждать.       Марго притянула Эш ближе, вдыхая аромат её одеколона и морской воздух, который прилип к ним обоим, и позволила себе почувствовать всю тяжесть этого момента.       Она больше не боялась.       — В кровать? — прошептала Эш ей в шею.       — В кровать, — согласилась она.       Они поднялись по лестнице вместе, рука Эш в её руке, направляясь в спальню. «Я не потеряла контроль», — подумала Марго, пока Эш расстёгивала её платье и касалась губами её обнажённого плеча. — «Я научилась тому, кому могу его доверить».       А доверие, как, оказалось, было фундаментом любви.