Шеф-повар в Классе Превосходства

### Часть 17: Утренний свет пробивался сквозь неплотно задернутые шторы, расчерчивая скромную комнату Коуты Синдзё ровными золотистыми полосами. Парень открыл глаза, чувствуя приятную легкость в теле — вчерашняя свинцовая усталость полностью сошла, оставив после себя лишь острое чувство голода. Первым же делом он потянулся к терминалу, на экране которого уже висело мерцающее уведомление от Системы. Коута мысленно активировал команду приёма. > **[Награды за задание «Первая подача» успешно разблокированы]** > * Синхронизация базовых навыков завершена. Мышечные зажимы нового тела адаптированы под профессиональные стандарты. > * Получено: **+3 Звезды**. > * *Текущий кулинарный баланс: 4 Звезды.* > * *Ветви «Работа с ножом» и «Контроль тепловых процессов» зафиксированы на стабильном ранге E+.* > Коута слегка улыбнулся. Теперь, когда он сжал и разжал пальцы правой руки, он больше не чувствовал той подростковой угловатости и неуклюжести. Ладонь двигалась с абсолютной, выверенной точностью. К Системе он уже начинал понемногу привыкать — в конце концов, в этом странном мире у него не было лучшего союзника, чем этот невидимый цифровой шеф-повар. До начала занятий оставалось чуть больше полутора часов. Настоящий повар никогда не выйдет на смену голодным, поэтому Синдзё оперативно спустился на общую кухню первого этажа, прихватив с собой пару свежих яиц, остатки зелёного лука и немного соевого соуса из вчерашнего набора. Он решил приготовить простейший японский омлет Тамагояки. Тонкие слои взбитого яйца с добавлением капли мирина один за другим сворачивались на прямоугольной сковороде в аккуратный, пышный рулет. Система снова мягко корректировала его движения, подсвечивая идеальный момент для переворачивания слоя, когда нижняя часть уже схватилась, но верхняя оставалась нежной и глянцевой. Завтрак вышел шикарным. И в этом не было никакой магии: Коута просто слишком хорошо знал, с какой безупречной точностью было выверено время и температура. Каждый кусочек омлета буквально таял на языке, раскрываясь благородной сладостью и глубоким вкусом умами. Сразу же после завтрака, оценив здешние кулинарные стандарты, Коута понял одну вещь: есть в школьной столовой конвейерный фастфуд ему не хотелось от слова «совсем». Куда интереснее было продолжить эксперименты и попробовать под контролем Системы приготовить что-то более тяжёлое и сложное, требующее длительной сборки. Поэтому он не спеша подготовил себе обед с собой — аккуратно уложил в бенто-бокс сочный, правильно обжаренный кусок свинины под густым соусом Тонкацу на подушке из идеального, крупинка к крупинке, риса. Посмотрев на часы, парень подхватил сумку, упаковал бокс и поспешил в главный учебный корпус. Время первого урока неумолимо приближалось. ### Часть 18: Второй день в классе D начался со странного, лихорадочного напряжения. На первом уроке преподаватели пытались вести свои предметы как обычно, монотонно диктуя материал у доски. Поначалу ученики, повинуясь старой школьной привычке, изо всех сил пытались казаться нормальными: прилежно сидели, открывали тетради и делали вид, что слушают. Но эта плотина благопристойности продержалась недолго. Где-то в середине второго урока Ямаучи, сидевший на среднем ряду, неосторожно издал громкий, отчетливый смешок, уставившись в экран своего смартфона под партой. Весь класс замер, ожидая, что учитель сейчас обернется, сделает строгий выговор или выставит нарушителя за дверь. Но преподаватель английского языка даже головы не повернул — он продолжил аккуратно выводить на доске грамматические правила, словно в кабинете вообще никого не было. Это послужило негласным сигналом. Поняв, что вчерашние слова Чабаширы-сенсей о полной свободе — это не шутка и никаких наказаний здесь действительно нет, подростки моментально сбросили маски. По классу пронесся вздох облегчения, и уже через десять минут от былой дисциплины не осталось и следа. Ученики начали вести себя абсолютно без стеснения. Кандзи Ике беззастенчиво вытащил портативную приставку, даже не пытаясь прятать её под стол. Судо Кен вальяжно вытянул свои длинные ноги в проход, закинул руки за голову и громко захрапел, проспав до самого конца урока. Девчонки на средних рядах сгрудились вокруг одного телефона, в полный голос обсуждая новинки косметики и брендовые сумки из ТЦ «Кёя». По классу летал отчетливый, счастливый шепот: — Слушай, эта школа просто супер! Никаких рамок, делай что хочешь! — Да вообще рай! Главное — в конце семестра тест сдать, а сейчас можно расслабиться! ### Часть 19: Коута Синдзё сидел на своем тридцать пятом месте у окна, в самом конце ряда, и чувствовал себя так, словно попал в зоопарк во время кормления. Его угол класса оказался на удивление тихим пространством. Справа от него Хорикита Сузуне сидела с идеально прямой спиной, ледяным взглядом сверля доску и демонстративно игнорируя весь этот балаган. Впереди спал на ходу Аянокоджи, уставившись в пространство мутным, безразличным взором. Сам Коута просто сидел, подперев щеку рукой, искренне не понимая и не разделяя этой всеобщей эйфории. Как взрослый человек, он прекрасно знал, что бесплатный сыр бывает только в мышеловках, а такое демонстративное равнодушие учителей больше походило на откорм скота перед убоем. Пока он размышлял об этом, его светлые глаза то и дело ловили на себе насмешливые, смехотворные взгляды со стороны одноклассников. Парни со средних рядов, оборачиваясь к нему, перешептывались, совершенно не скрывая своих мыслей и не заботясь о совести. — Эй, глянь на Синдзё, — долетел до ушей Коуты громкий шепот Ямаучи, который толкал Ике локтем в бок. — Прикинь, мне пацаны из общежития рассказали, что сегодня утром видели, как в наш корпус служба доставки затаскивала огромный двухкамерный холодильник. И угадай, в какую комнату? К нашему деревенскому повару! Ике обернулся, окинув Коуту снисходительным, полным превосходства взглядом, и негромко хохотнул: — Да ладно? Он реально потратил бабки на холодильник? Ну и придурок! У него на счету сотка косарей, можно жрать в ресторанах три раза в день, а он обустраивает кухню в конуре. Точно простак, дорвался до денег и не знает, на какой бред их спустить. — Ага, я же говорил, он странный, — ухмыльнулся Ямаучи. — Пусть тратится. Скоро у него баллы закончатся на это бытовое говно, а мы будем шиковать. Коута прекрасно слышал каждое слово. Эти легкомысленные дуралеи обсуждали его траты без всякого стыда, уверенные в своей мимолетной правоте. Синдзё не стал оборачиваться, оправдываться или как-то реагировать. Его лицо оставалось спокойным, мальчишеским и немного наивным. На его коленях под партой лежал плотно закрытый бенто-бокс, от которого сквозь сумку едва уловимо пахло идеальным соусом Тонкацу. Пусть считают его чудаком и транжирой. Коута Синдзё слишком хорошо знал правила любой кухни: подготовка (мизанплас) — это залог успеха. И пока класс D уверенно шагал в пропасть, его «безумные» утренние инвестиции уже начали работать на его абсолютную автономию в этой школе. ### Часть 20: Долгий, спасительный звонок на обеденный перерыв разорвал душную атмосферу кабинета. Класс D мгновенно пришёл в движение. Ученики, весело толкаясь и шумно обсуждая меню школьной столовой, практически вылетели в коридор. Всем не терпелось поскорее спустить ещё немного баллов. Коута намеренно не двигался, делая вид, что перекладывает учебники в сумке. На самом деле, глубоко внутри тридцатилетнего шеф-повара сейчас боролись очень странные чувства. Несмотря на весь свой жизненный опыт, Синдзё поймал себя на том, что его щёки слегка покалывает от прилившего румянца. Он слышал каждое обидное слово, сказанное за его спиной в течение уроков. Обижаться на этих легкомысленных подростков было глупо — они ведь всего лишь глупые, избалованные дети, которые ещё не столкнулись с реальной жизнью. И всё же, оказаться в роли всеобщего посмешища и «главного дурака класса» в первый же день было чертовски неловко. Коута слегка покраснел, уставившись в свою парту и дожидаясь, пока суматоха утихнет. Когда он наконец поднял голову, кабинет почти опустел. Справа от него Хорикита Сузуне изящным, резким движением подхватила свою сумку и направилась к выходу. Парень с передней парты, Киётака Аянокоджи, смерил её своим обычным сонным взглядом и, словно колеблясь или ища компанию, сделал шаг следом. Но Хорикита обернулась и одарила его таким ледяным, пронизывающим взглядом, что парень замер на месте, так и не решившись пойти за ней. Она вышла, оставив его стоять у двери в довольно нелепой, подвешенной позиции. Коута, наблюдая за этим, невольно улыбнулся, а его смущение немного отступило. Было в этом невозмутимом парне что-то такое, что делало их похожими. Аянокоджи тоже выглядел неловким аутсайдером, который не вписывался в шумную толпу класса D. По крайней мере, Коута был не один в этой изоляции. В кабинете осталось всего несколько человек: Судо Кен со своей компанией о чём-то лениво спорил на заднем ряду, да Аянокоджи, который, немного подумав, молча вернулся к своей парте прямо перед Коутой и уныло лёг лицом на сложенные руки, как делал это на уроках. Посчитав, что момент идеальный, Коута аккуратно достал из сумки свой бенто-бокс. Класс был практически пуст, он сидел у самого окна, так что свежий весенний ветер должен был сразу уносить любой аромат на улицу. Парень рассчитывал быстро перекусить здесь, в тишине, и просто перевести дух от этой сумбурной школьной жизни. С тихим щелчком пластиковая крышка бокса поддалась. ### Часть 21: Коута рассчитывал, что запаха почти не будет, но он недооценил собственное мастерство, отточенное нечеловеческой калибровкой Системы. Стоило крышке приоткрыться, как плотный, невероятно богатый аромат правильно приготовленного Тонкацу вырвался наружу, мгновенно заполнив заднюю часть кабинета. Это был запах сочной, согретой мясным соком свинины в хрустящей панировке, сбрызнутой каноничным, пряным, густым соусом с тонкими карамельными и яблочными нотками. Синдзё только взял в руки палочки, как прямо перед его глазами привычно загорелся серый полупрозрачный интерфейс. > **[Обнаружено изменение внешней среды]** > * *Объект:* Киётака Аянокоджи (Парта впереди). > * *Статус:* Зафиксирован резкий интерес к источнику запаха. Уровень чувства голода объекта стремительно поднимается. > **[Внезапное задание: «Разделенная трапеза»]** > * **Цель:** Накормить Киётаку Аянокоджи. > * **Награда:** Особый аналитический отклик, +1 Звезда. > Коута удивлённо моргнул, едва не выронив палочки. Система выдавала задание на ровном месте. Он перевёл взгляд на затылок Аянокоджи. Тот продолжал неподвижно лежать на парте, и со стороны казалось, что ему абсолютно плевать на всё вокруг. Синдзё точно не заметил бы никаких изменений в его поведении, ведь этот парень всегда вёл себя как сонная муха. Но Система не врала — скрытый голод соседа рос с каждой секундой. Сам Коута, плотно пообедав шикарным утренним омлетом, который приготовил с запасом, на самом деле был ещё почти не голоден. Бенто-бокс он собрал скорее ради эксперимента. И сейчас, глядя на лежащего впереди парня, Синдзё решил, что это отличный шанс сгладить утреннюю неловкость. Для профессионального повара еда всегда была главным языком общения и самым простым способом сделать человека чуточку счастливее. — Эй... — тихонько позвал Коута, слегка подавшись вперёд. Аянокоджи медленно, словно нехотя, поднял голову и повернулся к нему, уставившись своими пустыми, лишёнными выражения карими глазами. — Держи, если хочешь, — Коута протянул ему бокс, на лице парня снова появилась его открытая, мальчишеская улыбка, хотя внутри он чувствовал себя ужасно глупо. Предлагать свой собственный обед парню, с которым ты едва знаком, было очень странным, даже диким поступком для японской школы. — Я утром приготовил слишком много, так что я совсем не голоден. Жаль, если пропадёт. Аянокоджи несколько секунд молча смотрел на золотистые кусочки свинины, утопающие в глянцевом соусе, а затем, без единого слова или сомнения, просто принял бокс из рук Коуты. Синдзё мысленно списал такую поразительную готовность на обычную человеческую неловкость — парень, должно быть, просто был сильно голоден, да и вырос, наверное, в каких-то специфических условиях, раз без лишних церемоний соглашается на еду от простака-одноклассника. ### Четыре 22: Аянокоджи взял палочки и принялся за еду. Коута замер, внимательно наблюдая за каждым его движением, как делал это всегда, когда важный клиент пробовал его новое блюдо. Но то, что произошло дальше, повергло Синдзё в настоящий ступор. Киётака ел абсолютно монотонно. Его лицо ни разу не изменилось. На нём не дрогнул ни один мускул. Он не замер в восхищении на первую секунду, как это делали старшекурсники вчера ночью, он не сделал глубокий, полный удовольствия вдох, улавливая нюансы соуса, и его палочки не стали двигаться хотя бы на долю секунды быстрее от потрясающего вкуса нежнейшего мяса. Парень просто методично, с точностью робота, отправлял куски Тонкацу в рот, пережёвывал и глотал. Словно перед ним был не кулинарный шедевр ранга D+, а безвкусный серый картон из автомата. Коута почувствовал, как внутри него всё похолодело. *«Я... я что, серьёзно оплошал с соусом? Или мясо вышло сухим?»* — пронеслась в его голове паническая, чисто поварская мысль. В этот момент перед глазами всплыло финальное окно Системы. > **[Внезапное задание «Разделенная трапеза» успешно завершено]** > * *Объект:* Киётака Аянокоджи. > * *Результат:* Голод полностью утолен. > * *Эмоциональный отклик:* Нет данных (Параметр заблокирован структурой мышления объекта). > * **Награда зачислена.** > Система подтвердила, что задача выполнена, но она не дала Коуте главного — ответа на вопрос, было ли это вкусно. В его профессиональной жизни, за все годы работы на раскалённой кухне, никто и никогда не относился к его еде с таким абсолютным, пугающим равнодушием. Любой человек, даже самый суровый критик, всегда выдавал микро-эмоции — прищуривал глаза, кивал или менял темп еды. Аянокоджи же остался стеной. Аянокоджи аккуратно закрыл пустой бокс, протянул его обратно Коуте и ровно, безэмоционально произнёс: — Спасибо за еду. Было нормально. — Не за что... — растерянно ответил Коута, принимая пластиковую коробку. «Нормально». Это слово прозвучало для Синдзё как пощёчина его поварской гордости. Внутри его мальчишеского, простаковатого образа со светлыми глазами вдруг пробудился яростный, профессиональный азарт. Это был прямой, безмолвный вызов его сердцу. Коута крепко сжал пустой бокс в руках, а его глаза горячо блеснули. Этот сонный парень на передней парте понятия не имел, какого зверя он сейчас разбудил своим равнодушием. *«Хорошо же, Аянокоджи»*, — мысленно произнёс Синдзё, и на его лице появилась упрямая, амбициозная ухмылка. — *«В следующий раз я приготовлю так, что ты не сможешь удержать лицо. Я заставлю твои палочки дрожать от вкуса, даже если мне придётся выжать из этой Системы все возможные ранги»*. Настоящая битва за признание его кулинарии в классе D только что началась.