трещина на задней парте

в понедельник в семь утра у ворот школы было слишком шумно для этого времени суток. огромный экскурсионный автобус тяжело урчал мотором, заполняя пятачок перед входом сизым выхлопным дымом. учителя с папками в руках пытались перекричать толпу сонных учеников, которые лениво переругивались, закидывая тяжелые сумки в багажное отделение. ​сону стоял чуть в стороне, кутаясь в легкую ветровку. спал он отвратительно — все выходные внутри скребло какое-то дурацкое, липкое предчувствие, а телефон, оставленный на беззвучном, так ни разу и не мигнул уведомлением от ники. младший просто пропал после той пятницы, будто его и не существовало. ​— сону-я! — из толпы вынырнул джейк, таща за собой огромный чемодан на колесиках. на нем была яркая бейсболка задом наперед, а в руке зажата банка холодного кофе. — здорово. ты чего такой бледный? все норм? ​ — привет. все нормально, просто не выспался, — сону слабо улыбнулся, принимая протянутый джейком бумажный стаканчик с жвачкой. ​к ним подошел чонвон, как всегда собранный, в аккуратной спортивной куртке с логотипом школы. он сверился со своим списком на планшете и удовлетворенно кивнул. ​— так, все в сборе. сонхун уже занял нам места в конце салона, чтобы учителя не докапывались. сону, ты садишься со мной, ладно? обсудим расписание лекций на неделю. ​сону хотел было сказать, что на лекции ему в целом плевать и он планировал всю дорогу спать, уткнувшись лбом в стекло, но спорить с чонвоном было себе дороже. у старосты на лбу было написано, что план поездки составлен поминутно и отклонения не принимаются. ​— ладно, без проблем, — сону подхватил свой рюкзак, собираясь идти к багажнику, но тут гул у ворот как-то странно приутих. ​учитель пак, отвечающий за дисциплину, вдруг громко прикрикнул на кого-то у калитки. сону инстинктивно обернулся вслед за остальными. ​через школьные ворота лениво шел ники. на нем были все те же свободные черные спортивки, капюшон толстовки привычно накинут на голову, а за плечами висел один-единственный полупустой рюкзак, словно он на пару часов погулять вышел, а не в горы на неделю. он шел не торопясь, на ходу выплевывая жвачку прямо в урну под строгим взглядом учителя. ​— нишимура! почему опоздал? — рявкнул господин пак. — живо сдавай вещи и в автобус. твой отец лично просил, чтобы ты из поля зрения учителей не вылезал. ​ ники даже не поморщился от громкого голоса. он просто мазнул по учителю сонным взглядом, поправил лямку рюкзака и тихо буркнул: ​— ага. извините. ​сону замер, чувствуя, как внутри все моментально перевернулось. пальцы, сжимающие лямку собственной сумки, онемели. ники? в лагере для активистов? это был какой-то бред, тупая шутка. ​ ники тем временем медленно шел мимо шеренги учеников. он не смотрел по сторонам, пока его взгляд почти физически не наткнулся на сону. нишимура притормозил на секунду. на его губах не было ухмылки, в глазах не читалось торжество — он посмотрел на сону так, словно они расстались пять минут назад в классе, а не промолчали все выходные. лениво скользнул глазами по чонвону, стоявшему рядом, а потом просто пошел дальше, к дверям автобуса. ​— это что еще за херня? — тихо, с явным раздражением процедил сзади сонхун, который как раз вышел из салона проверить, где все застряли. он скрестил руки на груди, провожая ники тяжелым взглядом. — его-то сюда за какие заслуги притащили? он же нам всю дисциплину угробит. ​— директор попросил, — так же тихо, сквозь зубы ответил чонвон. его идеальная маска правильного старосты на секунду дала трещину, губы сжались в тонкую линию. — ладно, пошли в салон. не хватало еще из-за него график сбить. ​сону двигался на автопилоте. он зашел в душный, пахнущий дешевым освежителем салон автобуса, чувствуя, как по лопаткам ползет холодный пот. ники уже сидел в самом начале, у окна, закинув ноги на соседнее сиденье и закрыв глаза. он даже не обернулся, когда класс проносился мимо него на задние ряды. ​сону сел у окна на самом последнем ряду, чонвон устроился рядом, сразу вытаскивая какие-то распечатки. автобус тяжело дернулся и тронулся с места, выезжая на шоссе. сону смотрел на утренний сеул за стеклом и понимал, что эта неделя в горах будет чем угодно, но только не отдыхом. автобус монотонно трясло на ухабах, и этот ровный гул колес понемногу усыплял салон. девчонки впереди притихли, уткнувшись в телефоны, джейк ожидаемо заснул уже через двадцать минут после старта, запрокинув голову и приоткрыв рот, а сонхун просто сидел в наушниках, глядя перед собой каменным лицом. ​чонвон, как и обещал, первые полчаса что-то увлеченно нашептывал сону про расписание, распределение по домикам и какие-то командные квесты, но, заметив, что старший отвечает невпопад и вообще смотрит куда-то сквозь него, тактично замолчал и уткнулся в свой планшет. ​ сону поплотнее зарылся носом в воротник ветровки. в затылке тупо колотило. он то и дело переводил взгляд с размытых пейзажей за окном на переднюю часть салона. из-за высоких спинок сидений макушку ники видно не было, но сону спиной ощущал это странное, глухое присутствие. зачем он поехал? ники ненавидел любые школьные сборища больше всего на свете. его невозможно было заставить делать то, чего он не хотел, даже если бы отец запер его в комнате. значит, он сам согласился. но почему? часа через два автобус затормозил у придорожной зоны отдыха — банальной заправки с небольшим круглосуточным магазинчиком и общественным туалетом. ​— перерыв пятнадцать минут! далеко не уходить! — громко объявил учитель пак, первым направляясь к выходу. ​салон тут же зашевелился. чонвон потянулся, разминая плечи, и повернулся к сону: — пойдешь внутрь? надо взять нормальной воды, а то от этой лагерной у меня вечно изжога. ​— да, иди, я сейчас подойду, — сону слабо улыбнулся, дожидаясь, пока староста и сонхун выйдут в проход. ​он нарочно выждал пару минут, чтобы не толкаться в дверях. когда он наконец спустился по ступенькам на свежий воздух, солнце уже припекало вовсю. асфальт заправки пах нагретой резиной и бензином. сону огляделся: чонвон и остальные студенты уже скрылись за стеклянными дверями магазина, а вот ники у входа не было. ​ сону обошел автобус сзади, направляясь к автоматам с напитками в тени раскидистого навеса, и почти сразу наткнулся на него. ​ники стоял, прислонившись спиной к побеленной кирпичной стене технического здания, чуть в стороне от общего потока. капюшон он так и не снял, руки держал в карманах спортивок, а между пальцами у него дымилась зажатая сигарета. он курил медленно, щурясь от яркого света. сону остановился в трех шагах. между ними никого не было, только тяжелый рокот пролетающих по шоссе фур вдалеке. ​ — ты дебил? — тихо, без злобы, скорее от полного непонимания спросил сону, подходя ближе. — тебя же учитель спалит прямо тут. он только и ждет, чтобы тебя со штрафом обратно в сеул отправить. ​ники медленно повернул голову. на его бледном лице на секунду промелькнуло что-то похожее на ленивое удивление, но тут же исчезло. он сделал короткую затяжку, выдохнул дым в сторону и негромко ответил: ​— не спалит. он в туалет пошел. его минут десять ещё не будет. ​сону раздраженно выдохнул, скрестив руки на груди. его злило это дурацкое спокойствие. злило, что ники ведет себя так, будто ничего не произошло, будто это не он в пятницу швырнул ему куртку и пропал на все выходные. ​— зачем ты поехал, ники? — сону сделал еще шаг вперед, понижая голос до шепота. — тебя здесь быть не должно. это лагерь для... ​ — для отличников? — ники перебил его, чуть ухмыльнувшись краем губ, но взгляд остался холодным. он опустил руку с сигаретой и перевел глаза на воротник ветровки сону. — отец сказал, надо проветриться. вот я и поехал. тебе жалко, что ли? ​— мне плевать, — соврал сону, отводя взгляд в сторону заправки. — просто... не лезь ко мне там, ладно? у чонвона и так на тебя зуб из-за той истории с волейбольной сеткой. я не хочу проблем. ​ ники промолчал. он бросил окурок на асфальт и медленно раздавил его носком кроссовка. а потом сделал шаг вперед, сокращая расстояние между ними до минимума. сону инстинктивно хотел отступить, но сзади был тяжелый железный борт автомата с газировкой. ​ ники не стал его трогать. он просто поднял руку и аккуратно, кончиками пальцев, задел замок на ветровке сону у самого горла, чуть потянув его вверх, закрывая шею до конца. пальцы у ники были холодными, несмотря на жару. ​— я и не лезу, сону-я, — тихо, почти невесомо прошептал младший, глядя ему прямо в глаза. — ты сам ко мне подошел. ​из-за угла магазина послышался громкий смех джейка и голос чонвона, который кого-то звал. сону вздрогнул, резко дернул плечом, сбрасывая чужие пальцы со своего замка, и, не говоря больше ни слова, быстро пошел обратно к автобусу. сердце в груди колотилось как сумасшедшее, а пальцы на руках противно кололо от адреналина. ​ники остался стоять в тени навеса, лениво провожая его взглядом и засунув руки обратно в карманы. к моменту, когда сону вернулся в салон, у него внутри всё горело от дурацкой, злобной беспомощности. он плюхнулся на своё сиденье у окна и сразу уткнулся лбом в прохладное стекло, делая вид, что внимательно разглядывает заправочные колонки. ​ через минуту в проходе появился чонвон. он аккуратно поставил между ними две бутылки минералки и бросил на колени сону небольшую пачку мятных пастилок. ​— держи. а то ты реально бледный какой-то, — староста сел рядом, поправляя лямку своих часов. — я там видел, нишимура опять у технического блока тёрся. он к тебе не приставал? если он начнёт выкидывать свои фокусы в лагере, ты сразу говори. наш учиоель только и повода ждёт, чтобы его отчислить, а у меня нет никакого желания портить отчётность нашего класса из-за одного придурка. сону сглотнул горькую слюну, крутя в руках пачку пастилок. слова чонвона прозвучали правильно, логично, как и положено хорошему старосте, но внутри почему-то противно царапнуло. сону слишком хорошо знал, что ники — не просто «один придурок». они всю старшую школу прожили спина к спине. ​— нет, всё нормально, — тихо ответил сону, не поворачивая головы. — мы просто поздоровались. ​— ну и отлично, — чонвон, кажется, потерял интерес к теме и углубился в свой планшет. автобус снова тронулся. пейзаж за окном постепенно менялся: серые бетонные развязки Сеула сменились холмами, а потом и настоящими, густыми зелёными горами. дорога поползла вверх, сужаясь и петляя на поворотах. ​сону всё-таки заснул где-то на тридцать каком-то километре. спал он чутко, без прерывистых картинок, просто провалившись в душную, тяжёлую темноту. проснулся он от того, что автобус резко затормозил, а джейк впереди громко зевнул и потянулся так, что захрустели суставы. ​ — приехали, встаём, народ! — крикнул учитель пак с переднего сиденья. сону протёр глаза. за стеклом стоял густой, почти осязаемый туман. лагерь располагался в низине между двумя высокими склонами, заросшими старыми соснами. воздух здесь был совсем другим — влажным, холодным, пахнущим мокрой хвоей и сырой землёй. после душного города это место казалось изолированным от всего мира. мобильная связь на экране телефона сону сразу показала всего одну палочку. ​ ученики толпой повалились на улицу, стуча кроссовками по влажному деревянному настилу. лагерь состоял из десятка одинаковых двухэтажных деревянных домиков-коттеджей и одного большого корпуса столовой. ​— так, тихо! слушаем меня! — чонвон встал на верхнюю ступеньку автобуса, захлопав в ладоши, чтобы привлечь внимание. — списки расселения висят на двери главного корпуса. в каждом домике по четыре человека, две комнаты. парни из нашего класса занимают третий и четвёртый коттеджи. берите вещи и без самодеятельности. ​сону подхватил свой рюкзак, чувствуя, как холодный горный воздух моментально пробирается под лёгкую ветровку. он пошёл вслед за чонвоном и сонхуном к третьему домику. ​ комната на втором этаже оказалась небольшой, но чистой: две простые деревянные кровати, тумбочка и окно с видом на сосновый бор. ​ — сону, мы с сонхуном в соседней комнате, через стенку, — чонвон занёс свои вещи и бросил их на кровать. — а с тобой в комнате будет джейк. он просился, чтобы поближе к... договорить староста не успел. снизу, со стороны первого этажа, послышался тяжёлый шаг, а затем скрип старой деревянной лестницы. дверь в их крыло была открыта, и в проёме появился ники. ​он медленно шёл по коридору, волоча свой полупустой рюкзак прямо по полу. остановился у комнаты сону, оглядел нехитрую обстановку, а потом просто перевёл взгляд на чонвона. ​— я на втором этаже живу, — лениво и хрипло сказал ники. — учитель пак сказал, у вас тут как раз одно место свободное осталось. джейка к хисын-хёну переселили, там в четвёртом домике кровать пустовала. ​в комнате моментально стало тихо. чонвон медленно выпрямился, его пальцы, сжимавшие лямку рюкзака, побелели. сонхун, сидевший на своей кровати, резко поднял голову, и его лицо перекосило от злости. ​— ты чё, прикалываешься? — сонхун поднялся, делая шаг к двери. — нишимура, вали в другой корпус. здесь живут те, кто... ​— учитель пак распределял, — ники даже не посмотрел на сонхуна. его взгляд был намертво прикован к сону, который так и замер посреди комнаты со своими вещами. — я тут ни при чём. ​ники прошёл внутрь, абсолютно игнорируя парней, и бросил свой рюкзак на свободную кровать — прямо напротив кровати сону. сел на матрас, который противно заскрипел под его весом, и уставился в окно, натягивая капюшон пониже. ​сону почувствовал, как у него внутри окончательно всё рухнуло. неделя в горах только началась, а воздуха вокруг уже стало в два раза меньше. чонвон молчал секунды три, и это были самые длинные три секунды за всё утро. сону почти физически видел, как в голове у старосты со скрипом прокручиваются шестерёнки — он явно просчитывал, стоит ли прямо сейчас идти к учителю паку и устраивать скандал, или это испортит его репутацию идеального лидера, который умеет справляться с любыми кризисами. ​ — ладно, — наконец процедил чонвон, и его голос прозвучал на редкость плоско. он повернулся к сону, на секунду положив руку ему на плечо. — сону-я, если будет шумно или этот... в общем, если что-то пойдет не так, просто скажи нам. ​ сонхун только злобно хмыкнул, толкнул плечом косяк двери и пошел в их комнату, громко хлопнув дверью. чонвон ушел следом, прикрыв за собой створку чуть аккуратнее. ​в комнате воцарилась глухая, плотная тишина, нарушаемая только далеким шумом ветра в кронах сосен за окном. ​сону стоял неподвижно, все еще сжимая в руках свой рюкзак. лямка натерла ладонь, но он не отпускал её, словно это был его единственный щит. он смотрел на спину ники. младший сидел к нему полубоком, вытянув длинные ноги в черных спортивках и лениво разглядывая серый туман за стеклом. ​— зачем? — тихо спросил сону. его голос в этой пустой деревянной коробке прозвучал как-то слишком тонко. ​— что «зачем»? — отозвался он. голос был хриплым, простуженным после кондиционера в автобусе. ​— зачем ты перевелся в этот домик? ты же мог остаться с хисын-хёном или вообще в первом корпусе. ты специально это делаешь? ​ники наконец медленно повернул голову. капюшон немного съехал назад, открывая его лицо. на губах играла едва заметная, блеклая ухмылка — не злая, а скорее усталая. он поднялся с кровати, заставив старые пружины жалобно звякнуть, и сделал два шага вперед. ​ комнатка была настолько мелкой, что этих двух шагов хватило, чтобы ники оказался почти вплотную. сону инстинктивно прижался спиной к своей незаправленной кровати. ​ники остановился. от него все еще пахло дорожной пылью и той утренней мятной жвачкой, которую ему дал джейк. он поднял руку и, не спрашивая, просто забрал у сону из ладоней тяжелый рюкзак, легко бросив его на соседнюю кровать. сону даже пикнуть не успел. ​— я ничего не делал, сону, — тихо, почти на ухо сказал ники, глядя на него сверху вниз своим этим тяжелым, немигающим взглядом. — пак сам меня сюда вписал. сказал, что в четвертом домике джейк и хисын устроят притон, а меня надо к старосте под бок, для контроля. ​он сделал еще полшага, так что мысы его грязных кроссовок уперлись в белые кеды сону. ​— или ты меня боишься? — ники чуть наклонил голову набок, и в его глазах на долю секунды мелькнуло что-то острое, как лезвие. — боишься, что я тебе с твоими новыми друзьями общаться помешаю? ​ сону сглотнул. внутри все сжалось в тугой, горячий узел. ему безумно хотелось толкнуть ники в грудь, наорать, сказать, что да, мешаешь, что ты душный и жуткий, но вместо этого он просто отвел взгляд в сторону, уставившись на деревянную стену. ​ — ничего я не боюсь, — соврал он, стараясь, чтобы голос не дрожал. — просто... веди себя нормально. хотя бы эту неделю. ​ники посмотрел на него еще пару секунд, словно изучая каждую черточку лица, а потом вдруг отступил. напряжение в воздухе моментально спало, дышать стало чуть легче. младший снова завалился на свою кровать прямо в обуви, закинув руки за голову. ​ — я всегда веду себя нормально, — бросил он, закрывая глаза. — разложи вещи. скоро на обед погонят. ​сону выдохнул сквозь зубы. он повернулся к своему рюкзаку, чувствуя, как по спине медленно разливается тупая усталость. лагерь в горах только начался, но сону уже казалось, что стены этого домика медленно сдвигаются, отрезая ему любой путь к спасению. через полчаса по всему лагерю затрещал старый матюгальник на столбе — всех созывали к главному корпусу на обед и торжественную линейку открытия. ​сону к этому времени успел только вытащить из рюкзака пару футболок и аккуратно сложить их на хлипкую деревянную полку. ники всё это время лежал неподвижно, закинув ногу на ногу, и казался абсолютно спящим, но стоило сону потянуться к дверной ручке, как младший тут же сел на кровати, бесшумно спуская ноги на пол. ​ они вышли на улицу вместе. туман стал ещё гуще, он буквально висел в воздухе мелкими каплями, отчего перила лестницы были скользкими и холодными. ​у столовой уже толпился весь поток. девчонки жались друг к другу, жалуясь на сырость, а джейк и хизын стояли у крыльца. джейк вовсю махал сону рукой, подзывая к их компании. ​— сону-я! сюда! — крикнул он, когда они подошли ближе. — чонвон там уже занял стол внутри, погнали, а то всё остынет. тут, говорят, кормят как в армии, надо успеть выхватить нормальные порции. ​сону кивнул и сделал шаг к крыльцу, но ники, шедший чуть позади, даже не притормозил. он просто прошёл мимо компании, задев джейка плечом — не сильно, но достаточно весомо, чтобы тот покачнулся. ​— эй, аккуратней нельзя? — недовольно буркнул джейк, поправляя козырёк кепки. ​ники даже не обернулся. он лениво поднялся по ступенькам и исчез за тяжелой деревянной дверью столовой. хисын, стоявший рядом и куривший электронку, проводил его долгим, прищуренным взглядом, а потом перевёл глаза на сону. в его лице не было злости, скорее какое-то ленивое понимание. ​— он у тебя всегда такой дикий? — тихо спросил хизын, выпуская изо рта маленькое облако пара. ​— он просто не выспался в автобусе, — сону выдавил из себя дежурную улыбку, хотя внутри всё сжалось от стыда и злости на ники. — пойдёмте внутрь. ​ в столовой стоял невыносимый гул: стук металлических подносов, скрип стульев и крики учителей, пытающихся навести порядок. чонвон действительно сидел за угловым столом у окна. перед ним уже стояли четыре порции риса, супа из проросшей сои и неизменного кимчи. сону сел напротив старосты, джейк и сонхун устроились рядом. ​— я взял на всех, — чонвон пододвинул к сону металлический поднос. — после обеда будет линейка, а потом господин пак хочет устроить распределение по командам для вечернего квеста. сону, я попросил, чтобы тебя определили в нашу группу. побегаем по лесу, поищем эти дурацкие флажки, зато баллы нормальные получим. ​— спасибо, чонвон, — сону взял ложку, но аппетита не было совсем. ​он завертел головой, выискивая в толпе чёрный капюшон. ники нашёлся в самом дальнем углу столовой. он сидел совершенно один за шестиместным столом, лениво ковыряя палочками в тарелке. к нему никто даже не пытался подсесть — его репутация в школе работала лучше любого забора. ники поднял глаза и встретился взглядом с сону через весь зал. он не моргал, не улыбался — просто смотрел, как сону сидит в этой чужой, правильной компании. ​— сону, ты меня слышишь? — голос чонвона заставил сону вздрогнуть. староста смотрел на него, чуть нахмурившись. — я говорю, после квеста будет свободное время, можем посидеть у нас в комнате, у джейка есть карты. ​— да, конечно, отличная идея, — быстро сказал сону, заставляя себя съесть ложку риса. ​ему казалось, что этот тяжёлый взгляд из угла столовой буквально прожигает ему затылок, и с каждым глотком еда становилась всё более безвкусной.

———

линейка открытия прошла максимально уныло. директор школы минут двадцать что-то бубнил в микрофон про командный дух, традиции и ответственность выпускников, пока туман окончательно не сожрал видимость, превратив вековые сосны вокруг плаца в размытые темные столбы. сону стоял в шеренге своего класса, переминаясь с ноги на ногу от сырости, и изо всех сил старался не смотреть в ту сторону, где лениво подпирал плечом столб ники. ​к пяти часам вечера, как и обещал чонвон, всех выгнали на этот дурацкий квест. ​— так, правила простые! — учитель пак потряс над головой пачкой ламинированных карт. — каждая команда получает карту территории лагеря и прилегающего леса. ваша задача — за полтора часа найти пять контрольных точек, отметиться маркером и вернуться на плац. за опоздание — штрафные баллы. все всё поняли? побежали. компания чонвона двигалась слаженно. староста уверенно вел их по тропе, сверяясь с картой, джейк постоянно шутил и снимал видео, а сонхун шел замыкающим, лениво попинывая кроссовками влажные ветки. сону старался держаться в центре этого маленького отряда, радуясь, что физическая активность хоть немного выбивает из головы дурные мысли. ​первые три точки они нашли быстро — они были привязаны к старой беседке, мостику через ручей и поваленному грозой дубу. но когда они углубились в чащу ради четвертой отметки, туман сгустился настолько, что даже идущий в трех шагах джейк стал казаться серым силуэтом. ​— блин, чонвон, тут тропа вообще исчезла, — джейк остановился, отряхивая джинсы от налипшей мокрой травы. — ты уверен, что мы правильно идем? тут как-то слишком глухо. ​— карта правильная, — упрямо отозвался чонвон, крутя планшет в руках и пытаясь поймать хоть какую-то связь, чтобы свериться с навигатором. — точка должна быть за тем холмом. сону, глянь правее, там вроде виднеется цветной скотч на дереве? ​сону кивнул и сделал несколько шагов в сторону, сходя с едва заметной тропинки вглубь густого малинника. влажные листья больно хлестали по лицу, обувь моментально промокла насквозь. он прошел метров десять, всматриваясь в серую пелену, но никакого скотча не увидел — только старые замшелые стволы. ​— чонвон, тут ничего нет! — крикнул сону, оборачиваясь. — давайте вернемся назад к ручью... он осекся. голоса парней, которые еще секунду назад раздавались совсем рядом, вдруг стихли. сону сделал три шага обратно, ломая сухие ветки, но тропа, с которой он сошел, словно растворилась в тумане. вокруг стояла мертвая, звенящая горная тишина, в которой был слышен только стук его собственного сердца. ​— чонвон! джейк! — уже громче позвал сону, чувствуя, как к горлу подкатывает глухая паника. телефон в кармане завибрировал, сообщая о полной потере сети. ​он повернулся на триста шестьдесят градусов, пытаясь сориентироваться, но туман стер все ориентиры. в какую сторону идти — назад к лагерю или вглубь леса — было абсолютно непонятно. сону сделал еще несколько хаотичных шагов, зацепился спиной за какую-то ветку и чуть не упал, едва удержав равновесие. ​— потерялся? — раздался тихий, до ужаса спокойный голос откуда-то справа, из-за пелены тумана. ​ сону вздрогнул всем телом и резко обернулся, едва не наступив в лужу. ​из серого марева, как ни в чем не бывало, медленно вышел ники. он шел абсолютно бесшумно, засунув руки в карманы своей неизменной черной толстовки. капюшон намок от мелкой водяной пыли, а на лице не было ни капли удивления или испуга. он выглядел так, будто просто прогуливался по школьному коридору, а не стоял посреди глухого горного леса. ​— т-ты... — сону выдохнул, чувствуя, как паника сменяется диким, суматошным облегчением вперемешку со злостью. — ты откуда тут взялся? где остальные? ​— твои отличники ушли вперед, к скалам, — ники остановился в двух шагах, лениво оглядывая сону с ног до головы. взгляд задержался на его насквозь мокрых кедах. — они даже не заметили, что ты отстал. чонвон твой слишком занят своей дурацкой картой. ​— надо их догнать, — сону дернулся было в ту сторону, откуда пришел ники, но младший просто выставил руку, мягко, но твердо упираясь ладонью сону в грудь, останавливая на месте. пальцы ники через тонкую ткань ветровки казались обжигающе горячими. ​— не догонишь, — тихо сказал ники, глядя ему прямо в глаза. в этом полумраке его зрачки казались огромными. — они уже ушли к третьей просеке. а ты дорогу назад не найдешь, сону-я. тут кругом обрывы. ​сону замер, тяжело дыша. рука ники все еще лежала на его груди, и сону отчетливо чувствовал, как под этой ладонью сумасшедшим ритмом испуганной птицы бьется его собственное сердце. туман вокруг словно отрезал их от всего остального мира, от школы, от чонвона, от экзаменов. остались только они двоем, сырой мох под ногами и этот тяжелый, удушающий контроль, который ники медленно, но верно начинал затягивать вокруг него. ​— и что ты предлагаешь? — шепотом спросил сону, не в силах отвести взгляд от его бледного лица. ​ники слабо, едва заметно улыбнулся краем губ, убирая руку с его груди и вместо этого крепко хватая сону за запястье — прямо поверх мокрого рукава. ​— пошли, — коротко бросил младший, разворачиваясь и увлекая сону за собой вглубь тумана, в совершенно противоположную от лагеря сторону. — я знаю короткую дорогу. доверишься мне? ​ сону ничего не ответил. он просто покорно пошел следом, чувствуя, как чужие пальцы сжимают его руку слишком сильно, почти до боли, не оставляя ни единого шанса вырваться. ​