Свет, который Погас

POV Гарри Поттер «Ты всё правильно делаешь, Избранный. Наша сила растёт, армия крепнет. Скоро мы поставим на колени всех лжецов и всех, кто не верит в нашу цель». Голос Волан-де-Морта теперь поселился в голове Гарри Поттера навсегда. Иногда он мог его заглушить, заставить умолкнуть усилием воли — но в такие дни шум становился непереносимым, нарастал до грома, переходил в головную боль, и тогда мир плыл багровой дымкой перед глазами. Гарри открыл глаза. Он был в Большом зале Хогвартса. Там, где когда-то они с друзьями строили счастливые планы и смеялись над очередной шуткой Рона, теперь всё было другим. Рядом остались лишь те, кто склонял колени. Гарри принимал клятву новых и старых Пожирателей смерти, как король собирает своих вассалов в зале суда. Он сидел на троне — не на простом директорском кресле, а на созданном по его приказу: чёрное дерево, серебряная инкрустация, высокая спинка с вырезанной змеёй и молнией. Он выглядел величественно, откинувшись, и в его глазах теперь горел не прежний свет — это был иной, мрачный огонь. Огонь войны, которую он собирался разжечь сам. Волан-де-Морт был мёртв — но его учение жило. Гарри понял: этот мир не делится на добро и зло, он делится лишь на тех, кто властвует, и тех, кто подчиняется. Он, Гарри Поттер, больше никогда не будет среди последних. У его ног сидела Полумна Лавгуд. Она изменилась до неузнаваемости. Ради Гарри она отвернулась от прошлого — отца, друзей, странных идеалов. Её когда-то светлые волосы теперь были выкрашены в чернильно-чёрный, спутанные пряди сползали на лицо. В этом хаосе он видел её настоящую суть — и только он имел право на этот взгляд. Полумна ласково прижималась к его колену, как кошка; проводила пальцами по его голени, шептала слова, от которых внутри разливалось пьянящее тепло. — Я так восхищаюсь тобой, Гарри... Ты сильнее всех. Ты разрушил старый мир и строишь новый. Я люблю тебя. Я люблю всё в тебе. Ты мой бог. Он чувствовал абсолютную власть над ней — и это было слаще всего. Провёл рукой по её чёрным волосам — она зажмурилась, как котёнок. Улыбка мелькнула на его губах. Всё было очень хорошо. Идиллию нарушили. Тяжёлая дверь Большого зала резко распахнулась. Вошёл молодой Пожиратель в чёрной мантии, серебряная маска болталась на поясе — значит, он уже не простая пешка, не обязан скрывать лицо. Он дошёл до середины зала и преклонил колени, лоб коснулся каменного пола. — Простите за смелость, мой Лорд, — произнёс он с дрожью. — Мы поймали её. Луна лениво подняла голову, не убирая руки с Гарри. Она посмотрела на вошедшего с презрением, как на слугу. — Кого? — мурлыкнула она, пробуя слово на вкус. Пожиратель приподнял голову, встретился взглядом с Гарри: — Грязнокровку Грейнджер. Полумна вскочила мгновенно, в её взгляде вспыхнул хищный огонь. Гарри тоже напрягся — всё тело откликнулось, как зверь, почуявший дичь. Трон под ним скрипнул. — Веди к ней, — приказал он низко и жестко. Пожиратель вскочил, поклонился и бросился к выходу. Гарри поднялся. Луна прильнула к его плечу. — Наконец, — прошептала она ему на ухо с предвкушением. — Ты так долго этого ждал, мой Лорд. — Да, — коротко бросил Гарри, и изумрудные глаза озарились ледяным блеском. — Гермиона Грейнджер всегда корчила из себя самую умную. Посмотрим теперь. Луна засмеялась и страстно впилась в его губы. Гарри резко отодвинул её: — Позже, Луна. — Но, мой Лорд... я так хочу... Он крепко сжал её волосы и холодно процедил: — Ты слышала меня с первого раза, Луна? Или хочешь почувствовать мой гнев? Во взгляде девушки мелькнул настоящий страх — её возбуждение сменилось покорностью. — Простите меня, мой Лорд... Гарри отпустил её и пошёл вперёд. Луна, собравшись, бесшумно последовала тенью. Большой зал опустел, в воздухе осталась лишь предчувствие бури. Гарри вошёл в подземелье. За ним — бесшумная Полумна. Единственный факел на стене почти догорел: на полу у стены, прикованная цепями, сидела Гермиона. Мантия разорвана, на щеке засохла полоса крови, но в глазах — прежний упрямый огонь. Гарри задержался в центре. Он не повышал голос: просто стоял, глядя на пожирателей, столпившихся у двери. Через пять секунд всё стихло — громкие шаги ушли, дверь захлопнулась. В подземелье остались только трое. Полумна стояла чуть позади. — Поймали на входе к Хогвартсу, — начал Гарри, подходя ближе. Голос его был ледяной, почти ласковый. — Ты принесла мне то, что никогда тебе не принадлежало? Гермиона дёрнула цепи — металл жалобно зазвенел. Она скривилась, опустила голову: — Я сама шла к тебе, Гарри. И да, они забрали книгу. — Зачем? — Гарри остановился перед ней, лицо казалось резным камнем. — Примкнёшь ко мне? После всего, что я сделал? — Я... не знаю, о чём ты... — Не знаешь? — впервые он дал волю эмоциям. Оскал исказил черты — хищно, зло. За спиной Полумна заливалась высоким смехом, разносившимся эхом. — Ты умная, Герми, — прошептала Луна уже без смеха. — Для раскрытия тайны книги нужна жертва. Ты это знала? Гарри не обратил внимания. Сел на корточки — их глаза почти встретились. Его пальцы сжали Гермионин подбородок, резко задрав лицо, заставив её смотреть прямо в чёрные зрачки. — Я убил Рона, Гермиона, — без эмоций сказал он. Гермиона онемела; по телу прокатилась ледяная волна. — Врёшь, — выдавила она. Она рванулась в его сторону изо всех сил, цепи натянулись, впились в запястья, она почти достала до горла Гарри — но Полумна неторопливо взмахнула палочкой, и Гермиона рухнула обратно к стене. Она тяжело дышала, чувствуя во рту вкус крови. Опустила взгляд, чтобы не видеть его обезумевших глаз. «Спокойно, — приказала она себе. — Тебе нужно доверие. Выполни всё, что он прикажет. Только так можно подобраться ближе…» Гермиона медленно подняла взгляд — теперь глаза были пустыми, сломленными. — Я…я.., — тихо произнесла она. — Я сделаю всё, что скажешь, Гарри. Я пришла, чтобы служить. Гарри задержался с ответом, внимательно изучая её лицо. Потом выпрямился, и его тень накрыла Гермиону с головой. — Посмотрим... Палумна, подготовь ритуальный зал. Книга требует жертвы. Она её получит. Луна облизнулась, как голодная кошка, и скользнула к выходу. Гарри, уже не оборачиваясь, бросил через плечо: — Ты будешь жить, Гермиона. Сегодня. Завтра посмотрим, достойна ли ты остаться. Подземелье вновь погрузилось в тишину. Цепи протяжно зазвенели, и Гермиона, оставшись одна, уронила голову на грудь. «Я сделаю всё, что ты скажешь, Гарри… — думала она. — А потом убью тебя собственными руками».