nordsee glow

В комнате под скошенной соломенной крышей пахло старым деревом и лавандовым кондиционером для белья. За узким окном ветер с Северного моря усиливался, заставляя деревянные ставни едва заметно вибрировать.  Бомгю сидел на краю кровати, уперев локти в колени, и тупо смотрел в экран телефона. В поисковой строке карт светилось одно-единственное слово. «Provokant». Палец замер над экраном, а затем решительно опустился. Карта проложила тонкую синюю нить маршрута от их тихого уединенного переулка до самого центра Вестерланда. Пешком 30 минут. Бомгю взглянул на часы в верхнем углу экрана, 20:03.  Внутри него боролись два абсолютно полярных чувства. Привычный, уютный здравый смысл шептал, что глупо идти ночью в сомнительное заведение по приглашению парня, которого он знает всего ничего. Но глухое, свербящее подростковое любопытство и отчаянное нежелание провести вечер, слушая, как родители обсуждают цены на недвижимость в Германии или читают брошюры о местных спа-центрах. — Была не была, — пробормотал Бомгю, поднимаясь с кровати.  Он спустился по узкой скрипучей лестнице на первый этаж. В гостиной было тепло и уютно. Отец сидел в глубоком кресле с бокалом красного вина, лениво листая планшет, а мама увлеченно рассматривала карту острова, разложенную на массивном дубовом столе.  — О, Бомгю, — мама подняла на него глаза и мягко улыбнулась. — Ты уже отдохнул? Мы думали заказать пиццу на дом, тут недалеко есть отличная итальянская пиццерия. — Мам, пап, — Бомгю замялся, переминаясь с ноги на ногу у подножия лестницы. — Я, наверное, не буду ужинать дома. Я познакомился на пляже с парнем. Ну, помните, там была компания? Вот. Он позвал меня немного прогуляться по Вестерланду. Показать город.  Родители удивленно переглянулись. Отец отложил планшет и с одобрительной улыбкой посмотрел на сына. — Надо же, как быстро ты находишь друзей, — сказал он, добродушно усмехнувшись. — А мы переживали, что ты тут со скуки завоешь. Конечно, иди. Только не задерживайся слишком поздно, хорошо? И держи телефон включенным.  — Да, пап, конечно. — Бомгю облегченно выдохнул, мысленно похвалив себя за то, что не стал вдаваться в подробности про бар и сомнительную репутацию его нового знакомого.  Он вернулся в свою комнату, чтобы собраться. Погода на улице, судя по виджету в телефоне, обещала опуститься до +18 градусов, а с учетом влажности и морского ветра это ощущалось как все двенадцать. Бомгю решил не мудрить, он натянул свои любимые широкие темно-серые джинсы, свободную черную футболку из плотного хлопка, а сверху накинул легкую ветровку.  Он подошел к зеркалу, критически осматривая себя. Растрепанные темные волосы никак не хотели ложиться ровно, на лице читалась легкая, сонная усталость.  — Ладно, сойдет. Не на свидание же иду, — проворчал он под нос, обувая поношенные, но безумно удобные кроссовки.  Захватив ключи и телефон, Бомгю тихо вышел из дома, аккуратно прикрыв за собой тяжелую дубовую дверь. Улица встретила его резким, бодрящим порывом ветра, пахнущим солью и сухими водорослями. Бомгю посильнее затянул шнурки на капюшоне ветровки, достал наушники и вставил их в уши. Включив первый попавшийся плейлист он зашагал по мощеной дорожке в сторону центра. Дорога вела мимо аккуратных, словно сошедших с открыток, домиков с ухоженными палисадниками. Постепенно жилой квартал сменился более оживленными улицами. Бомгю достал телефон и открыл чат с Тэхеном. Ему просто необходимо было выговориться кому-то, кто не стал бы читать ему нотации.

bamgyuuuu 

«Тэ, ты не поверишь. Я иду в клуб. Немецкий клуб. На острове пенсионеров.»

Ответ пришел почти мгновенно.  you.th «ЧТО??? Тебя туда пустят вообще? Ты же выглядишь на пятнадцать, когда не выспишься.»

bamgyuuuu 

«Смешно, обхохочешься. Тот придурок, который сбил меня днем на променаде, сказал, что добазарится на входе. Он со своей компанией позвал меня в бар "Provokant".»

you.th «Провокант? Звучит как название немецкого порнофильма 90-х, Гю. Ты уверен, что тебя там не продадут на органы местным миллионерам?»

bamgyuuuu

«Тэхен, я серьезно. Мне просто скучно. К тому же, этот Енджун, он странный. Бесит меня невероятно, но у него какая-то дикая энергетика. Ладно, я почти пришел. Пожелай мне удачи, чтобы меня не депортировали обратно в Сеул.»

you.th «Удачи, мой юный бунтарь. И не пей ничего, что тебе наливают из открытых бутылок! Жду отчет ночью.» Бомгю улыбнулся, убирая телефон. Музыка в наушниках сменилась на более динамичную, и он невольно ускорил шаг.  Впереди уже показались яркие неоновые огни центральной улицы Вестерланда. Здесь было гораздо оживленнее, чем у их домика. Молодые люди, одетые по последней моде, шумно переговаривались на немецком и английском, у входов в рестораны стояли дорогие спортивные машины, а воздух был наполнен запахом дорогого парфюма, уличной еды и кальяна. Бомгю подошел к нужному зданию ровно в 20:57.  Вывеска клуба «Provokant» светилась ядовито-фиолетовым неоном. Дизайн был стильным и минималистичным, темное стекло, тяжелые металлические двери и массивная черная вывеска. Около входа уже стояла приличная очередь из модно одетых подростков и студентов. У дверей переминались с ноги на ногу два огромных немецких вышибалы в черных костюмах, лениво проверяя документы у каждого второго. Енджуна нигде не было видно.  Бомгю вздохнул, чувствуя себя ужасно глупо. Он сел на свободную деревянную лавочку чуть поодаль от входа, пряча руки в карманы ветровки. Мимо проходили компании местных ребят, они громко смеялись, обсуждали какие-то свои темы, и Бомгю почувствовал себя чужаком, случайно заброшенным на другую планету.  — Неужели ты действительно пришел, лимонадный мальчик.  Бомгю вздрогнул и поднял голову. К лавочке быстрыми шагами направлялась та самая компания с пляжа. Впереди всех шел Енджун. В полумраке вечера он выглядел еще более эффектно, чем днем. На нем была объемная черная кожаная куртка поверх белой футболки, темные джинсы с серебряной цепью на поясе, очки теперь висели на вороте футболки, открывая его насмешливый взгляд. Рядом с ним шли Субин, придерживающий за плечи смеющуюся Карину, Жизель, увлеченно рассказывающая что-то Каю, который катил перед собой скейтборд. — Привет, — Бомгю поднялся с лавочки, стараясь, чтобы его голос звучал как можно более равнодушно. — Я просто гулял мимо.  — Ага, конечно, — Енджун широко усмехнулся, останавливаясь прямо перед ним. — Гулял он. В девять вечера у входа в самый популярный клуб города. Ну ладно, пошли. Ребята, знакомьтесь, это... — Я Бомгю. Субин дружелюбно улыбнулся, показав аккуратные ямочки на щеках.  — Привет, Бомгю. Я Субин. Не обращай внимания на Енджуна, он всегда так разговаривает.  — Эй! — притворно возмутился Енджун, но спорить не стал. — Пошли внутрь, а то здесь ветер совсем ледяной.  Они направились прямо к дверям, полностью игнорируя длинную очередь. Бомгю невольно напрягся, когда они приблизились к огромным охранникам. Он уже приготовил оправдания на английском о том, что забыл ID в отеле, но всё прошло совсем не так, как он ожидал. Один из вышибал, заметив Ёнджуна, приветливо кивнул ему и сказал ч то-то на быстром немецком.  — Hi, Yeonjun. Die übliche Truppe? — Ja, Markus. Und wir haben einen neuen Freund dabei. Alles gut? — Енджун ответил на невероятно чистом немецком, его голос звучал уверенно и глубоко. Он небрежно похлопал охранника по плечу. Вышибала бросил быстрый, оценивающий взгляд на Бомгю, задержавшись на его лице буквально на секунду, а затем просто отошел в сторону, открывая перед ними тяжелую дверь. — Проходите, хорошего вечера, — буркнул он по-английски. Бомгю зашел внутрь, всё еще не веря, что его только что пустили в закрытый клуб без единого вопроса о возрасте. Он искоса посмотрел на Енджуна. Тот поймал его взгляд и подмигнул.  — Я же говорил тебе, мое слово здесь кое-что значит. Внутри клуб встретил их плотной, оглушительной стеной звука и света. Басы были настолько мощными, что Бомгю ощущал их вибрацию где-то в районе ребер. Зал был залит темно-красными и синими неоновыми лучами, которые то и дело выхватывали из темноты танцующие силуэты людей.  В воздухе пахло дорогим алкоголем, кальяном, дымом и чем-то сладким. Музыка заставляла толпу двигаться в едином, безумном ритме.  Енджун уверенно повел компанию через VIP-зону, расположенную на небольшом возвышении вдоль стены. Здесь стояли глубокие кожаные диваны черного цвета, разделенные невысокими перегородками, обеспечивая относительную приватность. Они уселись за один из центральных столиков. Бомгю скромно примостился на краю дивана, чувствуя себя немного скованно среди этой шумной и яркой компании.  — Так, что будем пить? — спросил Енджун, откидываясь на спинку дивана и закидывая ногу на ногу.  — Мне как обычно, — отозвалась Карина.   — Я схожу к бару, посмотрю, что сегодня есть из нового, — сказал Субин, поднимаясь. Кай тут же увязался за ним, увлеченно обсуждая какой-то трюк на скейте. Енджун подозвал официанта, быстро сделал заказ на немецком и повернулся к Бомгю.  — Тебе я заказал кое-что особенное.  — Надеюсь, там нет яда, — буркнул Бомгю, пытаясь рассмотреть танцпол сквозь полумрак.  — Обижаешь, — Енджун притворно прижал руку к сердцу.  Через пару минут официант принес поднос с напитками. Перед Бомгю поставили красивый высокий бокал из тяжелого стекла, наполненный ярко-оранжевой жидкостью с кубиками льда, веточкой мяты и долькой маракуйи. Выглядело это как обычный, безобидный лимонад. Бомгю, уставший от духоты клуба, без задней мысли взял трубочку и сделал большой, глубокий глоток.  В ту же секунду его горло обжег отчетливый, терпкий вкус качественного алкоголя. Скорее всего, ром или водка, искусно замаскированные сладким сиропом маракуйи. Бомгю закашлялся, прикрывая рот ладонью, а его глаза округлились от неожиданности. Енджун, наблюдавший за этой сценой, откинул голову назад и громко, искренне рассмеялся. Этот смех был заразительным, но Бомгю лишь злобно зыркнул на него. — Эй, аккуратнее, — сквозь смех выдавил Енджун. — Здесь есть градус, детка. Но тебе полезно расслабиться, а то сидишь тут с таким видом, будто тебя сейчас поведут на казнь. — Ты идиот, — прошипел Бомгю, но бокал из рук не выпустил. Как ни странно, после первого шока вкус коктейля показался ему безумно приятным. Сладким, с легкой кислинкой и приятным согревающим эффектом, который тут же начал разливаться по телу. В этот момент к ним за столик вернулись Субин и Кай с шотами, а Карина и Жизель, заметив любимый трек, тут же поднялись с дивана. — Мы на танцпол, — крикнула Жизель, хватая Карину за руку. Субин и Кай, выпив свои шоты, тоже решили переместиться ближе к барной стойке, где завязалась какая-то интересная беседа с барменом. За столиком остались только Бомгю и Енджун. Енджун достал из кармана куртки пачку сигарет и зажигалку. Он щелкнул пламенем, прикурил и сделал глубокую затяжку, прикрыв глаза. Сигаретный дым медленно поплыл вверх, растворяясь в разноцветных лучах неоновых прожекторов.  Бомгю невольно засмотрелся на него. В этом полумраке, с сигаретой в зубах, подсвеченный алыми бликами неона, Енджун выглядел непозволительно красиво. В нем не было той детской неловкости, которая иногда мешала самому Бомгю чувствовать себя уверенно. Енджун казался воплощением стиля и абсолютной свободы. Сделав еще один глоток коктейля, Бомгю почувствовал, как алкоголь начинает действовать. Напряжение в плечах постепенно исчезало, мир вокруг стал казаться не таким враждебным, а музыка уже не била по ушам так сильно. На его щеках выступил мягкий румянец. Енджун повернул голову к нему, заметил этот румянец и насмешливо прищурился.  — Смотрите-ка, кто-то уже косеет от одного коктейля. Щечки как порозовели, точно уверен, что осилишь весь бокал? — Отвали, — упрямо ответил Бомгю, хотя его голос прозвучал чуть мягче и тише, чем обычно. — Я не косею, просто тут душно. — Ну конечно, — Енджун затушил сигарету в пепельнице на столе и придвинулся чуть ближе к Бомгю, опираясь локтем о спинку дивана. Расстояние между ними сократилось, и Бомгю снова почувствовал его парфюм.  — Расскажи мне, Бомгю. Как тебя занесло на этот остров? Обычно корейцы твоего возраста предпочитают тусить в Сеуле или, на худой конец, едут в Лондон или Париж учить язык, а ты с родителями в глуши. Бомгю вздохнул, крутя трубочку в бокале.  — Отец решил устроить элитный семейный отдых. Он нашел этот домик в интернете и загорелся идеей показать мне Северную Германию. Я пытался спорить, просил поехать в Испанию, но его не переубедить. Он считает, что холодное море закаляет характер. Енджун тихо усмехнулся.  — Твой отец суровый мужик. Но на самом деле, Зюльт не так уж плох. Просто нужно знать правильные места. Тут куча закрытых вечеринок на виллах, гонки на яхтах, дорогие рестораны. Просто под маской тихой рыбацкой деревни скрывается тонна денег и порока. — Порока? — Бомгю приподнял бровь, глядя на него.  — Ну да, — Енджун пожал плечами, его глаза блеснули в темноте. — Алкоголь, дорогие тачки, ночные тусовки на пляже под запрещенные вещества. Здесь все делают вид, что они приличные леди и джентльмены, но стоит солнцу сесть и маски слетают.  — И ты, конечно же, лидер этого теневого мира? — съязвил Бомгю, чувствуя, как алкоголь делает его язык более смелым. — Ну, скажем так, я просто умею находить общий язык с нужными людьми, — Енджун самодовольно улыбнулся. — Мой отец владеет крупной логистической компанией, мы часто ведем дела с немцами, так что у нашей семьи здесь есть связи. Я провожу тут каждое лето с тринадцати лет. И поверь мне, я знаю, о чем говорю. Они замолчали на пару минут. Музыка в клубе сменилась на более медленный, но невероятно качающий бит. Бомгю смотрел на танцпол, чувствуя, как приятное тепло окутывает всё его тело. Ему действительно стало хорошо. — А ты? — вдруг спросил Бомгю, поворачиваясь к Енджун у. — Чем ты занимаешься? Кроме того, что сбиваешь людей на променаде и водишь несовершеннолетних по клубам. Енджун весело фыркнул, качая головой.  — Я учусь в университете Кёнхи. На архитектурном. Дизайн, проектирование, вся эта ерунда. Родители хотели, чтобы я пошел на бизнес, но мне скучно копаться в отчетах. Бомгю удивленно посмотрел на него. Образ наглого мажора в его голове никак не вязался со сложной и кропотливой учебой на архитектурном факультете.  — Архитектурный? — переспросил он. — Это же сложно. Нужно уметь рисовать, чертить. — А ты думал, я только хуйней страдать умею? — Енджун насмешливо сощурился, явно довольный произведенным эффектом. — У меня много талантов, Бомгю, просто я не люблю показывать их первому встречному.  — Ну да, проще ведь казаться обычным придурком, — парировал Бомгю.  — Именно, — легко согласился Енджун. — К придуркам меньше вопросов.  Они просидели так еще около получаса. Музыка грохотала, неоновые лучи резали полумрак, а Бомгю ловил себя на мысли, что этот парень, несмотря на всю свою раздражающую манеру общения, оказался удивительно простым и интересным собеседником. Они спорили о музыке, сравнивали жизнь в Сеуле и Германии, и Бомгю впервые за долгое время чувствовал, что его действительно слушают. Коктейль окончательно развязал Бомгю язык, а заодно стер ту невидимую грань, которая заставляла его чувствовать себя лишним. Мир вокруг приобрёл приятную резкость, а басы больше не давили на виски, они словно пульсировали в одном ритме с его собственным пульсом.  — Ладно, признаю, этот клуб неплох, — Бомгю откинул голову на кожаную спинку дивана, лениво наблюдая за вспышками стробоскопа. — Но музыка слишком громкая. В Сеуле в таких местах хотя бы можно расслышать собственные мысли. — В такие места ходят не для того, чтобы думать, — Енджун усмехнулся, туша вторую сигарету прямо о край стеклянного столика, полностью игнорируя пепельницу. — Сюда приходят, чтобы их отключать. Тебе явно пошло на пользу. Ладно, я отойду на пару минут к бару, заберу Субина с Каем, пока они там не скупили всю выпивку, не скучай. Енджун поднялся, лениво потянулся, демонстрируя идеальную осанку, и скрылся в толпе, плавно лавируя между танцующими телами.  Бомгю остался один. Напиток в его бокале закончился, оставив на дне лишь тающие кубики льда и размякшую дольку маракуйи. В горле слегка пересохло, и он решил дойти до уборной, чтобы умыться холодной водой и немного прийти в себя.  Пробираться через беснующуюся толпу в одиночку оказалось гораздо сложнее. Люди то и дело задевали его плечами, кто-то случайно пролил каплю липкого пива на его ветровку, отчего Бомгю недовольно поморщился. Наконец он добрался до коридора, ведущего к туалетам. Здесь было чуть тише, но воздух казался еще более спертым. Когда Бомгю уже выходил обратно в коридор, вытирая влажные ладони о джинсы, дорогу ему преградили трое парней. Это были высокие, крепкого телосложения немцы в дорогих брендовых худи, явно из тех местных мажоров, которые считают себя хозяевами. Они были прилично пьяны, их глаза блестели агрессивным азартом. — Schau mal, wer da ist. Ein kleiner Tourist, — ухмыльнулся тот, что стоял в центре, высокий блондин со шрамом над бровью. Он сделал шаг вперед, перекрывая Бомгю выход в основной зал. — Bist du nicht ein bisschen zu jung für diesen Club, Kleiner?  Бомгю не понимал немецкий, но интонация и пренебрежительный тон не оставляли сомнений, перед ним была классическая пьяная шпана, ищущая повод для драки.  — Пропустите, — холодно сказал Бомгю на английском, делая шаг в сторону. Блондин шагнул туда же, преграждая путь. Его друзья за спиной заржали. — Oh, he speaks English, — издевательски протянул блондин. Он бесцеремонно протянул руку и толкнул Бомгю пальцем в плечо. — Where is your ID, boy? Or maybe you want to show us what you have in your pockets? Бомгю почувствовал, как внутри мгновенно вспыхнула ярость, смешанная с адреналином. Алкоголь в крови требовал действия. — Убери от меня свои лапы, пока я их тебе не сломал, — процедил он сквозь зубы, делая шаг вперед и сокращая дистанцию. Он не собирался отступать, даже несмотря на то, что соперники были объективно крупнее. Блондин удивленно приподнял брови, а затем его лицо исказилось злобой. Он замахнулся, явно собираясь схватить Бомгю за воротник ветровки. Но договорить или сделать что-то он не успел. Из полумрака коридора стремительной тенью вырос Енджун. Движение было настолько быстрым, что Бомгю даже не успел моргнуть. Енджун перехватил запястье блондина в воздухе, прямо перед лицом Бомгю. — Mach deine dreckigen Hände von ihm weg,  — произнес Енджун. Его голос, обычно ленивый и мягкий, сейчас прозвучал как удар хлыста. Блондин попытался вырвать руку, но Енджун резко выкрутил его запястье вниз, заставляя парня слегка согнуться от боли. Двое его друзей дернулись вперед, но Енджун даже не посмотрел на них. Он лишь слегка повернул голову в сторону входа в коридор и громко свистнул. Через секунду в узком пространстве появился Маркус, тот самый, что стоял на входе.  — Markus, die Jungs machen Stress. Schmeiß diesen Abschaum raus, — бросил Енджун на немецком, небрежно отталкивая от себя блондина. На его губах снова появилась та самая, высокомерная ухмылка. Он наслаждался моментом своего превосходства. Маркус спорить не стал. Он молча схватил блондина за шкирку, а двое его друзей, оценив габариты охранника и ледяной взгляд Енджуна, предпочли быстро и беззвучно ретироваться в сторону выхода под тяжелыми пинками секьюрити.  Енджун проводил их насмешливым взглядом, а затем повернулся к Бомгю. В его глазах всё еще горел опасный, хищный азарт драки. — Не успел испугаться, принцесса? — спросил он, оглядывая Бомгю с ног до головы, словно проверяя, всё ли с ним в порядке. — Я не испугался, — зло огрызнулся Бомгю, хотя его сердце колотилось в груди как бешеное от избытка адреналина. — Я бы сам справился, зачем ты вмешался? — Ага, конечно, справился бы он, — Енджун тихо рассмеялся. Он схватил Бомгю за запястье. — Пошли отсюда, здесь слишком душно. Добавь капельку безумия в этот вечер. Вместо того чтобы вернуться за их столик в VIP-зону, Енджун потащил Бомгю в противоположную сторону — к неприметной серой двери с надписью «Kein Zutritt». Он уверенно толкнул её, и они оказались на узкой, крутой металлической лестнице, ведущей наверх. — Эй, куда мы? — крикнул Бомгю, едва поспевая за широкими шагами Енджуна. — На крышу, — бросил тот, не оборачиваясь. — Там лучший вид и нет идиотов, которые портят воздух своим присутствием. Они поднялись на самый верх. Енджун толкнул тяжелую задвижку на люке, и они вылезли на плоскую крышу клуба. Здесь было невероятно. Ветер с Северного моря буквально сбивал с ног, свистя в ушах и моментально выдувая из головы хмель. Внизу, у подножия здания, раскинулись неоновые огни Вестерланда, а дальше, за полосой дюн, чернело море. Шум прибоя отсюда казался оглушительным, перебивая даже басы, которые всё еще вибрировали прямо под их ногами через крышу здания. Енджун подошел к самому краю, опираясь руками о невысокое бетонное ограждение. Его черная кожаная куртка шумно хлопала на ветру, а светлые растрепались. Бомгю подошел ближе, чувствуя, как адреналин после несостоявшейся драки постепенно сменяется диким, пьянящим восторгом. — Ну что, кровь в жилах заиграла? — Енджун повернулся к нему, его глаза в свете луны казались дикими, а на лице была улыбка.  — Заткнись, Енджун, — выдохнул Бомгю, убирая мокрые от ветра волосы со лба. — Ты ненормальный. Тебя вообще когда-нибудь арестовывали? — Пытались пару раз, — весело отозвался Енджун, доставая из кармана пачку сигарет. Он попытался прикурить, но сильный порыв ветра мгновенно потушил пламя зажигалки. Он попробовал еще раз, прикрывая огонек ладонью, но ветер был слишком силен. Тогда Енджун резко сократил расстояние между ними, делая шаг вплотную к Бомгю. Он прижал его спиной к кирпичной надстройке вентиляционной шахты, закрывая своим телом от воздушного потока.  Расстояние между ними сократилось до пары сантиметров. Бомгю замер, чувствуя, как его сердце снова готово вырваться из грудной клетки, но теперь уже не от страха перед немецкими мажорами. Енджун был слишком близко. От него пахло дорогим табаком, кожей и алкоголем.  Енджун щелкнул зажигалкой. В узком, защищенном их телами пространстве вспыхнул яркий оранжевый огонек, на секунду выхватив из темноты резкие, красивые черты лица старшего. Енджун прикурил, сделал глубокую затяжку и выпустил дым в сторону, позволяя в етру мгновенно унести его в темноту ночи. Он не спешил отстраняться, а продолжал стоять вплотную к Бомгю, удерживая его в этой импровизированной ловушке.  — Знаешь, что мне в тебе нравится, Бомгю? — тихо спросил Енджун, и его голос едва пробивался сквозь шум ветра. — Ты не трус. Другой бы на твоем месте уже плакал в углу или побежал жаловаться родителям, а ты готов был драться. У тебя есть зубы. — Я не умею сдаваться, — тихо, но твердо ответил Бомгю, глядя прямо в его глаза, отказываясь опускать взгляд. Он чувствовал, как между ними натягивается невидимая струна напряжения. Енджун медленно опустил взгляд на губы Бомгю, на которых всё еще горел румянец от коктейля и ветра, а затем снова посмотрел ему в глаза. Его ухмылка стала шире, обнажая ровные зубы. — Посмотрим, боец, — тихо произнес он, делая шаг назад и наконец выпуская Бомгю из плена своего тела. Енджун затянулся сигаретой, глядя на темную гладь моря. — Посмотрим, насколько хватит твоего характера на этом острове, но я обещаю тебе, что скучно не будет. Бомгю прислонился спиной к холодной стене, чувствуя, как ветер снова обдает его лицо ледяным холодом, но внутри него всё горело. Этот парень только что превратил его унылый отпуск в игру, правила которой Бомгю еще не знал, но в которую уже безумно сильно хотел сыграть.