За гранью мира

— Вот чёрт! Чего так голова-то болит...

Очнувшись от очередного падения, он кое-как поднялся с мерзкого пола, еле держался на ногах — голова кружилась. Присмотревшись по сторонам, он удивился: перед ним простирались жёлтые коридоры, мерцающие лампы и бесконечные коридоры. А запах... запах, который ему сразу не понравился — это запах сырости с пола. Он пробирал прямо в нос, этот мерзкий запах, так что даже тошнота подступила. Сделав шаг, он почувствовал, как по всему телу пробежала адская боль. Он упал на пол, стиснув зубы почти до трещины. — Ай... бляха... похоже, лодыжку повредил

***

Прошло около часа, наверное. Он даже сам не понимал, сколько сейчас времени — судя по всему, в этом незнакомом месте времени нет. Скажите мне на милость, куда я попал?! Здесь только жёлтые коридоры, мерцающие лампы, которые мне уже начинают на нервы действовать! Я что, в... — Стоп! Он снова начал всё осматривать, сидя на полу. Хоть и было мерзко сидеть в этой вони, но из-за переломов и ушибов пришлось сидеть и так рассматривать окрестности, в которых он сейчас находился. И это знатно его ошарашило, когда он осознал, куда попал. — Только не это неужели я... Это был лиминальный мир. По словам Лейлы, это полный ад, в котором люди умирали или, грубо говоря, с ума сходили от этого. — Мне конец, да? Джеймс, приходивший в себя после очередного шока, взглянул на правую сторону коридора. Присмотревшись внимательно, он был в шоке. Сначала подумал, что у него уже глюки пошли, но присмотрелся ещё внимательнее и удивился ещё больше. — Белый листок? Ладно, надо всё же проверить. А вдруг там важная информация? Еле встав с мерзкого пола, он направился в ту сторону. Шёл он, конечно, как черепаха, а может, и хуже. С каждым шагом ему становилось труднее. Запах доносился до носа, вызывая тошноту, мерзкое жужжание ламп уже сильно бесило. В глазах всё темнело, будто хотелось спать, но он пытался не засыпать и продолжал идти дальше. Он целый час шёл туда, присел от усталости и взглянул на то, что заметил ранее. И вправду — белый лист бумаги. Он взял его. Там было что-то написано. — Записка? Хм... странно. Вроде я тут один, но она сухая. А значит, кто-то недавно здесь был, — подумал про себя Джеймс. Почерк был разборчивым и даже красивым. Но это было на потом. В конце записки стояло имя. Ему стало не по себе. Он словно во сне находился — будто сейчас спит на уроке. Но он ущипнул себя — было больно. Теперь он точно был уверен: это не сон, и находится он в совершенно другом месте. Или даже хуже — в другой реальности. — Ай, ладно, соберись. Это просто обычная записка и всё. Чего это переживать-то? Тяжело вздохнув, он обратил внимание на текст и начал читать. «Хей! Это я, Картер. Да-да, тот самый мальчик-подросток, который пропал около двух годов назад. Вместе со мной ещё и Смоускрим — через день после похищения. Точно не знаем, но мы никак не можем выбраться. Или, ещё хуже, свалить к чертям собачьим из этого ада». — Неужели это тот... Ладно, надо поторопиться. Он встал с мерзкого пола и с адской болью направился в путь по бесконечному коридору. Боль не утихала, а наоборот, становилась только хуже — почти до тошноты. Дыхание ухудшалось. В глазах темнело, но он всё же держался как мог. Ходить было тяжело, но он шёл. Вся эта вонь всё ещё доносилась прямо в нос, дышать было трудно. Он прикусывал губу, чтобы не закричать от боли. Прошла минута? Час? Секунда? Он сам не понимал, сколько тут прошло. Словно времени и не существовало, словно его и не было. Голова шла кругом, слегка тошнило, дыхание постепенно становилось только хуже. Он ещё был голодным, как собака, да и сушняк стоял в горле. А ещё ему стало стремно, потому что он услышал оглушительный крик. Джеймс замер, резко развернулся. На дальнем расстоянии никого не было. Сердце билось очень сильно. Руки тряслись, дыхание становилось только хуже. Он даже боялся представить, если это случится с ним. — Кто здесь!? Ответа не последовало. Только тихая и гробовая тишина. Конечно, ему стало стремно. Он даже пожалел, что не взял с собой лук со стрелами. Хотя даже его школьной сумки здесь не было — это его насторожило сильно. Он боялся представить, что будет с его матерью. В груди всё стучало, дыхание никак не восстанавливалось, руки до сих пор тряслись. И он был не один. — Это что за хрень? Перед дальним расстоянием коридора стояло чёрное двухметровое существо. Оно смотрело на него так, будто сейчас резко нападёт и загрызёт его. «Нет... только не это!..» Он не мог шевельнуться. Даже голос в голове кричал: «Беги и спасайся!» — но Джеймс не смог. Паника сильно сковала его. Он закрыл глаза и не шевелился, пока перед его ногами что-то не упало. Открыв глаза, он заметил бутылку с жёлтой этикеткой, а ещё поодаль лежала бумага. И это снова была записка. Приходя в себя после очередного сумасшествия, он поднял с пола бутылку. На бутылке была надпись, и он немного удивился. — Мендальная вода? Хм, странно. Но, возможно, пригодится. Положив это в карман (пить он пока не стал — мало ли что), он заметил, что двухметрового монстра уже нет. И это его обрадовало.

— Это всего лишь глюки... Это глюки. ***

— А, блин, забыл прочитать. Он взглянул на записку, которую подобрал. Но то, что его знатно удивило — это имя человека, про которого ему Лейла говорила. «Мы нашли выход из бесконечного жёлтого коридора! И, слава богу, живыми остались. Если кто-то заметит стрелки возле входа — идите туда. Это мы оставили...» — Смоускрин? И он тоже сюда провалился? Теперь понятно, почему копы не могут их найти. Они оба два года назад провалились. Так же, как и я сейчас... Джеймс пошёл прямо по бесконечному коридору. Он начал терять сознание. Дыхание было на пределе, сушняк в горле. Хотелось спать, но его жизнь была дороже. Но стоило ему развернуться — как тут же он грохнулся на пол. Он перевернулся и смотрел на потолок. Дыхание еле восстановилось. Он кричал от боли и звал на помощь. — Надеюсь, что... кто-то... будет рядом... — тяжело дыша, сказал Джеймс. Его глаза тяжело закрывались — то ли от усталости, то ли от потери крови в ноге, которую он при ходьбе только что заметил. Он почти потерял надежду, но вдруг услышал чьи-то голоса. Слышал еле — в ушах снова звенело, но он кое-как смог разглядеть одного парня. Это был парень его возраста. Чёрные волосы, слегка спортивное телосложение, белая футболка, а на поясе завязана красная клетчатая кофта. А рядом с тем парнем был ещё второй человек, только постарше, но его Джеймс не смог нормально разглядеть. — Эй! Ты нас слышишь?! Потерпи немного, мы тебя выручим! — крикнул ему с испугом парень. Джеймс почувствовал, как кто-то взял его за руку, и очень крепко. Это был тот самый парень, которого он уже разглядел нормально. Но всё было хуже: в глазах всё плыло, руки слабели постепенно, в ушах до сих пор звенело. Но он услышал слабый крик того парня: — Парень! Эй, ты нас слышишь?! Прошу, не смей умирать! Слышишь?! Не смей!.. Но Джеймс дальше не смог разобрать слов. Он закрыл глаза и потерял сознание. Его руки резко ослабели, и он лежал, будто спал.