Искры внутри

Вечер медленно опустился на Коноху, накрывая деревню тяжелым, душным пологом. За окном собирались темные тучи, ветер лениво раскачивал ветви деревьев, а где-то вдали уже глухо прогремел первый раскат грома. Воздух был влажным, наполненным запахом нагретой за день земли и приближающегося дождя. В квартире Саске царила тишина. Он сидел прямо на полу, прислонившись спиной к холодной стене. Катана лежала рядом, а расстегнутый жилет не скрывал длинную царапину на боку, оставшуюся после тренировки. Кровь уже остановилась, но рана продолжала неприятно саднить. Он даже не думал лечить её. Физическая боль была привычной, она отвлекала. Гораздо хуже было то, что происходило в его голове. Перед глазами снова и снова всплывала одна и та же картина: рука Акиры на плече Сакуры, её спокойная улыбка, её тихое «До завтра, Саске». Он раздраженно закрыл глаза, пытаясь избавиться от этих мыслей, но это было бесполезно. Стоило только погрузиться в темноту, как они становились ещё громче. Когда-то он убедил себя, что сможет жить один. Что чувства делают человека слабым. Что стоит лишь раз подпустить кого-то слишком близко — и враг обязательно воспользуется этим. Он сам построил вокруг себя стену. Крепкую. Высокую. Неприступную. Годами он убеждал себя, что так правильно. Что Сакуре будет лучше вдали от него. Что однажды она забудет. Найдет кого-то спокойнее, добрее, нормальнее. Именно этого он ведь и хотел. Так почему сейчас одна мысль о том, что рядом с ней может оказаться кто-то другой, выворачивала его изнутри? Саске резко поднялся и подошел к окну. На улице уже почти стемнело. По дорожкам деревни спешили домой люди, в окнах загорались теплые огни, где-то неподалеку смеялись дети. Обычная жизнь. Та самая жизнь, которой у него никогда не было. Он смотрел на эту картину и чувствовал странную пустоту внутри. Когда-то он думал, что одиночество делает его сильнее. Теперь он понимал, что оно лишь научило его терять. Перед глазами снова возник Акира. Этот идиот постоянно улыбался. Постоянно был рядом с ней. Разговаривал с ней так легко, будто имел на это право. Будто она уже была частью его мира. По телу прокатилась волна раздражения, но Саске прекрасно понимал, что это было не просто раздражение. Это была ревность. Глупая, дикая, почти животная. И больше всего его раздражало не само чувство, а то, насколько сильно оно овладело им. Он ненавидел себя за то, что ему было не всё равно. Раздался тихий стук в дверь. Саске не пошевелился. Через несколько секунд дверь медленно открылась, и он сразу понял, кто вошел. Не нужно было оборачиваться. Запах медицинских трав и едва уловимый аромат цветущей сакуры он узнал бы среди тысячи других. Она пришла. Сакура осторожно закрыла дверь и остановилась у порога. — Значит, ты действительно дома, — тихо сказала она. Он продолжал смотреть в окно, не отвечая. — Какаши-сенсей сказал, что после тренировки ты сразу ушел. Ответа снова не последовало. Сакура медленно прошла внутрь квартиры. Здесь почти ничего не изменилось за последние годы. Минимум мебели, пустые стены, холодная атмосфера, словно это место было не домом, а временным убежищем человека, который никогда не собирался оставаться надолго. Она остановилась в нескольких шагах от него и внимательно посмотрела на его спину. Она сразу заметила всё: порванную одежду, свежую кровь на боку, сбитые костяшки пальцев. Он был ранен. И, конечно же, даже не попытался обработать рану. — Ты опять решил, что само заживет? Саске наконец повернул голову. — Зачем ты пришла? Его голос был холодным. Даже грубее, чем обычно. Но Сакура слишком давно его знала. Она слышала то, что он пытался спрятать за этим равнодушием: усталость, раздражение и что-то ещё, чему он сам не хотел давать название. — Чтобы помочь тебе. — Мне не нужна помощь. — Конечно. Она тихо усмехнулась. — Ты всегда так говоришь. Саске отвел взгляд. — Уходи. — Нет. Она сделала ещё один шаг вперед. — Сначала я обработаю твою рану. Потом можешь снова делать вид, что тебе никто не нужен. Саске коротко усмехнулся, но в этом звуке не было ни капли веселья. — Это Акира тебя прислал? Сакура нахмурилась. — Что? — Он ведь так переживает за всех вокруг. В его голосе не было злости, но каждое слово звучало словно укол. — Он сказал, что ты был слишком резок на тренировке. Сказал, что ты ранен. Я и сама это видела. — Понятно. Саске снова отвернулся к окну. — Теперь он следит ещё и за мной. — Не говори глупостей. — Глупостей? Он резко повернулся к ней. — Он постоянно рядом с тобой. Сакура несколько секунд смотрела на него, не понимая, почему его это так задевает. — Мы в одной команде, Саске. — И? — Что «и»? — Тебя это устраивает? Она тяжело вздохнула. — Он хороший человек. Эти слова будто задели его сильнее, чем она ожидала. Саске медленно сделал шаг вперед. — Хороший… Он повторил это почти шепотом. — Значит, теперь тебе нравятся такие? — Что с тобой происходит? — Ответь. Он оказался совсем рядом, и Сакура почувствовала, как напряжение между ними становится почти физическим. — Тебе нравится проводить с ним время? — Иногда мне кажется, что ты специально ищешь повод разозлиться. — Ответь. — Да. Мы просто друзья. — Просто друзья… Он отвел взгляд и тихо усмехнулся. — Забавно. — Что именно? — Ты даже не замечаешь. — Чего? — Как он смотрит на тебя. — Саске… Сакура произнесла его имя тихо, почти устало, но он уже не мог остановиться. Слишком долго он держал это внутри. Слишком долго убеждал себя, что ему всё равно, что её улыбка, её голос, её присутствие больше не имеют для него значения. Но каждый раз, когда он видел её рядом с кем-то другим, он чувствовал, как та самая стена, которую он строил годами, начинает рушиться изнутри. — Не надо, — перебил он её, прежде чем она успела что-то сказать. — Я видел его сегодня. Каждый раз, когда ты улыбалась, он смотрел на тебя так, будто уже решил, что однажды ты станешь частью его жизни. В комнате повисла тишина. За окном наконец ударил гром, и яркая вспышка молнии на секунду осветила их лица. Сакура смотрела на него внимательно, словно пыталась понять не его слова, а то, что стояло за ними. Она медленно подошла ближе. — Ты ревнуешь? Саске ничего не ответил. Его челюсть напряглась, а взгляд скользнул в сторону, будто он мог избежать этого вопроса простым молчанием. — Не смеши меня. — Тогда объясни мне, — тихо сказала Сакура. — Объясни, почему ты каждый раз заставляешь меня верить, что я могу к тебе достучаться, а потом снова закрываешься. Саске замер. Он не ожидал, что эти слова окажутся настолько тяжелыми. Не потому что они были жестокими. А потому что в них была правда. Он всегда думал, что умеет контролировать свои эмоции. Что может держать всё внутри, не позволяя никому увидеть его слабость. Но рядом с ней это никогда не работало. Сакура всегда замечала больше, чем он хотел показать. Она видела его боль даже тогда, когда он сам пытался убедить себя, что её нет. — Я не могу дать тебе то, что ты хочешь, — наконец произнес он. Сакура нахмурилась. — Ты даже не знаешь, чего я хочу. Он отвёл взгляд. Потому что знал. Знал слишком хорошо. Она никогда не просила его стать другим человеком. Не просила забыть прошлое. Не просила отказаться от того, что было частью его самого. Она просто хотела быть рядом. И именно это пугало его больше всего. — Ты думаешь, что можешь меня изменить, — тихо сказал Саске. — Нет. Её ответ прозвучал спокойно. — Я думаю, что ты сам можешь выбрать, кем хочешь быть. Эти слова заставили его сжать кулаки. Выбрать. Как будто у него действительно был выбор. Как будто он мог просто закрыть глаза на всё, что произошло. На кровь. На потери. На годы, которые он провел в ненависти. Он слишком долго жил с мыслью, что месть — это единственное, что у него осталось. Что если он позволит себе привязаться к кому-то снова, то станет слабым. А Сакура была его самой большой слабостью. И именно поэтому он должен был оттолкнуть её. — Тебе нужно уйти. Сакура медленно подняла взгляд. Она будто не сразу поняла, что он сказал. — Что? Саске заставил себя посмотреть на неё холодно. Так было проще. Проще спрятаться за привычной маской, чем признать правду. — Ты слышала. В её глазах появилась боль. — После всего, что ты только что сказал? Он молчал. Потому что если бы он ответил честно, всё бы закончилось. Он бы признался. Сказал бы, что боится. Что не хочет её терять. Что каждый раз, когда она уходит, внутри него становится пусто. Но Саске Учиха слишком хорошо умел разрушать то, что было ему дорого. — Ты не понимаешь, во что ввязываешься. — Нет, Саске. Она покачала головой. — Это ты не понимаешь. Он посмотрел на неё. — Ты всё время думаешь, что защищаешь меня. Что делаешь мне лучше. Но ты никогда не спрашиваешь, чего хочу я. Её голос стал тише. — Ты просто решаешь за меня. Эти слова ударили точно в цель. Потому что именно это он делал всю жизнь. Решал за других. Уходил, думая, что так будет правильнее. Отталкивал людей, убеждая себя, что спасает их. Но на самом деле он просто боялся. — Акира может дать тебе то, чего я не могу. Сакура несколько секунд смотрела на него. — Нормальную жизнь? Саске ничего не ответил. — Ты правда думаешь, что всё это время мне нужна была нормальная жизнь? Она тихо усмехнулась, но в этом не было радости. — Думаешь, если бы я хотела кого-то спокойного и правильного, я бы столько лет пыталась достучаться до тебя? Саске почувствовал, как внутри всё сжимается. Он хотел сделать шаг к ней. Хотел сказать, что она ошибается. Что он не хочет Акиру рядом с ней. Что одна мысль о том, что кто-то другой сможет сделать её счастливой, сводит его с ума. Но он снова выбрал молчание. — Уходи, Сакура. Она закрыла глаза на несколько секунд. Словно пыталась собрать себя заново. Она ждала. Ждала, что он остановит её. Что хотя бы один раз выберет её вместо своего страха. Но Саске стоял неподвижно. И это сказало больше любых слов. — Хорошо. Её голос был тихим. Слишком тихим. Она развернулась и пошла к двери. Саске смотрел ей вслед, но не позволял себе двинуться. Каждый инстинкт внутри него кричал остановить её. Позвать. Сказать, что он солгал. Но он остался стоять. Как всегда. Рука Сакуры уже коснулась дверной ручки, когда она остановилась. — Знаешь, Саске… Он замер. — Самое больное не то, что ты не можешь любить меня так, как я хочу. В комнате стало тихо. — Самое больное — что ты любишь меня, но всё равно выбираешь причинять мне боль. Его дыхание сбилось. Но он ничего не сказал. Сакура открыла дверь и вышла. Через несколько секунд раздался тихий звук закрывшегося замка. И только тогда Саске позволил себе пошевелиться. Он медленно опустился на пол, прислонившись спиной к стене. В комнате всё ещё оставался её запах. Тот самый аромат цветущей сакуры, который он пытался забыть годами. Но теперь он понял одну простую вещь. От врагов можно было убежать. От прошлого можно было попытаться скрыться. Даже от самого себя можно было закрыться стенами. Но от неё он никогда не сможет уйти. Потому что Сакура была единственным человеком, рядом с которым он действительно хотел остаться. И именно поэтому он снова сделал всё, чтобы её потерять.