Упущенное детство

      Разговор с Лань Цижэнем, вопреки ожиданиям Вэй Усяня, обошелся без летящих в голову свитков и трехчасовых лекций о благонравии. Старейшина ордена лишь сурово выслушал краткий доклад племянника, ни разу не перебив, хотя его бородка едва заметно подергивалась при упоминании темной магии. - Всё, что нам удалось узнать, это то, что дух там достаточно злобный, раз способен проклясть сразу целую группу адептов, - шепотом закончил Вэй Ин, косясь на спящих детей.       Лань Цижэнь лишь сухо хмыкнул и, величественно поднявшись, направился к выходу. - Лань Сичэня вызвали на совет. За детьми приглядывать кому-то надо, раз их собственные наставники бродят по заброшенным хижинам без четкого плана. Идите обедать.       В цзинши вскоре принесли подносы с пищей, и Вэй Усянь приготовился к очередному раунду детских капризов, однако, к его полному изумлению, выспавшиеся дети вели себя тише травы. Лань Цзинъи, который еще вчера пытался разнести комнату, сейчас послушно сидел с прямой спиной, обеими руками держал пиалу с супом и прилежно ел, не проронив ни звука. Маленький Сычжуй, идеально скопировав позу Лань Чжаня, благонравно жевал тофу. И даже капризный Цзинь Лин, хоть и дулся, не предпринимал попыток перевернуть стол. Вэй Ин испуганно переводил взгляд с детей на Лань Чжаня, мысленно задаваясь вопросом: «Что же с ними сделал дядя Цижэнь за эти несколько часов?! Неужели магия трех тысяч правил Гусу действует на подсознательном уровне, стоит учителю Лань просто грозно нахмурить брови?». Лань Ванцзы, совершенно невозмутимый, опустился на колени рядом с маленьким главой клана Цзинь; своими длинными пальцами он аккуратно взял бамбуковую ложку, зачерпнул немного каши и плавно поднес её к губам мальчика. Цзинь Лин насупился, сверкнул глазами, но ложку губами послушно обхватил. - И в дом кто-то носит игрушки с конфетами, - неторопливо продолжил замечать Лань Чжань и, дождавшись, пока ребенок проглотит еду, бережно вытер платком его пухлый подбородок. - Именно! - оживился Вэй Усянь. - Причем игрушки новые, а сладости свежие. Никто из деревенских дом не посещает, а этот «кто-то» точно знает, что там произошло, и очень хорошо скрывается... Найдем его - найдем разгадку!       Мужчина улыбнулся своей привычной азартной улыбкой, но тут его взгляд упал на Цзинь Лина. Малыш как раз недовольно сморщил маленький носик, точь-в-точь как его взрослый прототип, когда ему что-то не нравилось, и гордо отвернулся от ложки Ханьгуан-цзюня. В эту же секунду лицо Старейшины Илин побледнело. - Лань Чжань... - жалобно позвал Вэй Ин мужа. - Нужно как можно быстрее разобраться с этим проклятием. Сегодня же! Если Цзян Чэн увидит Цзинь Лина в таком виде… он просто меня убьет! И на этот раз без права на перерождение!       Лань Чжань медленно перевел взгляд с перепуганного супруга на надутого мини-Цзинь Лина, затем снова на Вэй Ина. Его лицо оставалось бесстрастным, но в самой глубине светлых зрачков промелькнула тень искреннего сочувствия. - Мгм, - выдохнул Ханьгуан-цзюнь. - Выдвигаемся в Чжичжэнь повторно.