Упущенное детство

      В Облачные Глубины супруги вернулись под утро. Стараясь не производить ни единого шороха, Вэй Усянь и Лань Чжань прокрались к цзинши и осторожно приоткрыли бамбуковую дверь. В комнате всё так же мирно сопело три маленьких комочка: Цзинь Лин во сне забавно чмокал губами, Цзинъи раскидал руки в стороны, а Сычжуй по-прежнему лежал на спине, укутанный в одеяло по самый нос.       Вэй Ин вздохнул, чувствуя, как внутри всё еще ворочается волнение. Мысль о том, что их мальчики могут навсегда остаться беззащитными крохами, заставляла сердце биться быстрее. - Проклятие развеется наутро, - успокаивающе заключил Лань Чжань.       Он шагнул ближе и уверенно положил свою ладонь на талию взволнованного мужа, притягивая его к себе. Старейшина Илин расслабился и откинул голову на плечо Ханьгуан-цзюня. Проклятие, хоть и лишилось своего источника, в самом деле не могло растаять по щелчку пальцев – искаженным духовным каналам требовалось время, чтобы перестроиться обратно. - Пойдем спать, Лань Чжань. Нас ждет очень интересное утро…       Следующий день в Облачных Глубинах начался не с мерного звона колокола, а оглушительно яростного крика юноши, от которого, казалось, содрогнулись сами горы. - Кто?! – орал вернувшийся в свое нормальное тело Цзинь Лин. - Кто подсунул мне соску, пока я спал?!       Молодой глава Цзинь стоял посреди цзинши, весь красный от смущения и злости, сжимая в кулаке несчастную деревянную пустышку. Лань Цзинъи, который тоже благополучно вернулся в свой подростковый возраст, буквально катался по полу от хохота. Из его глаз текли слезы, а из груди вырывались нечленораздельные хрипы – сейчас ему было абсолютно плевать на правила «не смеяться без причины» и «не устраивать шум». - Ха-ха-ха! Молодой господин Цзинь спал с соской! - сквозь рыдания выдавливал Цзинъи, совершенно игнорируя тот факт, что сам проснулся с большим пальцем во рту. - Заткнись! Я из тебя душу вытрясу! - Цзинь Лин топнул ногой, готовый ринуться в драку.       Но его запал мгновенно испарился, стоило взгляду упасть на дальний футон. Цзинъи тоже резко перестал смеяться и ошалело замер на полу, забыв, как дышать.       На матрасе, потерявшись в простынях, сидел крошечный Лань Сычжуй. Малыш испуганно хлопал огромными глазами, переводя взгляд с одного кричащего подростка на другого, и судорожно пытался выпутаться из постели. - Сычжуй?.. - Цзинь Лин круглыми от шока глазами уставился на белый комочек. - Лань Сычжуй, это ты?! Почему ты стал таким маленьким?!?!       В этот момент ширма цзинши плавно отодвинулась, и в комнату вальяжной походкой вошел Вэй Усянь, а за его спиной, словно нерушимая скала, высился Ханьгуан-цзюнь. - О, наши детки проснулись! – весело заговорил Вэй Ин. - Ну что, А-Лин, как спалось? Вкусная пустышка? А ты, Цзинъи, не хочешь еще каши от учителя Лань? Он сказал, что ты вчера был очень послушным мальчиком!       Мальчишки залились краской до самых ушей, а маленький Сычжуй доверчиво потянулся ручками к подошедшему Лань Чжаню.