Не подлежит разглашению

В понедельник утром Лекси пришла в офис на час раньше обычного. Она не планировала — просто проснулась в пять и поняла, что больше не заснёт. Мысли крутились вокруг предстоящего разговора с Эрвином. Сегодня она должна была представить ему план по Энни Леонхарт. Не тот план, которого он ждал, — не дискредитацию, не анонимные письма, не слив компромата. Другой. Тот, что они придумали вместе с Армином и Леви. И если Эрвин почует подвох, всё развалится. Она сварила кофе в автомате на этаже — горький, перестоявший, — села за стол и открыла ноутбук. Файл с планом лежал на рабочем столе, и она открыла его в пятый раз за выходные, перечитывая каждую строчку. Идея была простая: сделать Энни официальным партнёром SINA. Не уничтожать её, а встроить в систему. Дать ей доступ к группе для серии статей о благотворительности WINGS. Публично связать её имя с лейблом, чтобы любой её выпад против SINA выглядел как предательство. Это был тот самый второй вариант, который Эрвин предлагал с самого начала, — но с одним отличием. В версии Лекси Энни сохраняла независимость. Она подписывала временный контракт на конкретную серию материалов, без обязательств перед лейблом в будущем. Она оставалась журналистом, а не рупором SINA. Эрвину это не понравится. Он хотел контроля, а не партнёрства. Но Лекси надеялась, что цифры его убедят. Она подготовила графики, расчёты, прогнозы — всё, что могло превратить её предложение из эмоционального жеста в бизнес-решение. В восемь утра в дверь постучали. Ханджи просунула голову в щель. — Ты здесь с ночи, что ли? — С шести. Не спалось. Ханджи вошла, держа в руках два стаканчика с кофе. Один протянула Лекси. — Держи. Это из нормальной кофейни, а не из нашего автомата. Выглядишь так, будто тебе нужно. Лекси взяла стаканчик и сделала глоток. Кофе был горячий, с молоком и каплей сиропа — не то, что она обычно пила, но сейчас это было кстати. — Спасибо. — Готова к разговору с Эрвином? — Более-менее. План готов, цифры готовы, аргументы готовы. Осталось только чтобы он согласился. Ханджи села на стул и закинула ногу на ногу. — Ты знаешь его позицию. Он хотел контроля. Ты предлагаешь компромисс. Компромиссы — это не его стиль. — Знаю. Но другого выхода нет. Если я предложу дискредитацию, он спросит, почему так долго. Если я предложу полный контроль над Энни, она откажется. Остаётся только этот вариант. — А если он откажется? Лекси отпила ещё кофе. — Тогда я попрошу Леви пойти со мной. Вдвоём мы сильнее. Ханджи приподняла бровь. — Леви? Он согласился? — Мы обсуждали это в пятницу. Он сказал, что поддержит меня. В крайнем случае — пойдёт к Эрвину сам. — Леви Аккерман согласился пойти к Эрвину Смиту и спорить с ним о судьбе журналистки, которую он даже не знает? — Он знает Армина. И знает, что это правильно. Ханджи покачала головой и улыбнулась — той самой улыбкой, которая появлялась у неё каждый раз, когда она замечала что-то, о чём не говорили вслух. — Ты его изменила, знаешь? Раньше он бы просто сказал: «Это не моё дело» — и ушёл в студию. А теперь он готов драться с генеральным директором за каких-то посторонних людей. — Это не я его изменила. Он сам. — Ну да, конечно. — Ханджи встала и направилась к двери. — Ладно, удачи. Если что — я на связи. И да, постарайся не показывать Эрвину, что волнуешься. Он чует страх, как акула. — Я не волнуюсь. — Врёшь. Но это хорошо. Значит, ты ещё живая. Она вышла. Лекси допила кофе и посмотрела на часы. До встречи оставалось пятнадцать минут. Кабинет Эрвина был такой же, как всегда. Светлый, просторный, с панорамными окнами и столом, на котором не было ничего лишнего. Сам Эрвин сидел в кресле с чашкой зелёного чая. Когда Лекси вошла, он жестом пригласил её сесть. — Вы подготовили план? — Да. Она положила перед ним папку. Эрвин открыл её и начал читать — медленно, методично, переворачивая страницы одну за другой. Лекси сидела и ждала. Она знала, что не стоит торопить его или заполнять тишину словами. Эрвин ценил тишину. Через несколько минут он закрыл папку и поднял глаза. — Вы предлагаете легализовать отношения Армина и Энни Леонхарт через серию публикаций. Но условия контракта, которые вы описали, дают ей слишком много свободы. Она остаётся независимым журналистом. Может писать всё, что захочет. Где здесь выгода для SINA? — Выгода в контроле через ассоциацию. Если она публикует статьи о WINGS, если её имя связано с нами, — любой её материал против SINA будет выглядеть как лицемерие. Она не сможет атаковать нас, не потеряв лицо. Нам не нужно контролировать её напрямую. Достаточно того, что публика будет видеть в ней нашего партнёра. Эрвин взял чашку, сделал глоток и поставил обратно. — А если она всё-таки решит атаковать? — Тогда у нас будет контракт, который позволяет нам расторгнуть сотрудничество и дистанцироваться от неё. Но я не думаю, что она решит. Энни Леонхарт — умный журналист. Она понимает правила игры. — Вы с ней встречались? Лекси помедлила с ответом. Она знала, что следующий вопрос будет опасным. — Нет. Но я изучила её публикации, её биографию, её связи. У неё репутация принципиального, но прагматичного человека. Она не станет рубить сук, на котором сидит. Эрвин смотрел на неё несколько секунд. Лекси выдержала его взгляд. — Хорошо, — сказал он наконец. — Я одобряю план. Но с одним условием. Вы лично встретитесь с Энни Леонхарт и убедитесь, что она согласна на наши условия. Если она откажется — возвращаемся к первому варианту. Дискредитация. — Понимаю. — И ещё. — Эрвин подвинул папку обратно к ней. — Леви в курсе? — Да. — И он согласен? — Да. Эрвин чуть заметно приподнял бровь. — Интересно. Леви редко вмешивается в дела менеджмента. Что-то изменилось? — Он беспокоится об Армине. Они как братья. — Братья не прикрывают друг друга перед советом директоров. Но пусть будет так. Идите. Жду отчёта после встречи с Леонхарт. Лекси встала, взяла папку и вышла. В коридоре она перевела дух. Первый раунд пройден. Она спустилась в кафетерий, взяла американо и села за столик в углу. Руки дрожали — не от страха, а от выброса адреналина. Она сделала глоток кофе и закрыла глаза. Эрвин согласился. Он подписался под планом, который она составила. Но он также дал понять, что следит за ней. «Интересно. Леви редко вмешивается в дела менеджмента». Он что-то заподозрил. Или уже знает. С Эрвином никогда нельзя было сказать наверняка. Она достала телефон и написала Леви: «План одобрен. Эрвин хочет, чтобы я встретилась с Энни лично. Ты был прав — он что-то подозревает». Ответ пришёл через минуту: «Он всегда что-то подозревает. Это его работа. Не дёргайся. Ты всё сделала правильно». Лекси убрала телефон и допила кофе. Встреча с Энни была назначена на среду. Лекси настояла, чтобы встреча прошла не в офисе SINA и не в кофейне, а на нейтральной территории. Они выбрали конференц-зал в здании Сеульской ассоциации журналистов — место, где у Энни были союзники и где никто не мог прослушивать разговоры. Армин порывался пойти вместе с ними, но Лекси запретила. — Если кто-то увидит нас втроём, это вызовет вопросы. Особенно после того, как Эрвин знает о вас. Сиди дома и жди. Армин нехотя согласился. В среду утром Лекси приехала на место первой. Она заказала кофе, проверила комнату на наличие камер и жучков — старая привычка — и села за стол. Через десять минут дверь открылась, и вошла Энни. Она была невысокая, светловолосая, в сером пальто и чёрных джинсах. Никакой косметики, никаких украшений. Только цепкий, изучающий взгляд. Лекси сразу поняла, почему Армин влюбился в неё. От Энни исходило ощущение силы — спокойной, уверенной, без позёрства. Энни села напротив и положила на стол диктофон. — Не против? — Нет. Но если вы не против, я тоже запишу. Для протокола. Энни чуть заметно усмехнулась и кивнула. Лекси включила свой диктофон. — Армин рассказал мне о вашем плане, — начала Энни. — Вы хотите, чтобы я стала официальным партнёром SINA и написала серию статей о благотворительности WINGS. Взамен SINA не будет меня уничтожать. Я правильно понимаю? — Примерно. Но есть нюансы. — Какие? Лекси открыла папку и подвинула Энни проект контракта. — Вы сохраняете независимость. Контракт временный, на четыре месяца. Вы пишете серию материалов о благотворительной деятельности WINGS — посещение больниц, экологические акции, помощь музыкальным школам. SINA обеспечивает вам доступ к группе, организует интервью, предоставляет материалы. После окончания контракта вы свободны и можете писать всё, что захотите. Включая расследования против SINA. Энни подняла глаза от бумаг. — Зачем вам это? Вы же понимаете, что я не остановлюсь. Я копаю под «Марию» уже полгода. Если я найду доказательства их связи с SINA, я опубликую их. Контракт меня не остановит. — Знаю. Именно поэтому я не вписываю в контракт пункт о неразглашении. Вы остаётесь журналистом. Делайте свою работу. Но пока действует контракт, вы — партнёр SINA. Это защитит вас от атак со стороны лейбла и даст вам легальный доступ к информации. Энни помолчала, переваривая услышанное. — А если Эрвин передумает? — Не передумает. Он уже одобрил план. У него есть свои резоны — ему выгодно, чтобы вы были публично связаны с SINA. Если вы потом опубликуете что-то против нас, он сможет разыграть карту «предательства». Но это будет потом. Сейчас у вас будет четыре месяца спокойной работы. — И четыре месяца, чтобы собрать компромат на SINA. — Или чтобы понять, что SINA — не враг. Как посмотреть. Энни откинулась в кресле и посмотрела на Лекси с интересом. — Армин говорил, что вы необычный пиарщик. Теперь я понимаю. Вы могли бы просто выполнить приказ и уничтожить меня. Почему вы этого не сделали? Лекси взяла со стола стакан с кофе и сделала глоток. — Потому что я устала уничтожать людей. Звучит банально, но это правда. Я делала это годами и думала, что это просто работа. А потом поняла, что не могу больше. — И вы рискнули карьерой ради меня? Вы меня даже не знаете. — Я знаю Армина. И знаю, что он вас любит. Этого достаточно. Энни долго смотрела на неё. Потом взяла ручку и подписала контракт. — Я согласна. Но у меня есть одно условие. — Какое? — Никаких попыток цензурировать мои статьи. Если я увижу, что SINA пытается влиять на содержание, я разорву контракт в тот же день. — Договорились. — Лекси тоже подписала документ. — Тогда с завтрашнего дня вы — официальный партнёр SINA. Первое интервью с WINGS — в пятницу. Я пришлю вам расписание. Она встала и протянула руку. Энни пожала её — крепко, по-деловому. — Спасибо, Лекси-сси. Армин был прав. Вы действительно необычный человек. — Это комплимент? — Это факт. Они вышли из конференц-зала вместе. На улице Энни повернула налево, к метро, а Лекси — направо, к парковке. Она села в машину и несколько минут сидела неподвижно, глядя на лобовое стекло. Всё получилось. План сработал. Энни подписала контракт, Эрвин одобрил. Теперь у Армина и Энни было четыре месяца передышки. Четыре месяца, чтобы придумать, что делать дальше. И четыре месяца, чтобы разобраться с «Марией». Она написала Леви: «Контракт подписан. Всё в силе». Ответ пришёл сразу — короткий, как всегда: «Молодец. Жду в студии». Она убрала телефон и завела машину. Ей нужно было ещё заехать в офис, написать отчёт для Эрвина и подготовить материалы для интервью. Рабочий день был далёк от завершения. Но она чувствовала себя лучше, чем когда-либо за последние недели. Может быть, потому что сделала что-то правильное. Может быть, потому что впереди её ждала студия А и человек, который сказал: «Молодец». Всего одно слово, но от него внутри разливалось тепло. И теперь, кажется, не собиралось уходить.